8 сердец: Спуск

***

      Как только дверь открылась, живым стало неимоверно тяжело дышать. В воздухе витал густой дым, пепел и просто отвратительный запах. Шелли прикрыла нос и рот пиджаком, ещё слегка сырым и не высохшим с того момента, как она попала сюда. Как оказалось, упасть в обморок от жары было бы ещё лучшей участью. Рико даже не зашёл: ему стало дурно настолько, что он чуть не потерял сознание. Ему повезло не наблюдать все подробности мучительной и ужасной смерти людей в комнате, от нечеловеческой и нестерпимой боли. Сектанты сгорали заживо. Дым от вспыхнувших клочьев бумаги, заранее разбросанных на полу и политых керосином, резал глаза и заполнял лёгкие мучеников, разрывая их судорожными криками вперемешку с неудержимым кашлем. Ноги культистов были прикованы цепями к столбу, что стоял посреди комнаты, и дёргались от обжигающих языков разгорающегося пламени. Огонь безжалостно пожирал человеческую плоть. Благословенный огонь! Ему не было границ, ведь пламя не останавливалось на одних лишь телах, а распотранялось дальше, по комнате, по полу. Огонь безжалостно тянулся по пространству. Сквозь стиснутые зубы, Шотган громко и сжато кашляет. Только девушка подумала, что хуже быть не может, как один из сектантов начал тянуться к ней, судя по всему пытаясь позвать на помощь. Она лишь пятилась назад, не желая также загореться как и он. И вдруг, обгорелые внутренности посыпались из тела этого человека к её ступням, сам человек свалился на пол, а через несколько минут от культовика остался лишь почерневший скелет, с кусками и обрывками дымящегося мяса. В комнате ещё более мерзко и тошнотворно пахло обгоревшей человеческой плотью, керосином, кровью и внутренними органами. Шелли почувствовала как к горлу подступила тошнота, вернулось головокружение, а ноги сделались ватными от слабости. В висках началась пульсация, вновь возникло ощущение жара во всём теле, а в горле першило и давило, не позволяя ей лишний раз вздохнуть. Кажется, это и есть первые признаки предобморочного состояния. Девушке некогда думать о симптомах и признаках. Кожа мгновенно белеет, когда как в глаза резко темнеет. Она живо убирает от лица свой пиджак, после чего её почти сразу рвёт в угол сегодняшним завтраком. Хотя, вполне возможно уже вчерашним, ведь ей всё ещё неизвестно сколько сейчас времени. Однако это далеко не то, что волнует Шелли, по крайней мере на данный момент. — Ну что, выкусили? Любите поиграть с огнём, А-ХА-ХА?! Горите в аду, суки! — это отозвался голос виновницы сия торжества где-то сверху, что мгновенно заставило окружающих приковать свой взгляд на неё. Со стороны обгоревшего столба послышался звон цепи, на которой спустился новый призрак, раскачиваясь на ней из стороны в сторону как на качели. Хотя, изначально разглядеть в ней человека было более чем проблематично. Этот призрак девушки представлял из себя ходячий факел, поджигающий всё по своей воле. Её плоть была повреждена ожогами третьей и четвертой степени, а кровь засохла полосами на уцелевших кусках смуглой кожи. Одета неизвестная была очень открыто, и это, конечно, лишь гипотеза Шелли, но возможно ли, что ранее её наряд был чуть более закрытым? Просто огонь вполне мог спалить какую-то его часть. Глаза девушки зловеще горели с остальным телом, когда лицо расплывалось в жуткой улыбке. По мимо всего прочего, чётко прослеживается уже знакомая черта в виде отсутствующего сердца. Она умерла ещё до того, как успела обгореть полностью, из-за чего выглядит определённо лучше, чем те культисты, которых она сожгла буквально только что. Призрак делает переворот в воздухе и приземляется на пол, в момент окружая себя огромным огненным кольцом и вновь истерически рассмеявшись. Кажется, только сейчас Шотган заметила звучание голоса девушки. Он звучал по-другому, не по-человечески, а как-то вовсе инфернально и жутко, когда смех приводил всех присутствующих в ступор и оцепенение. Вполне возможно, что именно на этот смех отвлеклись не особо осторожные сектанты, тем самым позволив заманить себя в ловушку. Пока Шотган пытается держаться и не потерять сознание, Кольт и Брок находились в таком же ступоре. На них ни дым, ни огонь не подействуют. Однако они всё ещё не понимают стоит ли действовать. У первого всё также есть с собой ружьё, вот только не совсем ясно представляет ли эта девушка опасность. Да, она только что сожгла на их глазах несколько людей. Но ведь по сути эти двое точно также убивают сектантов, разве не так? В таком случае, можно ли считать горящую девушку опасной? Впрочем, наверное, она бы попыталась атаковать с самого начала если бы была настроена агрессивно, верно? В то время как они думали, что стоит делать, Шелли не смогла себя пересилить. Она даже не успела что-то сказать или о чём-то подумать, когда в ушах начало гудеть и звенеть, а земля постепенно ушла из-под ног. Девушка упала в обморок. Благо, в этот раз парни вовремя среагировали, поймав её под руки, пока комната начала разрушаться от распостранившегося пожара. — Оу-у… Кажется этот момент я не просчитала… — неуверенно и даже слегка напуганно протянул горящий призрак, когда внезапно, уже и так обгоревший столб начал падать. Только теперь она обратила внимание на неизвестных ей людей здесь. — Чего встали как вкопанные?! На выход! Быстрее, быстрее! Пока Кольт и Брок вытаскивают тело Шелли за дверь, призрак быстро взмывает вверх и перепрыгивает через кольцо пламени, которое она сама же создала. Перед тем как выбежать за ними, та мимолётно оборачивается наблюдая за тем, что натворила, но, судя по злорадствующему выражению лица, совсем не сожалеет о содеянном.

