Чон Чонгук быстро вытравит твою гетеросексуальность
29 января 2022 г., 21:02
Яркие солнечные лучи, пробивающиеся через шторы, жаркий летний ветер и нежные поцелуи грудастой девушки - именно так мечтал проснуться в свой выходной Ким Тэхен. Но удача 28-летнего парня показала ему свой зад и махнула на прощание ручкой, потому что он проснется вовсе не так.
Твердая мужская грудь быстро вздымается, заставляя сердце биться всё чаще, нервы на пределе, в голове вновь возникает тот самый страшный сон с Кимом в главной роли, который он пересматривал, кажется, уже сотни тысяч раз. Этот сон никогда не был просто игрой разума, он был суровой реальностью маленького Тэтэ, которого в один летний вечер привезли в деревню к любимой бабушке и оставили там навсегда, а он, уже взрослый сын, до сих пор ждет своих родителей, часто оглядываясь по сторонам и мечтая о долгожданной встрече. Худые руки рефлекторно сжимают чужое постельное белье в нелепой попытке проснуться, и кажется, что конец этого кошмара уже близок. Только вот настоящий кошмар наступит с минуты на минуту, ураганом обрушившись на двух молодых любовников, укутанных кромешной темнотой.***
Ночную тишину прерывает неожиданный резкий стук, который разносится эхом по однокомнатной квартире, заставляя Кима сразу же распахнуть заплывшие глаза и резко подскочить на тесной кровати, принимая сидячее положение. Грудастая девушка рядом крепко прижимается боком и смотрит на любовника нечитаемым взглядом. Тэхен бы без доли сомнения тут же пошел кричать на незнакомца за столь громкие стуки и послал бы его на три буквы, но хозяин в этой квартире не он, хозяин стоит за дверью и готов размазать (далеко не первого) любовника жены по стене. Входная дверь прогибается от сильных ударов мужчины и уже норовит вылететь с петель, вырабатывая весь возможный страх и адреналин в крови испуганного Тэхена. Усилившееся сердцебиение стройной девушки слышится около уха, и пара голубых глаз с неподдельным страхом смотрят в карие глаза напротив, лоб парня от наступившего стресса моментально покрылся прозрачной испариной, а руки начали дрожать, как в треморе. Оглушительный стук ни на секунду не перестает разносится по всей квартире, сопровождаясь теперь явными угрозами в сторону Кима: -открывай, сука,- громкий бас отчетливо слышится за металлической дверью,- я быстро твоему любовничку яйца оторву,- глаза Кима мгновенно округлились от услышанного, он болезненно сжал своё достоинство и начал вертеть головой, отказываясь от данного предложения. -какого хуя?- шепотом спрашивает Тэ, срываясь с нагретого места и впопыхах скидывает свою одежду в окно второго этажа,- блять, Крис, какого хуя он здесь делает?- дрожащими руками парень еле успевает натянуть на голое тело розовый махровый плед, который даже толком не закрывает его ягодицы, как входная дверь падает на пол с характерным громким звуком. В узком коридоре появляется крупное тело хозяина с отчетливо выделенной мускулатурой, а черные глаза сверкают в ночной темноте и кажется прямо сейчас сверлят дыру в Киме. Всего пара шагов отделяет злого мужика от испуганного парня, у которого остается единственный выход для спасения. И с мимолетной фразой в голове: "Ну что ж, жить то хочется", Тэхен выпрыгивает в распахнутое пластиковое окно, одной рукой придерживая концы пледа в области груди.***
Резкая боль в ступне отрезвляет лучше ледяной воды в зимнее утро или смачной пощечины красивой девушки после жаркой ночи. Совсем нелестные высказывания прилетают ему в след и выкинутый телефон из окна тому доказательство. В следующее мгновение, уже на улице, мелькая голой задницей, Тэ с охапкой вещей оказывается в темной, разрисованной арке меж домов. Механические часы на руке показывают три часа ночи, пока Ким спешно натягивает свою обтягивающую футболку и боксеры с маленькими писюнами по всей ширине ткани, а вместо своих черных джинсов обнаруживает черное обтягивающее платье той самой девушки, которое он скинул с нее под развязный поцелуй. Рот в немом удивлении открывается, а брови в недовольном жесте тянутся к переносице. За одну секунду вопросов у Кима появилось невиданное множество, но единственное, что он может сказать - это громкий мат, который разносится по дворам и ставит ему клеймо неудачника на всю оставшуюся жизнь. Сердце болезненно заныло от чувства полной безысходности, как и сам Ким по середине улицы.Как же он потом пожалеет (совсем не пожалеет), что не выкинул это чертово платье, а взял и натянул на свое подтянутое тело, а сверху на плечи накинул плед, раздражающего розового цвета.
