Фейерверк

Первое, что напрягло Дженни, после переселения к учителю — это безделье. Ее больше не заставляли тренироваться и девочке пришлось заниматься тайным самообучением. Именно тайным, ведь рыжая думала, что этот громила ненавидит танцы. Дженни и не подозревала, что он продолжает за ней приглядывать даже тогда, когда она его не видит. И все же, из этого вытек ещё один, не менее важный вопрос. Почему Гемей-сан так о ней заботится? Она же не такая красивая, какой был ее братик. Но все вопросы пропали, когда до нее, спустя какое-то время, дошло, что Химеджима просто слеп. Точнее, все, кроме одного. Где Крис. Верить в то, что брат мертв, Дженни не хотела. Она не видела, как его убили, поэтому намеревалась найти и спасти. Когда Дженни исполнилось восемь лет, Гемей подошёл к ней и положил руку на плечо, чем привлек внимание. Ладонь казалась огромной даже по сравнению с головой девочки, что уж говорить про само плечо. — Милая, — мягко обратился он, по-отцовски улыбаясь. Сербхас почти привыкла к этой мягкости, — не желаешь ли ты начать тренироваться, как Канаэ? — Дженни опешила. Она и не думала, что ей это предложат, поэтому какое-то время молчала. «Канаэ мне нравится, — подумала она, вспоминая, как сверстница однажды подарила ей васильки, мило улыбаясь, — в отличие от сестры, — Шинобу и вправду раздражала порой. В голове всплыло событие трехдневной давности, когда младшая Кочо из вредности не стала делиться ягодами. Дженни не сказала об этом учителю, но обидно было, — впрочем, хотя бы не буду бездельничать до вечера. Да и шанс найти брата так повысится в разы.» — Я согласна, — уверенно сказала она после небольшого количества рассуждений и даже кивнула, подтверждая свои слова. Гемей это почувствовал и улыбнулся. — Хорошо. Тогда переоденься скорее и беги на задний двор, ладно? — девочка тут же скрылась и заметила на своем шикибатоне форму. «Откуда она здесь… Неужели отец знал, что я соглашусь? — она и не поняла, что нарекла Гемея отцом, — ладно, долго ждать он, скорее всего, не будет,» — Сербхас быстро запрыгнула в форму и снова выбежала из комнаты. Гемей ждал ее. Охотник повернулся, когда услышал бег, и улыбнулся. Канаэ тоже повернулась к подруге, улыбаясь также мягко. — Здравствуй. Ты готова? — уточнила она. Дженни закивала встала рядом. «Я обучусь сражаться и стану такой же сильной, как Гемей-сан, а затем найду брата! И вместе мы отомстим за родителей.» Только вот почти все ее фантазии были разрушены через минуту, когда Канаэ сбила ее с ног. — Ты в порядке? — уточнила девочка, протягивая ей руку.Дженни нехотя приняла помощь и поднялась, отряхиваясь от пыли. Недовольная неудачей, Сербхас хмуро уставилась на подругу. — Все хорошо. Давай продолжим, — серьезно сказала девочка и снова встала в боевую стойку. Канаэ покачала головой и мягко улыбнулась. — Не стоит, милая, — от этих слов асильный триггер пробил рыжую, отчего ее переклинило, — давай сначала я объясню тебе, как правильно. Сначала давай я медленно покажу, что делала, — Дженни молча наблюдала за ней. Бабочка поднырнула под бок рыжей и схватила за руку, а затем перенесла вес и перекинула ее снова, но в этот раз все было намного медленнее. Дженни с трудом подавила раздражение и снова поднялась, в этот раз игнорируя пыль на одежде. — Спасибо, — сказала она, подавляя раздражение, — я поняла. Канаэ улыбнулась и снова попыталась атаковать. Дженни сделала шаг назад, уворачиваясь, но запнулась о камень за спиной, из-за чего она упала и снова оказалась поверженной. Это напрягло Гемея и он подошёл к ней. — Милая, все хорошо? — поинтересовался учитель, помогая девочке подняться. Дженни опустила взгляд, уже готовая, что ей снова прилетит за неудачу, как было раньше. Но этого не последовало, что насторожило ее вновь. — Да, — неуверенно сказала она, — все хорошо. У меня получится. Гемей улыбнулся и погладил ее по голове, из-за чего девочка совсем сконфузилась, не зная, как на это реагировать. — Все хорошо, — сказал он, пытаясь успокоить малышку, — я не сомневаюсь. Но тебе стоит учитывать не только действия противника, но и окружающую среду. Прислушайся. Дженни совсем ничего не поняла, но кивнула. «Прислушайся… И что мне с этим делать? Совсем ничего не понимаю. Я же не пою. И не говорю. Так что я должна услышать?» Оставив эти мысли, девочка снова сосредоточилась на драке. Но теперь она не смотрела в глаза сопернице, а наблюдала за ее ногами. «Не напрягайся. Иначе становишься деревянной, — послышались в голове наставления матери, — будь легче.» Им в противовес встали движения Кочо, которая напрягала ноги, причем сильно. Из-за этих раздумий она пропустила удар и снова упала на землю, в этот раз тяжелее, отчего ненадолго перед ее глазами потемнело. Мир вокруг завертелся, но девочка снова поднялась. Гемей выглядел расстроенным, что начало раздражать Дженни. — Не стоит, — мягко сказал он, — отдохни, — парень хотел проводить девочку домой, но та