В ритме азарта

— Блять. Юнги, лежавший под машиной, раздражен. Его малышка повреждена настолько, что все вбуханные в неё деньги потеряли весь смысл. И пусть корпус не всмятку, но повреждены многие важные детали, на которые не хватит никаких денег. Гонорар с прошлой гонки уже кончается и там осталась сумма на оплату счетов и продукты. Юнги ездил на ней четыре года, купив её на первый свой крупный приз с тяжёлой гонки. Он не из тех людей, кто быстро привыкает к новым вещам. Он предпочтет старую, но уже объезженную им машинку, нежели новую, от которой не знаешь, что ожидать. Однако, похоже, пришло время менять его родное на новое, ещё совершенно чужое. И этот факт вымораживает его больше, чем что-либо. Прошло полторы недели с той гонки с неврианцами. Юнги не прячется на работе, вовсе нет. Просто у него нет времени на что-то, кроме починки чужих и своей машин. А ещё ему нужно подумать над всем, что произошло. Юнги живёт принципом свободы и гоночным азартом. Он никогда не цеплялся за людей так сильно (исключая его друзей в «Стритс»). Знакомство с Намджуном и Хосоком дало ему понять, что с друзьями все же легче, чем одному. Тем более, если ты уверен в этих людях. Когда появились Тэхён и Чонгук (Тэхён тогда ещё гонял на байке, а Чонгук учился в школе), Юнги не мог понять, почему Джун так спокойно принял их. Потом эта парочка доказала, что может поставить на колени любого. Просто потому что хочет. А ещё они были милыми, а Юнги, ну так уж вышло, ослабил бдительность и позволил этим мелким приблизиться к себе. Цепляла именно их искренность. Да и Гук неплохо разбирался в механике, не раз помогая Юнги разгребать двигатели в мастерской их базы. Почему же Чимин вызвал в нем отторжение? Только ли из-за наглости? Может, Юнги где-то ошибся, смешав досаду от почти поражения младшему и недоверие к новому человеку? Он не знал. Попытки разобраться в себе привели к тому, что он снова проводит время в автомастерской, предпочитая думать, закручивая гайки и ремонтируя внутренности машин. Ещё больше спутывало все карты произошедшее с Чимином. Петтинг с ним определённо не входил в планы Мина. Но от самого себя не убежишь, и Юнги не пытается уже самому себе вбить в голову, что это всего лишь напряжение и возбуждение после гонок. Он уже давно вырос из того возраста, когда трахал девчонок и мальчишек после особо тяжких трасс. Нет, с Чимином было что-то иное. Возможно, Юнги подсознательно считал младшего привлекательным. То, как он ровно держится с Юнги, его реакции на него и попытки найти точки соприкосновения (а Чимин неоднократно это делал, понял Юнги спустя какое-то время самоанализа), вызывало раньше злость. Сейчас это подстегивало интерес. Зачем Чимин лезет к нему, если видит агрессию на любые свои действия? С этим надо что-то делать, думает Юнги. Не вечно же ему торчать на работе, рано или поздно ему захочется вернуться в «Стритс». Чимин там будет, в этом даже сомневаться смешно. Юнги терпеть не может неловкость. Лучше сразу дать Чимину понять, что это была… Случайность? Ошибка? Господи, Юнги сам себе не верит. Бред же! Это не было случайностью — его влекло к этому ребёнку. Поразительно, что до него только сейчас это дошло. А ещё Юнги переосмыслил свое поведение к Паку. Он не может больше отталкивать его, не после их почти секса. Сослаться на то, что это перепих на один раз… Чимин недостоин такого. Юнги подозревает, что Чимин не из тех, кто трахается с кем попало. И можно было смело плюнуть на это (что как раз в духе Юнги), обидев Чимина, но Юнги не хочет так поступать. И что же делать тогда? — Просторно тут. Я думал, тут будет больше машин, — звонкий голос отбивается от стен. Юнги продолжает лежать под своей малышкой, надеясь, что ему послышалось. Но не узнать его невозможно. Осторожные шаги огибают его машину и останавливаются рядом с ним. Юнги вздыхает и отталкивается, выкатываясь наружу. Проникающий в помещение свет чуть слепит, но это не мешает Юнги рассмотреть нежданного гостя. Чимин легонько улыбается, глядя на него. Юнги видел его уже днем в майке и шортах, но вот в обычных шмотках, не ночного стиля, нет. Сейчас Чимин не блестит пайетками и кожаными штанами. Обычные светло-голубые и футболка с клетчатой рубашкой. Никакого макияжа и прочего выпендрежа. Выглядит как простой смертный, фыркает Юнги. — Привет, хён, — улыбка становится шире, и от этого будто все лицо младшего сияет. Юнги хмыкает, возвращаясь к работе (нет, он просто спрячется снова под верной «подругой»). — Кто выдал информацию о моем месте работы? — проигнорировал приветствие Юнги, рассматривая трубы машины. — Я сам узнал, хён. — Пиздишь как дышишь. Тэхён? Намджун? — предлагает наиболее подходящие варианты Юнги. — Хосок, — признается, выдержав паузу, Чимин. Он в хорошем настроении, судя по его тону. — Пора искать новых друзей. Старые заделались предателями, — ворчит Юнги. Конечно, он шутит. Чимин действительно уже как свой для ребят, поэтому они не побоялись выдать местоположение Юнги в будни. Чимин тихо смеётся на это. Юнги неосознанно прикрывает глаза, слушая этот звук. Чертовщина какая-то, но ему нравится. Почему ему это нравится?! Они буквально до прошлой гонки были врагами! — Я не просто так приехал вообще-то, — начинает Пак. Юнги угукает, давая понять, что внимательно слушает, решив параллельно прикрутить упавшую