***

      Шаги раздаются эхом по полу в виде решётки. Здесь темно. Темнее чем обычно. Штукатурка спадала со стен, а в коридоре стояла абсолютная тишина. Это самый нижний этаж катакомб. Пахнет сыростью и гнилью, мерзкий запах разъедает глаза. Девушка вернулась в эти коридоры и уже неизвестно сколько здесь находиться. Собственно, а уходила ли она вообще? Шелли не помнит. Вполне возможно, что все эти похождения ей просто привиделись, во что она уже постепенно начинает верить, лишь проходя дальше в неизвестность. Путь всё не кончается, но девушка продолжает идти. Неуклюже и заторможено, почти не соображая ничего, но продолжает жить. Пока она дышит и идёт — всё ещё существует. И это самый страшный кошмар. Существовать без причины, без смысла. — Ше-елли… Её давно мучает дикая жажда и голод, но теперь она ничего не чувствует. Кажется, девушка слышит голоса людей, которые с каждой секундой сливаются в один общий, невнятный шум, что доносится откуда-то совсем далеко, словно вообще не в реальном мире. Если так задуматься, то откуда ей знать? Быть может, это она на самом деле в каком-нибудь мире грёз, а шум на фоне — реальность, что находится где-то на их тонкой границе. Так близко и так далеко. — Шелли… Некто зовёт её за собой и это даёт ей малейшую надежду, потому, Шотган не противиться. Голос кажется невероятно знакомым и обращается к ней так просто, пытаясь показать что есть что-то гораздо большее, чем коридоры катакомб, и манит взглянуть на эти безграничные возможности. Хотя это ложная надежда, она никогда не мешала вплоть до этого момента. Отсюда нет выхода, Шотган знает это, но другого выбора также нет. Это испытание? Должно быть так, ведь Шелли всё ещё здесь. Просто будь терпеливой. Пережди это. Возможно, вскоре её поймают и убьют культисты. Это может произойти вообще в любой момент. Тогда всё закончится и ритуал наконец состоится. Что если всё не так плохо? А может, действительно в «Раю» будет лучше? Холодное молчание склонно ослабить любое чувство сострадания. Спираль сделает новый оборот, прежде чем грядёт начало другой эры. Продолжай движение по спирали. Добро пожаловать в новый мир. О дивный новый мир… — Шелли-и-и!!! — истерически вопит Рико, в попытках разбудить девушку, уже чуть ли не плача. Он судорожно и быстро трясет её за плечи, пока сам ужасно боится, что Шотган может не проснуться больше. Ему не хотелось оставаться в одиночестве среди кучи мертвецов. Да и потерять подругу так скоро не хотелось также сильно, они ведь только недавно воссоединились, пусть самому Рико было довольно непривычно называть их взаимоотношения дружескими. Но разве это имеет значение сейчас? Парнишка молит всех богов, дабы она осталась жива. Хотя его убеждали, что это не более чем обморок, который не грозит ей смертью, минутами ранее Шотган бредила и бормотала что-то невнятное и почти неразборчивое про какой-то ритуал, катакомбы и мир. Как он вообще после этого может быть уверен, что она в порядке? В ответ на попытки привести девушку в чувства, та лишь нехотя и через силу размыкает веки, да мычит что-то невнятное в ответ, далеко не осознавая что вообще пытается сказать. Кажется, сейчас Шелли вообще не воспринимает человеческую речь и едва ли понимает где находится, что абсолютно естественно после потери сознания. Увидев то, что подруга подаёт признаки жизни, Рикошет неимоверно обрадовался, словно тяжёлый камень с плеч упал. Не прошло и нескольких секунд, когда парнишка крепко обнял её. — О Господи, ты живая! Как ты себя чувствуешь?! — М… Что-о?.. А-а, ну… Не знаю, наверное… Нормально?.. Не успела Шотган прийти к здравомыслию и нормально осмотреться, как тут за стеной комнаты раздаётся ругань. Происходящая ситуация заинтересовала её больше, нежели то, где она находится. Сначала девушка попыталась встать и ощупала поверхность на которой лежит. Это что-то мягкое? Да, как оказалось это диван в комнате Гавса, что стало понятно при взгляде на обои, которые точно ни с чем другим не спутаешь. С первой попытки подняться ничего не вышло, благо Рико помог удержаться на ногах. — Тихо-тихо, аккуратнее. — Что там происходит?.. — спрашивает у него Шелли, при этом глядя прямо на дверной проём, как бы намекая, про что именно говорит. — Ох, так ты об этом. Ты же видела её? — «Её»? Ты про… призрака горящего или что? — честно говоря, после того странного «сна», или что бы она в любом случае не увидела пока прибывала в отключке, сейчас Шелли вообще не уверена в том, что её окружает. Если так подумать, то теперь Шотган вообще не уверена, что из всей известной ей информации есть бред, а что есть реальность. — Да, именно! В общем, эта девушка только недавно здесь, а уже вступила в словесную перепалку. — Ого, с кем? Предположу, что с Кольтом, он ведь тоже такой… Вспыльчивый? Впечатлительный? Эмоциональный? Даже не знаю, что можно подобрать к его характеру. — Честно говоря, тоже не знаю, я только подслушивал отсюда и сидел рядом с тобой, а ту призрачную девушку видел лишь мельком