8 сердец: Спуск

***

      Кольт рассматривал комнату, пытаясь найти что-то полезное. Периодически, он оглядывался на Брока, пытающегося вытащить какую-то информацию из Джесси. Жалкое зрелище. Очевидно, что это было абсолютно бесполезно, но ладно, это его дело. Пусть пытается, если считает нужным. Тем более, что Кольт не имеет права отговаривать его. То, что волнует его сейчас, так это понять, что эта девочка вообще здесь делает. Покалеченная и без присмотра. Ориентироваться довольно трудно из-за отсутствия света. Наверное, стоило взять с собой фонарь. Теперь эта идея кажется более глупой, чем пытаться вытянуть хоть слово из самого ребёнка. Плюс ко всему, если так подумать, а зачем ему вообще что-то выяснять? Какой в этом смысл? Кольт давно умер, да и этой девочке жизнь уже не пригодится. Просто убили наверное, тело сюда притащили, да и всё, гадать незачем, это было очевидно ещё с самого начала. И если быть до конца честным, не появилась бы Шотган абсолютно из неоткуда, то скорее всего, они бы даже не нашли это место, сидели в своей каморке, лишь изредка высовываясь, да и вероятнее всего не поняли бы, что творится что-либо странное, если вообще это «странное» действительно существует и происходит на самом деле, что тоже далеко не факт… Кстати говоря, а куда запропастилась Шотган? Не успел парень чуть пораскинуть мозгами и хотя бы оглянуться, чтобы в полной мере убедиться в отсутствии Шелли, он запнулся обо что-то тяжёлое. Неожиданно он смог контактировать с физическими предметами. Кольт присел на пол, обнаружив довольно увесистую, ржавую цепь. Уже на этом моменте он удивлённо вскинул брови, однако это ещё не самое интересное, что ждало его при данном обнаружении. Слегка потянув цепь на себя, что получилось конечно не сразу, он понял, что к цепи было приковано тело. Мертвое, гниющее тело маленькой девочки с слипшимися с кровью волосами и полностью разбитой головой, откуда вытекают остатки мозгов, которые на этом этапе разложения уже напоминали бесформенную кашу. Либо дело вовсе не в разложении, а в том, что ещё при смерти кто-то, — предположительно её собственная мать, ведь останки этой девочки, никто иная как Джесси, — покалечил ребёнка настолько, что привело её тело к такому плачевному состоянию. Глядя на её призрак, можно сделать смелое предположение, что голову ей проломили уже после летального исхода. Кольт, недолго думая, подталкивает труп обратно в самый тёмный угол комнаты, дабы ни Брок, ни сама Джесси не увидели этот ужас. Не то чтобы его это по-настоящему пугало, вовсе нет. Смерти и жестокости он успел увидеть при жизни, на работе. Он боится, скорее, реакции остальных на это гнилое нечто, оставшееся от когда-то живого человека. Однако сам почему-то мысленно акцентирует внимание на месте, где находится тело, словно эта информация как-либо ему пригодиться потом. Отвлекшись от трупа, парень как ни в чем не бывало вернулся к этим двоим, чтобы переговорить с другом насчёт исчезнувшей Шелли: — Ну, как успехи? — Кольт подошёл к Броку со спины, слегка приобняв его невзначай, что заставило последнего вздрогнуть от неожиданности. — Да как-то не очень… — продолжил второй призрак, спустя недолгую паузу — Она совсем не хочет говорить, лишь иногда отвечает. Только изредка всхлипывает, на большинство вопросов молчит. — Хм, а может она и тебя боится? Как думаешь? Сам посуди: увидел бы ты мертвого человека, будучи ребёнком, наверное боялся бы. — «Да… — подметил парень в мыслях, — Именно поэтому и не стоит рассказывать кому-либо из них о трупешнике в углу комнаты…» — Вроде нет, боялась бы она, наверное изначально не завела разговор. — Ясно, тогда хуйня теория. — Кольт помрачнел и отвёл взгляд куда-то в сторону, задумавшись о многом: как долго на самом деле здесь находится Джесси, и как давно умер он сам, по необъяснимой причине очнувшись именно в этом месте, о цепи, о их внешнем виде и травмах, и тем более о том, как чувствует себя Джессика, ведь если Броку больно говорить из-за раны на шее, у Кольта болит голова из-за того что он вышиб себе мозги из ружья, насколько больно будет Джесс, например, при ходьбе, с таким-то количеством травм? — Не матерись при ребёнке… — недовольно процедил