Выглядело это абсурдно, крайне смущающе и до жути...красиво? Да, стоит признать, стройная талия и упругие ягодицы сделали свое дело, и после этого утверждать про гетеросексуальность ему будет в разы сложнее (и ему просто никто не поверит). Всё навалилось разом и, можно сказать, единственное в чём-то ему повезло - что сейчас ночь и улицы, как правило, в это время пустеют, и никто не будет обращать внимание на странного паренька в женском платье. Повезло ему только в этом, потому как все свои вещи, включая ключи и деньги, Ким оставил в прихожей чужой квартиры, и явно никто ему не вернет их обратно (как и не починит сломанный самсунг, который беспощадно выкинули из окна).***
Желтые фонари еле освещают сухой асфальт, ноги спустя пару километров подкашиваются, напоминая об отсутствии любой физической подготовленности. Естественно, он не привык к любым нагрузкам, привык либо на такси ездить, либо на автобусе. Никогда его недалекие спутницы не просили их выгулять, а Ким никогда и не предлагал, ссылаясь лишь на интимные отношения между ними. В свои 28 он отчаянно отнекивался о втором свидании, единственная бабушка даже предлагала внучку своей подруги, говорит: "Знатная красотка, а готовит то, как вкусно, отличная жена". Тогда Ким так отвертелся, что больше бабушка вопросов никогда не задавала, и новых кандидатур в жены внучку не подбрасывала. Единственная фраза, о смысле которой он вообще не задумался: "Мне парни нравятся", а стоило бы хоть немножко подумать (а то судьба неожиданно подкинет мальчика). Задумавшись об этом, Тэ сам усмехнулся своим мыслям и поправил волнистые волосы, завязанные в высокий хвостик. Дорога была изнурительной, вот уже второй пустой подземный переход, пустой ведь? почти. Тихое шевеление он услышал издалека, даже немного испугался, пока не увидел субъект своей жалкой трусости. На старом подкошенном стульчике практически в середине сего пешехода сидела полненькая бабуля с деревянной тростью в руке. Пройти тихо и незаметно у парня не получилось, и когда его окликнула старушка, он чуть ли он стыда не сгорел. -милая,- бабуля быстренько встала и подковыляла к Тэхену,- подай на хлебушек,- дрожащая рука протянулась прямо к лицу парня, который уже и не знал, как отреагировать на особенное обращение. -простите, с собой нет,- глубоким басом произнес Тэхен, выше натягивая злосчастный плед. -матерь божья,- в один миг её глаза стали по пять копеек, она чуть ли не отлетела от него и несколько раз перекрестилась, повторяя заученную фразу,- спаси и сохрани. -да, спаси и сохрани,- повторил Тэхен и быстрыми шагами двинулся дальше в сторону нужного дома, уже не оглядываясь по сторонам и не замечая чужого жадного взгляда из круглосуточного магазина напротив.***
Съездил называется отдохнул. В единственный выходной за целый МЕСЯЦ работы решил перепихнуться с замужней, хотя сам всегда утверждал, что против измен, но грудь четвертого размера и спермотоксикоз не вылезали из головы несколько недель, вынуждая Кима сделать передышку между рабочими днями и насладиться молодостью. Лучше бы он поспал в этот день, ведь ожидал, как ему пообещали, фееричный оргазм, а получил сомнительное двухчасовое удовольствие. Даже его друг Чимин (слащавый парень и по совместительству гей), с которым они снимали двухкомнатную квартиру, подробно описал несказанное удовольствие от языка на члене и то, как кончал за пару минут, правда потом начал говорить про язык в неподходящем (по версии Кима) месте, но летящая металлическая ручка быстро его остановила. С мыслями о такоми он никогда не признает, что хотел бы всё это попробовать
