Cor Cordium

Арми затаил дыхание, когда в комнату вошёл Батиат с распахнутыми для объятия руками. — Сынок, — сказал он, прижимая к себе Хакса и похлопывая его по спине. — Здравствуй, отец, — поздоровался Арми, сдержанно ответив на объятия. — Поездка была успешной? — Ещё какой, — Батиат принял поднесенный слугой стакан вина и осушил его в два глотка. — Член Юпитера, ну и жара! Я купил пять рабов. Сильных. Крепких. То, что нужно для разминки перед боем с Феоклом. — Рад это слышать, отец, — сказал Арми. Батиат искоса взглянул на него. — Надеюсь, ты не собираешься развлекаться с ними, как с Кайло Реном? — в его голосе прозвучала угроза. — Разумеется, нет, — Арми приподнял подбородок и сложил руки за спиной. — Все, что между нами было, уже в прошлом. Кайло слишком увлёкся Марцией. Мне кажется, нынче только она его беспокоит. Батиат кивнул и подошёл вплотную к сыну. — То есть ты признаешь, что позволял рабу себя трахать? — спросил он, скривившись. — Не позволял, — Арми приподнял бровь. Несколько мгновений Батиат пристально на него смотрел, потом расхохотался и похлопал Хакса по плечу. — Я рад, что Рен для тебя перевёрнутая страница, — произнёс он. — На миг мне показалось, ты в него влюбился, но раз я ошибся… — Батиат кашлянул и принял серьёзный вид. — Как бы там ни было, Ливия не должна ни о чем знать. Завтра день твоего двадцатого дня рождения, день, когда ты станешь мужчиной и впервые познаешь любовь с достойной женщиной. Арми пошатнулся. — Что? — выдохнул он, чувствуя, как шумит в висках. Батиат сощурился. Реакция сына от него не укрылась. — Ты должен трахнуть Ливию завтра вечером, — отчеканил он. — Соблюдая древнюю традицию, которую чтит вся Капуя и в особенности Федерико, отец Ливии. — Отец, но завтра я впервые ее увижу! — воскликнул Арми. Батиат подмигнул, повернулся и хлопнул в ладоши. Слуги распахнули двери, и в помещение вошла девушка с ярко-красными волосами, одетая в нежно-голубую тунику. Ее пронзительные глаза сверкали синевой и смотрели прямо на Хакса. — Армитаж, позволь представить тебе Ливию Корнеро, — торжественно сказал Батиат, подходя к девушке и беря ее кисть в свои руки. — Я рада видеть вас, Армитаж, — сказала Ливия. — Мое почтение. Батиат вложил руку Ливии в ладонь Арми и выразительно посмотрел на сына. — Мое почтение. Слухи о вашей красоте оказались ложными. Вы гораздо прекраснее, и не найдётся слов, чтобы описать, насколько я очарован вами, — произнёс Арми с детства заученный текст и поцеловал прохладную кожу руки Ливии. Девушка улыбнулась так, как будто ей в жизни никто не делал комплиментов. — Ваши речи мёд для моих ушей, — сказала она. — Вы мне очень нравитесь, Армитаж. Я с нетерпением жду завтрашний праздник. А это, — она указала на слугу, держащего в руке меч с рукояткой, инкрустированной драгоценными камнями, — мой скромный подарок к вашему двадцатилетию. Арми принял меч, проверил баланс и несколько раз крутанул в руке, за полгода отвыкшей от оружия. Пожалуй, не помешает немного попрактиковаться. — Благодарю вас, о лучшем подарке я и не мечтал, — сказал Армитаж, передавая меч слуге. — Отнеси его в мои покои, — велел он. — Превосходно, — Батиат хлопнул в ладоши, — завтра мы отпразднуем день рождения моего сына, а совсем скоро сыграем свадьбу, и у меня будет двое детей. — Как и у моего отца, — деликатно рассмеявшись, добавила Ливия и вновь посмотрела на Хакса. – До скорой встречи, Армитаж. Надеюсь, ваш день рождения станет незабываемым. Ее глаза вдруг вспыхнули страстью, и она, чуть поклонившись, направилась к двери. У Арми ком стоял в горле, он даже не находил в себе сил, чтобы попрощаться. — Вот ты и увидел ее, — сказал Батиат сыну. — И я не желаю больше слышать дурацких отговорок, понятно? Завтра Ливия выйдет из твоих покоев счастливой и удовлетворённой, а после нас ждёт свадьба, какой ещё не видела Капуя. И мы породнимся с самими Корнеро! Я пью за светлое будущее дома Батиата! — он осушил ещё один стакан. — Кайло, Крикс, вы работаете в паре! — отдал приказ наставник. Кайло стиснул зубы и направился к Криксу. Сегодня он сражался отвратительно — все мысли были заняты Арми и его встречей с отцом. Армитаж обещал прийти вечером и все рассказать, а до вечера ещё так далеко… Сердце Кайло разрывалось от волнения, и все утро он тщетно пытался унять тревогу за любимого. — Я слышал, вместе с Батиатом приехала невеста нашего юного ланисты, — сказал Крикс, крутя в руке меч. Эта новость выбила почву из-под ног Кайло Рена. Он замер, перестав воспринимать реальность, и чуть не пропустил удар Крикса. Отразить его смог только благодаря отточенной до автоматизма реакции. — Да уж, теперь у Армитажа появилась новая дырка, — продолжал Крикс. — Скоро он женится на этой девке, и ты ему будешь не нужен. Ощутив прилив ярости, Кайло бросился в атаку и нанёс Криксу серию