Chackmate/Шах и Мат

Почему-то на сердце не спокойно. Да и здравый смысл вовсю орёт, что нужно узнать как, где и почему. Только вот руки усердно отодвигают мобильник куда подальше, а глаза закрываются, до боли сжимаясь. - Пейно! - вдруг орут внизу. Нет, они еще не вернулись, просто Луи вдруг стало скучно, а в комнате этого предателя нет больше ничего ценного: всё унес к себе - вот Томмо и бесится. Гарри - чертов придурок - Стайлс! Будем надеяться, ты не вернёшься сюда живым. Нет, вообще не вернешься. Около получаса назад Лиам нашел флешку с очень любопытным содержимым. Поэтому, впрочем, он сейчас лежит на кровати и любуется белым потолком своей комнаты. Он ненавидел себя, узнав всю правду. Гарри тоже всё знал. И собирался раскрыть ее. Только вот не своим, а тем, против кого пытался строить козни. Тому, кого ненавидел и презирал, но сейчас работал на его стороне. Александру Мейну. И Пейно ненавидел его за это. И себя. Ведь правда лежала на поверхности, рядом. А он ее упустил. А еще в МИ-6 работал когда-то. Чёрт... - Лиам! - снова крик снизу. Нет, Зейн еще не вернулся. Луи до сих пор пытается узнать, что же такого ценного находилось в комнате кудрявого. И почему Пейн позволил себе войти туда. А правда была слишком невероятна, чтобы в нее верить. Комната была открыта в этот раз, поэтому из праздного любопытства Лимо заглянул туда. И увидел всё, что нужно было, да и не нужно тоже. Парень даже и не обратил внимания на ноутбук, пока осматривал стену у кровати: фото всех их, Алекс, Абигейл, мистера Питерсона, а в середине - Александр Мейн. Между ними были проведены линии из ниток, развешаны газетные вырезки, еще какие-то заметки. Не комната, а убежище детектива, блин... Но оказалось не до шуток, когда ноутбук выдал видеозапись, стоило Лиаму дотронутся рукой до него. "Фильм" назывался "Готовим агентов для особо опасных заданий", а в главных ролях были не только сам Пейн и Алекс с Аби, но и Зейн, Найл и Луи. Гарри не было. Он вообще выглядел, как призрак, появившийся для истребления людей c экрана. Лиам среагировал не так быстро, как хотелось бы ему. Только услышав приближающиеся шаги Луи, он бегом понесся к стене с фото, собрал всё оттуда, скинул на ноут, схватил его и унёсся в свою комнату, закрывшись на ключ. И только потом до него дошло, что нужно рассказать обо всём. Надо, только чёрт бы побрал его боязнь перед прошлым. А еще за Алекс. - Лиам, мать твою, Пейн! - дикий крик Томмо разнесся по дому, заставляя стены содрогнуться, а адресата подняться с кровати и в темпе спуститься вниз. Пейн, конечно, спустился, но дальше порога в гостиной шагать отказывался. Просто голова вдруг отключилась, а ноги подкашивались. Поэтому Луи, ждавший, пока друг переступит деревяшку, разделявшую гостиную и холл, укоризненно покачал головой. Зейн бы упал, если бы с одной стороны его не поддерживала Алекс, а с другой - дверной косяк, за который он уцепился. Плечо больно кололо, а нога вообще исчезла из зоны видимости мозга. - Какого черта ты стоишь там и пялишься?! - вскрикнула Алекс, заставляя сознание проснуться, а плечо заболеть еще сильнее. - Пейн, ты поможешь, в конце концов?! - от голоса Лу заложило уши. Нужно добраться до дивана, а потом можно и сознание терять. Что, впрочем, у Зейна получилось только при помощи Луи и Лиама, наконец, пришедшего в себя. Аптечка прибыла немного быстрее, чем спина Зейна успела расположиться на диване. - Плечо - сквозное, в колене пуля, - протараторила Алексис, а после Зейн отключился. Провалился в бессознание, где в пустоте ходишь по воздуху, ища выход. Наверное, именно это ощущаешь, когда стоишь на смертном одре: облегчение и страх. Облегчение от проблем и жизни как таковой. А страх, потому что не успел слишком многого сделать. Слишком много упустил и не нашел еще. Слишком много... Вот почему пытаешься найти свет, который обязательно должен тебя вернуть к жизни. Только вот кто сказал, что свет этот правильный?.. - Почему ты ни черта не рассказала нам?! – грозный голос Лиама слышен где-то вдалеке. - Что я должна была рассказать? А главное, зачем? – приглушенные завывания Алекс. Темнота постепенно развеялась, и перед глазами Малика показалась размытая хрустальная люстра. Уши слышали разговор, только мозг отказывался воспринимать его. - О чем это вы? – прохрипел он, когда язык более-менее стал слушаться его. - Боже, - лишь выдохнул Пейн, а Алекс подняла на него свои заплаканные глаза. - Очнулся, наконец, - констатировав факт, Луи навис над головой Зейна. – Как себя чувствуешь? - В ушах шумит, и голова болит. А еще в горле пересохло, - парень попытался встать, только вот руки Томмо не позволили ему этого сделать, уложив обратно. – Найл… Где Найл? - Зейн… - прошептала Алекс. - Он мертв. Ты не помнишь? – нахмурился Лу. - Нет. Не может быть… - глаза Малика забегали, а руки пробила дрожь. - Так ты не помнишь? – повторил вопрос Томлинсон. - Помню, - шмыгнул Зейн. – Это Стайлс. Это он его убил… В комнате повисло молчание. Луи вернулся на кресло, напротив дивана. Лиам пепелил укоризненным взглядом Алекс, которая, в свою очередь, не могла поднять глаз. А Зейн лежал и проклинал. Неважно кого. Просто нужно было найти виноватого. Только вот Лиам уже сделал это за него. Нет, он не обвинял в смерти Найла Гарри. Это была ее вина. Алекс. Если бы она рассказала всё с самого начала, тогда все были бы живы. Всхлип… Еще один… - Что? Совесть зажрала? – съязвил Пейно. - Захлопнись, придурок, - отозвалась Алексис. - Я-то придурок? А ты тогда кто? – продолжил Лимо. - Если собрались отношения выяснять, то шуруйте в другую комнату, - процедил Луи. А Зейн понял, что грызутся они уже долго, а значит, он проспал почти целую вечность. Комнату снова окутала тишина. Малик хотел встать и сделать что-нибудь. Да хоть что-нибудь… Попрыгать, побегать… Клоуном выступить, на крайний случай, но чтобы обстановка не была такой гнетущей и пугающей здесь – в месте, где собрались люди, еще до конца не покаявшиеся в своих грехах. Лиам отлепил себя от дверного косяка, который подпирал всё это время, и направился к Алекс, беспомощно пристроившейся на втором кресле. Знаете, как хищник выслеживает добычу? То, как двигался Пейн, походило на это. Еще мгновение… Еще чуть-чуть… И вот: хищник поймал добычу и поволок за собой подальше от чужих глаз. Лиам схватил Алексис за запястье и, заставив подняться с кресла, утащил на кухню – типичную комнату для важных и не очень разговоров. Луи и Зейн и лишь синхронно вздохнули и даже не улыбнулись такому совпадению, как это обычно у них бывало: ситуация не позволяла, да и само внутреннее состояние тоже.