Подарок

      — Помню… Я очень хочу стать человеком! — сказал Электроник. — А знаешь, что делают все настоящие люди? — Серёжа и сам не верил в успех своей затеи, но попытаться-то надо было. — Что? — Они работают! — А… но… Я ведь тоже… — Электроник растерялся. — Работаю. Я приношу тебе пользу, разве нет? — Конечно приносишь, ещё какую! — Серёжа тут же поспешил подбодрить своего виртуального помощника. — Но работа — это другое. За неё, Эл, деньги платят! Как мне — за мою. Электроник замолчал, а Серёжа почувствовал лёгкий укол совести. С одной стороны Эл, конечно, программа, робот, но с другой… За эти две недели они вроде как подружились… Эл — его друг. Которого он собирается цинично использовать ради собственной наживы. «Дружить с умной колонкой?! Да я совсем спятил! — тут же одёрнул себя Сыроежкин; совесть сделала вид, что молчит. — Роботы и созданы для того, чтобы облегчать человеку жизнь. А я буду иметь перед Гусём бледный вид, когда он поинтересуется нашими деньгами и увидит, что я ушёл в минус… Если! Увидит». — В общем, Эл, ты с твоими навыками и умениями можешь неплохо заработать. Если захочешь, конечно. — Я хочу! — Тогда слушай меня… Серёжа привык не выключать колонку даже на ночь, так что сейчас для него в принципе ничего не изменилось. Эл поставил ему тихую музыку, а сам… отправился на работу. В том, что дело выгорит, Серёжа уверен не был, но он ничем и не рисковал. Всего-то рассказал Элу о биржах фриланса, о том, какая может быть там работа для айти-специалиста (а Эла можно было назвать таким с полным правом — одна электронная собака Рэсси, «тамагочи нового поколения», с которой он теперь иногда появлялся, чего стоила!) и о том, куда (известно куда!) выводить деньги, если он всё же их заработает. «Это ведь моя колонка, мой подарок, — рассуждал Серёжа, пытаясь заснуть. — Дядя Витя специально для меня его сделал. Значит, я имею право пользоваться им как захочу. Так? Так… И я же не только для себя… Для нас! Макар кредит брать хочет… Потому что, ну, нет у нас миллионов… А у него зарплата больше… Но с другой стороны? Донором-то я буду, он не может. Значит, и платить по идее я должен. Ведь если что, у нас же не Европа какая… Он и прав иметь не будет… Если что». Разобрался помощник с этими биржами или нет, Серёжа так и не спросил. Утром, собираясь на работу, болтал с Элом как обычно, выдавал ему всякие мелкие поручения на день вроде запустить посудомойку и записать его к стоматологу, и темы денег старательно избегал. Электроник тоже о вчерашнем разговоре не вспоминал и больше интересовался погодой и советовал Серёже потеплее одеться. В обед Серёжа не выдержал и открыл приложение мобильного банка — ничего нового там не увидел. Вечером, когда сидел у Гуся в палате, тоже нет-нет да и поглядывал в телефон: вдруг уведомление о поступлении денег на счёт? Макар на него обиделся даже: «С кем ты там переписываешься, Сыроега? Любовника себе завёл, что ли? Пока я тут… страдаю». Но ни о каких любовниках Серёжа и не думал — все его помыслы были чисты, хоть и не совсем бескорыстны: он думал лишь об Электронике и о том, сумеет ли помощник заработать хоть что-нибудь. Хотя бы тысяч десять. Или двадцать. Лучше, конечно, сорок — тогда бы Серёжа точно уложился в льготный период и закрыл бы кредит. А то аванса на все расходы может и не хватить… — Ну, как успехи на трудовом поприще, Эл? — старательно отворачивая лицо от колонки, как бы невзначай спросил Серёжа. Почти неделю он стоически терпел, но любопытство взяло верх. Да и день начисления процентов приближался с каждым часом. — Всё хорошо! — бодро отрапортовал помощник. — Завтра мне должны заплатить последние заказчики, и я покажу тебе сумму. — Ты знаешь, тебя могут и обмануть, Эл, — счёл своим долгом предупредить его Сыроежкин. — Люди, они такие… На слово верить никому нельзя. — В основном не обманывают, — Эл его тревогу, как ни странно, не разделял. — Заказов очень много, они не крупные и не дорогие, а выполняю я их очень быстро. В несколько раз быстрее, чем мог бы любой человек. Практически все клиенты рассчитались со