и очень недолго. — Она… Собирается точно также оставаться с нами? — Я не знаю, да и в принципе не знал, что мы типа… Остаёмся все вместе? Почему-то мне думалось, что мы потом пойдем с тобой вместе выбираться отсюда. Или ты что-то задумала? — Слушай, это очень сложно объяснить сейчас… Может, пойдём к остальным? Я попытаюсь объяснить свой план действий, как можно выбраться отсюда. — Ладно, но… — Как только эти двое собрались направиться к остальным, когда ребята сами зашли в комнату. И Шелли оказалась права, неизвестная сгоревшая девушка и Кольт, очевидно, рассорились, при том, что едва друг-друга знали. Ещё более очевидно, что данный спор возник фактически из неоткуда. — Не смей уходить от ответа! Ты кто вообще такая и что делаешь здесь? Откуда мы можем быть уверены, что ты не спалишь это место вмиг?! — воскликнул Кольт, прицелившись из ружья на горящий призрак девушки, которая как ни в чём не бывало прошла первой в комнату вообще не стесняясь. В его голосе прослеживался оттенок уже нескрываемого раздражения по отношению к незваной гостье. — Я и не ухожу, ведь всё ещё тут. Если бы я уходила, то поверь, меня бы здесь уже не было. И между прочим, я также живу в этих коридорах как и вы, так что не понимаю твоё стремление убить меня. Ты ведь тоже призрак, так чего добиваешься? — незнакомка лишь оборачивается на него, глядя максимально безразлично. Однако, почти сразу после сказанной фразы, она оглядывает комнату и теперь не выглядит такой недовольной. — Хм… А у вас здесь довольно миленько. — А на что ты блять надеялась, когда перед нами сожгла целую комнату и несколько людей? Только попробуй опять начать свои выкрутасы с огнём! — парень демонстративно выставляет дробовик вперёд, всё ещё целясь прямо и чётко промеж глаз собеседницы, — Может поведаешь нам всем? Что это было? Какие-то фокусы с горючим или что? Пиротехника? — Ничего из этого. Боюсь настоящий ответ тебе не понравится. — Вообще плевать на то, что ты там думаешь. Мне важно услышать ответ. — Пацан, я продала душу дьяволу. — Ха-ха, очень смешно! А теперь серьёзно? — Ха-ха! А с чего ты решил, что я шучу? — Подожди… Ты… Ты… Ты состояла в этой… Секте?! — Ну да, при жизни, и то, незадолго до смерти я оттуда свалила… А у тебя какие-то проблемы с этим? — Так, а ну разошлись по обе стороны, вы двое! — в этот момент, в комнату вернулся её хозяин, то бишь Гавс. Мужчина рявкнул на них, дабы эти двое здесь драку не устроили, ведь именно ему придётся понести потери в случае внезапного пожара или дыр в стенах от пуль. Строгого и серьёзного нрава генерала по началу хватило, но спустя время они вновь продолжили. — Кстати, я бы не советовала тебе так просто угрожать мне. Ты думаешь, что от этого выглядишь сильнее? Просто напомню, что огонь плавит металл, и будет о-о-очень неприятно если ты потеряешь своё единственное оружие, ну разве я не права? — на лице девушки проявилась злобная и победная ухмылка. Она очевидно издевалась над Кольтом, продолжая выводить того на эмоции. Кажется, она получает от этого удовольствие. — Только посмей, сволочь! Клянусь богом, я… — Что? Что ты мне сделаешь? Убьешь меня? А-ХА-ХА! И куда же я попаду? Обратно в ад?! — Ах так значит? Если ты думаешь, что я пожалею о содеянном, то невероятно ошибаешься. Я пущу тебе пулю в лоб без какого-либо сожаления, и даже не побрезгую. Тогда твой чёртов огонь тебе не поможет. Пусть ты объята пламенем — всё ещё не материальна… Так что, огонь который охватывает тебя — не имеет никакого влияния, потому удачи среагировать вовремя, ведь если ты не успеешь, то прекрасно знаешь какой конец ждёт тебя… — Неужели никто из вас не расслышал слов Гавса? Давайте вы сейчас прекратите ругаться. Я уверен, мы сможем решить эту проблему, ведь бывало и хуже. — вежливо и в полголоса предложил Брок, аккуратно влезая в спор и предусмотрительно пытаясь остановить пока ещё не начавшуюся катастрофу. Кольт, конечно же, без вопросов убрал оружие, пусть и пробурчал что-то недовольно под нос, когда неизвестную подобная резкая смена настроения удивила и даже позабавила. — Ого, ты чё у него на поводу, серьёзно? Ахах, ты кто? Телохранитель или просто сторожевая псина? — Заткнись. Не то, и не другое. Мне просто действительно не стоило начинать этот спор с самого начала… — Пфт, ну и ладно. Терпила… — горящий призрак лишь облокатилась спиной к стене, слегка откинув голову назад и безразлично направив взор к потолку. — Так-так, молодёжь, никто из вас не видел нашего чижика? Неужели она опять куда-то убежала? — «чижиком» генерал мягко называл Джессику, которая, будучи довольно шустрой даже с таким количеством травм, умудрялась тайком сбегать поиграть в глубь коридора. — Джесси? Ох, даже не знаю… — Брок тяжело и устало вздыхает. Вся эта компания ему уже абсолютно надоела, но висельник неплохо держался. — Ну-у, поищите получше, наверное? Очень вряд-ли эта непоседа убежала слишком далеко. — Мистер Гавс! Мистер Гавс! — девочка наконец объявилась. Маленькая Джанкер примчалась в