отказалась. — Я буду тренироваться до тех пор, пока не получится! — сердечно заявила она. И в итоге тренировалась до самого вечера, пока не начала задыхаться от усталости. Даже Канаэ уже давно закончила тренировку, хотя обучается дольше. На трясущихся от непривычного напряжения ногах Дженни добралась до своей комнаты и, не умываясь даже, упала на кровать, мгновенно погружаясь в сон. Все время сна она чувствовала себя как в водовороте, хотелось есть и тошнило одновременно. Девочка ворочалась и хмурилась, а под утро еле открыла глаза. Озноб бил малышку, все тело дрожало и очень хотелось плакать. Дженни еле поднялась на трясущихся руках, но на ноги так и не смогла сменить опору. Сербхас опустила голову на подушку. Хотелось пить, а голову будто сдавливало. Она даже не услышала, как к ней подошёл отец и мягко коснулся плеча. Он уже открыл рот, чтобы позвать ее на тренировку, как почувствовал дрожь в ее теле и неестественный жар. Химеджима сразу понял, что она заболела, и погладил ее по голове, чем немного успокоил боль. По его щекам потекли слезы. — Бедное дитя… Так старалась, что теперь страдаешь. Я помогу тебе поправиться, — он продолжил гладить ее, из-за чего Дженни снова погрузилась в сон. Очнулась она когда солнце уже стояло в зените, через пару часов. Гемей менял девочке влажную повязку на лбу, что-то беззвучно нашептывая. Дженни пошевелилась, пытаясь устроиться удобнее, и парень тут же улыбнулся. — Ты уже очнулась. Какое счастье, — наставник протянул ей стакан с приятно пахнущей жидкостью, — выпей, милая. Дженни послушно отпила содержимое и слегка сморщилась. Вопреки ожиданиям напиток оказался кислым. Но тепло успокаивало и уменьшало боль, погружая девочку в лёгкое опьянение. Дженни прикрыла глаза, чтобы не тратить силы зря. — Папа, — затуманенный разум не позволял выбирать выражения, поэтому слабый голос озвучивал первое, что приходило на ум, — ты злишься? — тихо уточнила она, что удивило охотника. — Конечно же нет, милая, — ответил он и мягко улыбнулся, — разве можно на тебя злиться? Ты так старалась и делала все, что в твоих силах. А в болезни ты не виновата. Бедная моя…- Гемей погладил ее щеку. Дженни слабо улыбнулась и снова закрыла глаза. Только вот температура все не спадала. Парень помогал ей, как мог, но ничего не работало. Девочка провалялась в кровати весь день и проснулась снова лишь под вечер. В этот раз Гемея рядом не было, чем она воспользовалась. «Да, сейчас я болею, но потом тренировки восстановятся. Нельзя опозориться снова. Потанцую немного. Так проще думать.» На следующий день девочка снова не смогла встать с кровати, из-за чего Гемей совсем потерялся. Ни одно из лекарств не помогало, а спасти приемную дочь хотелось всем сердцем. Канаэ заглянула в комнату и позвала отца, когда заметила, что Дженни спит. Химеджима все же вышел в коридор и понял, что здесь обе сестры Кочо. — Гемей-сан, — Канаэ поклонилась, Шинобу следом, — мы знаем, какое лекарство может помочь. Но для этого нам нужно сходить в город. Вернёмся только завтра. Отпустите ли вы нас? Химеджима улыбнулся и заплакал от умиления, а затем кивнул. — Конечно, милые мои. Я так счастлив, что вы так добры, — он крепко обнял обоих сестер. Младшая еле сдержала раздражение. В итоге девочки скрылись, а глава этой семейки пошел молиться о здравии рыжей девочки. Кочо покинули поместье, что Дженни увидела через окно, а затем, игнорируя вялость во всем теле, малышка собралась с духом и снова спустилась на задний двор, уверенная, что никто не заметит пропажи. Сербхас снова закрыла глаза и выдохнула, расслабляясь. А затем прислушалась к своему телу. «Танцевать нужно от души, по велению сердца, — девочка прислушалась к сердечным ударам, а затем забыла про болезнь, — ни о чем думать нельзя. Только изображай. И не отвлекайся, даже если потолок упадет на голову.» Дженни сделала аккуратный и плавный шажок правой ножкой, а затем плавно перенесла вес. Движения были изящными, но простыми — сложные выучить она не успела. Девочка повернулась боком и закружилась в потоке собственных движений. Рыжая продолжала так танцевать и не заметила, что кто-то подошёл к ней. Лишь когда танец закончился, девочка вздрогнула от внезапных аплодисментов. А затем отец опустился перед ней на корточки, мягко улыбаясь. — Милая, это был прекрасный танец, — сказал он, — но ты болеешь. Тебе нужно лежать, — Дженни виновато опустила голову, но Гемей снова поднял ее, а затем обнял, — я просто беспокоюсь. Тебе может стать хуже. А раз ты любишь танцевать — мы можем объединить это с твоим стилем. Девочка уставилась на него, хлопая глазами, но спрашивать про стиль не стала — голова снова закружилась. Химеджима взял ее на руки и понес в комнату, где Дженни окончательно отрубилась. На следующий день сестры Кочо вернулись и Сербхас, наконец, получила долгожданное лекарство, которое вскоре начала действовать. А значит, теперь она может приступить к тренировкам вновь.