Русалочка

Глава 9. Во дворце принца. Изольда и Анабель стали фрейлинами принца на постоянной основе, об этом настояла мать короля, точнее бабушка Фредерика. Она сказала что так будет лучше и не важно когда он в образе принцессы или когда в обычном мужском воплощении данном богом от рождения, такой как он особе королевских кровей обязательно нужны фрейлины, поэтому одна из просторных светлых комнат возле такой же просторной и светлой спальни принца стала спальней фрейлин, чтобы они всегда были рядом под рукой принца. Стоит справедливости ради добавить, что без фрейлин он в последнее время и не мог обходился. Корсеты, кринолины, платья с огромными юбками все это требовало обязательного участия фрейлин. Принц в последнее время и не мог вылезть из корсета, кринолина и юбок. Ему просто не давали ни малейшего шанса выбраться из всего этого его фрейлины. Как только принц Фредерик просыпался и умывался ему уже было не избежать заботы фрейлин его не отпускали пока его окончательно не откорсетят и полностью не окринолинят. Отпускали его лишь когда он был окончательно закорсетчен и закринолинен, запакован во все полагающиеся слои шелка, атласа и кружев многочисленный оборчатых огромных юбок. Он и не возражал поскольку ему было очень хорошо во всем этом, хоть и его батюшка все чаще и чаще хмурился, когда встречал его наряженным девицей, а когда он нашел на берегу немую девчонку и притащил ее во дворец, называя ее своей русалкой он подумал что сын вообще начал сходить с ума. Но он пока терпел, поскольку Фредерик пережил большой стресс попав в кораблекрушение. Поэтому если женское платье и все эти корсеты и кринолины дают покой его сыну, он готов какое-то время будет с этим мириться, а потом нужно это безобразие прекращать и вообще нужно его женить на дочери соседа. Обретя супружеские узы, он может станет серьезнее, перестанет дурью маяться и наряжаясь барышней. Вначале отец предложил русалочку просто поселить перед дверью принца как рабыню или экзотическое животное. Но поскольку Ариэль была немой она и не могла что-то сказать, она все равно тешилась что будет очень близко возле принца. Услышав же такое Фредерик закатил истерику, причем настоящую женскую истерику, от которой любой мужчина может просто сойти с ума, к которой присоединились Изольда и Анабель. Король же понимая что может просто лишиться разума от всего этого и не желая чтобы его дворец превратился в сумасшедший дом обратился за помощью к своей матери. Поэтому мать принца предложила компромисс и Ариэль поселилась в комнате вместе с Изольдой и Анабель. Принц так и держал на руках русалочку пока слуги не принесли для нее кровать и постелили мягкие перины. Затем он бережно положил ее на постель и укрыл мягкой легкой периной. Измученная Ариэль едва коснулась подушки тут же уснула, ведь она не спала целую ночь, а потом был длинный заплыв. Ночную рубашку, которая была на ней слуги забрали постирать, надев на сонную русалочку другую из очень тонкого шелковистого приятного материала розового цвета, который красиво блестел. Едва Ариэль проснулась, как тут же Изольда и Анабель возле нее засуетились. Сами они уже были одеты в пышные юбки роскошных платьев и кринолины, которые красиво покачивались от каждого их шага. Теперь они кажется собирались сделать русалочку такой же как они разряженной земной красавицей в кринолине. Ариэль начали наряжать в шелка атлас и кружева. Русалочке очень нравилось все это действо, которое чем-то напоминало загадочный ритуал. Ее одели в красивое белье из нежной блестящей шелковой ткани в белые шелковые чулки с удивительными подвязками, длинную рубашку и длинные до колен панталончики с красивыми кружевными оборками. Ее начали утягивать в корсет. Фрейлины принца были поражены насколько тонкой талию можно было сделать у их подопечной. Русалочка лишь улыбалась когда стягивали корсет. Ей совсем было не больно и казалось корсет мог уменьшать ее талию до бесконечности. Это и напугало фрейлин, они боялись нанести вред здоровью таинственной незнакомке, но они даже и не догадывались насколько гибким и растягивающимся может быть тело у морских обитателей, а точнее у русалок. Ведь они даже и не догадывались что имеют дело с морским существом которое может протискиваться в необычайно узкие трещины и проходы которые не могут быть доступны обычным людям, фрейлины думали что имеют