гайку. — Не знаю, что ты там делаешь, но, как и сказал Тэтэ, твоя тачка подлежит только замене. — Я сам решу, подлежит или нет, — равнодушно отвечает Юнги, ища подходящий ключ. Черт, неужели он где-то в ногах Чимина валяется. Ну да, прямо между бедром Юнги и ногой младшего. Заебись. — Подай ключ. Он у тебя под ногами. Юнги не успевает и пикнуть, как его резко дёргают из-под машины и хватают за грудки. К губам прижимается чужие, и Юнги чувствует привкус клубничного бальзама. Забавно, а он-то думал, что Чимин сегодня без косметики обошёлся. Надолго, правда, столь жёсткий поцелуй не затягивается и уже через мгновение Чимин отстраняется сам, выдыхая аромат мятной жвачки в губы мужчины. — И что это..? — Ненавижу твоё «я сам». Обычно люблю самостоятельных, но ты перебарщиваешь с этим, — как ни в чем ни бывало заявляет Чимин, отпуская его футболку. — Так вот, о чем это я? Ах да, Хосок просил передать, что сегодня в семь будет какое-то важное собрание. В детали не посвятил, но сказал, что ты поймёшь. Юнги понял, да. Собрания проводятся для одной цели: выяснить, кто будет участвовать в рискованной авантюре, носящей название угон. За это платят даже больше, чем на гонках, а ещё можно отхватить себе машинку. Именно этим промышлял отец Юнги, из-за этого и попав в тюрьму. Юнги уже высказывался другу насчёт этого, что он в этом участвовать не будет. Но в этот раз Хосок явно знал, что Юнги придётся согласиться. Без тачки не имеет смысла участвовать в гонках. А Юнги не может без этого, на одну зарплату с мастерской не проживёшь. — Бля, а Хоуп знает, на что давить, — чешет затылок Юнги, поднимаясь. Чимин смотрит непонимающе. Вытирая руки от грязи тряпкой, мужчина суёт руки в карманы темно-синего комбинезона. — А почему тебя прислал? — Во-первых, ты не отвечаешь на звонки. Проверяли всем составом, — Юнги чертыхается, вспоминая, что телефон стоял на зарядке последний раз два дня назад и уже успел разрядиться до нуля. — А, во-вторых, я сам вызвался. — И зачем же? — он может только надеяться, что Чимин не приехал выяснять отношения. Юнги ещё не до конца уверен в том, что испытывает к этому парню. Чимин тупит взгляд и качается с пятки на носок и обратно. Юнги удивлённо смотрит на эти телодвижения, так и пышущие смущением. Вот что-что, а такого он не ожидал. — Хотелось тебя увидеть, вот и все. Это не запрещено законом, — когда младший поднимает голову вновь, Юнги уже не видит смущённого мальчишку. Дерзость, да и только. Юнги ухмыляется таким перепадам настроения. Он привык к такому, благодаря Тэхёну. — Не запрещено, да. Ладно, надо помыться и ехать, пока там не собрались все придурки, жадные до наживы, — Чимин снова хмурится, не понимая загадок Юнги. Старший же просто ерошит его волосы, выводя из ступора. — Ну, хён! Я только утром помыл голову! Низко смеясь, радуясь своей проказе, Юнги идёт в рабочий душ. Надо смыть с себя пот и грязь. А ещё выбить из головы новый поцелуй с мелким, ага. Юнги некомфортно. Он не сидел на переднем пассажирском, наверное, с тех пор, как его отца посадили (ему тогда только восемнадцать исполнилось). Ему больше по душе быть за рулём. Но эта чиминова тачка и за рулём сидит Пак. — Пристегнись, — говорит Чимин, заводя мотор. Он уверенно держит руль одной рукой. На улице слишком солнечно, поэтому, как только сел, Чимин надел тёмные очки. Юнги на его слова скептически вскидывает брови. Это он кому сказал? Ему? Он что, забыл, кем является Мин Юнги? — Мы в городе, Юнги-я. Не хотелось бы попасться полиции только из-за твоих привычек, — вздыхает Чимин. Юнги считает его доводы логичными, хотя и сомневается, что они попадутся. Юнги до этого везло много раз, и его не ловили же. — Не фамильярничай, донсен, — накидывая ремень, бормочет недовольно мужчина. Чимин улыбается на это и наконец трогается с места. Езда по городу в спокойной обстановке — один из любимых моментов для Мина. Да, он может и заядлый гонщик, не любящий правила, но в городе мирно. При медленной скорости можно поглазеть на мелькающие домики, почти прижатые друг к другу. На этой улице ещё примостилась его любимая кофейня, куда он заходит с утра перед работой. Хозяйка давно считает его за постоянного клиента, поэтому даже делает скидку. — Почему машина другая? — интересуется, глядя на кирпичные кладки домов, Юнги. Сегодня Чимин снова на своей темно-синей прокаченной «развалюхе». — Гоночная сильно выделяется. Согласись, будет странно, если я буду ездить на том рычащем монстре с пробивной решёткой по городу, — поясняет Чимин, включая поворотник и плавно поворачивая направо. Они скоро окажутся за чертой города. — Ну да, ещё и копы. Подозрительно, — кивает Юнги. А ведь это их первый нормальный диалог без всякого напряга. Юнги так больше нравится. Он не любит ругаться и в приоритете всегда минимум шума. Только с появлением Чимина тишина будто растворяется куда-то и появляются яркие эмоции, заставляющие просыпаться его старые инстинкты защиты. — Блять, только этого не хватало, — бормочет Юнги, когда на горизонте появляется знакомая черно-белая машина со знакомым гербом на капоте. Чимин спокойно продолжает ехать вперёд, только скорость снижает. Их предсказуемо останавливают и Чимин паркуется на обочине. Юнги не любит такие ситуации. Он старается не попадаться копам. Но Чимин уж очень ровно дышит и ни капли не боится. — О, Чимин, ты