Я отомщу тебе!

В "Банке" было накурено и душно. Плотный смог сигаретного дыма летал под потолком, купаясь в тусклых лучах красного света. Бильярдная находилась в подвале какого-то многоэтажного дома, отчего плохо проветривалась и была оккупирована сыростью. Везде слышались удары бильярдных шаров друг о друга, мат игроков и заразительный смех старого бородатого бармена. - Нам вообще сюда можно? - подозрительно спросила Эмили Лайта, который, кстати, один дожидался её у входа в бильярдную. - С восемнадцати же только, криминальщики гребаные. Юноша рассмеялся, опуская руку на голову девушке. Прямо как тогда, в первый день их знакомства. - Мне уже есть восемнадцать, и Майку тоже. Так что держись нас, несовершеннолетний ребенок. Мало ли, в какую передрягу ты способна ввязаться. Я тебя потом из полиции вытаскивать не буду. Эмили ударила друга по руке, отчего тот засмеялся только громче и притянул её ближе к себе, закрывая от пьяной компании мужчин, находящейся слева от них. - Сказал же, держись ближе ко мне, - тоном недовольной мамочки повторил парень, хватая одноклассницу за руку. - Классный браслет, кстати. Дашь погонять? - Нет. Лайт ухмыльнулся, протаскивая подругу к нужному столику. Оказалось, ей не придется сидеть в этом задымленном помещении, так как ребята решили снять небольшую комнату, где их бы никто не побеспокоил. Обосновалось это тем, что годовщина отношений - дело сугубо личное. - Ты ничего поярче надеть не могла? Ходишь вечно как смерть. Я думал, у тебя школьная форма только черного цвета, а тут... Эмили недовольно уставилась на Лайта, пытаясь вырваться из его стальной хватки, но парень непринужденно удерживал её руку, ничего не замечая. Это была словно игра, кто первый не выдержит давления и заскулит о пощаде. - Никто не предупреждал меня о дресс-коде. И, к тому же, ты сам вечно в черном. Еще и кожаном. Не находишь, что не уместно упрекать в этом меня? - Разговариваем с тобой как в девятнадцатом веке, миледи. Будь проще. - Лайт отпустил её руку и учтиво открыл дверь, жестом приглашая девушку войти. Все были в сборе. Крис и Сайта сидели, обнявшись, на самом дальнем диване, потягивая коктейли ядовито-голубого цвета. Майк стоял около бильярдного стола, натирая кончик кия мелом. Шары были сложены на игровом поле в виде равностороннего треугольника, ожидая начала игры. - А вот и наша гостья, - улыбнулся Майк, забирая Эмили под свою опеку. Это выглядело довольно учтиво и даже правильно с его стороны, но ненависть кипела в Эмили, и она предпочла бы остаться под теплым крылом Лайта. В его тени действительно чувствуется защищенность и спокойствие, сопровождаемое некой теплотой. Майк тоже излучал безопасность и уют, но все это перебивалось стальным взглядом одиннадцатилетнего мальчика, толкающего Эмили в грязную лужу или на ржавый гвоздь в старом школьном дворе. - Хочешь, я научу тебя играть? - не дожидаясь ответа, юноша вложил в руки девушки изящный кий и подвел её к столу. - Смотри, ничего сложного. Наклонись к кию. Подбородок должен находиться строго над ним, что позволит четко увидеть точку прицела. И бей по белому шару, разбивая пирамиду. Не хочу нагружать тебя изысками правил, поэтому - просто ударь. Эмили подошла к столу, нагнулась, как учили старые американские фильмы, пропустила кий между пальцами и несильно ударила по шару. Раздался приятный стук и несколько шаров, на удивление остальной компании, закатились в лузы, беззвучно упав в веревочные сетки. Играть в бильярд оказалось не так трудно, как думала Эмили, но свою первую игру она все равно проиграла. Конечно, насколько ненавистна была фигура Майка, но играл он отменно и, наверное, даже участвовал в каких-нибудь турнирах. Лайт играл еще лучше. Он виртуозно крутил кий пальцами, пафосно клал его на стол и аккуратно бил по шарам, закатывая их в лунки. Матч Лайта и Майка кончился сухой победой первого. Парень даже ни разу не позволил другу ударить, разогнав все шары. Майк был недоволен и требовал реванша. На этот раз ему предоставилась возможность бить первым, но он потерпел крах на шестом ударе, из-за чего Лайт снова выиграл, подкалывая проигравшего. - Только с девчонками тебе и играть, - затягиваясь, заметил победитель, уворачиваясь от пивной кружки, которая так и норовила попасть ему в голову. - И будьте любезны, молодой человек, прекратить уничтожать прекрасный сервиз данного бара. Следующими вышли играть Сайта и Крис. Игра не клеилась, потому что парочка вечно