дело с обычной девушкой, немного странной и немой. Изольда и Анабель зависли на минуту не зная как все же правильно поступить, но потом еще немного подумав ослабили почти наполовину шнуровку корсета и сделали талию Ариэль чуть тоньше талии принца Фредерика. Затем русалочку втиснули в упругий легкий кринолин, который имел двенадцать колец. Через пару мгновений на кринолин упало двенадцать шуршащих нижних белых юбок, которые своими множественными кружевными оборками напоминали мягкую нежную морскую пену. Именно морскую пену и ни что другое своей нежностью и мягкостью они ей напомнили, когда Ариэль их погладила. После этого настала очередь восхитительного блестящего платья из небесно голубого атласа, которое своим ярким блеском казалось ослепил русалочку. Ей казалось что на нее упало само синее небо, которое бывает таким чистым, светлым и спокойным над морем в конце лета. Этот восхитительный наряд очень понравился русалочки. Ведь если такими вещами владеют земные женщины и носят их, то оно стоило того чтобы лишиться своего хвоста русалки и попробовать их. Ей было жаль только немного голоса что его пришлось лишиться чтобы попасть на сушу. Именно в таком красивом небесно голубом ярком платье, она увидела ЕГО и потеряла покой. Теперь же точно такое же восхитительное платье было и на ней. И она не знала, чему больше всего сейчас радуется восхитительному наряду или тому что она рядом с принцем. На ноги русалочки одели атласные туфельки и попросили пройтись. Если еще как-то стоять Ариэль могла на этих подпорках которые у людей называются ноги, то пройтись на них стало сущим адом. Морская ведьма-змея не врала: каждый шаг был наполнен болью словно ступаешь по острым ножам и иголкам, но Ариэль терпеливо эту боль сносила, когда ее вели Анабель и Изольда к зеркалу на стене. Увидев себя она так и ахнула. В нем отражалась красивая принцесса в пышном красивом блестящем голубом платье с огромной юбкой и красивыми рукавами буфами, которые дутыми шарами блестящими шарами начинались на ее плечах и сходились где-то возле локтя, а дальше небесно голубая ткань плотно охватывала руку и опускаясь ниже полностью покрывала атласной перчаткой ее маленькую изящную ручку. Ее оставили на какое-то время возле зеркала, а потом появился ОН. Когда Ариэль его увидела то так и ахнула, точнее выдала от изумления звук похожий на тихий стон, похожий на высокий звук, который выдают дельфины, но его никто не услышал. На принце был точно такое же женское голубое блестящее пышное платье, с огромной юбкой и огромными шарами рукавами буфами. Женское платье? Почему женское? Разве одежда имеет пол? — задавала себе не раз этот вопрос русалка. Теперь же ей просто хотелось об этом спросить у него, но она уже не могла, потому как была немая. А вообще она давно уже умела хорошо отличать женское от мужского платья, ведь она часто наблюдала из воды за жителями суши, а еще такое платье… разумеется женское, теперь было на ней и на фрейлинах Анабель и Изольде. Почему принц и некоторые мужчины одевается девушкой Ариэль не могла понять. И почему это увлечение может вызывать у других людей осуждение… ведь это просто одежда? –спрашивала она себя и тоже не могла понять. Русалочка, не раз наблюдая за ним из воды про себя не раз отмечала, что принцу Фредерику как раз очень идет женское платье. А то как он его носит и держится в нем указывало что перед тобой не юноша, а красивая юная дева. Одет в девушку принц нравился Ариэль еще больше. Он подались навстречу друг другу, но Ариэль, сделав несколько шагов вскрикнула от боли и начала оседать, адская боль обожгла ее ноги. Принц не дал ей упасть, подхватил ее на руки и отнеся на кровать усадил ее. Затем осторожно поднял пышные юбки платья Ариэль и сняв голубые атласные туфельки начал осматривать ее ножки. На вид они были обычными девичьими ножками, только были слишком изящными и изнеженными словно у маленького ребенка. Он ощупал их и так и ничегошеньки не поняв позвал придворного лекаря. Тот пришел, осмотрел их, каждую косточку ощупал и сказал, что ноги русалочки в полном порядке и нет травм. А еще лекарь добавил, что эта немая немного странная девушка имеет состояние ног словно ими долго не пользовалась. Это может быть результатом какой-то болезни, когда долгое время проводишь в постели. Он просто порекомендовал постепенно расхаживать ноги, сначала ходить