Брок, сложив руки на груди. — Ой, ладно, ладно, только прекрати… Кстати, а ты не знаешь случаем куда свалило наше чудо в перьях? — наконец призрак припомнил какова была изначальная цель того, что он завел разговор. — Что? Ты про кого? — Я про Шелли. Куда она уже успела свалить? А то мало ли. Вдруг покалечится или покалечит кого-нибудь? — парень оглянулся на открытую дверь, покосившись в сторону коридора очень неодобрительно. — М-м, учитывая её настороженное поведение и наличие трубы, второй вариант выглядит более вероятным. — отметил Брок, с максимально серьезным видом, — Но всё же. Я даже как-то не заметил её отсутствия. Думаю, нам стоит поискать её. — Именно! Этим и займёмся… — призрак уже хотел направиться в коридор, но его остановили. — Стой, — висельник резко схватил друга за рукав, буквально заставив задержаться, — А что нам с ней делать? Мне кажется, оставлять Джесс здесь одну будет небезопасно. —… Ну, если небезопасно, значит берём с собой. — Кольт подошёл к тому углу, где сейчас сидела Джесси. Та посмотрела на него вопросительно, когда неожиданно для самого ребёнка, её поднимают с пола и берут на руки. Точнее на руку, ведь парень умудрился крепко сжимать в одной руке ружьё, а во второй удержать девочку. Это вовсе не тяжело, учитывая тот факт, что все они нематериальны и фактически не имеют определённого веса. — Ай-ай-ай, нет не трогай! — Джесси взвизгнула и чуть не упала, пытаясь дёргаться и спрыгнуть обратно на пол. — Что не так? Тебе больно? — Призрак нахмурился и посмотрел на девочку крайне недовольно, как бы пытаясь донести, насколько обстановка на самом деле серьёзная. — Да… — Значит ты сама? — Мф, не знаю, ходить тоже больно… — Так, ладно, поступим по-другому. Если что, держись крепче, мне самому нужно ружьё держать. Парень перехватывает девочку и усаживает к себе на спину. Джесси, конечно, подобному удивилась, но довольно быстро среагировала и ухватилась за него, после чего, звонко и по-детски рассмеявшись. Давно её не катали на спине. Кажется, за право прокатиться и немного поиграть Джесс будет совсем не против уйти. Как же легко подкупить детей. Именно по этой причине юную ребятню до сих пор похищают средь бела дня. Однако, если отвлечься немного от подобного жуткого контекста, выглядит довольно мило. Брок сам не сдержал тихий и снисходительный смех. Обстановка сделалась очень доброжелательной. Вот только вся доброжелательность мигом сошла на нет, когда все трое выдвинулись в коридор. Кольт достал дробовик, который, собственно, не очень-то и далеко убирал, Брок — верёвку, а Джесси жестом показали быть тише и желательно не бросаться в глаза. Вообще она и без этой просьбы вся сжалась и со страхом оглядывалась, лишь завидев незнакомую для себя обстановку. Видимо, ребёнок действительно не видел ничего за пределами этого подвала, или чем бы не являлась та комната с бетонными стенами. Кольт даже немного призадумался, что если это подвал, то почему он находится именно на этом уровне под землёй, а не, например, ниже или выше? Но поразмышлять долго не удалось. Компания заметила странную вещь: одну из стен в коридоре проломили, за сломанной поверхностью находилось ещё одно помещение. Из комнаты доносится музыка и какая-то невнятная возня, где виднелись несколько силуэтов. — Перехвати её. — парень передал Джесси чуть ли не буквально в руки Броку, после перезаряжая ружьё и направляясь в то загадочное место, подходя туда аккуратно, пытаясь понять обстановку лучше. Пошёл, абсолютно не подумав что если его там ждёт реальная опасность, то один он не справится. В этом был весь Кольт и его характер. — Замечательно… Свалил туда в одиночку, а на меня оставил присмотр за Джесси… М-да уж, как всегда. — тихо сказал висельник, лишь недовольно посмотрев ему вслед. Но сам на всякий случай приготовил верёвку и, прислонившись к целой части стены, в очередной раз подслушивал происходящее по ту сторону. Он мог лишь наблюдать, а что ещё оставалось? — А куда он пошёл? — спросила девочка, которая все ещё находилась у него на руках. — Тихо, Джесси. Если что вдруг пойдёт не так — спрыгнешь и убежишь в ту комнату, из которой пришли. — «Благо идти не далеко…» — хотел добавить он, но осёкся на полуслове.

