В ритме азарта

Намджун порой слишком наблюдательный. Он всегда был едва ли не самым умным в их компании. Но сейчас это не в пользу Юнги. Он вообще-то приехал сюда расслабиться после тяжёлого дня в мастерской под бутылочку пива.  — Так ты уехал потому, что удивился внешности Чимина? — хмурится Джун, делая глоток из своей банки. Только разница в том, что у него энергетик, а у Юнги пиво. Джуну нужно было работать даже в такое позднее время на базе «Стритс». Собственно, здесь они и находились.  — Он ребёнок, Намджун! Он выглядит как подросток! — возмущался Юнги.  Джун откинулся на спинку своего кресла.  — Вообще по нему действительно не скажешь, что ему двадцать два…  — Видишь!  — Но это так, хён. Если приглядеться, то он не подросток. У детей не может быть такого… — Джун застопорился, пытаясь подобрать слово. Юнги поднял правую бровь в ожидании. — Взгляда. И тела.  — Ой, не затирай мне тут про «взгляд»! Он ещё совсем дите, чтобы быть здесь. Я более чем уверен, что он отсюда сбежит после первой серьёзной гонки, — отмахнулся Юнги.  — Хён, не забывай, что гонка с тобой — более чем серьёзная. Опасная даже. То, что он приехал наравне с тобой о чем-то говорит, — напомнил Намджун.  — Да мне похуй! Я его отсюда выгоню при первой же возможности, — процедил Юнги.  — Ну попробуй, — раздался со стороны входа язвительный голос. Юнги резко поворачивается к говорящему. Суженные глаза напротив не сулят ничего хорошего. — Только я уже доказал свое право находиться здесь, уделав тебя на вашей так называемой проверке, хён, — сильное акцентирование на последнем слове выбивает из Юнги весь воздух, оставляя после себя только лаву злости. — Могу даже ещё раз с тобой прокатиться, если ты так хочешь. Может, если я в этот раз обойду тебя, ты поймёшь, что я никуда не денусь.  Юнги медленно встаёт, ставя на стол бутылку чуть громче, чем нужно. Намджун поднимается за ним, готовясь держать старшего. Только драки тут не хватало.  Юнги подходит слишком близко к не двигающемуся Чимину. Младший стойко выносит его яростный прищуренный взгляд, стоит отдать ему должное.  — Смотрю, кто-то тут поверил в себя? То, что ты умеешь думать, не значит, что у тебя есть способность выиграть, — снизив тон голоса, говорит Юнги. Он обманчиво спокойный, но по глазам видно, как бесится. — Гонки — это не игрушки. Особенно здесь. Можешь считать сколько угодно, что мог победить меня в этой проверке, но на настоящей гонке тебе бы не поздоровилось.  Чимин выдерживает минуту молчания, бегая глазами по его лицу, а потом вскидывает подбородок выше. Упрямство ярко блестит в глубине его зрачков, и Юнги это не нравится. Как не нравится и весь Чимин.  — А, по-моему, ты выжал все из своей тачки на этой проверке, Шуга, — дерзко ухмыляется Чимин. Юнги готов закопать его под ближайшим камешком на пустыре. — Чимин, хватит.  — Мой вызов в силе, хён. Если это так тебе нужно, я готов снова обогнать тебя.  Юнги рычит, отталкивая наглеца от выхода и уходя из их гаража. Пока дверь не закрылась, он поворачивает голову назад и ровно проговаривает: — В два часа дня чтоб был у заброшенной заправки, щенок.  — Буду, Юнги-я, не волнуйся, — и снова пухлые губы растягиваются в усмешке.  Убить бы эту змею. 