прерывалась на долгие поцелуи и обнимания. Но никто не чувствовал неловкости, ибо оставшаяся троица вела размеренную светскую беседу, сидя за столом. - По-моему, когда парень - слабак, это ужасно, - скривился Лайт, самодовольно ухмыльнувшись. - Что значит "когда парень"? - Майк нахмурился. - Я вообще не переношу слабых людей. Не важно, девушка это или парень. Слабые люди выглядят жалко. У них такой вид, будто они сломаются от любого плохого слова, отчего вечно хочется им помочь, лишь бы не слышать беспричинное нытье. Ненавижу слабаков. Каждый человек должен уметь за себя постоять, не важно, в какой ситуации он находится, - парень закончил монолог и с ужасом покосился на Эмили. На лице девушки читалась жестокость и отвращение. Она немного нахмурила брови, фокусируя взгляд на Майке и с презрением отвернулась, пытаясь контролировать свои эмоции. Еще немного, и его тело будет распято на этом же столе. - Но, - продолжил парень, - хорошо, что среди нас нет таких людей. - Он говорил это, скорее, чтобы успокоить одноклассницу, а не потому что считал это отличным продолжением своего монолога. - Эмили, ты очень сильная. Пожалуйста, будь моей девушкой. Напряженная тишина повисла в воздухе. Казалось, стих гомон за дверью, в основном зале, пиво в бокалах перестало шипеть, а дыхание всех пятерых остановилось. Майк, с надеждой в глазах, смотрел на возлюбленную и ожидал, когда та тоже взглянет на него. Так и получилось. Девушка повернулась, но её лицо отражало куда больше гнева, чем было до этого. Она глубоко вдохнула, морщась от едкого воздуха, пропитанного сигаретным дымом, встала и хрипло произнесла: - Я ухожу. Звуки вновь вернулись и заполнили собой пространство, отражаясь от стен и смешиваясь с собственным эхом. - Эм, подожди. Ответь, прошу. - Голос парня наполнился отчаянием, и он схватил девушку за руку, не давая ей уйти. Щелкнули заклепки браслета, и тот, с еле слышным хлопком, упал на отделанный камнем пол. Майк приоткрыл рот от удивления, смотря на тонкую красную полосу на руке Эмили, грубо перечеркивающую вены. Девушка сжала кулак, впиваясь ногтями в кожу и напрягая руку. - Эмили, поверь мне, это не важно! - юноша взглядом указал на старый шрам. - Ничего не важно. Это не значит, что ты слабая. Я не ненавижу тебя! Ты мне нравишься, даже очень. Пожалуйста, будь моей девушкой, и я защищу тебя от любых бед! Ты будешь, как за каменной стеной. Ну... может это слишком рано, только не будь так категорична. Присмотрись ко мне, и я тебе понравлюсь. Майк ослабил хватку, позволяя девушке освободиться. В её глазах заблестели слезы, которые тут же высохли, так и не побежав по щекам. - Просто сдохни. - Она перевела дыхание и повторила еще раз. - Просто сдохни, чертов ублюдок. Умри. Умри! УМРИ! - Визг, смешанный с хрипотой, заглушил собой все. Эмили тяжело дышала, пытаясь сдержать эмоции и не разреветься прямо здесь. Её боль и обида достигали своего пика, сливались с детскими страхами и новыми пережитыми эмоциями. Она чувствовала непонимание всей компании, но не могла ничего объяснить, осознавая всю необходимость данных объяснений. - Эмили. - голос Лайта был строг и серьезен. Опять недоволен и опять хочет начать читать свои нравоучения. Гребаный мудрец, не знающий всей ситуации с самого начала. - Замолчи! Ты тоже! Все замолчите! - девушка пошатнулась, но Майк заботливо придержал её за плечи, помогая устоять на ногах. Она скривилась от отвращения и резко дернулась назад, налетая на стену. - Это не попытка самоубийства, Лайт. - Голос стал спокоен, а Эмили впала в состояние отрешенности, медленно переставая понимать происходящее. Она обращалась к Лайту, ведь так было легче. Этот человек понимал гораздо больше, нежели все остальные. - Когда-то давно, еще в детстве, я стояла на заднем школьном дворе, а потом один хулиган толкнул меня, отчего я налетела на гвоздь, вскрыв вены. Изо дня в день он издевался и изводил меня, медленно, но верно подводя к грани. Знаете, я действительно видела грань, но не решалась настигнуть её, боясь смерти. Каждый день я попадала в ад, надевая очки с ярко-розовыми стеклами, и каждый раз стекла разбивались, врезаясь в сетчатку. Ведь Майк тоже не всегда учился с тобой, друг, - выдохнула Эмили и дождалась немого согласия. - До вашего знакомства он был другим человеком. Я ненавижу тебя, Майк. Вымри. Просто вымри, и мне станет легче. Майк трясся, опустив взгляд в угол комнаты и пытаясь найти какое-то логическое объяснение. Навалившийся