Излюбленный парфюм

Сегодня прохладно. Горо весь продрог и почти стучит зубами, мурашки снуют по его телу и неприятным холодком заползают под лопатки. Надо было все-таки одеться потеплее. Он обнял хвостом свою талию и скрестил руки на груди, чтобы хоть как-то удержать тепло. Неудачную они выбрали погодку для встречи, но Горо в любом случае рад каждой минуте, проведенной рядом с Аратаки, пускай и продрог до костей. Итто сам заметно трясется, вдруг смотрит на Горо и расплывается в широкой улыбке. — Держи, — темная широкая накидка Итто ложится на плечи Горо. — Даю тебе ее поносить до нашей следующей встречи, ходи в ней гордо, береги ее! Ах, да, не пугайся, если тебя начнут узнавать на улице и спрашивать о том, откуда на тебе накидка первого великого Они во всей Инадзуме. Такое часто случается, не бери в голову, песик! Горо только лишь благодарно смеется в ответ, прикрывая ладонью замерзшие губы. Конечно же, единственное, о чем спросят Горо, если его увидят в таком наряде, это будет что-нибудь из разряда: «Это еще что такое? Ты что на себя напялил, Горо?» разумеется, с усмешкой. Но ему, если честно, плевать. Получить в распоряжение одежду Итто - для Горо было лишь какой-то отдаленно незримой мечтой, которая именно сегодня воплотилась в реальность. Его хвост под тяжелой накидкой предательски заходил из стороны в сторону, выражая весь спектр эмоций генерала. — Идем по домам? Скорее! Сейчас точно хлынет, ты ведь взял зонт? — Итто немного нервничает, глядит в затянутое темными тучами небо, прикрывая ладонью лоб. — К сожалению, нет, — Горо переминается с ноги на ногу, он немного волнуется об Итто. Для него прическа - самый важный атрибут мужчины, а если задождит, Аратаки придется ближайшую половину дня наводить порядок на голове. — Давай я дойду до дома сам, всё-таки у меня с собой твоя накидка, мне всякий дождь нипочем, а тебе бы поскорее домой, — генерал применяет свое самое главное ораторское умение - талант убеждения. Аратаки завис на мгновение, подумал, сперва хотел возразить и даже открыл ради этого рот, но затем решился на еще несколько секунд раздумий и его уста расплылись в ухмылке. — Хорошие мысли, генерал! Никогда не сомневался в твоем стратегическом мышлении! — Итто треплет Горо по голове. Генерал инстинктивно задрожал, когда внизу его живота что-то приятно потянуло. Горо сомкнул губы только ради того, чтобы с них не сорвался какой-нибудь неожиданный звук наслаждения. Они распрощались и Горо помахал Итто на прощание, который до самого поворота шел спиною к дороге, а сам смотрел на генерала и с улыбкой махал ему обеими руками. Удивительно, как Аратаки умудрился не вписаться в дерево, но это, вероятно, было лишь волей случайной удачи.