по пару шагов, потом больше и больше, но только по комнате, когда постепенно ноги начнут приходить в норму можно под присмотром фрейлин выходить на улицу. А пока он рекомендует постельный режим, после обеда можно встать и немного постоять. Доктор обещал приготовить и принести целебные укрепляющие микстуры, а еще написал, что нужно есть чтобы быстро прийти в норму. Так они и делали, принц и его фрейлины помогали расхаживать ножки Ариэль. Сначала по десятку шагов по комнате, потом, когда появилась уверенность в шагах стали выходить в коридор. А спустя две недели и благодаря микстурам доктора и специальной диете русалочка могла уже ходить по дворцу опираясь на руку принца, через месяц она уже могла ходить сама вполне уверенно без посторонней помощи. Еще через месяц она уже шла очень легкой походкой держась за руку с принцем и в компании Изольды и Аннабель, при этом красиво покачивая свой пышной юбкой сказочного платья. Она теперь не только не боялась оступиться, но даже теперь не боялась случайно наступить и оборвать хотя бы одну кружевную оборку на одной из бесчисленных нижних юбок на огромном кринолине. Она, одевшись в пышное платье словно срасталась с этим чудным нарядом и ощущала его теперь как частицу своей плоти, до самой последней кружевной оборки на каждой нижней юбке, как когда-то она ощущала каждую чешуйку до последней на своем роскошном рыбьем хвосте. Она в платье словно не передвигалась по земле, а словно плыла по воде. Вся такая из себя легкая и воздушная словно пузырек воздуха просто очаровывала принца и всех остальных своей чудной скользящей походкой. Русалочка теперь одевали только в нежный шелк и муслин, блестящий шелковистый атлас и она стала первой красавицей во дворце, но оставалась по-прежнему немой, не могла ни петь, ни говорить. Второй красавицей был принц Фредерик. После того как Ариэль появилась во дворце, он не только ни разу не оделся в мужскую одежду, но и ни разу к ней не притронулся, словно ее больше и не существовало для него. Он теперь всегда был беспощадно и туго утянут своими фрейлинами в скрипучий плотный корсет и всегда надежно втиснут в кринолин без малейшего шанса выбраться из него. Он теперь всегда был полностью закорсечен тугими плотными корсетами и окончательно закринолинен огромными кринолиновыми юбками, всегда упакован в атлас шелка и кружева как и все придворные дамы. Он полностью отдался во власть юбки и совершенно не хотел ничего менять. Юбка стала частью его сущности. Ему теперь в юбках не просто было хорошо и комфортно, он был совершенно счастливым находиться в них и это счастье передалось и Ариэль. Он и Ариэль теперь были постоянно вместе, при этом надежно закорсечены, закринолинены и упакованы по самые глаза в шелка атлас и кружева своих пышных юбок роскошных платьев, часто держась за руки как маленькие дети, постоянно так появлялись в одинаковых платьях на люди и при гостях. Поскольку огромные пышные юбки на кринолинах как бы держали их на расстоянии и не давали плотно сблизиться, то им чтобы держаться за руки приходилось их вытягивать в сторону, но это их обеих совершенно не смущало. Часто они бегали по дворцу и смеялись. И хоть Ариэль не могла говорить, но могла звонко смеяться, ведьма не забрала у неё смех. Смех Ариэль был очень красив, как нежный звон маленького серебряного колокольчика и он очень нравился принцу. Поэтому принц старался ее всячески развеселить. А еще они вместе со своими горничными создали свой язык жестов, который хоть и не позволял полностью все рассказать в мелких подробностях, но давал возможность вполне сносно общаться на повседневные бытовые темы. В создании это языка, точнее основные идеи его подала Ариэль, по сути это был второй язык морских жителей, который нужно было немного доработать для земных условий. Отец же, видя, что его сын и не собирается расставаться со своей «игрушкой» и она ему не только не надоедает, но с каждым днем он все больше и больше увлекается ею, то он понял, что нужно что-то предпринимать, пока его сын окончательно не обабился. И хоть он теперь окончательно оброс юбками и совершенно не хочет из них выбираться, но существует вполне реальный шанс его вернуть к нормальной жизни, его еще можно избавить от власти этого чертового кринолина. Вместо того чтобы заниматься мужскими увлечениям он вместо охоты, карт и выпивки интересуется тканями