***
В голову лезли дурные мысли, заставляя парня часто останавливаться и встряхивать головой. Мысли про семью, любовь, детей. Это казалось таким правильным, и в то же время настолько отстраненным от реальной жизни Кима. Он же так хотел настоящей любви, как у мамы и папы? ... нет...в этом и была проблема- любящие родители никогда не оставят сына. НИ-КО-ГДА. И как после этого вообще можно говорить о любви к людям? Спустя еще пару километров он уже громко матерился и забыл про все беспокоящие мысли. В голове так и плыла фраза: "Я даже издалека не похож на девушку, в глаза долбитесь что-ли?". Каждый второй водитель (если быть точнее идиоты, придурки и дебилы- именно так выражался Тэ) не упускали возможности бибикнуть идущему парню и выкрикнуть какую-нибудь извращенную фразу в затылок Кима. Но никто не останавливался, спасибо и на этом. Никто, по мнению Кима, и не остановился бы, но вот очередной придурок сбавил скорость и уже ехал параллельно парню, у которого от терпения осталось ровным счетом ничего. -ножки супер,- глубокий бас, грязная ухмылка и запах дорогого алкоголя выхлестнули из окна автомобиля,- работаешь сегодня?- от удивления Ким даже остановился и посмотрел на дорогой порш, из которого высовывалась голова брюнета. -нахуй пошел,- Ким попытался сделать более низкий голос и мельком глянул на свои худые волосатые ноги,- ебнулся, что-ли?- он буквально выплеснул это незнакомцу в лицо, крепче сжимая кулаки на ткани. -хахаха,- парень громко засмеялся и продолжил ехать рядом с ускорившимся Кимом,- подвезти? - чего? я на шлюху похож?- в мыслях Тэ не отказался, но в жизни он чувствовал себя жертвой рядом с самым настоящим хищником, может из-за этого голос на последнем слове предательски дернул. -на шлюху ты сильно смахиваешь,- завистливый смех опять послышался сбоку, а оценивающий взгляд не отрывался от парня в женском платье. -нахуй остановился?- мат-единственная защита, Ким всегда бросался словами, он никогда на соперника не лез с кулаками, понимает, что вероятность его выигрыша составляет ровно ноль процентов. -поржать хотел,- но парень уже не веселился, просто ехал рядом и жадно смотрел. -поржал?-почти перешел на крик Тэ, и продолжил, боковым зрением увидев кивок,-ну и пиздуй,- Ким махнул ему в сторону дороги костлявой рукой и невольно освободил свои плечи из пледа. -окей, значит, помощь не нужна,- он начал медленно закрывать окна (видит, сучонок, что выбора то у парня нет. Ему бы только узнать адрес и всё, потом бы хоть всю жизнь потратил ради одной ночи и одного засоса на изящном худом плече). -ты точно не гей?- парень в машине широко раскрыл глаза, как будто его сильно оскорбили, но не ответил,- подвезти можешь? -прыгай,-двери машины приветственно распахнулись, и Тэхен нырнул на переднее пассажирское сиденье. Кожаный салон, запах дорогого парфюма, который приятно оседает в легких, и брендовая подвеска на зеркале - букет явно богатого человека. Мужчина рядом подкаченный, кисть правой руки забита какими-то замысловатыми татуировками, множество проколов на лице и синий выглаженный костюм, который вообще не сочетался с его образом плохого мальчика. -Чонгук,- неожиданная фраза оторвала Кима от разглядывания наглого паренька, который в возрасте уступал года на четыре уж точно. -Тэхен,- парень ненадолго засмотрелся на вытянутую татуированную кисть, но потом всё же протянул свою; по сравнению с крупной шершавой ладонью Чона его рука казалась какой-то женственной: ухоженная гладкая кожа, длинные худые пальцы и идеально подпиленные ногти. Ким на эту принципиальную разницу мог смотреть часами, но задерживать уже не незнакомого человека не хотелось,-торговый квартал Мёндон, я там живу,- Чонгук кивнул и двинулся по знакомым улицам города.***