комнату, схватив пожилого мужчину за рукав и потащив в сторону двери. Это обратило внимание горящей девушки на совсем маленькую, яркую и шуструю девчонку. — Помогите пожалуйста достать книжку! — Что? Чижик, давай помедленнее. Какую книжку? С чем помочь? — Гавс слегка запинается и тормозит, пытаясь чуть замедлить ребёнка. — Там, в другой комнате рядом! Шкаф такой, большой-большой, а на верхней полке книжка красивая! Помогите достать, пожа-а-алуйста! — Оу-у, знаю я, что это за комната. Прости кроха, но до этого шкафа я не достану. Там нет нигде какого-нибудь стула? — Ой, не помню… Кажется, нет, там в комнате только шкаф… — Как бы, эм, зачем вам стул? — спрашивает неизвестная, что продолжала подслушивать разговор. — Почему вы просто не взлетите, чтобы взять её? Или?.. Да ладно… Призрак подходит ближе, присаживается на колени рядом с Джесси и прожигает малышку взглядом, но потом оглядывается на всех присутствующих. — Вы, ребята, не умеете летать? — девушка звучит очень удивлённой и искренне недоумевающей. Ещё более удивлённо выглядят остальные призраки, неожиданно узнав, что полёт для них — вполне реален. — Это же так просто! — Мы старались, но… — Значит плохо старались! — воскликнула девушка, почти мгновенно поднимаясь с места. Та подходит к столу и хватает с него небольшую и неработающую настольную лампу, сжимая её в кулак. Она вскидывает руку в сторону, после разжимая кисть, что очевидно привело к падению предмета. — Видите? Логично что она упала, потому что это физический предмет. У предметов есть гравитационное поле, также как у живых существ. А у вас? Вы не люди и даже не предметы. Вы, по сути, — просто воздух! Вас ведь даже видеть раньше не могли! Вы не имеете никакого веса! Вот ты, малышка, например, подойди сюда. — незнакомка жестом подзывает Джесси ближе. Девочка конечно мнётся, но тем не менее подходит. — Ну же, смелее. Ты же хочешь достать ту красивую книжку с картинками? — Да, очень хочу… — Тогда я попытаюсь помочь тебе, хотя не претендую на роль хорошего учителя, тем не менее… Ты мечтала когда-нибудь научиться летать? — Да, конечно! А что, так можно? — ребёнок мгновенно оживился, только услышав про полёты. — Крылья тебе я конечно подарить не могу, но вполне могу научить левитировать и свободно парить в воздухе. А вы смотрите и учитесь. Я не собираюсь повторять каждому если вы потом спросите… — горящая девушка подвела Джесс к небольшому стулу в углу комнаты. — Сначала научимся прыгать с предметов. Давай, прыгай. Главное запомни, прыгать нужно не на пол, а наоборот пытаться прыгнуть как можно выше от него. Тянись к потолку. Во время прыжка оттолкнись от воздуха, как бы странно это не звучало. Джесси с энтузиазмом и особой активностью пытается повторить порядок действий. В первый раз у нее не получается и она огорчается, но новоиспечённый учитель подбадривает её, ведь это абсолютно нормально, когда что-либо не получается с первого раза, но это вовсе не повод опускать руки. Ведь уже со второй попытки, к счастью девочки и к удивлению остальных, у Джесс получилось взлететь. — Вот! А я говорила же, говорила, ну! — девушка радостно смеётся так, словно сама совершила этот полёт, так искренне радуясь, что доказал собственную правоту, пока Джесси задорно перевернувшись в воздухе. — Ура, спасибо огромное! А как обратно приземлиться? — сквозь такой же радостный хохот спрашивает ребёнок. — Опять оттолкнись от воздуха и приземлись на пол. — Джесс, будучи хорошей девочкой и прилежной ученицей, вновь повторяет всё как и сказано. — Отлично, боец! Прямо на лету подхватываешь, ха-ха. А теперь — за книгой! — Эм, ребят? Что за чертовщина вообще здесь происходит? — За всё это время, Рико и Шелли лишь со стороны наблюдали за ситуацией, когда первый решился обратить внимание на него и подругу. Тогда, почти все одновременно посмотрели на них с искренним удивлением, пока Джанкер уже успела убежать в коридор. — О, здравствуй «спящая красавица». Ну что, как себя чувствуешь? Голова не болит, м? — ещё более удивительно, что незнакомка обратилась к ней первой. Кажется, достаточно лишь того, чтобы эта девушка начинала говорить, дабы почувствовать как в комнате становится жарко. Не в силах членораздельно ответить, Шелли лишь вяло кивает, хотя согласиться с ней будет откровенной ложью. — Это хорошо, что не болит… — Шелли, ты уже очнулась? Это замечательно, отдохни немного, а нам не помешало бы разобраться с одной персоной, которая заходит к другим людям как к себе домой. — висельник лишь ненадолго отвлёкся, после чего вновь повернулся к новенькой, если не можно называть так. — Для начала, было бы неплохо знать как мы можем к тебе обращаться? — Амбер. — глухо отозвалась бывшая культистка, ещё выше задрав голову и сложив руки на груди с максимально важным видом. — Ладно Амбер, что ты делаешь в этом месте? — Думаю, очевидно что существую без какого-либо смысла… Как и вы все. — последний комментарий она добавила лично от себя, с лёгкой укоризной. — Это ведь правда, что