куда это едешь? — приветливо улыбается усатый дядька в форме. Юнги не показывает своего удивления, сохраняя лицо кирпичом. — Да вот, решили с другом выехать погулять. Окрестности посмотреть. Ему там фотки нужны, — лучисто улыбается Чимин. Юнги не понимает этого парня. Как можно лебезить перед полицейским? Или они знакомы? — Вот как. Понятненько, — выпрямляется коп. — Ну вы там осторожнее. А то сейчас развелось этих преступников, — Юнги мысленно хмыкает. Ну да, и ты как раз говоришь с ними сейчас. Коп похлопывает по багажнику машины и отпускает их. Чимин кусает губу и медленно отъезжает от их временной остановки. Юнги не задаёт вопросов, сложив руки на груди. Пока не задаёт. Когда в поле зрения появляется старая заправка (примерно через пять километров от города), Чимин внезапно сворачивает на неё и останавливается. Юнги выскакивает из машины вместе с ним и наблюдает, как парень проверяет свой багажник. Он щупает все расщелины и цокает языком, явно что-то находя. Между пальцев у него оказывается… Жучок? — Полицейские часто так делают. Нас могли поймать на карте слежения, — объясняет Чимин хмурому Юнги, садясь в машину. Жучка он оставил на заправке. — Это к тебе такое особенное отношение или ко всем, кто выезжает из города и попадается им? — Ко всем. Я просто знаю это, потому что… Уже попадался, — Чимин поправляет волосы и едет дальше, набирая скорость. — К счастью, тогда я был один и просто катался по округе. Но от штрафа это не спасло. Юнги задумчиво отворачивается к окну. Пустынные поля сливаются в смесь золотистого и зелёного. Безоблачное небо не давало и шансов, что станет прохладнее в ближайшие дни. — Хоуп, наверное, хочет, чтобы ты поучаствовал в деле, — как бы между прочим говорит Юнги. — Он уже убедился в твоих отличных навыках езды, поэтому может предложить. — О, ты считаешь моё вождение отличным, хён? — косит на него игривый взгляд Чимин. — Не обольщайся, мелочь. И это все, что ты услышал? — фыркнул Юнги, прикрывая глаза. Хорошо хоть, ветерок прохладный. — Что за дело? — Узнаешь лично от него. Не моё право разглашать эту информацию. Чимин дуется, и это очаровательно. Будем считать, что это не мысли Юнги.

***

— Поглядите-ка, кто вылез из своей норы! Не думал, что у тебя и правда получится сделать это так быстро, Чимини, — смеётся Хосок, когда они входят в гараж. — У меня свои методы, хён, — подмигнул Чимин, отходя к холодильнику и доставая две бутылки воды. Юнги качает головой и просит банку пива. Чимин жмёт плечами и кидает ему банку. — Я смотрю, вы уже не хотите убивать друг друга при встрече. Прогресс в отношениях, — замечает присутствовавший здесь Намджун, по-доброму усмехаясь. Юнги садится на диван. Знал бы ты, Джун, какой прогресс… Юнги кривит усмешку: — Нашли общий язык, — Чимин едва не давится водой. Его плечи трясутся от смеха, который он давит в зародыше. Юнги смотрит на него предупреждающе, но мягко. Друзьям не обязательно знать об их истинных отношениях. — Так что там насчёт завтра? — Уже не терпится, что ли? Понял наконец, что твою старушку не спасти? — Ближе к деталям, Хоуп, — холодно напоминает Юнги. Он не позволит свою малышку называть старой, потому что не его, в общем-то, вина в том, что её так потрепало. — Чимин, присаживайся, тебе тоже будет интересно послушать, — Чимин послушно семенит к дивану, садясь на другом конце дивана. Хосок прочищает горло и достаёт свернутую в трубочку бумагу. Это оказывается карта другого города-соседа — Архенльска. Юнги помнит только то, что это миллионник. — Наша цель — автосалон у границы. Там дорогие тачки, и на них поступил заказ. Насколько я знаю, там охуенные спорткары. Лучше, чем у Гука в гараже. — Чонгук расстроится, если услышит, — подмечает Юнги, разглядывая точку, отмеченную пальцем друга. — Он уже. Но он согласился поучаствовать, если получит оттуда машинку… — Погодите-ка, это план по угону? — воскликнул Чимин. Он был в шоке. — Обычная работа с крупными деньгами и определённым риском, — беззаботно отмахивается Хосок. — Не хочешь поучаствовать? Чимин раздумывает около минуты, переводя взгляд с карты на Хосока и обратно. Сглотнув, парень опускает плечи. — Это будет интересный опыт. Насколько опасно? — Максимально. Так как ты новичок в этом деле, тебе лучше будет поехать с кем-то из нас. С Гуком или Юнги, выбирай сам. Всего будет четыре машины, но у каждого должен быть один или два пассажира, имевшие опыт в гонках, — Чимин дует губы, но недолго, сосредоточенно глядя на карту. — Я взломаю систему безопасности, и у нас будет ровно десять минут на то, чтобы найти нужные модели и смотать оттуда. — Я так понимаю, у тебя уже все готово к этому? — сложил руки в замок Юнги. Хосок жмурит глаза аки кот, наевшийся сметаны. — Учёл то, что на каждой тачке стоит сигналка? Ещё надо проверить их на слежку. Если тачки навороченные, то это будет сложно. — Обижаешь, Юнгз. Я все предусмотрел. Однако есть один нюанс, — Хосок вдруг хмурится. — Погони нам не избежать. Это Архенльск. Большой город, где охрана работает круглосуточно. Даже если взлом и угон удастся, по наши души уже выедет наряд. — Проще говоря, нужен будет кто-то, кто уведет копов, — щёлкает пальцами Чимин. — Нет, мелкий, ты не будешь приманкой, — сразу разгадывает его план Юнги. — Кто-то другой, но не ты. — Почему не он, Юнги? — вмешивается Джун. Юнги