Дракон

Ах, осени туман — он не проходит, Стоит недвижно, а в душе, Где нет и проблеска, Все замерло в тоске, И даже небо дум — не хмурится в заботе.

***

      Тишина в кабинете позволяла сосредоточится на делах и думах. Никто не отвлекал, не нудел, не раздражал, не донимал, не заговаривал зубы пустой болтовней. Если бы ни одно «но», такое маленькое и невесомое — документация разобрана, осталась лишь пара бумажек на столе, а вот мыслей в голове нет вообще. Ни одной. Ни единой малюсенькой, крошечной мыслишки. Нет. Только звенящая тишина.       Хилл курил в открытое окно, облокотившись на узкий подоконник и почти полностью высунувшись на улицу. Высота второго этажа не пугала, а оставалась сейчас незамеченной. Всего один раз прикуренная сигарета сейчас тлела, зажатая между пальцев. Пепел под собственной тяжестью падал на металлический карниз и, подхваченный ветром, разносился по округе.       Глаза дракона были устремлены в небо, наблюдая за тем, как лучи солнца пытались просочиться между туч, которые с каждой секундой плотнее прижимались друг к другу, смыкая свои ряды. Проглядывая то тут, то там, они выделялись яркими красками, подсвечивая серую массу бриллиантово-оранжево-желтым.       Оставалось совсем немного, каких-то пара-тройка часов, и солнце зайдет за горизонт, уступив место луне, а расстроенные тучи прольют на землю холодный дождь.       Дверь кабинета открылась без стука. — Хилл, — Вишня остановился у входа, продолжая держаться за дверную ручку, и покачал головой, — вернись к нам, грешникам! — смеясь закрыл за собой. Прошел к дивану и вальяжно устроился на нем. Повернув голову вправо, продолжал наблюдать за другом. — Простудишься, гуляя в одной футболке, — улыбнулся, прищурив глаза и ожидая реакции.       Вздохнув полной грудью, Аарон медленно опустил взгляд, пробегая им по крышам соседних домов и кирпичной стене в пятнадцати ярдах напротив. Посмотрел на фильтр от сигареты, отвернувшись от окна, прошел к столу и аккуратно пристроил его в пепельнице. — Я тебя слушаю, — спокойно обратился к другу, занял своё кресло и осмотрел поверхность перед собой, вспоминая, на чем остановился. — Мне не нравится, как ты выглядишь, — сводя брови к переносице, молодой парень внимательно всматривался в друга, который нервно перекатывал между пальцами авторучку. — Заболел? Сходил бы ты к Элеоноре за советом… — Вчера был, — отбросил канцелярскую принадлежность и откинулся на спинку кресла, потирая лоб пальцами левой руки. — Она показала мне картину какого-то художника, которую ей прислали… — Ты съезжаешь с темы, — перебил Вишня, ускоряя процесс добывания информации.       Хилл тяжело вздохнул, пронзительно смотря на брата-Дракона и представляя в красках его реакцию на свои дальнейшие слова: — Любовная лихорадка. Доволен? — задержал дыхание в ожидании.       Секунда… две… Молчание. Вишня прикусил кулак, чтобы боль помогла обуздать рвущуюся на поверхность истерику. Не сдержавшись, прыснул от смеха, закинув голову назад и вытирая выступившие слезы. «Шесть секунд», — перевел свое внимание за окно, позволяя другу высмеяться и продолжить разговор, который ему сейчас был нужен.       Последний лучик солнца, мигнув, исчез у него на глазах. — Аарон, — прокашливаясь и пряча улыбку в кулак, — не припомню, когда ты в последний раз шутил… — но встретившись с тяжелым взглядом грустных янтарных глаз, умолк. — Ты сейчас серьезно? И кто же эта дама, что смогла пробить броню твоего сердца?       Ответом ему было молчание. Протерев глаза, попытался собраться с мыслями. — Может, тебе взять пару дней: посидеть дома, ни о чем не думать, ни за что не переживать? Нет! Пойдем напьемся! — хлопнув себя по коленям, поднялся на ноги. — Давай, поднимай свой… а, не важно. Займем вип-столик в клубе и посидим. Может, даже и не одни, — столкнувшись с вопросом в глазах Аарона, продолжил, пожав плечами. — Кто знает, до чего мы с тобой допьемся? А утром проснешься не один…       Громко рассмеявшись, Вишня покинул кабинет первым, а следом вышел Хилл, покачивая головой и запирая за собой дверь на ключ — на сегодня рабочий день закончен.