***

Горо вернулся домой. И стоило ему переступить через порог, как на улице ударил гром, вместе с ним с ужасным шумом залил с небес дождь. Генерал закрыл за собой дверь и поежился от холода, двумя руками поправляя теплую накидку Итто. Хорошо, что не промокла. Он повернул голову к высокому воротнику и инстинктивно вдохнул запах. Пахнет, как бы банально не звучало, владельцем - Итто. Хотя, если Горо постарается разобрать запахи, то ощутит легкую смесь какого-то дешевого одеколона вперемешку с запахом пота. Горо не кажется это отвратительным, совсем наоборот, запах манит его, но генерал одергивает руку от воротника и отворачивается сам, почему-то краснея. «Как-то это неправильно» — думает и падает в кровать, сминая под собой простыни. За окном мерно шумит дождь и стучит в окно большими каплями, небо посерело настолько, что вся комната Горо погрузилась в приятный прохладный полумрак. И только накидка Итто греет генерала. Он приятно нежится в ее благоуханном тепле и не замечает, как вновь начинает глубоко вдыхать желанный аромат, блаженно разомкнув уста. Его хвост предательски задрожал в предвкушении, а Горо прикусил губу от того, как приятным чувством легкого возбуждения заныло внизу живота. Горо сомкнул густые ресницы и улыбнулся, довольствуясь запахом любимого. Он спокойно может представить, как рядом с ним сейчас лежит Итто и греет его не теплом своей накидки, а собственным. Генерал повернулся на бок и стянул с плеч накидку, смял ее так, чтобы она стала удобной для объятий и обхватил руками и ногами, прижимаясь в ней всем телом. Горо и раньше чувствовал этот запах, когда был рядом с Аратаки, но ему никогда не доводилось ощущать его так долго, так близко. И мысль о том, что когда-нибудь они смогут оказаться в одной постели - сводит его с ума. Горо обязательно уткнется носом в грудь Итто, вдохнет его запах так сильно, насколько позволят легкие...Это Аратаки Итто. Его Итто. Генерал так забылся в собственным мыслях, что даже не заметил, как с его горячих губ почти неслышно сорвалось имя любимого вперемешку с коротким блаженным вздохом: «Итто-о..». Горо медленно начинает двигать бедрами навстречу накидке, её жесткая ткань приятно трется о пах генерала. Он жмурится до дрожания ресниц, сильнее жмется к накидке, обхватывая ее руками, словно держится за последнюю опору, будто рядом с ним лежит Итто, а не всего лишь часть его верхней одежды. Горо шире размыкает уста, шумно вдыхает полные легкие воздуха вперемешку с запахом одежды Итто. Горо сейчас сойдет с ума, стоит ему лишь подумать о том, что когда-нибудь он будет тереться так о член Итто - как Горо содрогается и громко выкрикивает имя возлюбленного во второй раз, по всему телу прокатились легкой вибрацией волны приятного оргазма, коснувшись даже кончиков пальцев Горо, отдались легкими судорогами в бёдрах и растворились в разгоряченном теле генерала. Он распахнул глаза, возвращаясь в реальность. Какой кошмар! Горо едва ли не отпрыгнул от накидки Итто, тяжело дыша, он старается прийти в себя, жадно хватая ртом воздух, подносит к груди руку и ощущает бешеное биение сердца. Генерал, в попытках привести себя в чувства, прокручивает у себя в голове события, чтобы понять, как он вообще умудрился потерять голову от одно лишь запаха Итто: «Я кончил от того, что терся об его накидку? Стыд то какой! Там же не осталось пятен?». Он сразу же осматривает накидку, перебирает пальцами каждый сантиметр грубой ткани и судорожно, однако расслабленно выдыхает - не запачкал. Между его ног приятная влажная теплота сменяется на некомфортную прохладу. Горо взялся за края широких штанов и стянул их с бёдер вместе с боксерами. Ему стоит переодеться, свою-то одежду он испачкал. Но всякая последующая попытка встать с кровати оказывается провальной. Горо не может подняться, между коротким душем и кроватью вместе с накидкой Итто - его тело каждый раз выбирает второе. Горо даже не хочет представлять, как глупо сейчас выглядит, лежа