ты продала душу дьяволу? Тогда зачем ты это сделала? Что ты здесь делаешь вообще? Разве ты, ну, после сделки с ним, не должна была стать его слугой? Прости если ошибаюсь, не совсем понимаю как это работает… И что ты вообще с этого получила? — У тебя реально вопросов по лучше не нашлось? — девушка недовольно фыркнула, тем не менее продолжая отвечать. Деваться ей все равно некуда. — Никакая я не слуга сатаны. И вообще, если ты продал дьяволу свою душу — не значит, что стал его прислугой! Знал бы ты, сколько на самом деле людей заключили сделки с ним, то наверное искренне удивился бы. Здесь я потому что… Да откуда я знаю почему? Просто появилась здесь также, как и большинство из вас. Хм, а вот насчёт выгоды, ха-ха… — Амбер сжимает руку до боли в костяшках, после чего, её запястье, а затем кист руки, вспыхивает настоящим пламенем. — Огонь — единственная моя страсть в жизни. Мне было мало лишь быть артистом-фаерщиком, мало внимания людей… Трюки это конечно хорошо, но я хочу посвятить себя огню. Быть пламенем… — Откуда ты знаешь так много? — Брока искренне поразила осведомлённость Амбер в вопросе сделки с силами преисподни. Подозрительно много для обычного обывателя секты. При том, что он не до конца может доверять её словам, все доводы звучат с уст девушки максимально убедительно и просто настолько, словно это было очевидно всем и всегда. — Ты сейчас о чём-то конкретном? Мф, что бы ты не имел ввиду, всё гораздо проще и очевиднее чем думаете вы все. Довольно часто вы ходите вокруг да около и не замечаете очевидного, либо просто не хотите замечать. Например, я точно могу судить, что вы все появились здесь не по собственной воле… — девушка расслабленно проходит вдоль комнаты и останавливается в дверном проёме, нагло оперевшись об дверной косяк и разглядывая их всех со стороны. Она смотрит на остальных так, словно ей известно абсолютно всё о каждом. — Потому что никто из вас очевидно не является членом секты, потому вам просто нечего здесь делать. Например, ты и старик очевидно умерли дома. За тебя всё говорит твоя одежда, это пижама, — Амбер показывает рукой на Брока, акцентируя внимание на ночной рубашке, после поворачиваясь к Гавсу, — а второй, пусть и одет в форму, есть одна очевидная деталь, которая выдаёт его место смерти. Он тоже босой, как и ты. Босиком если ходят, то насколько знаю — только дома, и то, вы ведь по дому и в ботинках тоже ходите, да? Так что точно дома померли. Сужу по своему опыту, уж извините. — Но ведь ты тоже не носишь обуви… К тому же, некоторые люди и по улице босиком ходят. — позволил себе заметить Кольт спустя продолжительное молчание. — А я разве говорила, что умерла здесь? Чтоб ты понимал, то сдохла я вообще в Мексике, а вот почему очнулась тут — самой неизвестно. К тому же, ты где-нибудь видел, чтобы генерал или военный ходил по улице без обуви? Очень в этом сомневаюсь. «О боже да что это за бессмысленная дискуссия такая?! Как вы вообще пришли к разговору про обувь? Господи, какой же душный спор, я не могу слушать это… Уже мозги плавятся…» — Шелли ощутимо почувствовала, как у неё вновь заболела голова. — Слушайте, а вы вообще как нашли меня? Обычно меня никто не замечает, разве что, кроме культистов.— уклончиво спрашивает Амбер, пытаясь отойти от того абсолютно глупого разговора. — Во-первых, мы изначально не планировали здесь находиться. Во-вторых, ну тут как-то трудно не заметить, когда из приоткрытой двери дым столбом, да и жарко как при сорока градусах! — Эм… Рико? — Шотган аккуратно и очень тихо обращается к другу, дабы никто из присутствующих это не услышал. — Можешь отпустить меня? — Ох, да, конечно, но зачем? — Рикошет покорно отпускает девушку без каких-либо вопросов, но после того, как Шелли вяло отправилась к дыре в стене, одумывается. Он спеша догоняет её и изумлённо уточняет, — Хей, ты куда?! Разве ты не планировала сказать что-то важное? — Уже нет. Точнее не совсем. Мне нужно срочно проветриться. — Можно пойти с тобой? — после случая с потерей сознания, парнишка испугался, что с девушкой что-то случится пока она в одиночестве. — Нет. Мне нужно пойти одной. Без компании. Без кого-либо. Не говори остальным, пожалуйста. — резко отрезала она, что по необъяснимой причине подействовало на Рико как отрезвляющая пощёчина. Удивительно, что остальные этого ухода вообще не заметили, но оглядываясь на ребят и их новый, постепенно накаляющийся спор, Рикошет почему-то без промедлений отпустил её. Хотя тот понимал, в какой-то мере это неправильно отпускать её без ведома других в таком состоянии, внутренний голос подсказывал, что сейчас Шотган необходимо прогуляться в дали от других людей. — Ладно, если это действительно так нужно… Будь осторожна, хорошо? И вернись обязательно! — Поняла, в обязательном порядке. Не волнуйся, не уйду никуда от вас. Конечно, куда же без этого? — напоследок Шелли лишь мягко улыбается ему и оглядывается, говоря, — Кстати. Спасибо огромное за то, что беспокоишься. Ты тоже береги себя.