***

      Звон проскользнувшей по тарелке вилки и непринужденная беседа — ужин в кругу семьи. Пусть маленькой, но дружной, в которой всегда понимали и поддерживали, любили и заботились, помогали и остерегали. — Пап, — прожевав небольшой кусок мяса, — Кэнди пригласила меня в выходные сходить по магазинам, присмотреть наряд на Хэллоуин. Ты не против? — Нет. Конечно, иди, — запив красным вином, — где планируете праздновать? — Меня пригласили в клуб, мы там были с Кэн в прошлые выходные… — После которого она «заболела»? — насмешливые глаза выдавали его настоящие эмоции, как бы он не хмурился или не приподнимал брови в удивлении. — Да, — усмехнулась, вспоминая инцидент двухдневной давности. — Вы пойдете вдвоем или еще кто-то будет? — Я почти уговорила Дерека, — улыбнулась, запив ужин соком, — еще немного поднажму и он сдастся. — Совсем только «не сломай» мальчика, у него еще вся жизнь впереди, — расплылся в улыбке, прекрасно зная, как его дочь умеет уговаривать, когда ей что-то действительно нужно. — Твоя «школа выживания О'Нил» не всем по плечу, но определенно закаляет характер. — Ты так говоришь, будто я строю ему непреодолимую полосу препятствий через непроходимый лес, — доев последний кусочек ужина и встав со своего места. — Построю глазки, поною немного, напомню ему про прошлое посещение клуба с Кэнди… — Вот и я о том же. Спасибо, — отдал грязную тарелку дочери и допил вино в бокале. Вышел из-за стола и прошел к раковине, у которой уже трудилась, намывая посуду, Сара. Поцеловал ее в висок. — Было вкусно. Может фильм какой-нибудь посмотрим? — Да, давай… Иди включай, а я тут приберусь и подойду.

