Chackmate/Шах и Мат

When the night is cold And you feel like no one knows What it's like to be the only one Buried in this hole (с) Our Last Night - Sunrise*

Не страшно. И не больно. Но почему-то ощущение, что окатили ведром ледяной воды: руки трясутся, а уши заложило от крика. Чужой крик, звериный. И сердце колотится так, будто сейчас выпрыгнет из груди и ускачет отсюда. Дальше, еще дальше. Только сейчас начинаешь осознавать, что игра началась давно, и противник побеждает. Постепенно съедает тебя, откусывая маленькие кусочки. Не хочется верить реальности. Нет! Это всё сон!.. Звук падающего тела. Огнестрел в голову. Да, бесчувственные твари собрались здесь… – Что? Даже не подбежишь к ней? – смешок. – Ну и сука же ты, - сквозь зубы прошипел Зейн. – Что есть, то есть. А вообще, мы приехали убить вас всех, – ядовитая усмешка. – Мейн приказал забрать девчонку, а вас похоронить. – Ненавижу тебя, – Алекс широко открытыми глазами смотрела на тело Абигейл. Пуля в затылке не красила девушку: кровь запеклась на волосах, руки распластались по земле, а нос, кажется, встретившись с асфальтом, сломался. – Послушай, Лекси, может, добровольно сдашься? – Гарри прожигал в ней две дырки, нагло улыбаясь. – Пошел к че… – чуть было возмутился Малик, но Алексис его перебила: – Что мне с этого будет? – Ищешь выгоду везде? – снова противная усмешка. – Оставь в живых их, – холодно ответила девушка. Повисло молчание. Ветер шуршал осенней листвой, насвистывая какую-то свою мелодию. Темнота постепенно окутывала лес. Алексис смотрела прямо в глаза Стайлсу. Ненавидя. Но почему-то жалея. Гарри отвечал встречным взглядом. Он спрашивал ее, зачем всё это. Зачем играть со всеми? Он хотел приставить дуло пистолета к ее груди и заставить признаться во всех своих грехах. Хотел, чтобы она рассказала, зачем убила их всех. Кто она, и она ли вообще. Внутри что-то болело, и Гарри знал что. Он знал, что боль утихнет тогда, когда он убьет ее. Убьет Алексис Мейн. – Ладно. Но только без фокусов! – Стайлс засунул пистолет в кобуру. – Я надеюсь, ты меня поняла? – Алекс? – шепотом спросил Зейн. – Не переживай. Я вернусь. Я обязательно вернусь, – она улыбнулась и чмокнула его в уголок губ. – Малик, ты чего творишь?! – послышался сзади дикий крик. – Ты, главное, не дай ему ошибок наделать, – Алекс кивнула за спину Зейну. – Лгунья… - беззвучно проговорил он, и, опустив голову, позволил ей уйти. Алекс направилась к Гарри, смотря прямо ему в глаза. Парень сделал шаг в сторону и пропустил девушку к дверце машины. Даже не оглянувшись, она села в авто. – Малик! Твою мать! – Лиам полетел через дверной порог. – Придурок недоделанный! – Прости, – прошептал Зейн то ли вслед уезжающей машине, то ли ругающемуся на полу Пейну. – Прости меня… Замечаешь, как время тянется, только тогда, когда в голове пусто, а в груди не бьется. Дыхание слишком размерное, пугающее даже. По виску стекает капля крови, замирая у шеи. Ты вроде бы знаешь, что будет дальше. И даже хочешь, чтобы всё скорее случилось. Но холодное дуло лишь будоражит воображение, медленно собирая капли пота и крови на щеке. Страшно. Даже очень. И не потому, что дала обещание вернуться. Страшно потому, что не можешь понять: играются с тобой или нет. Ход за ходом противник подбирается к королю. Только вот сам король не в состоянии понять, что под его ногами лежат кучи трупов пешек и обе ладьи. Верные кони еще рядом, но вот слон решил задуматься о том, правильно ли всё это. А ферзь задается сейчас вопросом, когда всё это началось. И не так важно, что время скоро закончится. Чувствуешь коленями холодный бетонный пол. В запястья за спиной до крови впилась веревка, а голова безвольно свешивается вниз, ощущая темную тишину. Сердце бешено колотится, на пятой скорости гоняя кровь по венам. Мозг начинает соображать, включает пленку с воспоминаниями. И ты понимаешь, что влипла. Конкретно так и по самое не хочу. Начала тонуть в этих зыбучих песках