***

      Шотган даже не заметила, как потерялась. Девушка шла куда глаза глядят, даже не задумываясь о том, как будет возвращаться обратно. Но теперь это не важно. В какой-то мере, это даже хорошо, что она отошла на максимально безопасное расстояние от комнаты. Настолько безопасное, что теперь ей не слышны даже отголоски разговора, раздающиеся на коридор огромным эхом за километр, но та продолжает уверять себя, что это будет даже к лучшему. Пройдя чуть дальше, Шелли поняла, что теперь её ждёт лишь очередной тупик, а единственный путь в другое место — назад. Однако возвращаться в ближайшее время она даже не собиралась, там её не ждут, за исключением в лице Рико. И вот, когда девушка находится в кромешной тьме, её руки внезапно пробивает крупная дрожь, а ноги трясутся, — то ли от слабости, то ли от страха, — не удерживая остальное тело, в следствии чего Шотган тяжело падает на холодный пол, почти сразу же начиная рыдать навзрыд. Сейчас её окружает такое горькое отчаяние, что ни на что больше девушка не способна. Шелли нужно было выплеснуть эмоции, тоскующее чувство, которое с самого начала изводило её, — выкручивало из неё каждую нитку без любого остатка, беспощадно, словно из тряпичной куклы, — губящее в ней любую мотивацию и надежду выбраться из этого бредового спектакля, дабы осмыслить ситуацию и начать трезво думать. А вот чего ей точно не хотелось, так это чтобы её нашли в таком состоянии, потому ей и пришлось уйти настолько далеко. Шотган опускает голову, в попытках спрятать бегущие ручьём слёзы, при этом сжимая в руках ту самую серебряную трубу, которая стала её первым оружием при падении в церковные катакомбы. Почему она должна быть здесь? Почему именно она?.. Чем Шелли заслужила весь этот непроглядный кошмар? Она всю жизнь старалась быть бойкой и стремительной, «правильной», но что она сделала не так, чем в итоге заслужила попадание в пучину нелогичного и психоделического бреда? Смерти людей, призраки, дурные сны и… Невозможность что-либо предпринять. Ужасное чувство беспомощности, позиция немого наблюдателя и незнание пожирали с каждой новой секундой. Шелли узнала многие сведения, но среди них нет ничего по-настоящему полезного, а её план оказался глупым. Ведь никто не станет ей помогать. Всеобщий настрой очень вряд-ли изменится в ближайшее время. Конечно, над не не издевались и не гнобили, но относились с безразличием и холодом. Хотя она и не может их судить, большинство из них ведь даже с ней не знакомы. О какой помощи со стороны мертвецов может идти речь, если они, более того, не просто не доверяют ей, — хотя и не без этого тоже, — а сами ничего не знают? Все мёртвые ровно также не понимают происходящего, как и живые. Ещё больше Шотган накрыло печалью от осознания, что призраки — не страшные сказки на ночь, а реальные, вполне живые люди, которые когда-то жили, любили, верили во что-то и стремились стать лучше… Также, как и она. И вполне возможно, что если девушка не выберется отсюда, то её ждёт такая же участь. Сейчас её слезы — океан несбывшихся мечт и будущего, на которое она так понадеялась, думая, что переезд станет решением проблем. Кажется, та окончательно потерялась как на жизненном пути, так и в самой себе. Это давление просто невыносимо. Шелли вслух размышляет о том, что дальше стоит предпринять, чуть ли не захлёбываясь в собственных слезах, но её сдавленные слова, слабо связанные в едва разборчивую речь, в момент обрываются на середине, пока коридор вновь заполняется густой тишиной. Мерзкой, невыносимой и напряжённой тишиной, в которой лишь изредка раздавались всхлипы. Вот только плачь, не плачь, слезами горю не поможешь! Нужно срочно думать, как выбраться из этой ситуации. — Ну наконец-то я нашёл тебя… А ты чё сидишь здесь ревёшь? — внезапно, неизвестный неплохо так растормошил Шотган за плечи. Та встрепенулась и быстрым движением рук вытерла слёзы, на что парень схватил её за запястья и попытался поднять на ноги. — Поднимайся, нужно идти. Срочно. У нас мало времени. Увидев, что перед ней парень в белом балахоне, Шелли мгновенно вырвалась из его рук и прильнула к стене, замахиваясь трубой, преимущественно на рефлекторном уровне. Кажется, несмотря на рефлексы, в ней ещё осталась надежда сражаться за собственную жизнь, какой бы бренной и бессмысленной она (жизнь) не была. Незнакомец, скрывающийся под капюшоном, живо отпрянул от неё, но так просто сдаваться не собирался. Кажется, он вовсе не хочет драться, и пытаясь показать свои добрые намерения, тот поднимает руки вверх, демонстрируя