У нас своя атмосфера!

ПОДКАСТ: H1GH – Гадкий утенок. POV Лео Вальдес. Солнце еще не встало, а у меня уже испортилось настроение. Сегодня была моя вахта, ужасно хочется спать. Зато у меня есть время подумать. Например, о вчерашнем. Эта Ника напугала меня. Серьезно. Стою себе спокойно, веду корабль, как тут: «Эй, там!» Я подумал сначала, что мне показалось. Я повертел головой, но звук-то не прекратился! Ника снова крикнула. Я уже на сто восемьдесят градусов вертелся и думал, что на корабле невидимка. Тут она свесила ноги с палубы-полуюта и спрыгнула вниз. Сначала я был конкретно в шоке. Потом уже пришел в себя и закричал ребятам. Те сразу прибежали с оружием наготове. Я уже подумал, что все, сейчас будет рубилово. А нифига! Ника-то, оказывается, дочурка Зевса! Сводная сестра моего друга Джейсона! Тут она выдает, что ей надо кое-что рассказать нам всем. Фрэнк проводил ее в столовую. Честно, ей никто не доверял. Поэтому мы с Хейзел сели по обе стороны от нее, чтобы она не сбежала. Никель рассказала нам свой сон. Я сначала думал, что это все ложь. И тут она говорит: «Если вы мне не верите, пускай Пайпер меня проверит!» Пайпс молодец, не растерялась! Применила свою способность и что же? Все, что сказала Ника о Джейсоне, правда! Я тогда жутко злился. Мне хотелось проткнуть эту выскочку мечом или кинжалом. Но Пайпер продолжила расспрашивать девку об ее планах. Ого, так ей оказывается, нужна поддержка, опора! Она с виду только такая крутая, у нее комплекс неполноценности! И потом еще хуже. Ей нужен Перси, Аннабет и Джейсон. Пайпер даже не успела спросить зачем, как Ника вернула себе волю. Видно, что она была удручена своим ответом. Девушка встала, сказала нам что-то и вышла на палубу. Тут-то и разверзся Аид! - Я ей не верю! – категорично заявил я. - Я тоже, - согласился Фрэнк. - Ты со мной согласен? – я удивился. - В первый и последний раз, - предупредил верзила. - ЭЙ, ребят! Она просто хочет помочь Джейсону! Почему бы не принять ее помощь? – вступилась Хейзел за новенькую. - Ребят, вы видели? Она после того, как Пайпер ее спросила о том, что ей нужно, вернула себе волю! А вдруг она ее вообще не теряла? Вдруг она врет? – я пытался образумить друзей. - Моя способность не дает отсечек, Лео! Я знаю, почему она вернула себе волю. Потому что узнала о себе то, чего не знала. Это было мое послабление. Так что не обвиняй ее! – прикрикнула на меня Пайпс. - Эм, ну-у-у, - вот тут уже мне нечего было сказать. Тут я вспомнил про Нико. Может он возьмет мою сторону! - Нико, а ты что нам скажешь? – спросил я его. Брат Хейзел как будто встрепенулся. До этого момента его взгляд гулял по комнате, а сейчас он очнулся. - Я знаю Нику гораздо больше вашего. Она не врет, - мрачным тоном сказал он, припоминая что-то. - Расскажи нам о ней, - попросила Хейзел. Кажется, Нико замялся мальца, но все равно стал рассказывать. Он рассказал о том, как они встретились в школе Ники, о том, как они гуляли в Лагере. И о том, что Аид и Зевс сделали для Никель гладиус, а Нико всего лишь передал его. - И что дальше? Вот теперь брат Хейзел покраснел полностью. - Она обняла меня и поцеловала в щеку, - смущенно сказал он. Я закатил глаза. Пф, все могло быть и хуже! - Ну, бывает, - сбивчиво сказала Хейзел. - Нико, продолжай, - попросила Пайпер. - Да. Ника была…ммм… мила со мной. Потом она выдала, что хочет покинуть лагерь и увидеть вас. Помочь Джейсону и Перси с Аннабет. Естественно, я сказал, что она свихнулась, и что ей надо многому научиться. Помнится, она тихо сказала: « Ты во мне сомневаешься?» И убежала в оружейную. Там ей выдали доспехи, Ника прибежала ко мне и говорит: « Ну что, посоревнуемся?» Мы начали тренироваться. Потом у меня в мозгу что-то щелкнуло, я стал неуправляемым. Я готов был убить ее. А Ника не хотела меня убивать, и чтобы меня привести в себя, ударила молнией. Я очнулся. Земля вокруг нас была в трещинах. Я ничего не помнил из драки. А что она сделала? Она подошла ко мне, села на коленки и обняла меня! Сказала, что не обижается и потащила за локоть к себе в домик, чай пить. Я понял тогда, что у нее не было друзей, никогда. У многих полукровок такое бывает. Ника, можно сказать, вцепилась в меня. Это, конечно, пугает, но не настолько, чтобы я перестал с ней общаться, - закончил Нико. Тишина была жуткая. Каждый обдумывал сложную жизнь этой девчонки. Я сам призадумался. Его история чем-то напоминает мою. Пойду, поговорю с ней. Но Хейзел нарушила тишину. - Мда, нелегко ей приходилось. Все кивнули. - Может, она и не такая плохая, какой кажется? – неуверенно сказал Фрэнк. Я вместо ответа вышел на палубу и тут же почувствовал дым. Я тихонько пошел в дальнюю часть корабля. И застал такую картину. Ника, с сигаретой в руке, оперлась о перила и курила. Я понял, что у нее реально трудная жизнь была. Не каждый подросток начинает курить просто так. Всему есть причина. Но я никогда не любил курящих девушек. Все они были стервами. И холодно спросил: - Значит, курим? Странно, но она ничего не сделала. Просто повернула голову. Ника меня врятли видела, потому что глаза были в слезах. - Да, курю, - сказала она просто. Мне стало жаль ее. Я видел плачущих девушек, но именно эта картина тронула мое сердце. Я отбросил все свои шуточки и встал рядом с ней. - Сколько тебе лет? - Почти пятнадцать, - ответила девушка. - То есть четырнадцать? – уточнил я. Честно, я удивился. Я думал, она старше. - Не цепляйся, - рыкнула она. Похоже, возраст ее не любимая тема для разговора. - Да ладно тебе! В четырнадцать лет начать курить? Ты хоть соображаешь? – попытался вразумить ее я. - Не я такая, жизнь такая, - ответила мне Ника, отворачиваясь и затягиваясь. - Трудное детство? – спросил я. Уж мне – то знать про трудное детство. - Да. - Расскажи, - попросил я. - Чтобы дать тебе новый повод для насмешек? Лео, я знаю тебя больше, чем ты думаешь. Я знаю вас всех больше, чем ты думаешь. Я знаю ваши мысли, ваши поступки, ваше детство. Знаю практически все о вас. Если ты мне не веришь, я могу доказать, - сказала она. Я не думал, что она так думает обо мне. Будто я не умею проявлять сочувствие! Но любопытство взяло верх. - Докажи, - легко сказал я. И тут она начала рассказывать наши самые главные тайны. Ника знала практически все о нас. Я так удивился этому. Так странно слышать от незнакомого человека все тайны, которые ты хранил у себя в сердце. Мой мозг лихорадочно работал. Мне стало интересно, откуда же она все знает? Вдруг она использует свое знание против нас? Вдруг предаст? Упоминание матери болью отдалось в сердце. Наконец я выдавил: - Откуда ты знаешь? Ника рассказала о книгах. Но то, что последовало дальше, просто удивительно! Я услышал, как мои друзья идут к нам. Ника как будто не видела их. - Вы великие! Вы самые храбрые, самые умные, самые невероятные полукровки, я знаю! Ты самый умный в области машин! Фрэнк может превращаться во все одушевленное, это невероятно! Хейзел притягивает драгоценные металлы, которые, к сожалению, прокляты, но это не мешает ей быть удивительной! Пайпер может голосом заставить подчиниться себе любого! Это превосходная способность! Джейсон умеет летать! Это вообще отпад! Перси повелевает водой, как его отец! Аннабет самая мудрая из вас, ведь ее мама сама Афина! Нико может управлять мертвыми