***

      Шелли стояла спиной к неизвестному человеку, которого она точно не знала и знать не могла. Даже тот лидер секты в красных одеяниях, с которым она столкнулась сегодня ранее, звучал по-другому. А пока она раздумывала над этим, внутри разрастался огромный, холодный страх. То, что она приняла за щелчок, был револьвер, который ей прямо сейчас приставили к затылку. Девушка думала что-то ответить этому мужчине, но слова застряли в горле. Шотган прикусила язык, однако не почувствовала боли, а сердце, по ощущениям, словно подпрыгнуло к горлу, как обезумевший чёртик из табакерки. — Отвечай. Что ты здесь делаешь? Человек говорил с акцентом чем-то похожим на немецкий язык, но разум Шелли поначалу вообще не воспринимал его. Голос мужчины был грубым, низким, резким и в какой-то мере грозным. Чем-то похожим на рычание пса. «Вот чёрт, я не выдержу, кажется, я прямо сейчас закричу. А если я закричу, то, вероятно, этот человек пустит мне пулю в голову. Я умру и тогда мне не придётся тревожиться обо всём этом… Обо всём этом чёртовом… Безумии.» Язык она прикусила сильно — во рту уже чувствуется вкус крови. Мысли в голове плыли, а где-то в глубине сознания, вдали от реальности происходящего, брезжила неуверенная и смутная мысль, что, возможно, этот иррациональный хаос преследует её повсеместно, просто до поры до времени девушка отказывалась принимать это. — Та-ак, что это здесь происходит? Отойди от нее и убери револьвер, кем бы ты ни был. Не заставляй меня делать то, о чём я потом пожалею. Положи оружие и развернись. Спокойно, без лишних телодвижений. — раздался звук перезарядки крупного ружья, после которого послышался второй голос, строгий и серьёзный, но гораздо более спокойный, принадлежащий другому человеку, уже знакомому. Кольт. Это он, его голос и его ружьё. Зная, что теперь рядом есть знакомый, девушка наконец развернулась дабы посмотреть, что за человек угрожал ей ранее. — Что с Шелли? Живая хоть? — из дверного проема показался Брок. — Да. И я даже не знаю, к сожалению или к счастью… Когда Шелли увидела неизвестного мужчину, то даже чуть вскинул а брови от удивления: перед её взором предстал старик в форме генерала: брюки, китель, фуражка. С виду обычный престарелый мужик, легко спутать с обычным живым человеком, о чём Шотган в первую очередь и подумала, вот только одно но. Была единственная деталь, которая в очередной раз подтверждала странность происходящего. Да, уже знакомый элемент в виде зияющей дыры, на месте которой, по логике вещей, должно быть сердце. Очевидно, что этот некто, точно такой же призрак, как и остальные мертвецы. Честно говоря, Шотган уже была готова заорать во весь голос, причиняя максимальную боль своим голосовым связкам и не жалея об этом: Сука, да в этом месте есть хоть один живой человек, или вы все разом передохли?! Но так как она сама ещё не отошла от шока, да и по непонятной причине, именно в этот момент ей стало плохо, то не смогла заставить себя хоть слово вымолвить. Всё бы ничего, вот только в реальность её вывел четвёртый человек. Не комната, а проходной двор, ей богу. Нет, это никто из вышеперечисленных личностей, в лице неизвестного военного и Кольта, не Брок или Джесси. Как оказалось, в этой комнате присутствовал ещё один человек. Шелли была ещё более искренне удивлена тому, что увидела его. Честно говоря, поначалу она предполагала что он уже мёртв. — Хей, чувак, давай полегче! Может уберёшь ружьё? Мы можем всё объяснить… — Шотган узнала Рико. И, судя по всему, он тоже, только встретившись с ней взглядами. — Рико? — Шелли? — Мистер Гавс? — почти синхронно сказали Брок и Джесси, чему сами сразу удивились, когда как на них двоих вытаращился мужчина в военной форме, чьё имя, судя по всему, Гавс. — …Твою мать, что здесь вообще творится?! — сорвался Кольт, чуть не уронив ружьё. Он, кажется, единственный, кто не знает никого и не понимает ни слова из происходящего. После данного возмущения, повисла такая тишина, что даже шум бойлерной за стеной был не настолько громким. Абсолютно никто не знал, как лучше поступить и каким образом среагировать. Простояли бы они так и дальше, если бы не виниловый проигрыватель, который вновь заработал по своей воле, прокручивая уже абсолютно другую мелодию, нежели раньше. Гавс абсолютно спокойно идёт и садится на диван, около которого и стоял винтажный виниловый проигрыватель, после, глядя на остальных всё также безмятежно и безразлично. — Ну, присаживайтесь что-ли. Поговорим, наверное. Чего на месте застыли?