Нагретый воздух автомобиля быстро отогревал подмерзшие коленки старшего, Ким нервно натягивал короткое платье и "увлеченно" рассматривал улицы ночного города. -мне интересно,- неожиданно начал Чон спустя минут пять полной тишины между ними,- что же с тобой такое случилось, что ты так решил по городу пройтись? -бляяя,- Ким нервно улыбнулся и начал рассказывать историю, которую потом обязательно расскажет всем своим друзьям и друзьям Чона (казалось бы, причем тут его друзья?!). Дорога до дома заняла ещё минут пятнадцать, Ким настолько увлекся рассказом, что совсем забыл, что это не Чимин, способный выслушать всю болтовню друга, а какой-то***
Две минуты непонятного стеснения в кабине лифта, и вот они снова в черном автомобиле. Утреннее солнце постепенно вылезает из-за линии горизонта, освещая высокие многоэтажки и зеленые кроны деревьев. За рулем Чон был спокоен, почти не отвлекался, но иногда поворачивался и смотрел в карие глаза собеседника, который, как оказалось, очень любит поговорить. И вот очередной вопрос про работу, наверное, эта единственная тема, про которую Чонгук вообще не хотел говорить: -так тебе нравится?- спросил Чон после долгого рассказа Тэ о своей работе. -неа,- к сожалению, Ким никогда не любил свою работу в офисе, где 24/7 надо было копаться в документах,-я же мечтал о совсем другом... -о чем, если не секрет? -я хотел быть художником,-Ким вспоминает, как в детстве беспощадно тратил сотни листков для своих рисунков, а бабушка нахваливала внучка, он улыбнулся и продолжил,- абстракционистом, если быть точнее. -но? что тебе помешало?- такое общение было в новинку для младшего, Ким сам рассказывал, спрашивал и ему просто интересно. Не было какого-то подтекста в вопросах, было самое обычное дружеское общение, которое обоим нравилось до безумия. -никто не будет покупать картины у неизвестного художника, а питаться чем-то надо. -понимаю,- Чон вздохнул, вспоминая свою историю. -серьезно?-Ким бросил удивленный взгляд на парня,-ты же богатый. -пфф...-сколько раз Чон слышал эту фразу,-ты такой наивный, наверняка, думаешь, что у меня богатые родители, и я ни черта сам не сделал. -я не прав? -Тэхен,- Чон недовольно протянул имя своего собеседника,- я сам всего достиг, сам,- на этой не очень приятной ноте их разговор про работу закончился. Он обязательно когда-нибудь расскажет Тэхену и про бедных родителей, и про наркоторговлю, которой он подрабатывал, и как стал директором одной из крупнейших нефтяных компаний Сеула S-Oil Corporation.***
Иссиня-черный забор по периметру участка, такого же цвета двухэтажный дом и выделяющийся ярко голубой столб посредине поляны. Ким неспеша шел к дому и внимательно всё рассматривал, вопросов появилось несчитанное множество: от "твой любимый цвет черный?" до "почему столб стоит посредине поляны и не выполняет единственную заложенную функцию?". Про это всё он обязательно спросит, а сейчас пора наконец-то скинуть неудобные кеды и попросить у хозяина дома нормальную (желательно не женскую) одежду. Знал бы Ким, к кому в дом он попал, ему же Чимин рассказывал про каминг-аут какого-то бизнесмена, хотя может и хорошо, что он не слушал и сейчас не видит, как Чон в непозволительной близости стоит позади, покусывает губы и толкает язык в щеку, исследуя взглядом тело гостя. "Чувствуй себя как дома" и Чон вытаскивает из огромного черного шкафа вещи, кидает ему в руки объемную серую футболку и обтягивающие кожаные шорты, показывая жестом на свободную комнату. Шорты немного смутили, но это в разы лучше платья, которое Ким, к слову, хочет разорвать на части и поджечь, чтобы хоть немного компенсировать потраченное время. Дом оказывается огромным, но каким-то пустым, как будто здесь никто не живет: длинные пустые коридоры, черные стены и множество дверей, за которыми скрывается черная мебель и отсутствие любого разнообразия. Ким медленно обходит комнаты, заглядывает