***

Солнце печёт. Юнги недовольно щурит глаза, мысленно проклиная дневное время суток. И Чимина заодно. Из-за этого чертового мальца он сейчас жарится на солнцепеке, хотя мог бы спокойно допить пиво у Джуна и поехать домой в свой едва ли не единственный выходной.  Юнги не любит, когда ему бросают вызов. Обычно он избегает этого, унижая соперника словами до такой степени, что тот больше не может ответить ему. Обычно. В этот раз все подкрепляется растущей ненавистью к новенькому. Юнги не может пройти мимо этого.  Капот пиздец горячий, хотя Юнги специально припарковался в тени заправки. Под ногами два бычка, выкуренных им за полчаса до приезда Чимина. Юнги приехал раньше, чтобы успокоиться и оставить рассудок холодным во время гонки. Ему нужно сохранять хладнокровие в этой ситуации, если он не хочет потерять голову.  Гравий скрипит под колёсами подъезжающей незнакомой синей машины. Эта отличается от белой слишком сильно: старая модель, но прокаченная. Без лишних полос, однотонный синий. На багажнике приделан спойлер — как понтово. Интересно даже поглядеть на то, как это чудо-юдо обгонит его.  Чимин вылезает на улицу, лёгким движением руки убирая упавшие на лоб пряди волос. Он уже успел переодеться из футболки в майку и шорты — предусмотрительно. Юнги таким похвастаться не может, разве что дырками на коленях джинс. Футболка вся взмокла на спине.  — Обязательно было в два часа дня? — вкрадчиво задаёт вопрос Чимин, подходя ближе.  — Нужны же тебе хоть какие-то преимущества, — хмыкает Юнги, не меняя позы и все ещё сидя на капоте.  — У меня преимущества в любое время суток может быть. А вот у тебя, видимо, не хватает смелости выехать со мной ночью, — фыркнул Чимин. Юнги поднимает бровь.  — Ты меня сейчас трусом назвал? Нарываешься, мелочь.  — Ты сам это сказал, — якобы безразлично пожал плечами Чимин. — Чего ждём? Тут же послышался рев мотоцикла. Юнги усмехается, глядя на въехавшего на заправку Чонгука. Опоздал на минуту.  — Гуки, ты что тут делаешь? — Чимин сразу смягчился, пожимая руку младшему. Чонгук тяжело вздохнул.  — Меня попросили присмотреть за вами. Чтоб не поубивали друг друга.  Юнги знает, кто его сюда направил. Джун и Тэхён не могли оставить их наедине друг с другом, догадываясь, что они могут подраться. Юнги мог бы, но он здесь для другого.  — Предсказуемо. Теперь можно начинать, — Юнги отталкивается от капота и идёт к своей двери. — Как хорошо, что ты взял не городской байк. Можно будет не бояться, что ты потеряешь нас из виду.  — Зная тебя, хён, ты все равно оторвешься, — Гук явно недоволен тем, что его оставили за «няньку» для них. Юнги молча салютует двумя пальцами и заводит машину.  Две машины встали рядом друг с другом. Чонгук проехал вперёд на мотоцикле, подняв руку на старте. Юнги спокоен, как удав, чувствуя, как ускорился пульс. Руки расслабленно сжимали руль. Солнце все также пронзает своими лучами. Открытые окна не спасают от духоты.  — Если я выиграю, ты примешь меня, Юнги-я, — ставит условия Чимин, не отрывая взгляда от Чонгука впереди.  — Ты не в том положении, чтобы ставить условия, малыш, — усмехается Юнги.  Чонгук опускает руку, обрывая все разговоры. Юнги давит педаль газа вниз. Скорость растёт с каждой секундой, доходя до отметки восемьдесят, а потом — сто. Боковое зрение улавливает поравнявшегося с ним Чимина. Юнги помнит, как он это делал, но в этот раз обмануть не получится — на этой дороге толком нет поворотов, чисто по прямой.  