***

      — И так… Как давно вы… Здесь живёте? — неуверенно спрашивает Шелли, не зная насколько это будет уместно в данной ситуации, при этом, ещё и успевая более подробно разглядывать интерьер этой небольшой комнаты. — А я по чём знаю? Достаточно долго, и жил я спокойно, ровно до того момента, пока ты не пришла по мою душу. — мёртвый генерал недовольно возмущается, но довольно быстро гасит свой пыл, понимая, что сейчас это ни коем образом не поможет. Ещё одной причиной резкой смены настроения стал тот факт, что на его коленях сейчас сидела Джесси, предварительно стащившая у старика фуражку, однако во взрослые разговоры предпочитала не вмешиваться. Сейчас они действительно походили на деда и внучку, хотя в действительности не являлись кровными родственниками. — Простите, я правда не знала, что здесь кто-то есть… — А скажи-ка мне на милость, ты всегда когда видишь подозрительно хрупкую стену, делаешь всё, чтобы её сломать? Если нет, — а я уверен, что нет, — то на кой чёрт ты решила, что это будет отличной идеей? Вандализм ещё никому добра не приносил. — Оу, я не знаю… Правда не знаю, извините. — То-то же. Извинилась хоть, на этом спасибо… — Все эти вещи здесь. Они были тут изначально, или вы где-то их взяли? — Шотган с недопониманием поглядывала на проигрыватель, который, как уже выяснилось, способен сам менять композиции, причём, по очень странному и непонятному принципу, вполне способный как и повторять одну и ту же песню несколько раз, так и прекратить в любой момент. Тем не менее, за сегодняшний день она успела повидать много всего необъяснимого, так что поверить во что-то подобное уже не проблема. — Я пробыл здесь достаточно времени, чтобы помнить такие мелочи, как присутствие или отсутствие каких-либо предметов. Вот только, насколько мне известно, ничего отсюда не пропадало и всегда было здесь. Хотя, конечно, могу и ошибаться, как-никак все мы люди и подвержены плохой работе памяти… — на этом моменте, Гавс окинул взглядом всю комнату, в том числе и находящихся здесь людей, если их можно назвать таковыми, — Вообще, говоря об этом, то я просто появился здесь в какой-то момент. Эта комната, можно сказать, мой личный рай. — если честно, то последние слова и сравнения с божьим пристанищем, звучали довольно неубедительно, да и сам военный странно нахмурился, однако остальные этого и вовсе не заметили, возможно к лучшему. — Вот только «рай» оказался настолько хрупким, что несколько ударов серебряной трубы вполне хватило, чтобы… Ау! — Кольт уже было хотел съязвить что-то про сомнительную прочность комнаты, однако ему тут же прилетело по голове от Брока. — Сейчас за что? — Во-первых, не прибедняйся, я тебя едва коснулся. Во-вторых, ты можешь шутить с кем и над кем угодно, но только не с ним. Этот человек слишком много воспринимает буквально, так что, уверяю, это для твоего же блага. — На словах предупредить нельзя было? А вообще, я уже давно спросить хотел, ещё начиная с появления этой Джесси. — парень откидывается на спинку дивана, незаметно приобнимая друга за плечи, поближе к себе. — Ты откуда знаешь всех этих людей? И когда это произошло? Почему я узнаю об этом в последнюю очередь? Насколько известно мне, от армии ты откосил, да и нянькой по вызову не работал. — Я не обязан перед тобой отчитываться. — Ага, а я, значит, обязан пояснять за каждую свою шутку? К тому же, не ты ли мне жаловался, что живёшь в доме со сборищем маньяков и психопатов? — Кто вообще говорил что ты обязан? — А что, так было можно всё это время?! — Потом разберёмся. Говоря о том, откуда я всех их знаю. Когда-то мы с ними были соседями, ну, в том доме откуда я ещё не переехал. Насколько помню, мы тогда с тобой только познакомились или вроде того… — Прости, не совсем припоминаю. — Ну, я про то время когда ещё не произошло настолько сильного… обострения болезни… — последние слова, очевидно, дались ему нелегко, но спустя какое-то время, он спокойно продолжил, — Я иногда следил за Джесси, если этого требовала ситуация. На самом деле, не то чтобы её мать специально просила меня с ней