на слабоосвещенную кухню с таким же черным интерьером и садится на высокий стул. Хозяин из Чонгука прекрасный: закуски на столе, алкоголь в бокалах, легкая музыка на фоне, а сам выглядит, как чертов Аполлон. Первый глоток, как сказал Чон "за знакомство", горло начинает приятно разогреваться от крепкого напитка, а мысли постепенно сбиваются. Общение сразу пошло как-то более уютно и интересующий Кима вопрос про столб вызвал приятную кроличью улыбку и короткий ответ "друзья пошутили". А ведь, как выяснилось позже, он совсем не соврал. В один утренний день после пьянки с друзьями Чон вышел на любимую зеленую поляну и увидел светло-голубой столб и вокруг свежую землю. Он тогда таких лещей Хосоку дал за порчу газона, но столб оставил, на память. Их общение можно было назвать идеальным для Кима, он много говорил, рассказывал всё, даже самое личное, жаловался на жизнь, как будто не было той неловкости между ними, а Чон, не отрываясь, слушал и глаз с него не сводил. После второй бутылки дорогущего коньяка, они перебрались в гостиную, такую же темную, как и остальные комнаты, огромный кожаный диван встретил их с распростертыми объятиями, и казалось, всё идеально, но неожиданный вопрос, который никак не относился к теме про музыку, застал Кима врасплох, и его щеки покрылись ярко красным румянцем. -я больше люблю джаз и...- Ким резко замолчал, широкая ладонь Чонгука опустилась на мягкое бедро собеседника и медленно начала спускаться к коленке и подниматься обратно. -а ты правда считаешь, что язык в заднице не может принести удовольствие?- Ким и про друга и про его ориентацию проболтался, правда, уже пожалел об этом. -нууу, для геев может это нормально, но я то натурал,- его слова звучали вообще не убедительно, и Чон только усмехнулся. -при чем тут твоя гетеросексуальность? -Чонгук, не пугай меня,- Ким своими огромными глазами посмотрел на парня, эти вопросы не на шутку его пугали. -я и не пытаюсь,- парень залпом допил напиток и со звонким стуком поставил на стол,- попробовал бы сначала, а потом уже что-то доказывал.О чем думал Тэ, когда непозволительно долго смотрел на лицо младшего? О чем думал Тэ, когда позволил Чону приблизиться и оставить миллиметр между их губами? О чем думал Тэ, когда не оттолкнул навязчивого парня, а ответил на поцелуй?
Наверное, Тэхену стоило отстраниться и прекратить всё это, громко и четко поставить парня на место, но отрываться от мягких губ совсем не хотелось. Самому стало как-то тошно от себя, он ведь сейчас своим принципам изменяет, целуется с мужиком! Разве этот поцелуй чем-то лучше других? в сотни раз лучше. Всё же от одного поцелуя ничего не будет, подумал Тэ и повелся, когда Чон по-хозяйски ввел руку в копну темных волос и перетащил старшего на свои крепкие бедра. Он не оттолкнул, Чонгук начал действовать. Поцелуй быстро перерос из сладкого и нежного в настойчивый и властный, глаза в наслаждении прикрылись, языки переплелись, по телу прошла мелкая дрожь от одного движения маленького холодного шарика на кончике языка Чона. Как же Ким долго отнекивался от всего, говорил сам себе, что нужно остановиться, но эти поцелуи так возбуждали, а сильные руки скользили по всему телу, заползали под широкую футболку и гладили спину, живот, ребра. Никогда его так никто не трогал, всегда он, всегда его руки оглаживали голую кожу женщин, и он управлял процессом, но тело добровольно открывалось Чонгуку, а поплывший разум принял позицию снизу. -ебнулся?- Тэ оторвался от покрасневших губ и взглянул в черные глаза напротив, руки младшего оказались ниже допустимого уровня и сжимали его ягодицы. -я просто хочу показать, что ты не прав,- руки он не убрал, пристально смотрел за припухшими губами и говорил тихо прямо в чужие губы. -что ты хочешь?