и кружевами, кроем платьев и белья, вместо политики он следит за модой, вместо мужской компании предпочитает в кругу дам сплетничать и обсуждать новинки моды. Единственное что из мужских занятий ему нравится это фехтовать и ездить верхом. Раньше он к этому был почти безразличен. Теперь, когда он стал проявлять к этим занятиям большое внимание, король Лигерии подумал, что его сын наконец то станет нормальным, но как оказалось он этого хочет научиться не только сам, но и эту странную немую девушку подкидыша. И что удивительно она всему очень быстро училась…. Буквально за пару месяцев она уже вполне сносно управлялась со шпагой, ей даже не мешали корсет и кринолин, вполне могла отбиться от нескольких разбойников. А еще она научилась грамоте и через тех же пару месяцев могла читать по слогам и выводить пером первые слова на бумаге. Но короля это особо не впечатляло, он думал только про своего сына и его как «правильного отца» сильно бесило, когда его сын раздевшись из специальных костюмов для верховой езды и фехтования вместо того чтобы обратно переодеться в нормальную мужскую одежду просил этих чертовых фрейлин помочь ему обратно туго закорсетится и окончательно окринолиниться чтобы снова по самые глаза оказаться в атласе и кружевах и быть запакованным в эти чертовы многослойные юбки. Мало того он придумал новые платья и юбки для тренировки фехтования и верховой езды. И немного доработав церемониальные платья-панталоны сделал их костюмами чтобы лазить по горам, ведь юбки на кринолинах совершенно не годились для этого занятия. И какое бы он сумасбродство не придумал, эта девочка подкидыш была с ним за одно и делала она все то что он делал. «Это просто возмутительно фехтовать корсетированым в кринолинах и юбках и вообще возмутительно носить женщине шпагу!» — сердито не раз указывал король. Он ведь не знал, что эти специальные корсеты, кринолины и юбки вовсе не мешают этим занятиям, хоть и при этом немного ограничивают движения. Но немного успокоившись, он немного подумал и решил устроить бал, где представит дочь соседа и хорошего друга своему сыну воочию и может еще через несколько баллов если все пойдет хорошо и все получиться объявить помолвку. Правда на бал снова придется одеться по последней моде фрозских пиитов-садомитов и стать расфуфыренным как баба, утягиваться очень туго в этот чертов корсет, чтобы влезть в это гадкое мужское платье-панталоны с огромными рукавами дутыми шарами буфами, которое сшито из материалов, из которых обычно шьют женское платье. Одеваться по последней моде в церемониальное белое мужское платье-панталоны король жутко не любил. Собственно говоря, эти так называемые мужские платья панталоны почти ничем не отличаются от женских, только ниже талии вместо огромной покачивающейся юбки на кринолине были огромные дутые шары-панталоны или панталоны-буфы, которые такие же круглые и огромные, как и рукава буфы которые вздымаются на плечах. В остальном мужское платье имеет все те же рюши, тот же полагающийся набор бантов и оборок что и на женском платье для торжественных случаев. Даже крой лифа платья тот же и украшен он теми же узорами из жемчужин, блесток и камней. Но ради блага своего сына король Карел готов был все это стерпеть, как и несносных горничных, которые его будут корсетировать и наряжать в это платье для торжественных королевских приемов. Когда же настало время преобразиться король стойко перенес пытку корсетированием и облачением в королевское церемониальное белое платье-панталоны, как и работу цирюльника с манерами женщины который соорудил ему на голове высокую прическу-парик, из искусственных белых волос похожую на небольшую башню выполненную из сплошных локонов и завитков. Прямо в прическу была вплетена и его корона. И теперь, когда в порыве злости он захочет с головы сорвать корону и в бешенстве швырнуть ее чтобы она брякнулась о стену у него совершенно ничего не получится, потому как после обработки королевской прически специальным волшебным лаком все стало абсолютно монолитным и цельным, и совершенно не снимаемым, мало того через некоторое время корона вместе с этой удивительной прической стала ощущаться как часть головы. Зато потом перетерпев все эти пытки наведения на нем красоты король наслаждался непринужденной обстановкой среди прибывших гостей, точнее среди таких же расфуфыренных существ непонятного