на кровати в обнимку с чужой накидкой и со спущенными до колен штанами и боксёрами. Впрочем, его здесь никто не увидит, это его укромное помещение, где он защищен от чужих осуждающих глаз, дома он может быть в любом виде, ведь тут он больше не генерал сопротивления, он всего лишь обычный парень с бесконечной, слегка даже безумно-сильной любовью к Итто, его запаху, телу, одежде, волосам, словам - ВСЕМУ. Горо не первый и далеко не последний раз посещает непреодолимое желание облизать Аратаки Итто, провести языком по каждому сантиметру его тела, обнюхать всего-всего, сомкнуть острые зубы на грубой коже и оставить несколько следов. Черт! Горо ловит себя на том, что его член вновь твердеет от возбуждения. Невзирая на то, что это так неправильно, генерал хочет повторить, и даже немного более развратно, чем в прошлый раз. Все-таки, а что ему, собственно, мешает? Ничего! А вот возбуждение, пулей пронзившее сперва его пах, заставив член вновь подняться, затем сердце, принявшись безумно колотить кровь, а теперь и затуманило разум, забирая последние здравые мысли Горо с собой в пучину возбуждения. Еще разок. Всего разок, и Горо отстанет от накидки Итто. Возможно. «Итто, ну почему же ты пахнешь НАСТОЛЬКО сексуально? Я так хочу тебя...» — шепчет парень в грубую ткань, зарывается в нее носом и вновь глубоко вдыхает. Рука генерала неконтролируемо струится по телу ласковыми прикосновениями, он ведет кончиками пальцев от груди до верха живота, задерживается там на несколько мгновений, оглаживая каждый сантиметр и, бесспорно, Горо воображает на месте собственных касаний - руки Итто. Затем устремляется ниже, к слегка выпирающим под кожей острым подвздошным тазовым косточкам, огибает их и останавливается у своего члена. В этот момент его размеренное дыхание, которое генерал так старательно контролировал, окончательно сбилось. Горо переворачивается на живот, встает на колени и прогибает спину настолько сильно, насколько это возможно, раздвигает ноги и поднимает вверх хвост - весь дрожит от напряжения и возбуждения. Генерал размыкает тонкие розовые губы и тотчас по ним вниз скатывается ручеек слюны, задерживается у подбородка и капает на покрывало, впитывается, оставляя мокрый след. Он накрывает свою спину накидкой, вторую часть (в силу огромного ее размера), подминает под себя, ложится на жесткую ткань щекою, полностью забываясь в дурманящем аромате. Небольшая тяжесть одежды давит на него сверху, так легче представить Итто, который обязательно возьмет его за бедра, сжимая почти до синяков, за которые ему потом будет стыдно, но Горо не будет обижаться. Генерал закатывает глаза от удовольствия, когда впервые за вечер наконец касается своего эрегированного члена. Как долго он изнемогал без прикосновений, сам себя этим дразня. Ведя от основания к самой головке, Горо старается устоять на коленях и не завалиться на кровать, ведь от возбуждения подкосились и стали ватными его ноги. Он собирает горячую липкую смазку на ладонь, водит еще несколько раз вверх-вниз, вместе с этим раздвигает свободной рукой свои ягодицы. Обычно он мастурбировал без проникновения, но с мыслями об Итто по-другому и не получится, когда голова Горо сплошь забита желанием, чтобы член Аратаки вошел в него до предела, заполняя пустоту внутри обжигающим теплом. Парень шире раскрывает рот, тихо-тихо стонет, когда водит влажными пальцами меж ягодиц, ахает громче, стараясь пропихнуть в себя сразу два пальца. Он двигает задницей навстречу собственной руке, стараясь насадиться глубже. Ему хочется вставить даже три пальца, но пока не получается, слишком узко, сколько не старайся. Значит, придется себя слегка растянуть. Горо в беспамятстве проговаривает имя любимого: «Итто, Итто, Итто...», начиная путаться в словах, когда кончики его пальцев уперлись в простату. Член генерала мелко задрожал и Горо опустил к нему свободную руку, помогая себе этим. Он трется о накидку Аратаки коленями, грудью и щекою, словно