Юнги знает все карты маршрутов. Он ездил по ним не один и не два раза, чтобы выучить наизусть пути. Его выбор пал на эту дорогу, потому что он уверен в ней на все сто. Здесь нет ничего сложного. Просто держать скорость и не давать противнику обойти себя.  Чимин не сдаётся. Хоть его машинка и старая по модели, но прокаченность делает свое дело, давая шанс ехать наравне с Шугой. Загвоздка в том, насколько хватит их обоих. Это гонка на скорость, а не на ловкость и хитрость. Юнги уверен в своих способностях.  Чонгук едет за ними, выжимая из своего байка всё, что можно. Поспеть за машинами трудно. Да и Юнги не собирается ничего делать с Чимином, пока они в машинах. Жульничать он привык только на настоящей трассе, а не на таких «игрушечных боях».  Чего не скажешь о Чимине. Тот решительно выбивается вперёд, слегка подрезая Юнги. Юнги, понятное дело, злится. Этот засранец решил хитрить на Его дороге! Да пошёл он тогда к черту!  Юнги со всей злостью, что у него скопилась за последние сутки, увеличивает скорость и толкает бампер машины спереди. Сбавив с полным удовлетворением на душе скорость, Юнги обгоняет Чимина снова, пока слышно его громкие ругательства. Юнги плевать. Не он первый нарушил правила.  Они доезжают до «Стритс», тихой и пустой днем. Гонка кончилась, наверное, в тот момент, когда Юнги обогнал Чимина. И хотя младший ехал потом наравне с ним, Юнги все равно первым заехал на территорию базы. Глуша двигатель, Юнги даже улыбается. Жарко все ещё, но зато как хорошо! Он уделал наглого новичка.  — Ты, блять, понимаешь, что натворил! Ты испортил мне тачку! — Чимин набрасывается на него едва ли не с кулаками, когда Юнги покидает свой салон. Юнги спокойно смотрит на разгневанного парня.  — Ты первый нарушил правила.  — Да какие правила! Там не было правил!  — Ты подрезал меня, — прищурился Юнги. У Чимина горят глаза от злости, и это неплохо вставляет. Юнги это нравится. — Я тебе говорил, малыш, что тебе здесь не место. Со мной шутки плохи.  — Да мне похуй! Ты мне бампер разбил, — кричит Чимин.  — Не прыгай выше головы. А если не прекратишь вести себя как малолетнее дитя, то схватишь по морде.  Как ни странно, прилетает именно Юнги. Удар у Чимина хорошо поставлен. У Юнги даже голова кружится. Его отшатывает назад, а рука машинально тянется к носу, из которого потекла кровь. Вытирая кровь, Юнги выпрямляется и смотрит гневно на тяжело дышащего Чимина. Кажется, тот сам не ожидал, что ударит: видно по его расширенным глазам.  — Пизда тебе.  Юнги кидается на него. Драка продолжалась до тех пор, пока их не разняли вовремя подъехавший Чонгук и Тэхён с Намджуном. Юнги с трудом удерживали в четыре руки, а Чимин упорно отбивался от рук пытавшегося успокоить его Тэ.  Двадцать минут спустя, Юнги, прижимая проспиртованную ватку к носу, слушал причитания Джуна. Чимин сидел на другом диванчике, шипящий что-то нецензурное, прикладывая к щеке лёд, поданный заботливым Тэхеном. Чонгук подпирал пошарпанную стену и угрюмо молчал.  — Какого черта, Юнгз? Я думал, ты уже давно не набрасываешься на людей, — вздыхает Джун.  — О, так я не первый, кому попадает, — подаёт голос Чимин.  — Молчать! — рявкает Джун. Все младшие втянули головы в плечи. Юнги смотрит на Джуна и видит его разочарование. Только в этот раз он не жалеет ни о чем.  — Намджун, мы оба понимаем, что к этому все шло. Он бесит меня, я бешу его, это очевидно, — ровно говорит Юнги, убирая напитавшуюся кровью вату от носа.  — Да, понимаю, но, блять, Юнги, я думал, что мы уже выросли из того возраста, когда я вытаскивал тебя из драк. Куда делось твоё спокойствие? Ты же всегда держишь себя в руках. Неужели тебя настолько не устраивает то, что Чимин присоединился к нам? — Джун пытается возвать к его разуму.  Юнги поднимается с дивана и поднимает голову. Нос все ещё болит, но уже терпимо.  — Я считаю, что ему тут не место. Он ребёнок, Джун.  — Да блять, мне двадцать два! Тебе паспорт показать?! — взрывается в очередной раз Чимин, удерживаемый Тэхеном на месте.  — Покажи, если с собой, мелкий, — усмехается, повернув к нему голову, Юнги.  — Да вы заебали! Тэ, выведи отсюда Чимина. С ними в одном помещении нельзя нормально построить диалог, — кричит Намджун, и Тэхён послушно встаёт вместе с Чимином под ручку.  — Не стоит. Я уже ухожу, Джун. В последний раз скажу, — Юнги смотрит на ребят и засовывает руки в карманы джинс. — Я не приму его здесь. Потому что он точно принесёт нам неприятности.  — Да пошёл ты!  — Юнги!  Юнги закрывает за собой дверь гаража и вздыхает, прикрывая глаза. Блять, что за день такой? Не выходные, а кошмар. 

***

Решив пока сделать паузу в своей ночной жизни, Юнги пашет две недели чуть ли не сверхурочно в мастерской. Начальник смотрит на него обеспокоенно, задаёт вопросы, не случилось ли чего. Юнги отмахивается, отвечает, мол, небольшие неприятности в жизни, но ничего, что могло бы помешать работе. Мужик качает головой, работать не мешает. И на том спасибо.  У него было над чем подумать в это время. Каждый день он получает сводку новостей от Джуна или Хосока о Чимине, не понимая, зачем они это делают. Да ему абсолютно поебать, что этот мелкий уже получил своеобразную репутацию среди гонщиков и зрителей. Ему похуй также и на то, что Чимин продолжает упорно выигрывать в каждой гонке. Зачем ему эта информация?  Однако где-то в глубине души Юнги вздыхает и мирится с положением дел. В конце концов, Пак сам решил ввязаться в это все. И хотя Юнги все равно чувствует, что тот принесёт им одни беды, его это прекратило волновать с тех пор, как он уехал с базы. Теперь нужно быть вдвойне осторожнее.  Сейчас его больше волнует бессонница. Он не спал больше двух часов уже давно. Это плохо сказывается на его сосредоточенности. Доходит даже до того, что он все же пишет Хосоку, как знающему о его проблемах со сном. Хоуп, как самый настоящий друг, предлагает приехать домой, на «Стритс». Юнги вспоминает прошлые разы и понимает, что там-то ему будет спокойнее. Возможно, удастся уснуть, пока никого нет.  Уезжая с работы пораньше (начальник отпускает его, желая скорейшего выздоровления), Юнги держит путь прямиком на базу. Сегодня понедельник, и этой ночью гонок не устраивают. Единственный, кто, возможно, будет на базе, это Намджун, но он не помешает сну своего хена. Почти каждый в его близком окружении знает об этом, так что все в порядке.  Территория закрыта, но его пропускают без вопросов. У Юнги почти плывёт перед глазами от усталости. Знакомая обстановка расслабляет лучше, чем его квартира в бедном районе города. И диван тут мягче, чем его жёсткая кровать.  Юнги отрубается мгновенно, выпадая из реальности до самого утра. Его не будит ни скрип железной двери, ни чьи-то шаги. Его и танк сейчас не поднимет.  Просыпается он, как ни странно, в полной тишине, но ощущая затылком чей-то взгляд. Юнги, не открывая глаз, потягивается и переворачивается на спину, выдыхая. Обоняние ловит знакомый запах чужого одеколона. Где-то он его уже слышал… Сладковатые ноты щекочут нос.  — Утро точно добрым не будет, — ворчит Юнги чисто на автомате, поднимаясь на диване. Он был укрыт жёлтым пледом, и он, честно говоря, вообще не помнит, чтобы эта мягкая пушистая ткань была у них в гараже.  Чимин смотрит с прищуром, настороженно. Юнги тоже смотрит на него, но без всякого интереса. Вид конкретно этого младшего раздражает. Юнги чешет затылок и сонно зевает. Лишь одна мысль его сейчас успокаивает: Чимин молчит. А ещё Юнги впервые за две недели выспался. Хотелось бы поспать подольше, но надо бы ещё новую машину проверить на здешней закрытой стоянке. Хоуп жаловался на то, что товар, походу, привезли порченный. Полы грязные, но Юнги лень искать оставленные им же шлепанцы. Он, игнорируя Чимина, идёт к маленькому холодильнику и достаёт оттуда бутылку воды. Кофе был бы неплох сейчас. Есть не хочется, желудок ещё не проснулся.  — Так и будешь молчать? Ты явно что-то хочешь сказать, — смотря на полупустую бутылку перед собой, хрипит Юнги. Чимин все это время следил за ним из кресла.  — Я все ещё здесь. Я побеждаю в гонках, — Юнги слушает его внимательно, но логическая связь никак не доходит до его мозга. Что эта мелочь хочет сказать?  — И что теперь?  — Я достоин находиться здесь. Тебе нет смысла прогонять меня, — Чимин настроен не враждебно, но около того. Пытается что-то доказать ему, Юнги. Зачем?  — Зачем ты мне говоришь? — Юнги закрывает холодильник и идёт назад к дивану. Сложив аккуратно плед, он садится на диван и наконец видит лицо Чимина. Парень поджимает губы. Не понятно, то ли злится, то ли… Опечален? Да ну, бред какой-то. — Делай что хочешь, Пак Чимин. Друзьями мы не станем. И если хочешь избежать конфликтов со мной, то не лезь в мои гонки.  Юнги берет свою толстовку и идёт прочь из гаража. Надо бы выполнить просьбу Хосока. Тем более, ему самому интересно, что там наворотили пригонщики. Ответа Чимина он не слышал. 

***

— Да тут пиздец, Хорс, — с трудом удерживая телефон между плечом и ухом, говорит Юнги. Проверка автомобиля, который им пригнали, показала, что проблема в движке. Паленый оказался, что он и объясняет другу. — Его надо менять. Иначе она даже не заведётся.  — Черт возьми, опять деньги вкладывать. Ничего доверить нельзя этим шалопаям, — ругается Хосок. С его стороны слышно звон посуды. Обедает, небось. Юнги не завидно, вовсе нет. — Ладно, разберусь, когда буду там. Ты мне лучше расскажи, как спалось?  — Я выспался. Спасибо за плед, кстати. Не помню, правда, когда у нас появилась такая хорошая вещь, но было тепло.  — Какой плед? Ты о чем, Юнгз? — в голосе искреннее непонимание. Юнги замирает с телефоном в руке, так и не закрыв капот. — Там, кстати, Чимин должен был заехать. Сказал, что с Тэ собирались обсудить грядущую гонку и выбор тачки.  —..Понятно, — Юнги хмурит брови, начиная понимать. Не так сложно сложить два и два.  Плед принадлежит Чимину. И сам Чимин был там. Он укрыл Юнги. Но зачем?  Махнув головой, Юнги отметает все мысли о Паке. Он не хочет думать о мотивах младшего, ему не до этого.  Хосок также сообщает, что завтра ночью состоится крупный заезд, в котором Юнги мог бы поучаствовать. Деньги не помешают, да и новую машину хочется испытать. Юнги соглашается.  — Он будет в час ночи на другом конце города. Маршрут скину позже.  Юнги кивает и отключается. Закрыв капот тачки, он решает посвятить остальное свободное время своей. Надо как следует подготовиться к предстоящей гонке.