drabbles ot7

Хосок стоит на каменных ступенях, ведущих к буддистскому храму, и смотрит на широкое лазурное небо, нависающее над древним зданием. Где-то у входа звенит колокольчик, оповещающий о порыве ветра. Розовые лепестки срываются с вишнёвого дерева и летят куда-то вдаль, ограничивая обзор. Когда ветер затихает, Хосок видит перед собой её. Чудесная, как будто застрявшая во времени, подобрав под себя ноги, перед молитвенными табличками сидит девушка, короткие чёрные волосы едва достают до плеч. У неё в руках курящаяся палочка, плечи опущены, голова склонена в молитве. Хосок снимает обувь и стягивает с лохматой головы кепку, берёт у входа палочку для курения, поджигает и садится рядом. Он просит у предков счастья. Простого. Мальчишеского. Неважно, что ему только двадцать восемь и впереди ещё вся жизнь, ему очень хотелось больше никогда не возвращаться в пустой дом. Он ставит палочку и берёт пустую табличку, пишет мелом не торопясь, обдумывая каждый штрих написанного. «Не быть одиноким», — вдумчиво смотрит и ставит перед собой. Ещё раз склоняет голову и отправляет запрос — куда-то куда ему недоступно — никогда больше не быть одному. Уходить отсюда совсем не хочется. По храму разлетается тонкий звон колокольчика, в воздухе пахнет благовониями и цветущими деревьями. Девушка рядом с ним молчаливо улыбается и уходит. Хосок кладёт руки на колени, пытаясь запомнить каждую секунду происходящего — у него давно не было так тихо на душе. Хосок оглядывается и видит на полу женский шарф. Лёгкая ткань, извиваясь как змея, лежала на каменном полу, следуя направлению сквозняка. Парень резко вскакивает, запрыгивает в ботинки, подминая пяткой задники новой брендовой обуви, и спешит вниз по лестнице. Девушка стоит у подножия лестницы, рассматривая ленточки, завязанные на ветвях молодых деревьев. — Вы забыли, — запыхавшись, обращается к ней Чон и протягивает шарф. — Ой, — девушка растерянно смотрит на свои плечи. Хосок понимает, что незнакомка только сейчас заметила пропажу. — Спасибо. Неловко смотрят друг на друга, а потом девушка говорит самое страшное из того, что Чон Хосок может услышать. — Я Вас узнала, — видит испуг на его лице. — Простите, — делает поклон и пытается уйти. — Да подождите Вы, — останавливает её айдол, — тем проще. Вы знаете, кто я, а я Вас совсем не знаю. — Я Пак Аран, — девушка проводит пальцами по одной из лент и улыбается, — я простая официантка. Скучная работа. На при храмовом участке никого не было, пару монахов переговаривались, занимаясь рассадой. Ещё несколько туристов-одиночек, разглядывающих архитектору строений, ходили по территории монастыря. В будний день другого ожидать не следовало. — Хотите пообедать? — обращается Хосок. — Я угощаю. Девушка удивлённо вскидывает брови и ничего не отвечает, просто отворачивается к дереву. Берёт одну ленту и завязывает на ветке. Затем берёт ещё одну и протягивает Хосоку. — Загадайте желание, — взгляд открыт и располагает к себе. — Самое заветное. — У меня как раз такое есть, — Хосок завязывает ленту и снова смотрит на свою новую знакомую. — Я пугаю Вас? — Что? — девушка удивляется ещё больше. — Просто поверьте, я точно Вам не нужна. Хосок хмурится. Как и всегда, его слава шла на несколько шагов вперёд. Она несла с собой ту информацию, которая не имела ничего общего с тем Чон Хосоком, которым он был на самом деле. — Как Вы можете это знать, если я сам не знаю, что мне нужно, — он пытается ещё раз, — Вы пообедаете со мной? Девушка пронзительно смотрит в глаза, будто ищет там ответ. — Хорошо. Обед так обед, — она подходит ближе. — Но давай перейдём на ты. Я не старше тебя. За тарелкой горячего супа Хосок с удовольствием слушает о жизни, которая была ему недоступна: о пикниках на побережье, велосипедных прогулках и незамысловатых вечеринках с друзьями. Места, в которых Хосоку точно не было возможным найти покоя и радости. Аран с удовольствием слушала о жизни айдола. О том, в каких местах Хоби удалось побывать и с какими людьми познакомиться. Вопрос ограничений Хосок тактично опустил. Наблюдая, как девушка вылавливает палочками куски мяса из бульона, Хосок поражённо заметил, как в месте, где встречается небо и земля, встретились два человека, точно таких же, из абсолютно разных миров. — Мне уже пора, — Хоби сбрасывает уже третий звонок от менеджера, — меня ждёт машина. — Он натягивает маску на лицо. — Я вернусь сюда в следующем месяце. Сегодня четверг? В четверг следующего месяца. Вдруг ты тоже будешь здесь? Пока! — машет рукой легко, но на самом деле с тяжёлым сердцем оставляет девушку, с которой бы хотел провести ещё как минимум вечность. *** Обстоятельство поменялись. Как бы не хотелось Хосоку, но ни в один из четвергов следующего месяца ему не удалось оказаться на ступеньках, ведущих к храму. Сначала он мучился от этого, всё тело зудело от желания быть в другом месте. И вот, когда спустя почти три месяца, Хосок, как и обещал, поднимается по холодным каменным ступеням вверх, листва деревьев уже уверенно зелёная и воздух давно не пахнет цветами. Поднимается в помещение, с сожалением осматриваясь вокруг, разувается и берёт палочку. Садится перед табличками и раскуривает её, направляя взгляд куда-то сквозь стены, в то место, куда никому из живущих доступа нет. Воздух был душным. Лето было ужасно жарким и ветра почти не было. Хосок проводит по виску, собирая пот со смуглой кожи. В уголках глаз жжёт, и парень закрывает глаза, чтобы не дать волю чувствам. Ни к чему это было. Разговаривая с предками, он так сильно желает, чтобы его просьба исполнилась, что сам не понимает, как начинает шептать просимое вслух. Звенит колокольчик, его звон разносится по зданию, ударяясь об стены. Ветер приносит покой измученной зноем коже. Что-то шуршит и Хосок открывает глаза, чтобы посмотреть на причину шума. Поворачивая голову, он видит перед собой Аран. Она такая же, какой он видел его в их первый день встречи. Смотрит в глаза, обещая целый мир, а затем зажигает свою палочку и склоняет голову в молитве. Хосок не верит себе, трёт усталые глаза, но девушка никуда не исчезает. Они молча поднимаются и выходят. Спускаясь, переплетают руки в объятьях. Вновь оказываясь у дерева с лентами желаний, Хосок начинает разговор первым. — Я опоздал, — он верит своему счастью с трудом, как же их вновь угораздило оказаться здесь вместе? Прошло так много времени… — Я приходила сюда каждый четверг, — будто читая мысли, тут же отвечает Аран. — Я как будто знала, что ты задерживаешься. Он смотрит на неё с восхищением, не зная, как найти себя от счастья. Девушка улыбается чему-то своему, но в то же время общему между ними двумя. — Загадаем ещё одно желание? — она берёт одну ленточку и смотрит на Хосока. Хоби машет головой, отказываясь. — Самое главное у меня уже есть.