Я отомщу тебе!

Лайт курил, сидя на полу и облокачиваясь на сиденье дивана, на котором мирно спал Майк, сдавшийся на милость алкоголю. "Слабак, - парень ухмыльнулся, поджигая десятую по счету сигарету, - сдался после первой бутылки". Разум Лайта отказывался работать, отказывался воспринимать происходящее. Другими словами, он был попросту пьян. Дрожащей рукой юноша написал адрес проживания друга, достал из его кармана десятидолларовую купюру и поднялся на ноги, хватаясь за стол. Мир расплывался и ускользал, ноги не слушались команд владельца. Сигарета выпала из рук, упала на каменный пол и тут же потухла, оставив рядом с собой несколько крошек светло-серого пепла. Бар был почти пуст. Лишь за самым дальним столиком храпел грузный мужчина с усами, в которых застряли крупные кристаллы соли. Бармен был свеж и бодр, будто проспал несколько суток подряд. Он понимающе улыбнулся и поставил на барную стойку бутылку минералки с кислым привкусом лимона. - За счет заведения. Лайт молча кивнул и сделал огромные усилия, чтобы дойти до спасительной жидкости. Ему пить совсем не хотелось, но он знал, что как только влюбленный алкоголик-неудачник проснется, то будет плакать как девчонка, страдая от сурового похмелья. Парень по себе помнил, как ужасно первый раз напиться и как скоро организм будет требовать все больше и больше алкоголя, наслаждаясь его горечью и забвением. Поставив бутылку на стол, напротив Майка, Лайт, пошатываясь, покинул бар, направляясь к школе. На сегодня его миссия еще не закончена. Город был прекрасен. В предрассветный час улицы были пусты. Не было назойливого гудения машин, шумных разговоров толпы. Было не слышно приглушенной музыки, доносящейся из магазинов и киосков. Кое-где проскальзывали бродячие кошки - единственные обитатели этого мира. Спали даже птицы. Это было то время, когда совы уже улеглись спать, а жаворонки еще не проснулись. Лайт шел вперед, падал, хватался за столбы, но все равно шел. Отсутствие куртки, которая так некстати была оставлена в бильярдной, давало о себе знать. Кожа приобрела синеватый оттенок и покрылась огромными мурашками. Юноша пришел к школе, отмечая, насколько мрачным становилось это место в ночные часы. Зеленые деревья смешались в единую темную палитру, а мертвая тишина окутала пространство, не позволяя звукам рушить созданный ею мир. Должно быть, в окнах, сейчас, отражается загадочный лунный диск, но отсюда школу было не видно. До неё еще идти и идти. Эмили сидела в своем уютном уголке, находясь где-то в прострации. Мир был бесшумен, но в её мире заглохла даже сама Тишина. Девушке хотелось лишь спокойствия и уединения. Окоченевшее тело не чувствовало ничего, кроме приятного покалывания в области ног. Старый шрам упрекающе сиял на руке, будучи не скрыт браслетом, оставленным в баре, а правый глаз размывал изображение. За семь лет её зрение значительно улучшилось, но, как сказал врач, последствия химического ожога останутся навсегда. - Месть. Месть. Месть. Месть, - маниакально повторяла Эм, все больше вникая в смысл этого слова. Сейчас её не преследовало дикое желание отомстить. Оно просто въелось в её душу, заполняя собой всё и становясь её составляющим. "Как же глупо было все рассказывать. Как же глупо. Но, ничего, я обязательно что-нибудь придумаю и отомщу, не смотря на то, что теперь и он все вспомнил. Месть". Лайт тактично кашлянул, заявляя о своем присутствии, и ввалился на полянку, еле дойдя до дерева. Облокотившись, юноша упал, прижимая своим весом Эмили к земле. Та, наконец, вернулась в реальный мир и с ужасом взглянула на невменяемого парня, пытаясь скинуть его с себя. - Будешь вырываться, - изнасилую, - сквозь сон прошептал он, подтягивая колени к груди и скрывая широкую улыбку, которая все равно чувствовалась в голосе. - Холодно очень, правда? Сняв с себя куртку, Эмили накрыла ею парня, и тот, с пьяной радостью, закутался в неё, ощущая тепло и цветочный аромат дешевых духов. Девушка с нежностью дотронулась до его волос и начала перебирать золотые пряди, прогоняя предательскую дрожь. - Хочу в серый покраситься, - прохрипел юноша. - Тебе пойдет. - А ты... Что хочешь теперь ты делать? - Лайт перевернулся на спину и открыл глаза, взглянув на небо. В его глазах отражались расплывчатые блики звезд, танцуя в унисон, вместе с помутнениями алкоголя. - Не знаю, Лайт. Что бы ты сделал, на моем месте? Юноша приподнялся на локтях, скидывая куртку и оборачиваясь на одноклассницу. Эмили сидела, задрав голову к небу и рассматривая большую медведицу. Её руки сжимали траву и тряслись от холода, волосы спутались и тонкими нитями липли к губам. - Я бы отомстил, - ответил Лайт, возвращая куртку владелице. - Он многое мне рассказал. Наверное, ты ненавидишь его больше, чем кого бы то ни было. Я бы ненавидел. Парень пододвинулся к подруге. От него шел запах алкоголя, смешанный с табачным дымом, но ему было плевать. Положив руки ей на плечи, юноша провел носом по щеке девушки, чувствуя, как она слабо пытается оттолкнуть его от себя, и пока этого не произошло нагло впился в её губы, воруя первый поцелуй. - Извини, - равнодушно прошептал он. - Под алкоголем я всегда говорю много лишнего... - Парень упал на колени одноклассницы, буквально физически ощущая её шок, и провалился в сладкую темноту, не пытаясь выбраться наружу.