и землей! Вы – великие! Как еще мне втолковать, что лучше вас только боги? – выдала курящая. Мне льстило то, что она сказала. Самый умный в области машин! Что я великий, и лучше меня только бог. Это приятно! Кажется, у ребят было тоже чувство. Пайпер тихонько шепнула Хейзел: - Она сказала правду! Я чувствую. Так это еще и правда! Но после такой речи Ника свернулась, как котенок. Прижала к себе свой портфель, будто это ее все, и стала плакать. Она сказала еще кое-что: - Понимаете, вы самые-самые! Я еще, когда бродила по Нью-Йорку в качестве смертной, мечтала, что когда – нибудь я встречу вас. Познакомлюсь. Подружусь, но видимо, это не так. Давайте просто спасем Джейсона и разойдемся по разным дорогам. Это было жалкое зрелище. Как будто мы разбили ее самую заветную мечту. Совесть чувствительно кольнула. Я не смог стерпеть этого. Я положил ладонь на ее плечо. Никель вздрогнула. Похоже, она не привыкла к сочувствию. - Ну вот, распустила тут нюни. Дорогу, женщины, достало плакать, - проворчала она, вставая. Я удивился, но все же такая перемена мне больше понравилась, чем это рыдающее маленькое создание. И сейчас я все вспоминаю это лицо в слезах. Как может дочь Зевса, которая должна быть лидером, так плакать? Нет, поддержка ей нужна. И опора тоже. Ей нужна дружба. Иначе она зачахнет и умрет. Солнце, наконец, встало. Я поставил автопилот. Фестус проклокотал, что все будет хорошо, если что, он предупредит. - Спасибо, друг, - сказал я бронзовой голове дракона. Я решил прогуляться по палубе. Я прошел мимо лестницы вниз, которая вела в каюты и столовую. И пошел в самую дальнюю часть корабля. И снова увидел ее там. Ника не спала. Она сидела на стуле за мольбертом, что-то нахмурившись, рисовала. Я еще издали прокашлялся, чтобы дать ей понять, что она не одна. Ника повернулась на меня. - Доброе утро! – улыбнулась она мне. Ее лицо и почти вся одежда была в каплях краски. - Доброе! Что рисуем? – поинтересовался я, подходя ближе. - Мне сегодня приснился странный сон. Я его рисую, - сказала Ника, снова нахмурившись. Я посмотрел на рисунок. И сердце у меня остановилось. На мольберте была нарисованная моя мама. Я везде ее узнаю. Красивое лицо, добрые глаза и темные локоны, но она казалась старше, чем на самом деле, потому что ей приходилось много работать. У мамы были глубокие морщины вокруг глаз, а на руках мозоли. На рисунке мама улыбалась. Губы как будто что-то говорили. И в глазах матери был предупреждающий огонек. - Лео? Ты ее знаешь? – послышался вопрос. Я так засмотрелся на это родное лицо, что забыл обо всем на свете. - Это…Это моя мама, - дрожащим голосом произнес я. На лице Ники отразилось понимание. Она ничего не сказала, за что я был ей благодарен. Она поняла меня, и не хотела вставлять свои комментарии. - Расскажи сон, пожалуйста, - попросил я. - Эта женщина сказала: «Передай моему сыну, что я люблю его. Он должен быть осторожен, если хочет жить дальше. Отец следит за ним, и оберегает. Мой mijo*, я люблю тебя!» Потом она исчезла. И на ее место пришел Джейсон. Лео, ему хуже. Теперь он без сознания, Меч лежал дальше, чем в прошлый раз. Мне страшно, - сбивчиво сказала Никель. Я обдумывал слова матери. Почему она явилась именно Нике? А не мне? Что же такое есть в этой девушке, что его мать предпочла появиться во сне у нее, а у родного сына? Что же такое творится, черт возьми?! - Лео? Лео! Вальдес, блин! – потрясла меня Никель. - А? Что? – очнулся я от раздумий. - Не спи, женщина! Ой, блин! Ладно, иди спать. Я подежурю, - предложила Ника. - А ты умеешь управлять кораблем? – подозрительно спросил я. - Фестус подскажет, - хмыкнула она. - Кхм, ты