груз ответственности за содеянное прижимал его к земле, но он не верил, что это реальность. - Твоя фамилия... она не та... - Бывает. Я сменила её, Майк. - Последнее слово произнесено, словно грязное ругательство. Сквозь зубы. - А глаза! Это не ты! У той девочки были другие глаза! Ярко-голубые! Это не ты! Не ты... не ты. Парень отходил назад, пока тоже не встретил преграду в виде стены и кожей не почувствовал её холод. Эмили медленно сняла цветную темную линзу и демонстративно бросила её на пол, высвобождая маленький и, действительно яркий, голубой огонек. Теперь она выглядела волшебно. Бледная кожа и разные глаза. Один, словно утопает во мгле, а другой разгоняет эту темноту. - Я не хотела срываться, но ты сам меня довел. Исчезни и никому не будет плохо. Исчезни, тварь. Девушка быстро вылетела из комнаты и, еле пробравшись сквозь плотную толпу, оказалась на улице. Ледяной вечерний воздух беспощадно хлестал её по щекам, но она игнорировала его и, лишившись воли, шла вперед, шаркая ногами. Сайта молча встала и вышла из комнаты, хлопнув дверью и бросив какую-то грубость на прощание. Крис посмотрел на Лайта в поисках поддержки, и тот махнул рукой, отпуская друга вслед за злой девушкой. Он многозначительно кивнул, мол "Да успокойся. Все нормально. Иди. Мы правда не расстроимся", и Крис тоже ушел. Майк закрыл голову руками, пропустив длинные каштановые волосы между пальцами, и сжал кулаки, натягивая пряди до предела, чтобы почувствовать боль. Разум отторгал произошедшее, списывая все на плохой сон или ужасную шутку. Парень медленно скатился по стене, оседая на пол и сгибаясь в беззвучном крике. Дрожь овладела его телом, но юноша не сдавался и всеми силами пытался её сдержать, пока, наконец, не дал волю чувствам и в голос не застонал от переполнявшей его боли. Он заметил, что остался в комнате один и судорожно пополз по полу, отыскивая прозрачную линзу. Все верно, так и есть. Это Эмили Вульф. Какая же все-таки у неё благородная фамилия. Куртка Лайта лежала на диване, и парень медленно направился в её сторону, не вставая с пола. Он знал, Лайт - тот еще психопат, которому, по предписанию врачей, следовало пить множество лекарств. "Успокоительное? К черту! Обезболивающее? К черту! Снотворное... Хм..." Майк с трудом отрыл маленькую баночку, обнаружив на дне две совсем крохотные таблетки прямоугольной формы. Они были не больше трех миллиметров, но притягивали и манили к себе, обещая скорое отправление за грань. Залпом опрокинув содержимое, он облокотился на спинку и почувствовал горячие дорожки на щеках, мысленно пропитываясь отвращением к себе. "Да я же тот самый слабак, которых я так ненавижу. Ничего, дружище, скоро это все кончится". Его легкие вспыхнули огнем, когда в них не осталось воздуха, и он почувствовал колкую боль в области живота, а затем и кулак Лайта, вонзившийся туда. - Иди твою направо, придурок! Ты сколько выпил!? ОТВЕЧАЙ НЕМЕДЛЕННО! - Две, - хрипло произнес парень, поднимая взгляд на друга. - Там было только две. - Хорошо. - Лайт поставил на стол несколько бутылок алкоголя, которые до этого держал в руке, и налил в стакан коньяка, так, чтобы тот переливался через край. - Пей. - Но... нельзя же столько много и сразу... - Сегодня можно, - с усмешкой заметил юноша, отхлебывая виски прямо из горла. - Слушай, все очень плохо? - Всё. Очень. Плохо.

***

Стоя в центре раздевалки, Майк горделиво показывал одноклассникам небольшой баллон дезодоранта. - Этим пользуются только взрослые парни, - высокомерно сказал он, заполняя воздух сладким запахом. - А теперь, - за мной! Есть идея. Толпа ребят высыпалась в спортивный зал под предводительством Майка. Эмили, как обычно, сидела в уголке, гладя игрушку собаки, с новыми, пришитыми глазами. - Ты что делать собрался? - Наблюдайте. Это будет весело. Он быстро приблизился к девочке, отчего та забилась глубже в угол, притягивая колени к груди. Услышав свое имя, она инстинктивно подняла голову, чувствуя, как непонятно откуда взявшаяся струя химикатов, полилась ей в лицо. Глаза горели огнем. Из них текли слезы. Бросившись вон из зала, она, наугад, побежала в туалет, вымывать пахучее средство. Наконец, зрение вернулось, но предметы были чуть размыты, а буквы и вовсе не понятны. Девочка смачивала глаза, пытаясь вернуть четкость изображению, но ничего не получалось. Детский страх и отчаяние поселилось в душе. Она бросилась домой прямо в спортивной форме, не отпросившись у учителей.