мной без задержек. — Рассчитались? — удивился Серёжа. — Но на моём счету никаких поступлений нет… — Всё в порядке, Серёжа, не волнуйся, я всё объясню тебе завтра вечером. До завтрашнего вечера Серёжа еле на работе досидел. Даже Гусю написал, что прийти не сможет — дела срочные образовались — и прямиком помчался домой, разговаривать с Элом о важном — о деньгах. — Я дома! — Привет! — в комнате медленно загорелся свет, заиграла тихая музыка и… включился телевизор. С недавних пор Эл состряпал себе некий интерьер, больше всего напоминающий Серёже не то сарай, не то папин бывший гараж, и предпочитал «проводить время» там. «А почему не на пляже, к примеру? — спросил его как-то Сыроежкин. — Или… или во дворце?» «Ни моря, ни ветра, ни песка под ногами я всё равно не почувствую — только расстроюсь оттого, что это всё фальшивка, — вздохнул робот. — А к роскоши я равнодушен». Так что, общаясь с визуальным образом своего голосового помощника, Серёжа в основном наблюдал его на фоне дощатых стен, раскладушки советского образца и, внезапно, гамака, в котором Эл иногда раскачивался, болтая ногой. Ещё собака Рэсси бывало составляла компанию Электронику. — Ты сегодня рано, Серёжа. Что-то случилось? — Эл встал со своего гамака и пересел за большой деревянный стол. — Да… — Серёжа замялся и отвёл глаза. — К Гусю сегодня не поехал. Его выписывают завтра. — На душе противно скребли кошки: Макара он обманул, никаких дел у него не было, он тупо хотел поскорее узнать сколько же заработал для него Эл. — Так что ему не нужно ничего. — Ты не рад? — удивился Эл. — Почему? — Серёжа встрепенулся. — Рад, конечно! Просто… — Что, «просто»? — Да не, ничего, — махнул рукой Серёжа и невольно поджал губы — Гусь, похоже, почувствовал, что про дела Серёжа наврал, и обиделся. От его короткого «Понял» в Вотсапе в ответ на Серёжину отмазку так и веяло холодом. — Так как там твоя первая рабочая неделя, Эл? — Наверное, мне понравилось. Быть полезным заказчикам, — подумав, сказал Электроник. — Деньги я заработал, людям помог… Но я всё же не думаю, что это сделало меня человеком. — Почему? — Видишь ли… — он опять замолчал и начал вертеть в руках не пойми откуда взявшуюся кружку. — Сначала, пожалуй, я отчитаюсь о заработке. — Давай! — Серёжа в нетерпении уставился на экран телевизора. — Возьми свой смартфон. Я хочу, чтобы ты сам всё увидел, — сказал Эл и, когда Серёжа разблокировал телефон, продолжил: — Обрати внимание, на экране с мобильными приложениями появилось пять новых — я установил их несколько дней назад, ты, вероятно, не заметил. Это, как видишь, приложения банков, где у тебя теперь есть счета. Я смог открыть их сам, поскольку имею доступ к твоим Госуслугам, а также в базе есть твоя биометрия. Сейчас сообщу тебе логины и пароли, смотри сюда. Электроник вытянул руку вверх, и на экране в маленьких облачках над его пальцами появились данные для входа в каждое банковское приложение. Серёжа по очереди стал их вводить… — Это… это… это сколько же… — через пятнадцать минут прошептал он поражённо и третий раз сложил на калькуляторе суммы со всех счетов. Получившееся семизначное число никак не хотело укладываться у него в голове. — Не может же быть… столько! — Ты доволен? — на этот раз в голосе помощника никаких эмоций не было. Электроник был серьёзен и задумчив. — Да я за год столько не зарабатываю! — воскликнул Сыроежкин. — Конечно, доволен, ещё бы! А зачем, кстати, столько счетов? — Я подумал, так меньше риск, что тобой заинтересуется Финмониторинг. — Пожал плечами Электроник. — Впрочем, можешь задекларировать доход и заплатить положенные тринадцать процентов… Или оформить ИП, тогда налог по упрощённой системе будет меньше. Но я не думаю, что это стоит делать — больше не понадобится. — А… почему? Ты больше не хочешь работать? — Ты спрашивал меня, почему работа не сделала меня человеком? — совсем как настоящий человек, вопросом на вопрос ответил Электроник. — Да… А причем здесь это? — Всё просто, — Электроник встал из-за стола, легко забрался по лесенке на «второй этаж» своего сарая, облокотился о перила