пола и их жен. Поскольку он не выглядел так грозно как в своей прежней традиционной одежде то это способствовало более доверительным беседам и легкости общения, что дало возможность снова установить новые деловые связи. Сосед со своей дочерью прибыл с небольшим опозданием. Он был одет, как и его дочь в небесно голубое платье из нежнейшего бархата, точнее в модное платье-панталоны с рукавами буфами его же дочь в традиционное женское платье с огромными рукавами буфами о огромной пышной пятиярусной юбкой на кринолине, в меру откорсетированна с достаточно тонкой талией для ее пышных роскошных форм, делающих ее вполне зрелой женщиной. Принц Фредерик был одет, как и его отец, в точно такое же церемониальное белое платье-панталоны из сверкающего атласа с огромными круглыми дутыми рукавами-буфами и такими же большими круглыми дутыми шарами панталонами буфами внизу, украшенное теми же рюшами, оборками и бантами. Только откорсетирован он был в этот раз еще туже, и талия у него была более тонкая чем обычно. Лицо было более подчеркнуто чем обычно. И хоть макияж на лице принца был немного яркий для этого времени суток это не противоречило установленным нормам и дворцовому этикету. Это было хитрой задумкой интриганок Изольды и Аннабель. Более яркая розовая помада, больше блеска для губ, подчеркнуть овал лица специальным волшебным тональным кремом, сделать более яркие глаза тенями для век, длиннее и пушистее ресницы специально тушью и лицо принца становится личиком премиленького ангелочка, только этот ангелочек девочка. И хитрые фрейлины уже радовались, что обвели вокруг пальца принца сделав ему полностью женский макияж на лицо. Мало того что он не заметил никакого подвоха так еще этот макияж полностью понравился Фредерику и он за него похвалил своих фрейлин. Простой план Анабель и Изольды заключался в том, что этот макияж был посланием для той чужой женщины которая вскоре заявит на него свои права. Поскольку принцесса Эстер ищет идеал мужчины да так и не нашла его к 27 годам то теперь она точно его не увидит в принце Фредерике. Она скорее всего вместо зрелого юноши увидит мальчика-неженку, маминого сыночка пусичку или же вообще девчонку-подростка. На том и был весь расчет. Изольда и Анабель не хотели отдавать никому свою Фредерику. Если же брать в качестве пары ему девушку, то они решили, что ему идеально подойдет эта таинственная немая рыжеволосая девочка Ариэль, хоть пока это и не озвучивали ни ему и никому другому вообще. Они знали, что между ними не просто дружба и романтическое увлечение друг другом, а самое настоящее зарождение большой любви, хоть пока эта парочка Ариэль и Фредерик и не видят этого, проводя вместе беззаботно время. Кормилица принца тоже это видела, но пока тоже ничего и никому не говорила, и вообще ей эта история женить Фредерика на Эстер совершенно не нравилась, не только потому что та старше за него на целых десять лет, но и еще потому что эта женщина имеет холодный и расчетливый ум как у корыстного мужчины, а еще она злая. Когда принцу Фредерику представили Эстер он проявил все знаки внимания и вежливости согласно этикету и даже больше… станцевал с нею пару раз на балу, правда, как девушка с девушкой. Принц на нее смотрел как на старшую породистую тетку, а принцесса Эстер видела в нем изнеженной мальчика-пажа в платье-панталончиках, которого периодически нужно шлепать по попке за непослушание, а иногда ей казалось, что это девушка подросток нарядилась в мужское церемониальное платье-панталоны с буфами. Но как только закончилась торжественная и официальная часть бала принц сразу сбежал к своим горничным, те особо с ним не церемонились плотно и туго утянули в новый корсет и втиснули в упругий кринолин, который покрыли дюжиной шуршащих шелково-кружевных нижних юбок, затем было белое блестящее атласное с буфами платье. После этого сделали ему высокую прическу-парик из белых искусственных волос и его собственных волос в стиле рококо и вплели на верху этого сооружения из сплошных локонов и завитков маленькую корону. После этого нанесли принцу на лицо новый макияж еще более яркий, который полностью и окончательно стер на его лице остатки мужественности. Женщины еще раз осмотрели его придирчиво, затем обработали его лицо и прическу специальными волшебными лаками и его лицо, и прическа засияли яркими бликами, как и его белое