давно поймал его изучающий взгляд на себе, поэтому следовало ожидать любого вопроса от него. — У него нет опыта в этом деле — раз. Два — если попадётся, вся эта затея провалится, — Чимин возмущённо открывает рот на его слова, готовится напасть словами, но Юнги непоколебим. Чимин замирает и опускает голову. — А сам не хочешь быть приманкой? — осторожно предлагает Хосок. — Хорс, ты знаешь, почему я не ввязываюсь в угоны, — напоминает Юнги, сложив руки на груди и откидываясь на спинку дивана. — Не хочется носить полосатую робу и видеть небо в клеточку. — Ты же гениальный гонщик, почему нет? — Не подлизывайся. — Ладно-ладно, не кипишуй, — сдаётся Хосок. Он убирает карту со столика. — Сегодня вечером будет сбор всех участников. Не хочешь прийти? — Мне не на кого там глазеть. Лучше тут останусь и посплю, — безразлично произнёс Мин. — Как хочешь, заставлять не буду, — друг встаёт с кресла-мешка и машет на прощание. Пошёл подготавливать все. Юнги закрывает глаза, чувствуя накатывающую усталость. — Адрес сборов и время скину позже. Просьба включить телефон и приехать вовремя. Дверь за ним хлопает. Юнги тяжело вздыхает. А ведь сам себе клялся никогда не участвовать в угоне, не идти по стопам отца. Хорошо, что мозгов хватает отказаться от роли приманки. Отец всегда вызывался на эту роль, считая себя лучшим, профессионалом. Юнги считает его самоуверенным глупцом, у которого нет чувства самосохранения и тормозов. Зато жажды наживы и адреналина хватало с лихвой. — Я не слышу криков, Шуга, — подаёт голос Джун. Юнги приоткрывает один глаз. Друг ухмыляется, глядя на них с Чимином. — Где пожар? Где скандалы? — Отъебись, Джун. Тебе там по делам не пора? — лениво огрызается мужчина. — У меня дела начнутся завтра. А пока меня интересует, что между вами произошло? Чимин был таким тихим в твоём присутствии… Никогда. — Мы просто поладили, хён. Нашли точки соприкосновения, так сказать, — неловко смеётся Чимин. — Мм, — загадочно мычит Намджун. Юнги представляет, о чем думает этот умник. Догадался уже, небось, обо всем. Никакие оправдания не сработают. — Ну, надеюсь, сами вы разберётесь? Без драк на этот раз. — Разберёмся. Не дети малые, — ворчит Юнги. В голове на полном серьёзе появилась идея пойти и поспать в машине. Лучше потерпеть жару и духоту, чем болтовню об их непонятных отношениях с Чимином. — А месяц назад было не похоже, Юнгз. — Цыц, донсен, — шикает на друга Юнги. — А я думал, что Намджун-хён старше, — робко лепечет Чимин. Юнги смеётся, открывая глаза, чтобы посмотреть на вытянутую рожу Джуна. — Ему двадцать четыре. Такой старый, Джуни. — Харе ржать, Юнги! Тебе двадцать пять, а ведёшь себя как старпер, — возмущается Намджун. — Тебе двадцать пять?! — Ну доброе утро, — затихает Юнги, оставляя от смеха только улыбку. — Я самый старший здесь. Если спросишь, почему не главный, получишь кляп в виде моего носка. — Фу, хён! — брезгливо морщится младший, но тщательно скрывает улыбку. А жаль, думается Мину. Было бы неплохо, если бы Чимин улыбался открыто. Боковым зрением Юнги улавливает выражение лица друга. Тот глядит на них с мягкой улыбкой, полной какого-то известного лишь ему знания. Юнги честно не хочет знать, что у него на уме. — Что ж, раз вы теперь безопасные для общества и друг друга, оставляю вас. Схожу проведать Тэхёна, а то он застрял со своим байком в мастерской, — хлопает себя по коленям Джун и, зачем-то подмигнув Чимину, уходит. Наконец-то тишина. Юнги выдыхает и пытается вздремнуть. В сидячем положении малость неудобно, но Юнги и не в таких позах спал. Сквозь плотную дрему он чувствует, как его наклоняют, а голова укладывается на что-то мягкое. Юнги устраивается поудобнее, принюхивается к знакомым духам и засыпает.

***

Он просыпается выспавшимся под ночь. Заботливо укрытый тем же жёлтым пледом, уже пропахшим здешним ароматом. Юнги плохо помнит, как засыпал, но подушка была действительно удобнее. Не мягче той, на которой проснулся, но приятнее. В гараже никого нет, слышно только шум вентилятора на кухне. Зевая во весь рот, мужчина идёт запаривать себе чай, шаркая шлепанцами по вздутому местами линолеуму. Кухней сложно назвать это небольшое пространство, не вмещающее в себя всю их компанию. Тут всего три тумбочки и плита с двумя навесными шкафчиками. Дёшево и сердито, как выразился Тэхён, зашедший сюда в первый раз. Зато по-своему уютно. Поставив электрический чайник кипятиться, Юнги не может подавить очередной зевок. Сонливость вот-вот спадёт. Во втором маленьком холодильнике, с трудом поместившимся между тумбочкой и стеной, мышь повесилась. Желудок громко требовал еду. Юнги вздохнул, понимая, что придётся брать одну из запасных тачек и ехать в круглосуточный. Денег у него кот наплакал, а покупать что-то в баре влетит в копеечку. В итоге, попив чай, он более-менее взбодрился и решил пройтись до мастерской. Там, на заднем дворе, у них была отстроена ещё одна стоянка, где и стояли запасные машины. Взяв ключи наугад из шкафчика, он вышел из гаража. Громкий смех ударил по ушам на подходе к открытой двери в мастерскую. Смеялся Тэхён. Значит, он ещё не уехал. Этот мелкий любил проводить время на базе, ночевал тут ещё чаще, чем Юнги. Если Чонгук его не забирал с собой на квартиру, то Тэхён предпочитал уединение в «Стритс». — Доброе утро, хён, — сразу заметил его Ви, стоило ему