отсутствие опасности. — И что ты творишь теперь? Я не пытаюсь навредить тебе или типа того, но если ты сейчас будешь сопротивляться, то тебя… Нет… Нас заметят. Нам нужно уходить, пока не стало слишком поздно. В таком случае и мне достанется, и тебя убьют. Ты ведь не хочешь повторить судьбу всех пятерых и остывать на сером пыльном кафеле, с дырой вместо сердца? — последнюю фразу парень бросил грубо и отрывисто, но чётко, дабы Шелли расслышала каждое слово и поняла всю серьёзность ситуации. И это почти сработало. Шотган поняла, что этот парень, кем бы не являлся на самом деле, знает что-то очень важное. То, что может помочь ей выбраться из этой нервотрёпки. Но как быть уверенной, что он не перережет ей горло при первой же возможности? — Откуда мне знать, что ты не убьёшь меня? — Боже, в логическом мышлении тебе дорога в никуда. Ну ладно, будь по-твоему. И так, начнём с того, что я мог спокойно подойти и прирезать тебя, пока ты забилась в угол и рыдала. Но не сделал этого, да? Вау, как удивительно, правда? — съязвил парень, пока Шотган думала о том, что его голос звучит подозрительно знакомо, — Следовательно, я не сделал этого по двум причинам. Либо просто не захотел, либо у меня нет с собой оружия. И знаешь какая причина верная? Обе. У меня даже сумки с собой нет, откуда у меня вообще может быть оружие? Плюс ко всему, мне просто незачем тебя убивать. Моя цель абсолютно противоположна. — Очень надеюсь, что ты не врёшь… Но мне всё ещё нужна гарантия или хотя бы минимальная защита. Я могу вернуться и взять кого-нибудь из призраков с собой? — вопрос был вполне ожидаемым, но реакция парня на него действительно поразила Шелли. — Ого, я уж думал ты не спросишь и тебе придётся напомнить. Бери конечно, а желательно всех. Даже не желательно, а только так! Вы нужны все. Абсолютно все. Это всё, что ты хотела? В таком случае пошли быстрее. — Подожди! Ещё одна вещь… — когда парень опять попытался потащить девушку куда-то, она вновь остановилась, заставляя незнакомца поступить также. — Сними капюшон. —… Мне нельзя этого делать, по крайней мере не сейчас. Здесь мы слишком уязвимы. — Сними капюшон. Серьёзно, я не понимаю в чём проблема? Тебе не обязательно идти так дальше, одень его потом снова. Я хочу увидеть твоё лицо. — У тебя очень странные желания. Но ладно, чёрт с тобой, если это единственное что тебе нужно. Пфх, не верится, что я делаю что-то подобное… — он уже едва скрывает злобу, тем не менее, снимает капюшон и смотрит прямо на неё. — Теперь довольна? Шелли слегка оторопела глядя на совсем молодого парня. Она не понимала лишь одного: как этот бедняга в столь юном возрасте умудрился угодить в секту и что вообще здесь искал? Только теперь, поддерживая зрительный контакт, девушка поняла где именно слышала его голос. — Подожди это… Это ты тогда закрыл перед нами решётку? — воскликнула она в крайнем удивлении, на что подросток лишь тяжело вздохнул и посмотрел на девушку ещё большее презрительно. — Да, это был я, но у меня не было выбора… А сейчас пошли, время идёт! — Стой! Последний вопрос… — Шотган вцепилась ему в руку, удерживая силой. — Как тебя зовут? — Господи, да мне не до этого! Потом скажу, а сейчас пошли! — последнюю фразу он хрипло прорычал на одном дыхании, уже потянув Шелли за собой, дав понять насколько нужно спешить. Парень резким кивком головы поправляет чёлку и уже собирается сорваться с места для побега, одновременно с этим потащив за собой Шотган, как неожиданно из-за угла выходит другой культист. — Доносчик, вот ты где! А почему… О боже… — неизвестный мужчина слегка пятиться назад, — Она… Почему ты её не убил? — Съеби с моего пути, не до тебя и твоих возгласов о Боге! — лицевые мышцы парнишки стали жёсткими, скривив зубы в злобном оскале, пока руки непривычно тряслись от натуги и силы, с которыми он их сжимал. Был бы у него с собой револьвер, то он бы либо застрелил и Шелли, и сектанта, либо застрелился бы сам. Всё как всегда вышло из-под контроля. — О Господи, ты обнажил перед ней лицо! Ты… Ты предал нас?! — Какие же вы все догадливые резко стали! А теперь, только попробуй рассказать кому-либо, потому что в противном случае ты унесёшь эту тайну с собой в могилу! — гаркнул на него «доносчик», попытаясь пройти вперёд, когда мужчина в балахоне выставил перед ним кинжал. — Вау, теперь ты мне угрожаешь? — Предателям не место в «Ордене»! Только те, кто по-настоящему удостоился спасения заслужил предстать перед Богом! Да, Золотой Орёл накажет тебя! Покарает! За твоё предательство! Тебе доверяли, на тебя