сияющее платье с огромным покачивающимся кринолином. Теперь принца Фредерика больше не было, он полностью исчез и растворился в сияющем блеске атласа и мерцании причудливого цветочного кружева. Оборки, банты и рюши теперь не давали ни малейшего шанса выйти наружу хоть капельки мужской сущности, которая еще могла прятаться под слоями белоснежных тканей и кружев. Но зато вместо красивого принца Фредерика появилась премиленькая красавица принцесса Фредерика. Полюбовавшись немного своим творением горничные оставили растерянную свою подопечную возле огромного зеркала и занялись вплотную созданием точной копии принцессы Фредерики из русалочки. Вскоре Ариэль была старательно откорсетирована и откринолинена, наряжена в такое же белое блестящее платье с множественными нижними юбками и рукавами буфами, ей тоже сделали такой же макияж и такую же прическа, как и у принца. И изюминкой на торте была вплетенная в прическу такая же маленькая золотая корона, как и в процессы Фредерики. Которая теперь не просто намекала, а вопила кому действительно должен принадлежать принц и самое главное кто ему действительно должен принадлежать. Когда Изольда и Анабель нарядились в точно такие же пышные платья, но только нежно салатового цвета и все вчетвером незаметно компанией вплыли в бальный зал, затем быстро потерялись в пестрой женской яркой толпе, чтобы окончательно раствориться в блеске яркого атласа и мерцании причудливых кружев. Принц Фредерик и русалочка в образе принцесс постоянно держась за руки подходили то к одному то другому женскому кружку, чтобы обсудить новости, сплетни и новинки моды. Русалочка все внимательно слушала и запоминала. Тут же рядом крутились и фрейлины Изольда и Анабель. А еще всем было интересно, кто эта таинственная незнакомка в точности одетая как принцесса Фредерика, но не решались напрямую спросить. Незнание этого и жуткое желание узнать некую страшную тайну породило в тот вечер кучу догадок и сплетен в женском обществе. Когда король увидел своего сына наряженным снова в платье он заскрипел от злости зубами и рука сама потянулась к короне чтобы сорвать ее с головы и швырнуть куда-нибудь в темный угол, но как оказалось, это теперь совершенно невозможно… корона вместе с прической намертво приросла к голове, поэтому король быстро успокоился. С одной стороны, все эти переодевания его сына в деву очень бесили монарха, а с другой стороны ему хотелось плакать, когда он видел насколько сильно его сын похож на его жену в день свадьбы в этом белом платье. Он сейчас как невеста ему только не хватает фаты и свадебного букета чтобы идти под венец. А рядом с ней была еще одна такая же невеста тоже без фаты и свадебного букета. И только теперь король заметил, что эта таинственная немая безродная девчонка подкидыш куда больше подходит его сыну, чем эта породистая дочь соседа короля. Ах, как она на него смотрит, так смотрела на него Карла в день свадьбы его покойная жена, одетая в подвенечное платье! А может это любовь… Но король гнал все эти безумные мысли, ведь существуют давние договоренности между ним и соседом. Ведь когда их дети поженятся то и королевства вскоре объединятся. И тут на глаза королю попались фрейлины принца Изольда и Анабель. Он гневно посмотрел на них, а те в ответ состроили самые дебильные выражения лиц и обмахиваясь веерами похлопали невинно глазками, а затем покорно склонили головы, мол что мы можем поделать… его величество просто чудит…. Принцесса Эстер когда же увидела красивую девчонку возле принца то чуть не почернела от злости, в пару мгновения сразу отношение к принцу поменялась. А то что эта девчонка соперница была одета в такое же женское платье как он и у нее была такая же маленькая корона на голове говорило о многом. Эстер полностью поняла этот намек. Она приняла вызов. Она подобно капризному ребенку возжелала принца как дорогую игрушку… Она посмотрела в стороне фрейлин принца и погрозила кулачком, на что в ответ Анабель показала ей язык, а Изольда вообще показала пальцем неприличный жест, который показывают плебеи. Тем временем в центре зала перед царственными особами и их гостями появились красивые рабыни и начали петь. Одна из них пела особенно хорошо, и принц, как и все начал хлопать в ладоши и улыбаться ей; Ариэль стало очень грустно, ведь когда у нее был голос она тоже могла петь, причем несравненно намного