давно, поэтому сейчас уже не можешь пошевелить руками – просто раньше никто не помог. Видел, но предпочел сбежать. А в последний момент ты хотела ухватиться за протянутую руку, но не получилось – сила, затягивающая вниз, усилилась ровно настолько, чтобы не позволить выбраться. – Гарри, – просипела Алексис. – Что? – вздохнул парень. – Как давно всё это началось? – С тех самых пор, как ты начала охоту на парней, – Стайлс присел на корточки напротив нее. – Неправда. Я не охотилась на них. Просто… выполняла приказ, – она резко подняла глаза. – Нет, – парень покачал головой. – Нет. Это началось тогда, когда ты согласилась принять это задание. Ты – самый ужасный человек, которого я когда-либо видел в своей жизни. – Почему же? – усмехнулась Алекс. – А как же Петти? Ответом послужила пощёчина. – Неужели ты думаешь, что я плохо осведомлен? – повел бровью Гарри. Молчание. – Последнее, что я хочу слышать от Малика и Пейна это то, что они доверяют тебе и придут забрать, – вздохнул он. – Они ведь не знают о твоём тайном прошлом. И они даже не догадываются, что Абигейл не причем. Да, я имею в виду то, что не было никакой замены. Во всех случаях была ты. Эх, бедная девушка. Работала она себе в МИ-6 и никого не трогала. А тут пришёл я и убил её. Как у тебя получилось водить за нос этих троих? Неужели они поверили тебе? – А ты как думаешь? – девушка улыбнулась, обнажая окровавленные зубы. – Убить хочу тебя. И всё, – снова вздохнул Стайлс. – Тебе нужны ответы, – прошептала Алекс. – Чего ты там мямлишь? – нахмурился парень. – Ответить хочу на вопросы твои. Мне всё равно терять нечего, – она опустила голову. – Да что ты говоришь. Ответить на мои вопросы? Неужели ты, наконец, обрадуешь меня? – презрительно усмехнулся кудрявый. – Если не хочешь, то не надо, – снова перешла на шёпот девушка. – Хотя, если хорошенько подумать, у тебя появилась замечательная возможность пообщаться лицом к лицу с убийцей Петти Роуз, Джорджа Холса… – А еще со стрелком, пустившим пулю в спину Найлу, зверем, растерзавшим ребенка у Лиама на глазах, и «мужчиной в маске», избившим Зейна, - продолжил Гарри. – Я всё знаю. Только не понимаю причин. – Ты дурак, вот и не понимаешь. Они все стали частью революции. Они должны были пострадать, но в разной степени. Это было лишь задание. Задание, которое изменило всю мою жизнь. Я была обычным солдатом, подчиняющимся власти начальства… – Ну да, давай, начни заливать мне про то, что ты была железной леди, а как встретила Зейна, изменилась. Не верю, – усмехнулся кудрявый. – Не верю! – еще громче сказал он. – Что мне сделать, чтобы ты поверил? – вздохнула Алекс. – Умереть, – прошептал парень. Повисла тишина. Опять эта разъедающая мозг тишина. Гарри смотрел в пол. Мысли не путались и даже не метались – всё было предельно ясно и понятно. Но и абсолютно бессмысленно. – Стайлс, ты никогда не спрашивал у себя, за что ее убили? – подала голос Алекс. – Глупый вопрос, - отозвался он. – Задай его. Это ведь главное, что тебя мучает. Просто спроси, – девушка снова посмотрела на него. – В этом мире нет правды. Я убедился в этом еще больше, когда встретил тебя, - вздохнул кудрявый. – Ты безнадежен, - улыбнулась Алексис. – Вы с Зейном настолько глупы, что, оказавшись в стане врага, первым делом пойдете убивать главаря. – К чему это ты? – Гарри посмотрел ей в глаза. – Вы слишком правильные. Вы верите и пытаетесь надеяться. Особенно Малик. А вот мы с Лиамом, пожалуй, перебьем сначала друг друга и только потом направимся к лидеру, - продолжила девушка. – Что за чепуху ты мелишь? – нахмурился парень. – Петти была в стане врага. И враг пришел покарать ее. МИ-6 рассчитывало на ее помощь в расследовании связанном с Мейном. Она, конечно, помогла порядочно, но потом слила всю информацию своему отцу, работавшему на Мейна. И тогда всё расследование полетело к чертям собачьим. Поступило два приказа: один сверху, а второй со стороны. Она должна была поплатиться за свою измену. Она