Невиновных нет

«Ежесекундно я делаю выбор и становлюсь либо жертвой, либо творцом собственной жизни.»

      В темной и просторной комнате царило напряжение, розоволосая девушка, сидя на коленях, смотрела на тело, которое только что собственными руками усыпила не самым лучшим образом. «Что теперь делать? А к чему был тот поцелуй? Я передала человека, который признался мне в чувствах?» — именно такими вопросами задавалась Топаз, совсем не понимая, что будет делать теперь. — Что я натворила?.. — В голосе читалась ярость; мечась из угла в угол, хватаясь руками за голову, шептала и билась в истерике девушка. — Я смогла сорвать замки от подвала, отнесу Шерил туда и запру. Она причинила мне много боли, поэтому пусть испытает это на себе. Антуанетта прощупала карманы красных брюк хозяйки дома, выуживая из них что-то тяжелое и громко звенящее. Бинго. Связка ключей от дома, подвала, машины и других каких-либо дверей. — Есть! Хрупкая девушка подошла со спины к рыжеволосой, чтобы попытаться поднять ту с кровати. Это было тщетно. Силы покинули ее за эти две недели, проведенные взаперти. В глаза бросился махровый ковер, который тут же Топаз кинула около кровати и аккуратно уложила тело рыжеволосой на него. Теперь оставалось лишь дотащить до подвала и приковать девушку точно так же, как и когда-то это сделала рыжеволосая. Доза снотворного была большая, поэтому спать Блоссом будет долго. Шанс уехать с каждой секундой все возрастал, и чем ближе Тони была к комнате заточения, тем больше сил появлялось у нее. Антуанетта быстро справилась с задачей, осталось только спустить ее вниз. Но как? Это же просто невозможно... Отсюда у похищенной девушки появился вопрос: тогда как Шерил смогла отнести в одиночку сюда ее? У Блоссом есть союзники? Стоит ли их опасаться? На эти вопросы может ответить лишь сама Шерил, но вдруг потом будет поздно, и все же мулатке угрожает опасность, ведь Шерил — это не она. Рыжеволосая девушка очень влиятельная, и ее точно начнут искать, поднимется шум, к делу приступит полиция, и если выяснится, что Антуанетта Топаз держала в заложниках влиятельную писательницу, то у нее явно будут проблемы с законом. Вы зададитесь вопросом: А что же насчет Шерил? Оу, она точно сможет увернуться от закона и никак не попадет за решетку. Поэтому играть с огнем сейчас очень опасно.       После долгих раздумий, Топаз все же смогла спустить рыжеволосую вниз и положить на высокую кровать. Звеня ключами, она смогла отыскать нужный, чтобы приковать запястья Блоссом в кожаные наручники. После сделанных ею манипуляций Тони ушла, закрывая дверь на ключ. История повторяется, и эта жестокая расправа будет теперь местью в ответ. Кто бы мог подумать, что такая хрупкая и на вид добрая девушка с депрессивными расстройствами окажется настолько злопамятной и не будет жалеть ни на секунду о содеянном.       Топаз вышла из загородного дома. Машина издала звук открытых дверей. Открыв дверь, первым, что бросилось в глаза мулатке, это ее телефон, который лежал на пассажирском кресле. На экране высветилось сообщение от мамы, в котором женщина просила позвонить ей, ибо она очень переживает, что ее родная дочь не хочет говорить с ней и эти две недели писала исключительно только сообщения. Не раздумывая, Тони набрала номер своего самого родного человека и слышала долгие размеренные гудки. И вот они прекратились, послышался знакомый и такой родной голос, по которому безумно скучала девушка. — Тони? — Да, мам. Со мной все хорошо. — Я уже начала переживать. Ты обижена на меня? — Нет, что ты. Просто был сложный период, и я не хотела ни с кем говорить. Сейчас все в порядке. — Розоволосая старалась не подавать виду, насколько она рада и счастлива вновь поговорить с родными. Все же слезы счастья одолели девушку, и сквозь смех она старалась их сдерживать. — Ты плачешь? — Есть немного, просто рада тебя слышать. Но мне пора. Буду дальше писать тебе, скорее всего. Не скучай. — Люблю тебя, моя крошка!       Телефонный звонок оборвался, и, не справившись со своими эмоциями, мулатка начала бить руками по рулю в бессильной злобе на хозяйку дома, которая лишила ее всего. Немного посидев в тишине, мулатка завела автомобиль и двинулась прочь из этого дома. Нет. Вы не подумайте, что это насовсем. Тони лишь переживала за родителей и за свою кошку Рибу. Поэтому было решено отвезти ее домой и вновь вернуться обратно уже со собранными и необходимыми здесь вещами. Все же мулатка не могла оставить рыжеволосую одну. Девушку что-то держало и манило обратно, будто на ухо шептала сама Блоссом вернуться назад. А может быть, поцелуй пробудил в Топаз некие чувства, которые она не испытывала уже давно. А этой хрупкой девушке давно хотелось любви и заботы со стороны.       После расставания с ее любимой, Тони совсем запустила себя. Перестала учиться, взяла академический отпуск. Долгое время не могла найти саму себя и даже успела сходить к психологу, который поставил ей диагноз и прописал лечение. Но депрессия взяла верх, и Антуанетта перестала следить за собой: перестала пить лекарства, выходить на улицу. Но денег не было, и ей пришлось устроиться на работу. Так мулатка смогла отчасти выйти из депрессии и начать жить по-новому. Конечно, до того момента пока не появилась Шерил Блоссом. Все произошло мгновенно, и розоволосая вновь оказалась в тех же условиях, что была ранее.       Прошли сутки с момента происшествия. Как ни странно, Блоссом никто не звонил и не писал, что было довольно-таки непривычно, поскольку за день на ее телефон приходило уйму сообщений и звонков. Рано утром мулатка отворила дверь и вошла внутрь столь родной комнаты, но Шерил до сих пор спала. Девушка заметила, что лицо писательницы было запутано в волосах, и Тони даже начала переживать за нее. Осторожно убирая прядь волос, Антуанетта начала все дольше и дольше заглядываться на Шерил. И черт! Она шикарна! Каждая девушка позавидовала бы ее красоте, фигуре, редкому натуральному цвету волос... — Неужели я втюрилась в эту чертову Блоссом? Как такое возможно?! И в ту же секунду хозяйка дома открыла глаза и увидела перед собой мулатку, которая тут же отпрянула от нее. — Что произошло? — рыжеволосая взглянула на свои руки и поняла, что попалась на свой же крючок. — Ти-Ти, за что? Я же ничего плохого не сделала тебе... — Не сделала, но я просто хотела свободы. Это урок тебе. — И сколько я тут? — Сутки. — Ко мне приедут, если я не буду долго отвечать на звонки. К тому же ты меня очень подставляешь сейчас. — Из-за книги? Не волнуйся, успеешь дописать. — Ты не сможешь долго держать меня! – констатировала Блоссом, растягиваясь в злорадной улыбке. — Почему это? — Потому что наши чувства взаимны. И тот поцелуй пробудил в тебе их, насколько бы ты их не подавляла. — Все это бред! — После отрицания идет стадия принятия, Ти-Ти, — издевательски протянула Блоссом, наблюдая за уходом розоволосой, которая явно была в замешательстве от слов Шерил. Она прекрасно знала, что девушка права. Но стоит ли дать шанс ей и простить все ее проступки, которые смогли причинить ей боль? Этот ответ на вопрос мы получим совсем скоро...