посидеть. Она сама сбегала ко мне, да и не только ко мне. К некоторым другим соседям, вот Гавс, например. — начиная рассказывать о генерале, призрак значительно понизил тон голоса, в надежде на то, что старик, сидящий буквально напротив, его не услышит, — Он жил этажом ниже, и многие его сторонились и боялись. Большинство жильцов думали, что у него альцгеймер. Он забывал о многих банальных вещах, например, сходить к доктору, буянил иногда, переворачивая всё в квартире вверх дном, родственников у него не было. Но, как оказалось потом, это было ПТСР. — Да почему-то я не удивлён. Судя по твоим рассказам, в этом доме все были какие-то больные. Кстати говоря о Джесси, а что с её матерью то? Ты был знаком с их семьёй или я чего-то не догоняю? — Нет, я был знаком только с Джесс, а вот её мать… Скажем так, я не был знаком с ней лично, но многие выходки мог наблюдать со стороны. Да что уж тут, я почти всю жизнь наблюдаю за людьми вокруг меня, просто потому что обычно ни на что больше не гожусь. Эта женщина — религиозная фанатичка, которая таскала дочь по каким-то ритуалам, заставляла её читать священные книги, после чего Джесси всегда возвращалась ещё более запуганной чем она есть. Боже, ну и уроды. Как таких людей земля носит? — Бедная Джесс… А почему ты знал, но не обратился в участок? Ну или ко мне? Надеюсь, ты прекрасно знаешь, что молчание очень часто равняется соучастию. Неужто это те самые культисты, которых мы постоянно встречаем, носят они белые балахоны в пол и пытаются изгнать всех призраков? — Вообще да, это они. Кольт, ты не понимаешь масштабов этой религии или культа, или что бы то ни было в любом случае, чёрт бы их побрал… Или ты реально думаешь, что я не пытался? Да такое чувство, словно большая часть города исповедует эту недо-веру, если не весь. Не знаю в чём именно дело, может быть в деньгах? В таком случае, полиция бы не закрывала глаза на ритуалы, пропажи людей, в особенности маленьких детей, храм посреди города, который также принадлежит этой секте… — Подожди… Ты про тот, что на Мейсон-стрит что-ли? Разве это не католический собор? — Нет, не католический. Он лишь архитектурно напоминает католический и по устройству внутри тоже, но ни как не является таковым. А к тебе не обратился, потому что мы бы в любом случае ничего не доказали. — под конец рассказа, Брок сложил руки на груди и опустил взгляд в пол, погрузившись в собственные мысли по-настоящему отрешённо от реальности, когда как Кольт посмотрел на него, мягко говоря, безразлично и с ноткой недоверия во взгляде. — …Помнишь, я сказал что мне кажется в том доме все какие-то больные были? Теперь мне гораздо более понятно, почему ты там жил. — Чт… Ты… Я говорю тебе о серьезных вещах, а ты на меня клеймо шизофреника ставишь?! — Ну, если для начала, то эта история звучит максимально неубедительно и походит на бред душевнобольного. А вот если обсуждать тему шизофрении, то как бы ты не убеждал всех и себя в том числе, что здоров, то твоя мед. карточка говорит абсолютно об обратном. В ответ на подобные предъявления, висельник лишь отвернулся, всем своим видом показывая своё возмущение и негодование. В ход пошло тактическое молчание. Конечно, бесспорно, Брок мог высказать всё собственное недовольство, возможно наорать, вот только в таком случае он выставит себя не в лучшем свете. В общем-то, а другой реакции кроме обиды быть и не могло. Когда ты рассказываешь действительно близкому человеку о своём заболевании или проблеме, то очевидно, что ждёшь от него какого-то понимания, а не того, что он же попытается тебя этим задеть спустя время. Ну а Кольт понял, что действительно сболтнул лишнего. Опять. Пора бы научиться держать язык за зубами. Поэтому он поспешил извиниться, чтобы они только больше не поссорились или не привлекли лишнее внимание остальных, которое вообще будет ни к чему. — Хей… — призрак попытался дотронуться до его плеча, но друг дёрнулся, не позволяя это сделать. — И теперь ты обиделся? — Ого, и как же ты догадался? Слушай, я бы ещё понял, если бы ты просто не поверил, но задевать тему