предала и была наказана за это, - монотонно ответила Алекс. Удар: нога встретилась с животом – и здравствуй пол. – Больно? – съязвил Гарри. В ответ Алекс лишь поморщилась, пряча за волосами глаза, мокрые от подступающих слёз. – Знаешь, я почти поверил, - присел парень на корточки напротив нее и осторожно убрал волосы с ее лица. – Но ты снова соврала. Тебе не надоело? Или просто хочешь, чтобы я спросил? – он помолчал немного. – Хорошо. Я спрошу. За что ее убили? – Ты конченный придурок, - прошептала Алекс. – Почему? Ты спрашиваешь почему?! Я сказала правду! Мне нет смысла врать тебе! По крайней мере, я не вижу его! – почти на гране истерики, громко и четко ответила девушка. – Ты на меня еще и голос повышаешь? – усмехнулся кудрявый и наградил ее еще двумя ударами в живот. – Ну, допустим, что ты сказала правду. А зачем тогда убила Холса? Для чего тогда эта охота на парней? – Джордж работал на Мейна и следил за вами. Когда мы его взяли, то он решительно заявил, что ему из-за нас крышка. Допросив, мы отпустили его. В тот же день поступил приказ избавиться от Холса. Нападения на бывших агентов МИ-6 – пусть и не прошедших до конца подготовку – были организованы с целью выявления у них навыков, которым они обучались. Но миссия была провалена. А я отправлена на скамейку запасных, - ответила Алекс. – А что за спектакль с Абигейл? – продолжил допрос Стайлс. – МИ-6 отправили ее за мной. Но я сбежала, - ответила девушка. – Она предложила сотрудничество. А я, дура, отказалась. Жила бы себе сейчас в тишине и спокойствии. – Знаешь, Мейн-то не против, чтобы ты вернулась к нему. А еще он сказал, что сожалеет о том, что забрал у тебя Пейна, - заметил Гарри. – Никто ведь не знал, что ты работала на два лагеря. Да я и сам был в небольшом шоке, когда узнал об этом. Есть, может, что сказать в своё оправдание? В ответ – тяжелое дыхание. – Я спросил, есть ли тебе, что сказать в свое оправдание? – Стайлс встал и снова зарядил ногой в живот девушке. – Тебя возбуждает, что ли, когда ты чувствуешь власть над кем-то? Или, может, встает на то, как кто-то загибается от боли? – Алекс, поджав ноги к груди, огрызнулась. Гарри, усмехаясь, помог девушке снова встать на колени, после чего сам опустился на колени напротив и взял ее за подбородок: – Знаешь, меня особенно возбуждает то, что твоя жизнь находится сейчас в моих руках. – Извращенец, – Алекс замотала головой, чтобы освободить лицо из железной хватки – тщетно. Кудрявый заставил ее посмотреть ему в глаза: – Я настолько сейчас зол, что хочу медленно и мучительно убить тебя, ну, или сделать еще больнее. – И что же тебя останавливает? – подняла бровь девушка. – В принципе, ничего, – в его глазах заблестел нездоровый огонь. Еще минуту Стайлс просто смотрел ей в глаза и сжимал рукой подбородок. Здравый смысл вовсю орал матом, но его заглушало сердце, громко пульсирующее от злости в ушах. Гарри резко подался вперед и поцеловал Алекс. Зло и требовательно. Будто собираясь добраться до самой глотки и разорвать ее. Девушка опешила, поэтому пропустила тот момент, когда позволила парню ворваться в ее рот и хозяйничать там. Как и то, что свободная рука уже спешила снять с нее окровавленную футболку. Гарри прервал поцелуй также внезапно, как и начал его. Он поднялся на ноги и, сделав пару шагов, оказался у Алексис за спиной. Присев на корточки парень достал небольшой нож и разрезал веревку на запястьях девушки. – Не шевелись, – он обжег своим дыханием ее ухо. Кудрявый осторожно стащил с безвольного тела футболку, обнажая синяки и шрамы, и отбросил ее в сторону. – Интересно, – он провел по большому продолговатому шраму на спине теплыми пальцами руки, заставляя Алекс съежиться от набежавших мурашек. – Знаешь, я немного завидую Малику, – Гарри снова приблизился к уху девушки, грея его своим дыханием. Алексис не могла ничего сказать в ответ. Она чувствовала себя тряпичной куклой в руках ребёнка, который может издеваться над ней как