переступить порог. — Очень смешно, мелкий, — усмехнулся Юнги. — Кто опять сожрал все запасы нашей еды? — Каюсь, я просто был очень голодный, — извиняется Чонгук, который ковырялся в джипе. На нем типичные чёрная майка и шорты. Скромно и по-домашнему. — Вон там бутеры остались, бери, — кивнул на столик, где валялся прозрачный пакет с парочкой бутербродов, Тэхён. — Чим-чим заботливо сварганил нам их. — Угощайся, Юнги-я, — улыбнулся Чимин. В руках у него бутылка пива, а взгляд уже пьяный. В их автомастерской есть уголок отдыха, где разложились мешки и маленький столик, больше смахивающий на тумбу. На обоих мешках и сидели младшие. — Так, этому больше не наливать, — надкусывая хлеб с колбасой, отнимает бутылку у по-детски застонавшего Чимина Юнги. Сам отпивает из горла, чтобы не подавиться сухомяткой. — Какая забота! Гуки, ты тоже это видишь, или мне уже мерещится? — радостно улыбнулся во все тридцать два Тэ. — Ты не пил, Тэ, поэтому глюков у тебя не может быть, — отзывается Чонгук, кряхтя под капотом машины. — Что ты там возишься? — заглядывает к нему Юнги, не обращая внимания на болтовню Тэхёна. Тот всегда говорит либо невпопад, либо какую-то чушь про него. В уши залетает хихиканье Чимина, там и остаётся. Допивая пиво, Юнги помогает разобраться с движком. Чонгук делает все сам, с небольшими подсказками от старшего. Усердности этого «кролика» можно позавидовать. После его золотых рук любая машина заведётся. — Я хочу сгонять в магаз за продуктами. Тэхён, деньги гони. — Почему я? Съел же все Гуки! — Потому что он все потратил на запчасти, — догадливо сообщает Чимин. Юнги только кивает на это. Чонгук действительно тратит все свои деньги либо на запчасти, либо на учёбу в универе. Сейчас у него каникулы, но он почти каждый день возится с тачками ремонтирует своих «деток». — А ещё ты сто процентов ему помогал в поглощении наших запасов, — Юнги суёт руки в карманы. Тэхён вздыхает, подтверждая свою вину, и достаёт телефон со стразами на чехле, чтобы перевести деньги хёну. Когда заряженный телефон Юнги вибрирует в кармане, мужчина улыбается и идёт на выход. — Приятно иметь с вами дело. — Вам взять что-нибудь? — поднимается Чимин следом. Юнги недоуменно останавливается, поворачивая голову назад. — Дынные булочки! — тут же делает заказ Тэхён. — Газировку. Желательно «спринт», — подключается Чонгук. — Приедем через час, — и этот неадекватно пьяный Пак Чимин идёт к нему. Старшему остаётся только вздохнуть и принять участь «няньки». — Гуки, ты видел, видел? Он даже ничего не сказал! — слышно возбужденный тон Тэхёна изнутри. Юнги скрипнул зубами и свернул за мастерскую, проходя между стеной и решёткой. Чимин напевает что-то сзади. Разблокировав серую простую машину, Юнги резко подлетает к младшему и сжимает его запястья. Чимин ни капли не удивлён, только широко улыбается, щуря глаза. И как на такого злиться? — Мелочь, ты слишком палевный, — все-таки решает сказать Юнги. Уже все друзья заметили изменения в их отношениях и в самом Юнги. Юнги ни с кем не был мягким, всегда пуская колючки своего характера. А с Чимином все это куда-то девается. — Как грубо, Юнги-я, — шепчет Чимин, приближаясь лицом к лицу старшего. Господи, какой же он пьяный. — Мне нравится. — Ты сейчас пойдёшь спать, если продолжишь в том же духе, — отпускает его руки Мин. Зря, оказывается. Этот проныра тут же охватывает своими ладонями его щеки и целует. Чимин на вкус сейчас как то пиво, что Юнги пил несколько минут назад. Оно крепкое, и поцелуй тоже кружит голову. Чимин целует глубоко, с языком, заставляя подпереть его к двери. Юнги давно признал, что ему нравится целовать Пака. Забавно вышло. — Поехали уже, — бурчит он, когда их губы разъединяются на пару сантиметров. Чимин смеётся, его глаза превращаются в щелочки. Невозможно злиться. Чимин пристегивается на автомате. Юнги вставляет ключ зажигания. Мотор откровенно слабый, но ездить можно. Выезжая с парковки и с базы, Юнги медленно едет по прямой. Город пока не видно, но видно чистое небо, полное звёзд. Чимин включает радио, на котором сразу попалась какая-то попсовая песня. И, разумеется, Пак её знает. Юнги не сторонник популярных песен, ему больше по душе рок или рэп, но останавливать Чимина не спешит. Он хорошо поёт, попадая в слова и ноты. Юнги подхватывает его настроение и открывает люк. Восторженный писк был ему ответом. Мужчина улыбается. Как же много он начал позволять этому мальчишке. В магазин они приезжают через пятнадцать минут. Чимин немного протрезвел и теперь смотрит ясно, но все ещё с огоньком в глазах. Проходя мимо полок, Юнги целенаправленно идёт к еде быстрого приготовления. В морозилках он находит котлеты по акции, тут же кладя их в корзинку. Чимин приносит яйца, говоря, что хочет яичницу на завтрак. Бутеров Юнги было мало, так что он соглашается и обещает приготовить омлет по приезде домой. — Ты ещё и готовить умеешь, хён? — удивляется Пак, когда они выходят с большим пакетом из магазина. — Пришлось научиться, — уклончиво ответил Юнги. — И что за удивление в голосе, Пак Чимин? — Я не умею готовить. Всё, что я готовлю либо пережарено, либо недоварено, либо пересолено, — дуется Чимин, садясь в машину. — А ты умеешь готовить! Я встретил мужчину мечты! — Сомнительные у тебя вкусы, — усмехается Мин, отъезжая от магазина. — Нормальные! — упрямствует