моего ментального здоровья было необязательно. — Прости… Я не хотел тебя задеть и сказал это случайно, да и в принципе возвращаться к этой теме… — Я то прощу, не сомневайся, куда денусь? Вот только тебе пора бы правильнее выбирать выражения. Просто держи в голове: я не хочу это вспоминать, понятно? — Хорошо. В таком случае, прекращай обижаться на херню. Ладно? — Ладно, извини, попытаюсь относиться проще. — Ну вот и всё, поговорили. — вроде они перед друг другом извинились, забыли про конфликт, который чуть не случился, однако между парнями всё ещё держится атмосфера напряжения. Кажется, они оба чего-то не договаривают. Либо просто не знают всей картины того, что сейчас происходит за стенами, в реальном мире. Однако, скептицизм обоих пропадёт с того момента, как только они узнают абсолютно все детали. — Рико, ещё и живой! Как же я рада тебя видеть… — Шелли почти задушила парнишку в объятиях, что вызвало у последнего вполне ожидаемую реакцию. — Оу… Хей-хей, к чему такая радость? До этого мы были знакомы с тобой от силы минут пятнадцать. — благо, та реакция была не агрессивной, а скорее слегка удивлённой. — Просто счастлива, что вновь увидела кого-то живого. — на последнем слове, Шотган рассмеялась. Довольно нервно, но искренне. — А что вообще случилось с тобой? Тебя догнали? Как ты оказался в этой комнате? Причем, в которой нет входа. — Нет входа? Так вон же дверь! — Рикошет показал на параллельную стену, где виднелась входная дверь. Увидев её и почувствовав на себе презрительный взгляд Гавса, девушке стало максимально неловко, вспоминая о том как сломала стену. А ведь нужно было просто пройти чуть дальше и обнаружить вход. — Но о том, как я здесь очутился… Это очень долгая и странная история, ты мне просто не поверишь. — Ой, да ладно тебе, если я расскажу через что прошла — ты мне тоже сто процентов не поверишь, так что давай, рассказывай! — Там в общем ничего интересно, но раз уж ты настаиваешь… — Рико лишь пожал плечами на данную просьбу. Это абсолютно нормально, что она интересовалась произошедшим с ним. Конечно, её энтузиазм вызывал некие вопросы, в силу того, что они знакомы друг с другом не так давно, хотя это скорее хорошо, нежели плохо. Вероятно, Шелли очень хороший друг, раз может переживать даже за мало знакомых ей людей. — Вообще, чтобы ты понимала то да, меня поймали. Но почему-то не убили меня сразу, что очень странно, не находишь? — Да, по идее было бы проще просто по-быстрому прирезать тебя и оставить валяться в том переулке. — Ну, вот я тоже об этом подумал когда очнулся чёрт знает где… Пусть меня и связали, на столе, как удобно, оказался странный кинжал, с помощью которого, с горем пополам, но верёвки разрезал. Кстати, это место было относительно недалеко отсюда. Я пытался найти помощь, да в принципе кого-нибудь, потому что вокруг было подозрительно безлюдно. И итоге нашёл всего одну комнату с открытой дверью, а именно эту. Поначалу Гавс также попытался убить меня, как и тебя, хе-хе… Но общий язык мы с ним нашли, потом пришла ты, а дальше сама знаешь. — М-да, неудобно со стеной получилось, извините пожалуйста… — Кстати говоря о стене. Нам тоже очень неловко и раз уж она, так скажем, на нашей ответственности… — О нет. Как только услышав из уст Брока слова «на нашей ответственности», Кольт безразлично закатил глаза. «Боже, я тебя умоляю, какая ответственность? Ты встретил её случайно и изначально даже разговаривать с ней не собирался. К тому же, в каком блять смысле «нашей»?! Я на это не подписывался!» — уже было подумал парень, и собирался это высказать, но не успел. — Почему бы нам не направиться в другое… Крыло? Честно говоря, не знаю будет ли уместным называть это так, но, насколько понимаю, есть другие коридоры. Там и живём мы, рядом есть несколько складов. Думаю там может найтись что-нибудь с помощью чего можно заделать дыру в стене. А что ты думаешь ты, Кольт? — после этой речи, последний почувствовал как его пихнули в плечо. — А-а… Ага? Определённо что-то полезное найдётся, да, наверное… — Ну вот! Так, что думаете на этот счёт?