хочет. Наверное, сказывались множественные удары и холодная темная комната, поглощающая все силы и оставляя только безнадежное чувство конца. Стайлс провел пальцами вдоль позвоночника девушки и остановился у пояса джинсов, немного оттянув его. – Холодно, наверное, – снова как-то задумчиво проговорил парень, приблизившись к плечу Алекс. Горячая дорожка от поцелуев согрела плечо, а дыхание, которое снова замерло где-то около уха, давало надежду, что замерзнуть сегодня, к сожалению, не получится. – Ты же хотел сделать еще больнее, - негромко произнесла Алекс, резко повернув голову вбок и встретившись щекой с носом Гарри. – А ты это хочешь? – спросил кудрявый. Девушка, закусив губу, медленно отрицательно закачала головой. – Тогда прости меня, – в его глазах снова заиграл нездоровый блеск. Гарри поднялся на ноги и возник перед Алекс. Он поставил ее на ноги и, сделав пару шагов навстречу, заставил ее упереться в стену. Сейчас девушка больше всего на свете хотела исчезнуть или, хотя бы, затеряться в темноте. Но всё, что она чувствовала, была холодная стена, давившая на лопатки, и Гарри Стайлс, заставляющий ее вжиматься еще сильнее в эту стену. Алексис боялась поднять взгляд. Боялась, что если посмотрит, то умрет. Ведь она действительно была виновата. Но безумно хотела исправиться. И всё не потому, что Зейн возник у нее на пути. А потому, что Найл думал, что она сможет выбраться из сточной ямы. Потому, что это голубоглазое чудо верило в то, что с рассветом наступит новый день и еще один шанс для того, чтобы что-то изменить в этой жизни. Но, к сожалению, последняя не пощадила его. А ложь, поселившаяся глубоко и въевшаяся в холодное сердце, заставила играть чужие роли. Ведь правда отказалась от нее, бросив в сточную яму неверия. Отказалась от Алекс, которая отвергла счастливую жизнь. И, видимо, сейчас пришло время начать расплачиваться за свои грехи. Стайлс не жалел ни о чем и никого. Прижав к стене девушку, он запустил руку в ее волосы и потянул назад, впиваясь губами в ее губы. А она в ответ, не сопротивляясь, впустила его. Так было совсем неинтересно, но парня уже ничего не могло остановить. Свободной рукой он провел от груди девушки до ремня на джинсах, задержавшись на небольшом, имеющем форму круга, шраме на животе, и ловко расстегнул пуговицу и ширинку на ее джинсах. Ненужный предмет сегодняшнего наряда Алекс полетел на пол. Следующими в списке Гарри стали его куртка и футболка, которые небрежно были сброшены туда же. – Сама избавишься от своего аксессуара или помочь? – прошептал Стайлс на ухо Алекс, после чего девушка несмело и неловко стащила с себя нижнее белье. Холод пробирал до костей, а безразличие слишком пугало. Кто-то сказал бы, что это всё не по настоящему, и утром ты проснешься в своей кровати. Нелогичность и нереальность происходящего было трудно опровергнуть. Но Гарри надменно смотрел на обнаженную Алекс, стоявшую прямо пред ним, и хотел. Такой вот животный инстинкт. Без романтики и взаимных чувств. Было не жалко и не больно, было никак с примесью похоти. – Ну и шлюха же ты, – усмехнулся Стайлс и снова приблизился вплотную к Алекс. Она не смотрела на него. Она лишь хотела, чтобы это был плохой сон. Просто больной фантазией воображения. Гарри снова поцеловал Алексис, но перед этим прикусив ее губу до крови. Приправил и без того горький поцелуй солью. И вошел. В глазах девушки показалось не то что удивление, а какое-то неизмеримое чувство обиды и злости. Один толчок. Второй. Пятый. Всё быстрее и быстрее. Стоны заглушал непрерывающийся кровавый поцелуй. Но когда всё же дыхание закончилось, в комнате эхом раздались приглушенные прикушенной губой вздохи. – И всё же, ты жалкая лгунья, – тихо прошептал Гарри. – Прости меня, – еще тише проговорила Алекс.

Когда ночь холодна, И ты чувствуешь, будто никто не знает, Каково это - быть единственным Погребенным в эту яму... Во время написания главы в наушниках играла Our Last Night - Sunrise