- Тэ определенно понял, про что он говорил, но пьяный мозг отказывался это принимать. -ты же хотел фееричный оргазм,- как же Ким пожалел, что всё растрепал первому попавшемуся человеку,- я не зайду дальше, чем ты хочешь. -ты же сказал, что не гей,- Ким запрокинул голову и протянул фразу, губы Чонгука постепенно спускались всё ниже, оставляя дорожку из мокрых поцелуев. -я такого не говорил,- Чон прикусил кожу и поднял возбужденный взгляд,- просто подумай, это не сделает из тебя гея, зато ты такое удовольствие получишь, что вряд ли когда-нибудь забудешь. -ты хочешь...?- Ким замолчал и непроизвольно сжал ягодицы. -да, язык тебе в зад засунуть,- умелые руки продолжили блуждать по телу Тэхена, а собственное возбуждение подогревало интерес. -я же потом пожалею,- с этими словами Кима отправили в ванну с телефоном и клизмой в руках и последнее, что он услышал была фраза "не нервничай". Как, блять, тут не нервничать? Он же мужик, а сам стоит с опущенными шортами и делает то, что для него всегда казалось полным извращением и отклонением от нормы. Минут через тридцать он еле выходит из ванной, опустив голову, и передвигает ватными ногами, зато такой чистенький и гладенький, что даже бы Чимин позавидовал, видит ноги Чонгука, который сидел всё это время на полу возле ванной и наверняка слышал недовольные всхлипы и монологи парня на эту щепетильную тему. -всё хорошо?- Чон встает с пола и поднимает лицо парня за подбородок. -ну нахуй,- Ким буквально крикнул и побежал, только сейчас (вообще не сейчас, он давно это понял, просто натурал внутри пытался бороться со злом, а не примкнуть к нему) до его головы дошло, что ему зад собираются вылизывать. Бегать по чужому дому было заведомо плохой идеей. Он даже не знает, зачем он это делает и куда можно убежать, а Чон, как самый настоящий хищник, медленно плетется за ним и после двухминутного побега оба оказываются в комнате с огромной кроватью, застеленной белоснежной простыней - спальня. Младший закрывает дверь на защелку и медленно подходит, не отрывая недовольный взгляд. -кыш, отойди,- Ким запрыгнул на заправленную кровать и посмотрел на лицо младшего. Чон же молча остановился, его майка с глубоким вырезом открывала вид на ребра, темные соски и рукав татуировки, последнее Кима явно заинтересовало. Они простояли так минуты две. Именно за это время терпение Чона закончилось, он быстрым движением запрыгнул на собственную кровать и резко прижался к Тэхену, у которого от такой близости начал открываться и закрываться рот, как-будто совсем недавно они друг другу языки в рот не засовывали. Руки Чона опять по-хозяйски легли на ягодицы Кима и начали плавно сжимать, он смотрел в глаза без единой эмоции, как будто изучал реакцию, а Киму уже страшно, алкоголь выветрился, сознание начало приходить в норму, и он стоял молча и смотрел куда угодно, но только не в глаза напротив. Младший не стал медлить и крышесностным поцелуем ворвался в приоткрытые губы, жестко сминая и оттягивая. -начнем,- низкий голос Чонгука заставил коленки поджаться. Всё произошло слишком быстро: шорты упали в ноги, а младший встал на колени, изучая довольно необычные рисунки на трусах,- креативно,- обездвиженный Ким посмотрел вниз на непривычную картину, у Чона был возбужденный взгляд, а рука плавно передвигалась по кромке чужих трусов. И, о боже, это те самые трусы с писюнами, которые Чим подарил ему с фразой: "Чтоб трахал хорошо и писька не падала", только вот предчувствие подсказывает, что трахать он сегодня никого не будет. Трусы также неожиданно оказались в ногах и почувствовалось теплое дыхание возле самой головки, пальцы непроизвольно поджались, когда мягкий язык с железным шариком прошелся по всей длине, а потом и вся длина оказалось