старается вобрать в себя запах Итто, целиком в нем искупаться, слиться воедино и навсегда. Горо начинает задыхаться, он запутался даже во вдохах: дышит сперва слишком часто, от чего мутнеет и темнеет в глазах, а когда решает сделать перерыв - и вовсе забывает, как дышать, наслаждаясь короткими моментами приятной асфиксии. А в мыслях - только Итто. Генерал старательнее растягивает себя с мыслями о том, что готовит себя к члену Итто. Он дразнит себя, сгибая внутри пальцы, когда наконец в его горячее нутро проскользнул финальный - третий палец, Горо выгнулся, пустив еще больше слюны на накидку. Голова предательски закружилась, когда парень ускорил темп до того, что по комнате эхом начали доноситься тихие шлепки. Ему хочется глубже, быстрее, сильнее...так, как бы это сделал Итто. Ему хочется Итто. Горо в беспамятстве, задыхаясь, стонет имя любимого, двигая бедрами, подводит себя в разрядке. Еще немного и, кажется, сердце выскочит из груди прямо на кровать. Горо змеей извивается под своими же прикосновениями, ни на секунду не отказываясь от фантазий об Аратаки Итто. Оргазм настигает его внезапно и очень неожиданно. Горо сам не замечает, как острая стрела эйфории пронзает все его тело сплошь от пят до самых кончиков ушей. Семя густо излилось на ткань чужой одежды. Он, хрипло выстанывая что-то совсем уже неразборчивое, падает на накидку Итто под собой, дрожа от наслаждения, он не видит перед собой ничего, лишь туманный образ Аратаки, который подарил ему мозг в благодарность за удовольствие, доставленное телу. Горо тянет одну руку навстречу к растворяющемуся образу любимого, пальцы второй руки неспешно, специально с промедлениями, вынимает из задницы и отправляет себе в рот, слизывая все до последней капли - солено. Дыхание не может прийти к норме, сердце не спешит сбавлять темпы, оргазм затянулся, от чего генерал инстинктивно продолжает медленно двигать бёдрами. Горо закашлялся и во второй раз закатил глаза от наслаждения. «Итто...Я так тебя люблю» — он тыкается носом в ароматную ткань все больше. Лишь по истечению нескольких минут в его голову начал возвращаться рассудок, а вместе с ним и осознание того, что он запачкал своим семенем накидку Итто. Черт! Горо слегка даже запаниковал, но вовремя пришел к мысли, что отстирать это будет легко, хотя смывать с накидки запах Итто - просто непростительно! Именно поэтому Горо решает для себя, что если избавится от запаха Аратаки на его накидке, то ему придется компенсировать это кое-чем другим, например, самим Итто...

***

— Мне, конечно, безумно приятно, но стирать мою накидку было необязательно! — Итто со смехом принимает обратно свою вещь и быстро надевает на себя. — Я попал под дождь, да и раз уж она была у меня, то почему и не постирать, — умело врет Горо с нежной улыбкой на лице. — Пф-ф-ф! Дождь, ей нипочём! Ты бы знал через что она прошла! Не помню, чтобы стирал ее когда-нибудь...Вообще-то она пахла стойким запахом сотен, нет, тысяч моих побед! А теперь она пахнет... — Итто совсем не скромно понюхал воротник. — Тобой! Мне нравится! Горо вздрогнул и отвернулся, скрывая за прядями непослушных волос — щеки, что густо налились багровым румянцем. — Погоди-ка! Уже темнеет. Какой кошмар, Горо, тс-с-с! Слышишь? Кажется, тут приведение! Генерал инстинктивно навострил уши. — Ха! Неужели ты попался? Попался ведь? Только не говори, что ты боишься призраков, песик-генерал? — Боюсь, — Горо даже в них не верит. — Ну, и что ты наделал? Мне теперь везде они будут чудиться, бр-р...Итто, может, проведешь меня до дома, чтобы не было так страшно? — генерал умело делает вид, что ему для безопасности - ну просто жизненно необходима хорошая компания стильного здоровяка ради спокойного похода до дома. Аратаки важно кивнул и рассмеялся: — Со мной ты будешь в безопасности! — Конечно, Итто, — Горо доволен своим планом, плавно берет Аратаки под руку. — Кстати, как ты смотришь на то, чтобы остаться сегодня у меня на ночь?...