ударов, которую тот едва сумел отбить. — Задел за живое? — оскалившись, спросил он. — Больше ты не сможешь ходить к нему в ванну и сосать его член. Теперь это обязанность его супруги. — Заткнись! — рявкнул Рен. Его глаза затмила кровавая пелена. Отбросив меч, он с криком кинулся на противника и сомкнул руки вокруг его горла. Ухмылка мигом исчезла с лица Крикса, он зашипел и, выронив собственный меч, вцепился в запястья Кайло. Вцепился обеими руками, потому что Кайло полностью перекрыл ему доступ к кислороду. Крикс запаниковал, казалось, впервые с тех пор, как попал в лудус. Кайло не думал о последствиях, не думал ни о чем в принципе. Он повалил Крикса на землю и продолжил душить, желая лишь одного — чтобы он перестал говорить про Арми, перестал даже упоминать это имя. — ВСТАТЬ! — раздался громогласный голос наставника. Кайло не послушал. Он наблюдал, как Крикс хрипит под ним, и сильнее стискивал пальцы. Вдруг его плечо ожгло такой болью, что Рен рухнул на землю рядом с Криксом, вцепившись в руку, на которой багровел шрам от удара плеткой. Подняв глаза, он увидел стоящего над ним наставника. — Я сказал встать! — рявкнул Эномай. Все ещё держась за плечо, Кайло подчинился, бросив полный ненависти взгляд на Крикса. Тот тяжело дышал и откашливался. Эномай отвернулся от Рена. — Барка! — крикнул он через всю площадку. — Помоги Криксу дойти до лекаря. Пусть его осмотрят. Наставник вновь посмотрел на Кайло. — То, что ты сделал, — начал он, — является нарушением правил боя гладиаторов. Мы сражаемся оружием, а не голыми руками. Почему ты отбросил свой меч? Кайло не ответил. Его тело била крупная дрожь, он приходил в себя после приступа ярости и с трудом мог говорить. — Он обезумел! — воскликнул Крикс, поднимаясь с помощью подбежавшего Барки. — Накинулся на меня и душил, словно пытался по-настоящему убить. Член Юпитера, Рен, мы ещё не на арене! — Заткнись! — не смог сдержаться Кайло. — Заткнитесь оба! — приказал Эномай и повернулся к Кайло. — Рен, ты наказан. Остаток дня проведёшь в позорной яме, а после отправишься в тюремную камеру, где останешься до следующего вечера. — Но завтра двадцатилетие Армитажа Хакса! — вырвалось у Кайло. Он заметил, как ухмыльнулся Крикс при этих словах. — Что ж, тебе придётся пропустить праздник, — отрезал Эномай. — Это послужит тебе уроком. Сердце Кайло упало. Он не мог не прийти на день рождения Арми. Там ведь будет и Батиат, и Ливия. А вдруг ланиста что-то сделает, вдруг любимому потребуется помощь? Надо придумать, как выбраться из тюремной камеры. Но ледяной взгляд Эномая подсказывал, что это будет не просто. — То есть как не знаешь, где Кайло Рен? — спросил Арми. — Его нет на тренировочной площадке, — в третий раз повторил стражник. — В столовой и умывальной тоже. — Его камеру смотрел? — настаивал Арми. — Смотрел, доминос, — кивнул стражник. — А с наставником Эномаем говорил? Стражник отвёл взгляд. — Нет, доминос, — признался он. — Что? — воскликнул Арми. — Почему? Ни о чем сам догадаться не можешь, везде требуется мое распоряжение? Стражник испуганно молчал. — Ладно, ступай. Я сам пойду к Эномаю, — решительно сказал Армитаж. Он бросился бежать по коридору. Ему нужно было срочно увидеть Кайло и обсудить Ливию, придумать план действий… Если он не успеет предупредить любимого до завтра, все пропало. Кайло Рен никогда не простит ему предательства. Арми выбежал прямо на тренировочное поле и стал лихорадочно оглядываться по сторонам. Всюду сражались гладиаторы, но среди них не находилось того единственного, кто был по-настоящему нужен Хаксу. Арми решительно направился к Эномаю, стоящему посреди поля с хлыстом в руке. Увидев сына ланисты, Эномай почтительно склонил голову в приветствии. — Чем я могу помочь, доминос? — спросил он. — Рен, — выпалил Арми. — Кайло Рен, почему он не тренируется? Эномай нахмурился. — Час назад Кайло нарушил правила боя, напав на Крикса и чуть его не задушив, — ответил он. В его голосе отчетливо слышалось разочарование. — Сейчас он отбывает наказание. — Где? — воскликнул Арми, не владея собой. — Скажи мне, где он! — Так и думал, что найду тебя здесь, — раздался за его спиной голос Батиата. Он подошёл к Армитажу и посмотрел ему в глаза. — Твой интерес к гладиаторам похвален, сын, но не стоит забывать о завтрашнем торжестве. Тебе нужно готовиться. Идём скорее, я уже пригласил купцов, чтобы они показали нам украшения. Необходимо выбрать одежду и кушанья к столу. — Отец, я… — начал Арми. — И не спорь, — Батиат хлопнул его по плечу. — Завтра мой сын станет мужчиной, все должно пройти наилучшим образом. Мы сделаем все, чтобы твоя будущая невеста по достоинству оценила удовольствия дома Батиата. Идём скорее. С гулко бьющимся сердцем Арми последовал за отцом, гадая, выпадет ли сегодня хоть одна свободная минутка, чтобы разыскать Кайло.