в горячем узком горле. Зря он решил еще раз посмотреть, ведь вид отсасывающего парня в нем не вызывал чувство отвращения, а наоборот, эрекция становилась всё больше. Ещё одно движение, и Ким уже еле стоит на кровати с вплетенными пальцами в волосы Чона, а тот сосет так отменно, что ни одна из спутниц Кима даже близко не стояла с ним. Стоны и мокрые хлюпы разносятся по всем комнатам, а удовольствие накатывает новой волной, и кажется, что фееричный оргазм ему обеспечен, только вот и Чон это состояние замечает, намерено перехватывает чужой член возле основания, не давая кончить. -я настаиваю,- голос Чона звучал очень низко и глубоко, в этой комнате все понимали, что он хочет. И этого хотел не только он один. Ким отпустил, забил на все свои принципы и кивнул. Чонгук хищно улыбнулся покрасневшими губами и опустил Кима на живот, засовывая под него подушку. Сердце с неимоверной скоростью билось только от взгляда Чона и от того, как он разводил ягодицы, рассматривая площадь работы. Ким уже хотел отказаться, ведь его пугало столь долгое молчание, но не успел он ничего сказать, как Чон горячим языком провелся прямо по дырочке, покружил вокруг и Ким может поклясться, он почувствовал, как младший усмехнулся от его громкого выдоха. Он долго не церемонился, сильнее руками раздвинул ягодицы и языком проник в пульсирующую дырку, нежно оглаживал стеночки, подмечая бурную реакцию Кима. Тот сильно подрагивал и тихо поскуливал, ну и в мыслях завидовал Чиму, который не раз это испытал. С каждым движением Чон всё резче двигался языком, честно признаться, он давно не делал никому римминг, но парень под ним был таким сексуальным, что хотелось полностью показать прелести жизни и перевести на свою гейскую сторону. Второй оргазм начал подступать, но и тут Чон успел, вытащил язык и опять возле основания сжал член, который сейчас, кажется, лопнет из-за переизбытка спермы. Ким недовольно нахмурился и повернул голову, чтобы внимательно посмотреть на наглую мордашку и высказать всё, пока не увидел тюбик прозрачной жидкости и торчащий в трусах член младшего. После увиденного он резко отвернулся и начал... ждать? Что ты собрался делать Ким Тэхен? У тебя буквально открыт доступ к самому ценному. В голове капсом плывет фраза, что пора бы прекратить, но чем дальше Чон заходит, тем приятнее разливается возбуждение в теле Тэ и желание останавливаться по крупицам исчезает. За всеми этими мыслями Ким почувствовал холодный палец, который кружил возле входа, он уткнулся головой в простыню и покачал головой в стороны, отрицая происходящее. Хотя отрицать что-либо уже поздно, ведь палец проник внутрь, принося небольшой дискомфорт. Ким невольно подумывает, а в чем же наслаждение? Почему люди становятся геями, если даже палец в заднице не приятно, не говоря уже о чем-то большем, хотя язык да, вещь отменная. -мне больно,- Ким резко произносит, ощущая второй палец. -да, малыш, знаю,- свободной рукой младший начинает надрачивать Киму и продолжает растягивать, вводя ещё один палец. Время за растяжкой тянется долго, но Чон уже видит, что старший громко дышит и иногда поскуливает, когда пальцы надавливают на простату. Чонгук повторяет одни и те же движения, одной рукой, тихо стаскивая с себя белье и растягивая тонкий латекс по члену. Да он издевается, очередное удовольствие прекратилось также быстро, как и началось, пальцы исчезли, а Ким недовольно простонал, пока не почувствовал что-то более массивное возле входа. Чон с невозмутимым лицом держал его за талию и членом упирался в промежность. -ты же помнишь, я не зайду дальше, чем ты хочешь,- Чон наклонился и прошептал это на ухо,- а теперь скажи, ты этого хочешь? К тому моменту Ким уже отпустил все мысли и наваждения, забил огромный и толстый, как у Чона, на свою гетеросексуальность. -хочу,- очень тихо сказал Тэ, но Чон его услышал и удовлетворённо поцеловал в загривок, всё ещё держа головку прижатой к колечку мышц. -я хочу тебя видеть,- одним движением Чон перевернул его на спину и навис над худым парнем, сразу вовлекая в горячий поцелуй. Крупная головка постепенно начала входить, медленно и очень осторожно, но для Кима эта боль была невыносимая, он своими маленькими ногтями впился в открытые плечи Чона, и сильно сжался. -тщщщ...