знаешь азбуку Морзе? – удивился я. - Честно? Чуть-чуть, но если будет что-то тревожное, я тебя и остальных разбужу. Гоу спать! – прикрикнула Никель. Я хмыкнул, но ничего не сказал. Все-таки спать хочется! Я зашел к себе в каюту. Быстро снял экипировку, остался только в джинсах и майке. Я упал на кровать, сразу же проваливаясь в царство Морфея. Мне снился Бункер 9. Полный пыли, грязи, машинного масла и старых штуковин. На полу и столе валялись какие-то чертежи. На стене был чертеж Арго II. Фестус, который был еще тогда полным бронзовым драконом, нетерпеливо верещал что-то. Я пытался снять его бронзовые крылья и потолка. - Фестус, помоги мне! – попросил я дракона. Громадина подсадила меня себе на голову. Я стал быстро-быстро откручивать крылья. Р-раз! И первое крыло плавно слетело вниз. Со вторым пришлось хлопотать больше. Крыло проржавело настолько, что вентили не давали мне снять крыло. Пришлось использовать огонь. Ладонь нагрелась, пламя заплясало. Я разогрел металл. И крыло поддалось. С грохотом упав на пол, крыло развалилось на две части. Я вздохнул. Теперь придется делать еще и крыло! Фестус опустил меня на землю. Я подбежал к столу, взял волшебный пояс и принялся за дело. Пока я чинил крыло, дракон отдыхал. Глаза закрылись. Тело перестало работать. Я не обратил на это внимание. Наконец, крыло было починено. - Фестус, очнись! Сейчас будем делать крылья! – крикнул я и проснулся. Проснулся я от пронзительных криков Пайпер. Я мигом встал с койки, стал одевать доспехи и взял в руки самый большой молоток, какой у меня есть. В этот момент вбежала Хейзел: - Лео! А, ты уже проснулся! Тревога! – крикнула она. - Что случилось? – спросил я. - Там…там… - никак не могла сказать девушка и убежала наверх. Я еще быстрее оделся. Надел кеды и рванул наверх. То, что ожидало меня наверху, подвергло меня в шок. Огромная, тридцатифутовая громадина летала вокруг летающего корабля. Это был дракон! Настоящий дракон, а не бронзовый. Карий, чешуйчатый, он нападал на Нико ди Анджело, который пытался защитить свою сестру от пасти дракона. И самое главное, что головы у дракона было две. Одна была на своем месте, на шее, а вторая, поменьше, находилась на хвосте. В данный момент работала та, что была на шее. - Амфисбена! – крикнула Ника, которая сражалась вместе с Нико. - Это что-то нам дает? – крикнул я, подбегая к ним, и со всего размаху ударяя своим молотом по носу дракона. Тот оглушительно взревел. Его голова пыталась сбить корабль на землю, или что там в данный момент было внизу. Весла нашего корабля преобразовались в баллисты и теперь стреляли по врагу. Но Амфисбена была слишком большой, чтобы почувствовать удар. - Фрэнк! Где ты? – крикнула Пайпер, пытаясь встать с пола. Похоже , у нее сломана нога. Голова дракона снова приблизилась к нам. И это был плохой поступок. Нико ди Анджело со всего размаху ударил чудищу в глаз. Кровь брызнула на нас. И снова оглушительный, полный боли, рев прокатился по небу. Я нашел мешочки с греческим огнем в ящике. - Ребят, отвлеките его! Я закину! – и тут я заметил Фрэнка. Он лежал без сознания возле лестницы. Дочь Зевса кивнула. Она сосредоточилась. Облака стали собираться ближе и ближе к нам. Тучи бурели. Послышались удары грома. И молния влилась в клинок Ники. Она направила гладиус на дракона, и бурая молния ударила в монстра. Казалось, ему хоть бы хны! Вторая голова зашевелилась. Теперь на нас ощетинились две пасти. Никак не мог выбрать момент для броска. Проблему решила Ника. Девушка подбежала к Фрэнку и сняла его лук. Взяла две стрелы и подбежала ко мне. - Привяжи к стрелам мешочки. Я выпущу стрелы в