***

— Итак, Хилл, — Вишня расслабленно сидел на перламутрово-рубиновом диване, нахмурив брови, и сверлил, пронизывающим взглядом, друга, который никак не хотел раскрывать тайну роковой красотки, похитившей его сердце, — опиши мне ее. Я сгораю от любопытства. — Кого ты хочешь, чтобы я тебе описал? — сделал очередной глоток виски. — Ту, при виде которой тебе хочется петь, танцевать, — усмехнулся в тумблер, поднесенный к губам, — ради которой ты готов рвать на куски и сжигать до тла. — Так, стоп, Вишня! — взмахнул руками, хмуря лоб и поджимая губы. — Выключай своего психолога, — поставив тумблер на стол с громким звоном стекла о деревянную поверхность, откинулся на спинку дивана, нервно потирая лицо. — Аарон, — подался вперед и поставил недопитый виски на столик, сложил кисти в замок на столешнице и вымученно осмотрел друга, — поделись со мной. Я же вижу, как тебя это съедает изнутри… Да и Элеонора это заметила, значит так все и есть. — Она… — Аарон, Вишня, — подошедший участник их банды встревоженно оглядел присутствующих, — есть проблемы. — Что случилось? — Хилл напрягся каждой мышцей своего тела, приготовившись слушать. — Спроси у Джека, он в подробности не вдавался, — Дракон покачал головой, — сказал вас найти и как можно быстрее.       Подорвавшись со своих мест, друзья быстрым шагом направились к лестнице и спустились вниз к бару. Обходя танцпол с немногочисленными танцующими стороной, Вишня осматривался по сторонам в поисках возможной угрозы. Джек, нервно протиравший бокал, следил то за лестницей, по которой спустились главари, то за посетителями, занявшими барные столы. — Наконец, Аарон, — он оставил свое занятие и указал кивком головы в сторону, — за четвертым у стены — Змей. Других не заметил, а этот, видать, новенький среди них — не скрывает свежую тату на предплечье, — перевел взгляд на лицо лидера, что пристально следил за молодым парнишкой в зоне отдыха. — Я давно их у нас в городе не встречал… — Я им займусь, Джек, не переживай. Вишня, — обернулся к другу, — возьми ребят и пройдитесь по залу — проверим один ли он здесь. — Я тебя понял.       Понаблюдав за змеем со стороны еще пару минут, Хилл взял тумблер с виски и направился к нему. Гость вел себя уверенно: медленно попивая пиво из бутылки осматривался вокруг, улыбался и подмигивал девушкам, что заинтересованно на него поглядывали. — Чем занимаешься? — подсел к нему за стол, безучастно смотря на танцпол. — Отдыхаю, папаша, — окинул насмешливым взглядом. — Тебе скучно стало и ты решил подсесть ко мне? Здешние девочки на стариков не ведутся? Хочешь, я тебе помогу? — Это я могу тебе помочь решить, как ты хочешь покинуть мое заведение: на своих двоих, — с яростью в глазах посмотрел на собеседника, — или вызвать карету скорой помощи?       От такого взгляда парню стало не по себе, мурашки пробежали по всему телу, а волосы встали дыбом. Нервно сглотнув, Змей пошел на попятную: — Ты чего? Я же ничего не сделал, — развел руками. — Просто сижу, отдыхаю, слушаю музыку — это не запрещено.       Увидев Вишню в толпе танцующих и обменявшись с ним кивками, Хилл немного расслабился, понимая, что в клубе парень один. — Давай отойдем — есть разговор, — встал со своего места. — Слышь, папаша, я с тобой никуда не пойду. Мне проблемы не нужны. — Вот поэтому и пойдешь за мной сам, — кивнув на группу парней в кожаных куртках неподалеку, пошел вперед, задавая направление движения.       Глаза Змея забегали по помещению и остановились на спине идущего впереди. «Драконы», — нервно сглотнув ком в горле, он пристально смотрел на существо, вышитое золотыми нитками. Его предупреждали не высовываться, но молодая кровь бурлила в венах, а пятая точка искала приключений. Нашла. — Пойдем, карапуз, тебя босс вызывает, — прорычали у него над ухом, подхватывая под руку и стаскивая со стула. Подтолкнув в спину, заставили шагать. — Да иду я, иду, — выразил свое недовольство, одернув плечом, — незачем меня толкать.       