Странные чары

Утро понедельника 14 февраля встретило Финдли довольным воплем Филиппа, одного из соседей по спальной комнате. - Чего орёшь? - Сэм среагировал первым, запустив в довольного Фила подушкой. - Энни согласилась со мной встречаться! - парень подскочил с кровати, одной рукой стягивая пижамные штаны, а второй потрясая открытым письмом. - И это она написала тебе в письме, которое не поленилась отправить за два часа до завтрака? - скептично хмыкнул Сэм. - Да и стука совы я что-то не слышал. - Она отдала мне его вчера и просила прочитать обязательно именно утром. - отмахнулся Филипп, надевая рубашку. - И вообще отвали, у меня есть подружка на День Валентина, а у тебя нет. Прощайте, неудачники! - и Фил с гиканьем умчался в общую гостиную, наверняка хвастаться остальным, если кто-то вообще ещё проснулся в столь раннее время. - Придурок. - Сэм смешно поднял брови. - Видимо свидание с девчонкой и работающий мозг - понятия несовместимые. А, ты, Фин, сегодня с девушкой или один? - спросил гриффиндорец, заправляя кровать. Финдли знал, что его друг задал вопрос скорее для проформы. - Один. - кивнул Фин, устремив взгляд на шепчущий плющ, который разросся настолько, что обвил полог его кровати, превратившись в своеобразный навес. Парень всегда был на День Валентина один и даже забыл бы об этом празднике, если бы не постоянные напоминания однокурсников, целующиеся в углах парочки и атмосфера, витающая в замке. Финдли и не догадывался о том, что ждет его дальше. За полчаса до завтрака парень забежал к профессору Хлое за специальными ножницами для обрезки листьев. На них были наложены чары, которые не давали попадать болезнетворным бактериям и спорам грибка в свежий срез. В теплицах атмосфера немного изменилась. С лиан, увивших потолок, гирляндами свисали бумажные сердечки и ангелочки со стрелами, а lilium tinnitus, расставленные в разных углах у стенок, раскрыли свои огромные розовые бутоны, похожие на колокольчики. Из глубины теплицы доносилось мелодичное пение профессора Хлои, которая, как знал Финдли, очень любила День Валентина. - Аа, Финдли! - женщина средних лет в льняном фартуке, заметив его появление, выпорхнула на встречу гриффиндорцу, держа в руках какой-то предмет. - С праздником тебя! Сегодня ты точно встретишь свою любоооовь. - почти пропела профессор, вручая ему данный предмет, который оказался браслетом с крупными бежевыми, древесно-коричневыми, мшисто-зелеными и хрустальными бусинами. - Вот. Мисс Эйлс Флинн забыла свое украшение, когда вчера приходила на отработку. Как пойдёшь на завтрак, вернешь его ей. - и женщина, напевая что-то под нос, тут же исчезла за густо разросшимся драконьим рододендроном, который через мгновение возмущенно зашипел. - Да-да, маленький, тебя пора обрезать! - послышался ласковый голос профессора. Финдли же, ухватив ножницы со стола, поспешил вернуться в школу, чтобы перед завтраком успеть отдать браслет декану Когтеврана. К самой девушке подходить ему было почему-то неловко. Может из-за той ситуации с перьями, когда он без просьбы Эйлс совершенно по-гриффиндорски вмешался со своим собственно изобретенным заклинанием, убирая летящий пух вокруг чихающей когтевранки. Когда парень был в метрах ста от замка, двери его распахнулись, и оттуда выскочила Эйлс в очередном своём полосато-геометрическом свитере, на сей раз весенне-зелёном, украшенном большим квадратом и кругом желточного цвета. Вельветовые брючки на девушке тоже были яркими, горчично-оранжевыми, а голову украшала повязка в горошек похожего оттенка. Когтевранка, судя по её торопливой походке, направляясь именно в теплицы. Финдли, не думая, пошёл ей навстречу и протянул браслет. - Профессор Хлоя просила передать. - сказал парень, наблюдая за тем, как лицо девушки освещает яркая улыбка. - Спасибо! - Эйлс засмеялась, натягивая браслет. - Он мне очень дорог. Я сама его сделала и даже бусины из глины слепила, а потом покрасила. Вчера всю комнату перерыла и только потом вспомнила, что снимала его в теплицах. Они как раз дошли до дверей, и девушка вдруг остановилась, а потом резко распахнула створку, отпрыгнув в сторону. Оттуда тут же вылетела стайка странных белых насекомых. Существа вначале было направились в сторону Запретного леса, но потом вдруг развернулись и подлетели к застывшей Эйлс. Когтевранка выхватил палочку и встала в боевую стойку. У Финдли палочка неосознанно как-то сама собой оказалась в руке. Насекомые, похожие на летающих тараканов, вдруг закружились в красивом танце, а потом сложили из своих тел объёмное сердечко. Гриффиндорец выдохнул, поняв, что скорее всего это своеобразная валентинка - очередной плод фантазии и изобретательности кого-то из влюбленных студентов. Тем временем сердечко затрепыхалось, изображая взволнованный ритм, и хор тоненьких голосов запел: - О, Госпожа моего сердца! Сиятельный лик тво… - Остолбеней! Остолбеней! Остолбеней! - воскликнула Эйлс, резко взмахивая палочкой. Несчастная валентинка тут же осыпалась на землю кучкой конфетти. - Как ты думаешь, кто - автор? - спросила когтевранка у Финдли, указав в сторону неудавшегося послания. - Какой-то любитель тараканов. - парень потыкал носком в конфетти. - Даже на мой взгляд это очень неудачная валентинка. - И не говори. - Эйлс фыркнула, искоса посмотрев на Финдли, когда они переступили порог школы. - Я бы с удовольствием этому любителю засунула бы пару десятков тараканов в штаны, а потом… Что "потом", девушка договорить не успела. С радостным гиканьем на них обоих налетел Пивз, что-то тонкое, красное промелькнуло в воздухе, и Финдли почувствовал, как запястье его левой руки тянет вбок, туда, где стояла Эйлс, на сей раз успевшая среагировать на появление полтергейста, довольное хихиканье которого вдруг прервалось, превратившись в возмущенный вопль. Хлесткие серебристые нити выплеснулись из палочки когтевранки, больно шлепнули духа, и он тут же испарился. Где-то в конце коридора вновь послышалось эхо его хохота. Это произошло буквально за несколько секунд, и Финдли даже не успел сообразить, почему его левое запястье как будто бы приклеилось запястью правой руки Эйлс. Девушка тоже не сразу поняла, что случилось. Она с каким-то неверием смотрела на то, как их с гриффиндорцем руки оплетает красная нить, оборачиваясь словно змея вокруг запястий и мизинцев. - Что происходит? - Эйлс возмущенно дернула свою ладонь, пытаясь выбраться из захвата нити. - Я думаю, это какая-то магия Пивза. - ответил Финдли, тоже пробуя высвободить свою руку и свободными пальцами развязать нить. Но та, казалось, была создана словно из воздуха, только более горячего, чем витавший вокруг. - Пошли к профессору Денч*, она наверняка знает, как с этим справиться. - когтевранка недовольно цыкнула, оставив безуспешные попытки освободиться от странных чар. Финдли лишь кивнул. Им больше ничего не оставалось, как попросить помощи у преподавателей. Завтрак должен был начаться через семь минут, а после него - занятия.