Чимин. Ведёт себя как ребёнок. А Юнги говорил. Радио включается снова, но уже тише и попса сменяется на что-то инструментальное. Чимин смотрит в окно и, кажется, уже засыпает. Пиво все ещё у него в крови и действует как хорошее снотворное. Юнги рад тишине, хотя на определённой мелодии постукивает пальцами по рулю и мычит неразборчивое нечто. Руку на своём колене он чувствует слишком чётко. Чимин не спит. Его глаза завороженно смотрят на его руки, а потом на лицо. Губы приоткрываются, пропуская кончик языка наружу. Юнги следит за дорогой, но со зрением у него все в порядке. И он всем телом ощущает, как поменялась атмосфера. Чимин призывно пялится и уже наклонился слишком близко. — Чимин, мы на дороге, — пытается достучаться до него старший. — Так остановись, — томно шепчет этот чёртов искуситель. Юнги сворачивает на обочину. До базы пять минут. Кажется, это растянется на все тридцать. Как только машина останавливается, Чимин набрасывается на него, словно голодный зверь. Поцелуи жгучие, кусачие, но компенсируемые страстью и полной отдачей. Юнги тонет, кладя руки на талию, скрытую за оверсайз футболкой (это что, его? Чимин потом получит пиздюлей за кражу имущества). — Хочу, — поцелуй, — Чтобы ты, — ещё один, отчаянный и лихорадочный, — Трахнул меня своими пальцами, — тяжело дышит Чимин, держась за его шею обеими руками. У Юнги сердце не на месте. — Чимин… Чимину похуй. Если он хочет, он это получит. Юнги пора смириться с этой чертой его характера. Чимин оказывается без штанов и белья быстро и ловко. Юнги медленно опускает руки сначала на его поясницу, нащупывая отчетливые ямочки, а потом — на упругие половинки, сжимая их. Чимин стонет ему в рот, закрывает глаза. Он уже давно перебрался на колени мужчины, а Юнги предусмотрительно отодвинул сиденье от руля. Юнги отвык от подобных ощущений. Но с Чимином готов к ним привыкнуть. Он легонько проходится указательным по сфинктеру младшего. Чимин жаждуще всхлипывает. Такие звуки — развратный рай для ушей. Юнги готов слушать их бесконечно. — Малыш, открой рот, — просит Юнги. Пак открывает и облизывает его пальцы. По рукам бегут мурашки, насколько пошло Чимин причмокивает. Нельзя отделаться от навязчивой картинки, как младший опускается перед ним на колени и сосёт уже не пальцы… Юнги сглатывает и вытаскивает свои пальцы изо рта Чимина. Тот утыкается снова ему в шею и ждёт. Юнги вводит палец. Чимин расслаблен, но чуть сжимается. Палец проходит глубже. — Д-да, вот так… Хён. От его стонов у Юнги топорщится ширинка и больно давит на член. Чтобы хоть как-то освободится от гнетущего желания, он прокладывает дорожку из поцелуев по шее Чимина, переходя к ключицам. Внутри уже два пальца. Чимин дрожит от возбуждения в его руках. А когда Юнги находит простату и слегка давит, из его горла рвётся очень громкий стон. Парень сам насаживается на пальцы, елозит на его ногах. Пальцы ускоряют темп, жёстче надавливая на заветную точку. Юнги прикусывает кожу на ключицах и касается красной головки члена. Чимин крупно вздрагивает, голос теряется в оргазме. Юнги жаль запачканную футболку, но разрушенный вид Чимина того стоит. Аккуратно вытаскивая пальцы, Юнги наклоняется к бордачку, надеясь найти там салфетки. Будет дискомфортно с засохшими пятнами. — Хён, — зовет Чимин, хрипя ему в шею. Юнги вопросительно мычит, вытирая пальцы, — Ты ещё не кончил. Я хочу помочь. — Чимин-а, — это правда, его возбуждение все ещё неприятно давит и трётся о жёсткую ткань джинс. Чимин, будто читая мысли перелезает на свое сиденье и перегибается к нему. — Юнги-я, я получил свое. Теперь твоя очередь, — непослушные маленькие пальцы помогают с пряжкой ремня. Юнги смотрит на пухлые губы, обхватывающие его член, понимает, что все. Его уже не спасти. Он пал перед этим парнем, мальчишкой, которого он месяц назад ненавидел. Неприятности Чимин действительно принёс, но для Юнги это хорошо. Потому что это не беда, а гребаный подарок. Шаловливый язык танцует на его головке, проходится по уздечке. Юнги не выдерживает и впутывается пальцами в черноту волос. Они мягкие, как и губы на его члене. Внутри все кипит, плавится. — Блять, — шипит старший, не сдержанно надавливая на голову Чимина. Тот не сопротивляется, берет глубже. Это его остановочка. Юнги кончает прямо в рот Чимину, а тот словно бы и не против. Отдышаться после такого тяжело, но облегчение валится на плечи. Юнги поднимает парня и целует. Похуй на то, что он чувствует свой же вкус на чужом языке. Юнги стирает ребром ладони слюни вокруг рта Чимина. Младший выглядит великолепно, затраханно. Если он появится в таком виде на базе, все сразу поймут, почему они так задержались. Ну и плевать. — Чимин-а, ты уже почти спишь, — смеётся Юнги. Чимин уставше, но довольно улыбается, снова целуя, но куда более невинно, простое прикосновение к губам. Приведя себя в порядок, Юнги завёл машину снова и плавно двинулся к «Стритс». Чимин действительно задремал. Конечно, ребята все поняли. Чимин с растрёпанными волосами и красными от поцелуев губами практически валится на диван, а Юнги меняет свою толстовку на другую. И мелкие, увидев поменявшийся внешний вид Юнги, коварно засмеялись. Юнги закинул им их булочки и газировку и пошёл назад в гараж. Там же он укрыл Чимина пледом, а сам сел в кресло. Усталость взяла свое, и он уснул, слушая ровное дыхание Чимина.