Музыка уже не казалась такой громкой, девушки привлекательными, а вечер томным и нудным. Строя в голове возможные варианты исхода и последствий своей необдуманной вылазки, покусывал губу, а кулаки то и дело сжимались и разжимались. Глядя себе под ноги прошел к лестнице, поднялся наверх — дорога на эшафот. Огляделся вокруг, замечая, что балконное пространство разделено на зоны, отделенные друг от друга перегородками, как ложи в театре. В одном из секторов сидел тот самый «папаша» с тлеющей сигаретой в руках. — Куда делся весь твой пафос? Ты присядь, а то ноги трясутся, как у новорожденной антилопы, — потушив недокуренную сигарету в пепельнице, Аарон мельком взглянул на юнца. — Я постою. — Тебе было сказано сесть… — Спасибо, Бурый, дальше мы сами, — вальяжно откинувшись на спинку дивана, Хилл кивком головы указал на место напротив. — Сядь.       Испуганно смотря на Дракона, как на заклинателя змей, паренек примостился с краю, зажимаясь и нервничая. — Повторю свой вопрос: чем ты занимаешься?       От волнения парень забегал глазами по предметам вокруг, примечая удобные диваны, изящный стол, пепельницу и пару тумблер с янтарной жидкостью. — Род твоей деятельности? — Аарон говорил медленно, вкрадчиво, прощупывая почву, чтобы малец не замкнулся в себе. — Ремонт машин. Я механик, — выпалил, прокручивая в голове мысли о возможном использовании этой информации против него. — Откуда ты? — Из Балтимора. — Что делаешь в такой дали от дома? — пододвинув к нему один из тумблеров, Хилл вернулся в прежнее положение, прихватив второй. — Ничего. В отпуск приехал, подышать свежим воздухом, — с подозрением посмотрел на жидкость в сосуде и не решился притронуться к нему. — И сколько вас приехало «подышать воздухом»? — приподнял свой, как бы чокаясь, и сделал неспешный глоток. — Не понимаю, о чем вы? — сглотнул вязкую слюну, чтобы хоть как-то смочить пересохшее горло. — Моя разведка донесла о минимум трех Змеях. Ты — первый…       Томительная пауза и недосказанность заставили юношу занервничать: — Мы против Драконов ничего не имеем. В Сентфоре скрывается наш должник. Нам велено его припугнуть. Завтра после обеда мы покинем город, — протараторил на одном дыхании, не мигая и не шевелясь. — Имя? — Я не знаю. Мне просто указали на машину и все, — посмотрел себе за спину и занервничал еще больше — парни в чёрных кожаных куртках никуда не делись.       В задумчивости Хилл сложил руки на груди, уставившись в край стола: «Мальчишка напуган до мокрых штанов, значит врать не будет. Неужели настолько крупный должник, что они рискнули явиться сюда? Но…» — Аарон.       Дракон поднял свой взгляд на голос. Вишня стоял рядом и выжидающе смотрел на него. Кивнув другу, снова погрузился в свои мысли: «Что-то здесь не сходится. Думай, Хилл, думай!»       Тем временем Вишня вывел змееныша на улицу и прикурил сигарету: — Ты свободен. Можешь ползти по своим делам, — пряча зажигалку в карман, отстранил никотиновую палочку от губ, выдыхая дым изо рта, словно пламя. — Что теперь будет? — мандраж начал потихоньку проходить, но тревога где-то затаилась. — Мы не видели тебя, ты нас — устраивает?       Змей часто-часто закивал головой, как болванчик на торпеде автомобиля во время преодоления полосы препятствий. Вишня ухмыльнулся: они таких претендентов в драконы не берут. Дракон — это сила, мощь, бесстрашие, уверенность в себе и преданность делу, за которое борешься. Тот же Майкл Тернер — молодой, энергичный, амбициозный — отстаивая честь «семьи», безоговорочно лез в драку, а не вот так позорно, поджав хвост, сбегал.       Смотря в спину быстро удаляющегося парня, Дракон покачал головой и выкинул докуренную сигарету. Вернувшись в клуб, осмотрел барную стойку и поднялся наверх. Аарон так и сидел в ложе, погруженный в свои мысли. Сложив руки на столе, смотрел в одну точку, позабыв про дымящуюся сигарету. — Ты превратишься в каменного дракона, если сейчас же не пошевелишься. — Вишня, у меня дурное предчувствие… — Да что может сделать этот слизняк? — указал большим пальцем себе за спину. — Он уже ускользнул домой менять подштанники. — Надо быть начеку, — сделал последнюю затяжку и затушил сигарету в пепельнице, протянул руку к виски, но замер, не коснувшись стекла губами. — Я буду у себя, — поднялся и не спеша ушел.       Вишня потер лицо руками и зачесал вьющиеся волосы назад, чуть оттянув. Подошел к парапету и облокотился на наго, окинул взглядом пространство внизу: сцена, танцпол, барная стойка, столики, диванчики. «Да что может случиться?»