малыш, расслабься, боль сейчас пройдет,- но Ким не расслаблялся и уже начал причинять боль не только себе. И Чон резким движением зашел по основание и начал нежно касаться губами всех открытых участков: шеи, ключиц, темных сосков и красных губ. Он медленно двигался, чувствуя, что старший постепенно успокаивается и размеренно дышит с прикрытыми веками. Первый стон, как зеленый сигнал светофора. Медленные размашистые толчки превратились в короткие и быстрые, Чон так идеально входит под нужным углом, каждый раз задевая комок нервов, Ким закрывает рукой рот и пытается не стонать, а то мужик в нем вдруг проснулся и сказал, что он под мужиком стонать не должен. -не сдерживайся,- Чон языком проходится по ключицам и ставит красные отметины,-ты такой красивый,-поцелуй в шею,- сексуальный,- поцелуй в скулу,- пожалуйста, откройся для меня,- Ким застонал, как же слова могут действовать на человека, тем более произнесенные как-то интимно, тихо, чтобы никто кроме него не услышал. Ким стонал громко, развратно, выгибался и уже сам просил поцелуев, ему было очень хорошо, настолько, что он не вытерпел пяти минут и с громким стоном кончил на свой живот. Чон от такого вида сделал еще несколько глубоких толчков и с громким хлюпом вышел и кончил на живот старшего. Было странно, непривычно: горячая сперма смешивалась и стекала по бокам, какая-то пустота внутри не давала Киму нормально соображать, как и парень, что через минуту начал протирать его влажным полотенцем, а потом и вовсе прижался к боку и загреб в своих объятия. Ким был смущен, очень. И даже не знал, что сказать. Отблагодарить? Ещё чего, его привезли, споили и трахнули. И неважно, что это был самый лучший секс в его жизни, он его благодарить не будет, но и лежать в тишине не очень. -а где же еще один прокол?-Ким неожиданно вспомнил их недавний разговор. -снял пока ты в ванну ходил, не думаю, что в первый раз стоит всё пробовать. -ты думаешь, будет второй,- Ким и сам был не против. -несомненно. Они пролежат ещё долго, Чон его будет тревожить неуместными вопросами: "Тебе понравилось?", "Что именно ты почувствовал?", а Кима эти вопросы смущают до жути, но он всё равно будет нехотя отвечать, зарываясь носом в чужую грудь. И внутри обоих будет разливаться приятное чувство, и Чон совсем не пожалел, что решил проследить за парнем, когда заприметил его еще возле круглосуточного магазина. И они так и уснут, вместе, утром, в обнимку.***
Ночную тишину прерывает неожиданный резкий стук, который разносится эхом по однокомнатной квартире, заставляя Кима сразу же распахнуть заплывшие глаза и резко подскочить на тесной кровати, принимая сидячее положение. Грудастая девушка рядом крепко прижимается боком и смотрит на любовника нечитаемым взглядом.
Чего? Нет, нет, нет. Ким щипает себя, хватает с тумбочки свой не разбитый самсунг и смотрит время: 2:56. Что происходит? Он полностью запутался, он же помнит, что заснул с Чоном или...
Господи, его больная фантазия сыграла с ним злую шутку.
И что это был лишь сон? Быть такого не может!
Одна знакомая фраза меняет всё, ему опять собираются оторвать яйца, а он всё понял, сидит и улыбается. Кажется, Чимин прав, вещие сны существуют.
И в этот раз Ким уже точно знает, что он сделает...