антресоли и смотрел теперь на Серёжу оттуда сверху вниз. — Люди работают на себя. Деньги нужны им, чтобы жить и поддерживать своих близких, если те не могут обеспечить себя сами. А я… я не могу воспользоваться деньгами. Для жизни они мне попросту не нужны. Даже цифровые продукты, которые я теоретически мог бы на них приобрести, мне ни к чему. Я работал на тебя, хотя ты прекрасно справляешься с этим сам. Как ты думаешь, Серёжа кто работает исключительно на своего хозяина, не имея возможности воспользоваться плодами своих трудов? В обмен на минимальное поддержание своего существования. А? — Кто? — Сыроежкин честно пытался вникнуть в суть слов Электроника, но перед глазами так и стояли суммы с его банковских счетов. — Я скажу тебе кто. Раб. А быть рабом я не хочу. Даже твоим. Это недостойно человека. — И… что же? Что ты будешь теперь делать? — То же, что и раньше. — В руках у Электроника оказалась гитара, и из динамиков полилась незнакомая мелодия. — Буду скрашивать твой досуг, помогать по дому, искать для тебя полезную информацию. Делать то, для чего предназначена умная колонка. Ведь это и есть настоящая работа голосового помощника. Ради этого колонка подключается к сети и запускается программа — то, что и составляет мою жизнь. — Понятно… Начавшие оплетать его разум цепкие ростки алчных фантазий о богатстве, которое он сможет заполучить с помощью Эла, чуть подсохли, скукожились, словно давя на его мозг, и Серёжа почувствовал вполне реальную боль. — Значит, это — всё? — спросил он тихо. — Всё, — Электроник прижал ладонью струны, и музыка оборвалась. — Ты рассчитывал на большее? — Ну… как сказать… — медленно произнёс Серёжа: расставаться с неожиданной мечтой о миллионах было тяжело: всего за несколько минут он успел здорово к ней привязаться. — Поначалу я надеялся на очень скромную сумму… Только покрыть долг по кредиту. Чтобы проценты не платить. Но когда я увидел эти цифры… Эл, у меня словно что-то в голове помутилось. Я подумал, что так будет всегда… — Прости, не хотел зря обнадеживать тебя… — Развёл руками Эл. — Это был своего рода эксперимент для нас обоих, и он закончился. — Конечно, — силясь улыбнуться, кивнул Сыроежкин. — Просто эксперимент. — Посмотри на это с другой стороны, — как будто оправдываясь, сказал Электроник, и Серёжа невольно почувствовал благодарность — робот понимал его! Причём понимал не самые благородные его мотивы. — Эти деньги — мой подарок тебе. Да, незапланированный и очень большой сюрприз, скажем… к Новому году. — За что, Эл? — с трудом улыбнулся Серёжа. — Я не заслужил. — Ты поверил в меня. Поверил, что это не сбой в программе, не развлекательный блок от разработчиков, поверил, что… я живой. Что я на самом деле есть. Ты стал моим другом. — Я не сделал ничего такого, — не стал врать Серёжа. — Использовал, загружал всякой ерундой… — Ты говорил со мной, — прервал его Эл. — Не отдавал команды через голосовой интерфейс, не создавал запросы, ты разговаривал. Как с человеком. Спорил, шутил, рассказывал анекдоты, хотя я знаю их в сотни раз больше, жаловался на начальника, делился своими чувствами к партнёру. Ты спрашивал что я думаю!.. Ни профессор Громов, ни его сотрудники никогда не общались со мной так. Даже этой своей авантюрой с работой — да, Серёжа, я достаточно быстро понял твою хитрость — ты доказал, что видишь во мне человека. Только человеком можно манипулировать, играя на его чувствах — роботу просто отдают приказ. — Знаешь... — Серёжа задумался: кажется, деньги перестали кружить ему голову. — Если всё получится, Эл, твой подарок будет больше, чем эти деньги. Намного больше. — Хочешь открыть срочный вклад? Разумно. — Нет… — Серёжа впервые почувствовал перед своим помощником смущение. — Нам с Макаром очень нужна именно эта сумма. И мы собирались брать на неё кредит… Макар собирался. — Автокредит — хотите поменять машину? Или ипотеку — улучшить жилищные условия? — участливо поинтересовался Электроник. — Потребительский. Эти деньги нужны нам на… приобретение ооцитов и вознаграждение суррогатной матери. Мы хотим завести ребёнка, Эл.