***

      Дверь в прихожей хлопнула, оповещая жильцов о приходе домой сожителя. Как только его силуэт показался в межкомнатном проёме, мужчины, смотревшие телевизор, синхронно усмехнулись: — Что, уже нагулялся? — В этой глуши делать нечего, — присел в свободное кресло и расслабился. — Когда уже обратно поедем?       Один из мужчин посмотрел на наручные часы, что-то высчитывая в уме: — Можем идти на дело, а утром после проверки свалить отсюда.

***

      Под шум дождя не всегда сладко спится, особенно когда тебе уже пора выбегать из теплого дома в холодные объятья ливня. — Пап, ты можешь меня до школы довезти? — Сара убирала вымытую чашку в сушку. — Конечно, — сложил газету и встал из-за обеденного стола. — Через пять минут у выхода. — Спасибо, — обняла отца, прижимаясь носом ему в грудь, — я быстро, — отстранилась и побежала к себе в комнату.       Добежать от крыльца до машины… в ливень… не промокнув… Шутите? Нет шансов…       Быстро заняв свои места и пристегнувшись, семья О'Нил, намокшая, но счастливая, шутя и смеясь, завели машину и выехали на дорогу. Дворники еле справлялись с потоком воды, видимость желала лучшего, но из радиоприемника звучали зажигательные песни, что значительно перевешивало чашу весов в положительную сторону. Подпевая и пританцовывая на своем сиденье, Сара, прикрыв глаза, наслаждалась моментом. Утренняя тревога пропала, позволяя немного расслабиться и улыбнуться.       Мельком посматривая на дочь, мужчина сосредоточенно вел машину, немного улыбаясь. Музыкальным слухом природа его обделила, перескочив через поколение и уютно устроившись в его малышке. — Что-то не так, — прошептал мужчина, но достаточно громко, чтобы его услышал пассажир, сильнее сжимая руль и безостановочно нажимая на педаль тормоза. — Что случилось, пап? — испуганно посмотрела на отца, а затем на лобовое стекло, за которым виднелся светофор, мигающий жёлтым и готовый вот-вот переключиться на красный.       Утренняя тревога, усилившись в сто крат, накрыла с головой. Перекресток все ближе, а автомобиль не тормозил. Скорость небольшая, видимость плохая, дорога скользкая… отсутствующие тормоза… Вжавшись в кресло и обхватив ремень безопасности двумя руками, Сара еще раз кинула быстрый взгляд на отца, что судорожно жал на педаль тормоза, вдавливая ее в пол, и перевела его на лобовое стекло.       Стоп линия… Перекресток… Яркий свет фар справа и удар… — Сара… Сара… Милая… Пожалуйста…       Боль… Звон в ушах… Расплывающиеся картинки… Яркие сине-красные вспышки, раздражающие глаза. — Сара — это Дерек… Ты слышишь меня? Все будет хорошо…       Веки отяжелели, не позволяя свету попадать на сетчатку глаза. Шум дождя заглушал внешние звуки и звон в голове.       Машина припарковалась у обочины, двигатель работал, фары были выключены, чтобы не привлекать лишнего внимания. Дворники спешно смахивали бурные потоки воды со стекла, улучшая обзор перекрестка. «Вот, чёрт… Что я наделал? Я убил девчонку…» — откинувшись на спинку заднего сиденья, парень схватил себя за голову, ошарашено смотря через струи воды на лобовом стекле. Кровь отлила от лица, дыхание остановилось, а сердце при падении пробило днище автомобиля. — Можем ехать, — усмехнувшись, подал голос водитель, — босс будет нами доволен, — посмотрев в боковое зеркало, развернул машину через две сплошные полосы и направил на выезд из города, по пути включив фары.