надеялись и считали братом «Ордена», а что сделал ты?! Но Бог всё видит! Кажется этот культист собирался убить их обоих, но также неожиданно как его появление, бархатистый и уверенный голос раздался в темноте коридора, одновременно внушительный, при этом спокойный словно мантра: — Бога нет дома. Уехал в Майами. Секунда и мужчина падает, под громкий выстрел, разлетающийся по пространству гулким эхом. Тело с характерным стуком падает на пол, окрасив серую пыльную плитку в красный, пока ближе подошёл силуэт в таком же однотонном красном балахоне, держа охотничий карабин в руках, что заставило Шелли застыть на месте от страха. — Не бойся цветочек, я не та, за кого ты приняла меня по началу. — только теперь девушка заметила, что голос не мужской, а женский. Сняв капюшон, под ним показалась взрослая женщина с седыми волосами, что доброжелательно улыбнулась ей, обнажая золотой зуб. — Как знала, что ты один не справишься, Эдгар. — Ойх, всё могло бы получится, но она постоянно меня задерживала… — Подождите… Эдгар? Тебя зовут Эдгар? — Шотган с интересом смотрит на подростка, пока тот уныло закатывает глаза. — Да, это Эдгар, он не сказал тебе? Я Белль Голдхэнд, если что. А тебя как звать? — женщина протягивает ей золотую руку, в целях рукопожатия. — Шелли… Извините, мисс Белль, можно нескромный вопрос? — Да, конечно. Я вся во внимании. — Почему вы носите красный балахон?.. — Так это единственное что тебя удивило? Ха, знаешь, всё проще если тебе хоть немного известно о самом культе и его иерархии. — Женщина мимоходом поправляет очки с розовыми стеклами. — В «Ордене» большинство верующих носят обычные белые балахоны, думаю, тебе это уже известно, да? Есть лишь несколько исключений. Первое: глава. Он носит красный балахон и видимо именно с лидером ты меня спутала поначалу. Второе: верховные жрецы или жрицы. Они носят черные одеяния, платья в пол или такие же балахоны. Третье: ритуальный палач. Он также носит красное одеяние, а я как раз занимаю должность палача здесь. Видишь как всё просто? — Оу… Хм, ну да, это чуть больше понятно теперь. — Кстати, Шелли, а где остальные? Ты уже в курсе, что нам нужно идти? — Честно говоря, я кажется потерялась. Ушла слишком далеко, видимо… — Да? Ну ничего страшного. Я знаю эти коридоры наизусть и без карты! Где примерно находилось то место помнишь? Можешь описать? — Ох, это… Стены из коричневых кирпичей, пол такой же как и здесь… Куча труб на стенах, вокруг жарко, а в пространстве такой гул стоит от ревущих машин… В соседней комнате за стеной бойлерная была. Ну, насколько я могла судить. — Бойлерная говоришь? А-а, поняла где это. Ну что ж, давайте, пойдём, банда!

***

Возможно это прозвучит очень неожиданно, но убедить остальных пойти было не так уж и сложно. Может быть, всех просто интересовал ответ по поводу того, что вообще вокруг происходит. Видимо все поняли, что это не случайные слухи, а в последнее время творятся странные события, которые непосредственно связаны с потусторонним и мистическим. Также не исключено влияние Белль, которая оказалось вполне милой женщиной, интересной личностью и собеседницей с неплохим чувством юмора, пускай работа палача первое время настораживала и вводила в заблуждение. И только Эдгар на фоне остальных выглядел угрюмым и вечно недовольным, идущим дальше всех с выражением лица мрачнее тучи. Собственно, причиной этого стала Амбер, что нашла в нём новый объект для шуток и каламбуров. М-да, узнать её и завести разговор было самым худшим решением подростка за всё его пребывание здесь. Спустя продолжительное время компания дошла до внушительной по размерам лестницы, спиралью уходящей вверх. Ступени были невероятно старыми, что можно было понять по характерному запаху гниющего дерева, а их металлическое основание скрипело под весом людей, пока из трещин в потолке и стенах капает вода. Шелли внезапно стало интересно, с каких пор она стала настолько восприимчива к любым запахам? Скорее всего, после её пребывания в той самой горящей комнате. Заветная дверь в конце пути наверх вела в центральный неф храма, в конце которого виднелся алтарь, за которым стоял силуэт женщины в черном одеянии, повёрнутой к героям спиной. Вдоль стен и на потолке виднелись церковные витражи характерные для готических храмов, что при дневном свете изумительно переливаются различными оттенками, но вечером, при свечах, задают настроение задумчивости и таинственности. Горизонтальный витраж вверху по форме сохранял уже знакомую спираль, чем-то походящую на золотое сечение. — Я ждала вас…