***

Днем было прохладно. Дождя не обещали, но ветер поднялся. Юнги взял с собой косуху и вышел из гаража. Настроение откровенно ленивое, но оно спадёт, когда он включится в обсуждение деталей дела. Хосок собрал всех пораньше, чтобы они могли приехать в Архенльск к ночи. До него три сотни километров, так что разумное решение выехать после обеда. Людей мало, всего трое. Одна женатая парочка, которая промышляет в угоне уже пять лет (по словам Хоупа), одна девушка с яркими фиолетовыми волосами, заплетенными в крупную косу и их четвёрка. Чонгук выглядит угрюмо и грозно. Причина крылась в отсутствии Тэхёна рядом: они поругались этой ночью, когда Тэ узнал о деле. Ви мог быть сколько угодно безумцем, но он категорически против угона. Это опасно и рискованно. Гук уже согласился и на попятную не пошёл. Тэхён обиделся и закрылся с байком в мастерской. Чимин не нервничал только с виду. Держа руки в карманах светло-голубой джинсовки, он стоял ровно и держал лицо пофигистичного настроя. Юнги не обмануть таким. Он видел, как парень нервно сжимал и разжимал пальцы в карманах. Юнги спокоен. Угоном управляет Хосок, а ему можно верить. Не первый год занимается этим, и все всегда проходило идеально. Юнги доверяет его мастерству и опыту, поэтому просто слушает в который раз подробности их задачи. — Что ж, начнём, господа и дамы, — хлопнул с улыбкой в ладоши Хоуп, и все расселись по машинам. Сам Хосок сел на серый мотоцикл. — Я за рулём, — оповестил Юнги Чимина, когда они подошли к машине. Младший поднял голову. — Возражения? — Это моя машина. — Возражений нет, — Юнги уверенно сел за руль. — Какой же ты противный, Юнги-я, — пробурчал Чимин без всякой злобы. Юнги усмехается, заводя мотор. Тачка с гулким рычанием тронулась за уезжающими товарищами. — Какой есть. Дорога прямая, их процессия плавно набирала скорость. Юнги барабанил пальцами по рулю, свободно двигая одной рукой. Чуйка помалкивает, а, значит, все будет в порядке. — Ты совсем не беспокоишься, Юнги-хён? — спросил Чимин, отрываясь от однотипного пейзажа за окном. — Помнится, ты не хотел ехать и вообще в этом не участвовал. — Беспокоюсь, конечно. Просто я доверяю Хосоку. Он занимается этим с самого нашего знакомства. Провалов у него не было, так что волноваться не о чем. Если и возникнет какая-то проблема, мы решим её на ходу. Чимин молчал недолго, прежде чем задать следующий вопрос. — Почему же ты называешь меня новичком в этом, если сам первый раз едешь? Юнги размышляет, стоит ли об этом говорить. Доверие к Чимину возросло с некоторых пор. Да и в его прошлом нет ничего, что в настоящем имеет значение. Рано или поздно эта информация все равно всплывёт. — Мой отец был угонщиком. Рубил много бабла на этом, но теперь на пожизненном заключении, — Чимин смотрит на него сочувственно, Юнги это кожей ощущает. — Жалеть и сочувствовать мне не нужно, Чимин-а. Этот мужик был глупцом и позволял пользоваться собой, наивно полагая, что справится со всеми трудностями. Излишняя самоуверенность его и затащила в тюрьму, а меня научила не лезть в слишком рисковое занятие и быть осторожным. — На трассе ты не шибко осторожен. — Потому что я знаю дороги. Я буквально на них вырос. Гонка — это не просто страсть или азарт. Для меня это возможность разнообразить свои серые будни. Не знаю, кем бы я был без этого. Может, это и называется смыслом жизни, — Юнги смотрит в зеркало заднего вида. Чонгук замыкает их колонну, но едет чуть поодаль. Без Тэхёна Гук гораздо спокойнее, но с ним он загорается. Наверное, тяжко мелкому без своего вечного товарища по рулю. Чимин перебирает неловко пальцами. По его напряжённому выражению лица можно увидеть, как он сдерживает себя и давит в себе вопросы. Юнги это кажется весёлым. — Твоё пыхтение слишком громкое, Чимин, — улыбается мужчина. — Спрашивай уже, не томи. — А… Твоя мама? Юнги пытается вспомнить женщину, родившую его, но в памяти пусто. Там лишь отец: пьяный, кричащий, блюющий и уверенно заливающий про свои успехи. И никогда не говорящий о своей жене. — Она умерла при родах, я так думаю. Отец никогда не говорил о ней, а я ни разу не видел её. Сложно назвать её мамой, потому что я даже лица её не знаю. — А фотографии? — В нашей семье нет фотоальбомов. Отец больше времени уделял угонам, чем мне. А я просто фоткаться не люблю, — Чимин печально опускает голову, продолжая сочувствовать ему. Юнги умиляется, но ему не хочется видеть младшего грустным. — Не грусти, Чимин. Это все прошлое. Я в какой-то степени благодарен отцу за тяжёлое детство. Оно привело меня сюда. И я доволен таким раскладом. Юнги кладёт руку ладонью вверх между креслами. Чимин пользуется возможностью быстро и переплетает с ним пальцы, наконец улыбаясь. Так-то лучше. Тем временем, Чонгук вдруг поравнялся с ними и даже обогнал. Юнги хмыкнул. Ну, этого следовало ожидать. — Хён? — Чимин растерянно смотрит вслед чёрной машине Гука. — Мелкий захотел поиграть, — нога давит на педаль газа, а рука аккуратно высвобождается из пальцев младшего. — Насколько твоя тачка быстрая, Чимин? — Я побеждал на ней, хён! — С нашим Гуки ты ещё не соревновался. А теперь держись, — Юнги держит руль двумя руками, а скорость растёт посекундно. — Покажем мелкому, кто тут главный папочка. Чимин смеётся и с восторгом кричит, когда они обгоняют женатиков и девчонку. Хосок качнул головой на их ребячество. Чонгук вырвался далеко вперёд. Юнги переключает передачку и топит за ним. За считанные минуты они его догнали. У Чимина действительно мощная тачка, совсем не ровня синей прокачке. Юнги наслаждается вспыхнувшим адреналином и скоростью. Чимин полностью его поддерживает. Гук остаётся позади, но недолго, принимая вызов. Это тест на выдержку. У кого хватит сил продержаться на первом месте и бешеной скорости. Постепенно, к ним подтянулись и остальные. — Попросить их, что ли, скинуться, когда они продуют, — ухмыляется Мин, ловко огибая женатиков и равняясь с вырвавшимся вновь вперёд Гуком. Чимин смеётся. Юнги готов проживать этот момент каждый день.