***

      Извилистые переплетения коридоров уже стали надоедать до ощущения головокружения и тошноты в теле. Возможно, дело даже не в их одинаковости, а в температуре воздуха. Тем не менее, чтобы то ни было истинной причиной, хотелось выйти в привычные катакомбы, где, конечно местами было сыровато и холодно, но лучше будет прохладно, чем жарко. Упасть прямо здесь из-за перегрева или подскочившего давления было бы очень неприятно и некстати. Вряд-ли кто-то сможет утащить Шелли или Рико, разве что общими усилиями, и то, вероятно, едва за несколько часов управятся. Интересно, а сколько усилий понадобится нематериальным душам мёртвых людей, чтобы поднять и оттащить живого человека? — А это правда, что призраки могут летать? — в отличие от подруги, которая предпочла идти тихо, и Брока, который сам по себе общаться не хочет, Рико был в хорошем расположении духа, да и с отличной фантазией на вопросы. И неважно насколько они будут глупыми. — Эм, чел, ты за всё это время хоть раз видел нас летающими? — впервые за долгое время Кольт остановился и оглянулся на него. — Нет… — Вот и делай выводы. — Так странно, вы ведь нематериальные, сами говорили. Почему вы не можете летать? А это точно? Вы хотя бы пытались? — всё продолжал молвить Рикошет, что, казалось его вообще ничего не смущало, и отсутствие логики, и здравый смысл, который затерялась ещё в тот момент, когда они попали сюда. Да, этот парнишка оказался ещё назойливее чем Шотган. — Слушай, у тебя хобби — задавать вопросы, на которые мы потенциально не можем знать ответа? Откуда нам знать почему? Да, мы пытались, и даже не смей спрашивать про то, как это было… — поспешил перебить его призрак, который уже понимал, к чему ведут эти вопросы. Однако, чуть остыв, решает закрыть тему про полеты раз и навсегда. — Даже если умеем, то не знаем как мы должны это делать. Пока что не поняли. В общем, оно не особо-то и нужно, хотя, в некоторых ситуациях умение летать очень помогло бы. Казалось, словно само божье просветление снизошло на всех четверых, когда они обнаружили путь обратно. Оставалось лишь пройти последнюю перегородку с решёткой, распахнутой настежь, дабы перейти в катакомбы с грязно-жёлтыми каменными стенами. Вот только всё оказалось не так просто. Никто даже среагировать не успел, как неизвестный и довольно шустрый парень в белом балахоне захлопнул решётку перед ними. Несмотря на наличие капюшона, закрывающего лицо, его взгляд полный презрения и хладнокровия был и так прожигал их насквозь. — Вы никуда не пойдёте. — новый голос, а значит новая личность, в очередной раз неизвестная. Голос этого парнишки звучал довольно молодо, а ростом и строением тела чем-то походил на подростка или совсем молодого человека, вроде Рико. — На что ты рассчитываешь, когда закрываешь её перед нами? Мы ведь можем свободно пройти, что нам помешает, умник? — Кольт попытался вывести того с помощью блефа, вот только обнаружил, что не может пройти через эту решётку. Никто из призраков теперь не может. — Мы с вами ещё поквитаемся. А пока что… Удачи. — Возможно Шелли показалось, но последняя фраза действительно была сказана с ноткой сочувствия в голосе. Почти сразу после этого свет начал мигать, а за тем парнем показался силуэт в красном балахоне. Ничего не говорящий, не участвующий в ситуации, исполняющий не больше роли обычного наблюдателя. Когда свет погас окончательно, тогда стало действительно страшно. Ведь шум машин и бойлерной наконец стих, за всё время нахождения здесь. Вот только этот шум заменило лёгкое потрескивание и крики людей вдалеке, мучающихся в агонии, наряду с которыми звенит женский смех. Только теперь становится ясно, что туман, нависший в воздухе, оказался дымом, а некомфортно тёплая температура пространства нагревалась с каждой минутой не просто так. Кто-то или что-то горит в одной из комнат…