лучше! Потом рабыни начали танцевать под звуки причудливой музыки. И тут русалочка не удержалась и приподняв свои изящные рученьки, покрытые белым сверкающим атласом тонких перчаток, которые были продолжением рукава ее прекрасного белого платья, встала на цыпочки в своих белых атласных туфельках, словно прима балерина в пуантах и балетной пачке и понеслась в легком воздушном танце. Пышная огромная юбка платья со всеми нижними юбками совершенно не мешала ей танцевать. Пышные многочисленные юбки словно легкая морская пена вздымались и широко расплывались. Ариэль, кружась в танце и стала похожа на расцветший причудливый белый цветок. Так еще никто не танцевал и все просто пришли в восторг и в изумлении смотрели на ее танец. Потом ее снова попросили повторить танец. Каждое движение морской девы подчеркивало ее красоту, а глаза ее говорили о все тех чувствах, которые наполняют ее сердце. А когда ее попросили станцевать и в третий раз под самый конец этого танца она почувствовала в ногах резкую обжигающую боль словно ступает по лезвиям ножа и в последний момент почувствовала, что падает. Но как только принц увидел что она побледнела и начала оседать, принц тут же ее быстро подхватил на руки и ничего никому не говоря отнес ее в комнату фрейлин. Ему просто было плевать что думают другие в этот момент. Русалочка была очень легкая, отнеся девушку в спальню фрейлин, он бережно уложил русалочку на кровать. Затем над ней засуетились Изольда и Анабель. Русалочку быстро раздели и уложили в постель под мягкую перину. Ножки русалочки горели огнем. Она сильно их перетрудила и очень боялась, что уже никогда не сможет встать. Принц назвал русалочку своим маленьким найдёнышем и впервые серьезно поцеловал ее в губы. Она ему сразу ответила. Он ощутил снова знакомый терпковато сладкий поцелуй, как тогда там на берегу. Моя русалка прошептал он и снова поцеловал Ариэль. Затем побыл немного с ней и оставив ее на попечение своим фрейлинам отправился обратно к отцу и гостям. Просить своих фрейлин чтобы они его обратно переодели в мужское платье-панталоны он не стал, а так и остался в том в чем и был наряжен в тоже белое сверкающее пышное женское платье с огромной кринолиновой юбкой, множественными нижними юбками и рукавами буфами. Лишь попросил девочек поправить ему немного макияж на лице, освежить контур губок и дать чуть больше блеска для губ, а еще дать новый слой волшебного лака для макияжа лица. Пожелав спокойной ночи Ариэль и поблагодарив Изольду и Анабель отправился обратно в бальный зал, хоть ему этого очень и не хотелось. Он думал о давнем сладком волнующем поцелуе русалки, который так сильно похож на поцелуй этой милой загадочной немой девочки Ариэль, которая даже смотрит и улыбается как та девчонка на берегу с рыбьим хвостом. Когда все эта суета с королевским приемом закончиться принц решил узнать, как можно подробнее кто такая Ариэль откуда она и кто ее родители. Правда он уже спрашивал у нее об этом. Ариэль сказала, точнее написала, что она одна из дочерей морского царя Тритона и попала на землю с помощью волшебного зелья, но принц до конца не верил в это. У русалок рыбьи хвост, а у Ариэль ножки. Рыбы не могут ходить по суше. И хоть у Ариэль очень много странностей как для обычного человека она скорее всего чужестранка с далеких краев, чем морская обитательница хоть и до мелочей так сильно похожа на ту рыжеволосую девочку, с рыбьим хвостом которую он всего лишь раз видел и один раз она его поцеловала. Иногда он сомневался, что она вообще существует, может просто пригрезилась, не раз думал принц. Но поцелуй Ариэль снова взбудоражил воспоминания о событиях, которые произошли несколько месяцев назад. Ему хотелось верить, что его русалка существует где-то там на морском дне, но совершенно не хотелось верить, что она здесь рядом возле него. Ему снова хотелось поплыть куда-то далеко и снова встретиться со своей русалкой. Но Ариэль эта милая девчонка так похоже на нее и так же целуется как она. Последними словами, когда его русалка уходила в морскую пучину было: Я приду за тобой милый… А может действительно и есть Ариэль та русалка, которая пришла за ним, только он почему-то не может до конца в это поверить. Кажется, в этой картинке что складывается есть все пазлы, но нет нескольких самых главных. Просто нужно немного подождать и возможно они скоро найдутся….