пасти, одновременно с молнией, - сказала она, давая мне стрелы. Дракон развернулся и ударил в корпус крылом. Корабль опасно накренился. Если бы мы не приникли к стене, нас бы просто слизало в палубы. Пайпер держалась за перила, чтобы не упасть. Фрэнк… - Фрэнк! – крикнула Пайпс. Хейзел быстро подбежала к Фрэнку и скинула его вниз по лестнице, чтобы не упал за борт. - Прости! – крикнула Хейз вслед Фрэнку. Я дрожащими руками привязал мешочки с греческим огнем к стрелам. Я передал их Нике. Та снова сосредоточилась. Краски слезли с лица. Она стала мертвенно белой. Глаза закрылись. Грозовые мрачные тучи сгустились вокруг дракона. Облака стали еще темнее. Удары грома стали еще громче, еще яростнее. Чем темнее становились тучи, тем бледнее была Никель. Глаза распахнулись. Обе пасти дракона вынырнули из облаков. Раскрыв пасти, они неслись на корабль. Ника прицелилась. Мешочки стали шипеть. - Они скоро взорвутся! Стреляй! – крикнул я Нике. И как раз в этот момент первая стрела вылетела в глотку первой головы. Следующая стрела прилетела другой голове в рот. Ника отбросила лук. Руки поднялись. Пальцы наэлектризовались. И множество молний ударили в жерло дракона. Дракон взревел. Первая голова, та, что на хвосте, начала осыпаться в прах. Правда, медленно. Раздался двойной взрыв. Шеи дракона оторвались от тела и вихрем полетели вниз. Дракон снова взорвался, правда, уже само тело. Огромное облако золотого праха рассеивалось. Все молчали. Без сознания Андерсон повалилась на бронзовый пол корабля. Я подбежал к пульту управления и выровнял корабль. Фестус доложил мне о неполадках в корпусе корабля. И предположил, что на исправление неисправностей понадобится больше 4 часов. Я сказал бронзовому дракону, что понял, и стал снижаться. Нико и Хейзел стали переносить раненых товарищей в лазарет. Мы летели недалеко от Чикаго. Я присмотрел большой холм, окруженный лесом, и постарался нормально посадить там Арго II. С большим трудом, и с помощью Фестуса, мы посадили корабль. Я, радостный, побежал к ребятам в лазарет. Нико, с досадной раной на руке, сидел на кушетке Никель и пил нектар. Ника все еще оставалась без сознания. Хейзел копошилась рядом с Пайпер, фиксируя ее ногу в одном положении. Фрэнк уже очнулся. У верзилы была огромная шика на лбу, диаметром с монету, и высотой в две фаланги мизинца. Стон вырвался из уст Фрэнка, когда Хейзел стала обрабатывать шишак. - А где тренер Хедж? – спросил я. - Он…Его дракон забрал, - всхлипнула Пайпер. Мне стало жаль сатира. Этот хоть и надоедливый, но смешной вояка всегда помогал нам переживать потери. - Мне очень жаль. Он был хорошим, - сказал я с жалостью. Все, кто был в сознании, кивнули. Хейзел едва заметно утерла слезы. Она дала немного амброзии Фрэнку и вернулась к Нике. Я подошел к Нико. - Как она? – спросил я. - Без сознания. Вызвать столько молний оказалось слишком сложно. Она потеряла много сил, но умирать, я так чувствую, не собирается, - доложил мне сын Аида. - Она молодец, - сказал Фрэнк, - спасла нас. - Верно, верзила, - согласился я. - Давайте подождем, пока она очнется, - сказал Нико. Он переживал за подругу. После того, как все раны были обработаны, и все съели немного амброзии, мы стали обсуждать дальнейшие действия. Во первых, мне надо было починить корабль, иначе до Нью-Йорка мы не доберемся. Во вторых, ребятам нужно окрепнуть для следующего боя за Джейсона Грейса. Я вышел из лазарета и поднялся на палубу. Вокруг Арго II не было ни души. Я достал свой волшебный пояс, спустился вниз, к корпусу и принялся налаживать двигатели. ___________________________________ *mijo - в переводе с испанского - сынок.