***

Они доехали до Архенльска, когда солнце уже село. Небо оранжевое, облака размазались на нем. На часах только восемь вечера. Заезжать в сам город небезопасно, поэтому они решили переждать за его пределами. Миллионник как на ладони. Парочка небоскрёбов и многоэтажки вокруг. Совсем не ровня их Белрину. Юнги не бывал в Архенльске, да и не хотелось. Ему по душе их небольшой городок, где по утрам тихо, а на улице не так много народа. В центре такого большого города, наверное, люди как букашки. Или тараканы. Чимин разболтался с женщинами, рассказывая о местах за границей. Он там учился, он знает. Смотреть на сияющего, рассказывающего о своём прошлом Чимина приятно. Юнги не знал этого уровня комфорта и уюта, когда смотришь на человека и понимаешь, что тебя распирает изнутри нежностью. Чимин доволен их небольшим путешествием со сложной целью. Под подошвами кроссовок шелестит трава. — Хён, сигаретки не найдётся? — бормочет все ещё дующийся на старшего за проигрыш Чонгук. Юнги с притворным тяжёлым вздохом достаёт пачку и достаёт две: одну — себе, вторую передаёт мелкому. — Дожили, мелкотня теперь стреляет у меня сиги, — Гук не отвечает на его шутку, поджигая кончик сигареты. — Что такое, Гуки? Расскажи, поделись с хеном. Проблему лучше решать двумя головами, а не одной. Чонгук молчит какое-то время, подпирая деревянный забор и глядя на то же, что и Юнги. Чимин смеётся над забавной историей девчонки. Пак быстро вливается в их небольшой и временный коллектив. — Хён, вы же встречаетесь? — Юнги фыркает. Если бы он знал. — Что-то вроде того. — Как вы вообще сошлись? Вы же дрались и постоянно цапались. — Мелкий, некоторым историям лучше оставаться в тайне… — Да я и так знаю, что вы друг другу подрочили после той гонки, когда он тебя спас, — нагло перебивает его Чонгук. — Ах ты ж, мелочь перекаченная! — мужчина шутливо бьёт кулаком в плечо младшего под смех того. — Зачем спрашивать, если знаешь ответ? — Проверял информацию, — пожимает плечами парень, выдыхая дым и снова хмурясь. — Вообще я о том, как почему ты стал себя так вести? — Как? — ему интересно послушать мнение о себе со стороны. Как он теперь выглядит, когда смотрит на Чимина? — Странно. Вроде и остался тем же, но изменения сильно заметны. Тот же сарказм, но с ним, — кивает на Чимина, — Ты словно… Размяк, что ли. — Сопляк, нарываешься. — Да хён! — у Гука всегда были проблемы с самовыражением. Он с чувствами, сердцем не в ладах. Он мыслит трезво, разумно, но никогда не слушает сердце. Юнги тоже так поступал раньше. — Ты стал другим. Более… Открытым. И подпустил к себе того, кого ненавидел. Как так получилось? Юнги смотрит на свою догорающую сигарету и тоже задаётся этим вопросом. На самом деле у него есть ответ, но как объяснить это вне своей головы? Как подобрать правильные слова, чтобы помочь мелкому разобраться с собственной мешаниной чувств? — Понятия не имею, Чонгук. Это просто произошло, — Чимин пересекается взглядом с ним и улыбается. Юнги ненарочно улыбается тоже. Гук смотрит на него. — Чимин искренний и заботливый. В нем достаточно сумасбродства, но и голова своя на плечах. Он привлекательный и знает, чего хочет, идя к своей цели. Не боится противостоять тем, кто сильнее его, доказывая, что он не из неженок. Сексуален, этого не отнять. Но, что более важно, — Юнги толкает язык за щеку, подбирая слова, — Несмотря на плохое начало, он все равно пытался найти со мной контакт. Он подобрался ко мне очень близко, минуя все колкости и грубость. Он вытаскивает мои лучшие качества наружу, не обращая внимания на недостатки. Уж не знаю, мирится с ними или терпит до поры до времени. — То есть делает тебя лучше? — расшифровывает Чонгук. Юнги кивает. — Похоже на любовь. Может, это и она. Странная штука, которую он никогда не ждал. — Всё может быть, — Юнги треплет макушку Гука. — Если ты пытаешься понять свои чувства сейчас, то лучше разделить их с кем-то. Кто-то может понять тебя даже больше, чем ты сам, — Юнги идёт к кружку сплетниц и сплетника. — Поговори с Тэ, мелкий. Хватит уже молчать. Так можно упустить что-то важное. Чонгук смотрит ему вслед. Мин не знает, что на душе у этого ребёнка, но надеется, что по приезде домой все решится. — Ну что, все сплетни собрал, Чимин-а? — улыбается Юнги, плюхаясь рядом с Чимином и закидывая руку ему на плечи. — Юнги-я! Это не сплетни!