Double caramel latte

Каждый к определенному возрасту расставляет в своей жизни приоритеты. Кто-то раньше, кто-то позже. У одних это — семья, у вторых — развлечения, у третьих — карьера. Я уже много лет четко следую третьему. Моя работа… Она — планета, а я — ее спутник, не сходящий с заданной орбиты. И я знаю, что это никогда не изменится. Даже после того, как я встречу тебя.

Полицейское отделение работает чуть ли не круглые сутки в бешеном темпе. В коридоре царит суета, соответствующая времени. Полдень. Работа кипит. Среди гула голосов и шороха бумаг по полу ритмично отстукивается звук высоких каблуков. Девушка-секретарь спешно направляется к нужной двери с высеченной на ней табличкой с должностью и фамилией сотрудника. С коротким стуком она заглядывает внутрь: — Тебя к стационарному. — Кто? — отзывается мужчина, нависший над рабочим столом с бумагами в руках. — Налоговый инспектор из главного отделения. Секретарша ловит вопросительный взгляд, в ответ на который лишь пожимает плечами: пока неизвестно, с чего вдруг оперуполномоченный детектив понадобился налоговому инспектору. Она уходит, а мужчина вынужден оставить с трудом отсортированную макулатуру на столе. Он коротко вздыхает, окинув взглядом переполненную мусорную корзину — она доверху забита пустыми стаканчиками из-под кофе, выпитые за весь предыдущий день и ночь. Дело с поимкой наркоторговца знатно помотало нервы. У него давно не было таких продолжительных расследований, и это было бы даже очень увлекательно и интересно, будь он лет на десять моложе. В итоге местонахождение притона с трудом, но найдено, главный дилер пойман за руку, а дело передано в прокуратуру. Наконец-то можно было отдохнуть и отоспаться, но прежде необходимо отдать некоторые документы начальнику, а заодно, в процессе их поиска на столе среди наведенного бардака, прибраться. Детектив выходит в коридор и направляется в след за удалившейся секретаршей. — Чего тебе после бессонной ночи не спится? — нагоняет его коллега, по совместительству товарищ по службе и просто хороший друг — Пак Соджун. — Начальник тебе вроде дал отгул на день. — Доделаю кое-что и сразу отгуливать. — Ну хорошо, ты только давай, хорошенько отдохни. Вечерком выпьем с парнями, отметим, а? — Пак заговорчески щурится, хлопая друга по плечу. — Можно. Удовлетворенный ответом Соджун остается позади, а детектив спешно доходит до висящего на ожидании телефона. — Департамент полиции Сеула, детектив Ким. Слушаю. — Окружное подразделение налоговой инспекции, инспектор Чон, — с наигранной вычурностью звучит чертовски знакомый голос. — Тэхен, это я, можно без пафоса. — Хосок? Почему не на мобильный? — Дело у меня к тебе есть, которое лучше не обсуждать по мобильной связи. Тэхен хмурится и понижает тон, чтобы его никто не услышал. — Что за дело у налоговой может быть напрямую к оперативнику? — Ну, скажем так, не совсем «официальное», — «незаконное» — понимает Тэхен. — Будем считать, что я прошу тебя о дружеской помощи. И нам лучше встретиться где-нибудь, чтобы обсудить это.

___

Отгуливать законный выходной детектив Ким идет не в свою квартиру к соскучившейся за трое суток постели, как планировал, а в чертову кофейню на другом конце города. Над головой звенит колокольчик, а девушка за барной стойкой приветствует нового посетителя. Тэхен решает, что выпитого за последние сутки кофеина ему достаточно, поэтому проходит мимо нее вглубь помещения. За дальним столиком у стены его уже ждет Хосок с белой кепкой на макушке, козырек которой в случае конспирации натягивают до носа, но этому парню без разницы — его прикид сам по себе непробиваемая конспирация, потому что мало кто при словосочетании «налоговый инспектор» представляет себе парня, одетого в ярко-красные спортивки адидас. Для середины зимы эта одежда слишком легкая, но Тэхен видел его машину, когда парковался поодаль, поэтому вопрос отметается. Сам он, будучи на авто, даже если нужно пройти пару метров до магазина или кафе, предпочитает верхнюю одежду не снимать. — Привет. Хосок отрывается от экрана ноутбука и устремляет заметно утомленный, но горящий взгляд на детектива, севшего напротив. Ким замечает на столе помимо ноутбука два стакана кофе. — Привет-привет, — улыбается друг, пододвигая один стаканчик к нему. — Я тебе кофе купил. — Признателен, — отзывается Тэхен, расстегивая верхние пуговицы темно-коричневого пальто, за которым просвечивает белая рубашка. — Ну, рассказывай. И Хосок, коротко оглянувшись вокруг, закрывает крышку ноутбука и упирается локтями в поверхность стола. Тэхен тоже отрывается от спинки стула, понимая, что говорить Хосок свои неведомые секретики будет негромко. — Скажи-ка, как ты относишься к Чон Дживону? Тэхен на секунду подвисает и с откровенным недоумением глядит на друга, который всерьез ждет его ответа. — К мэру? Да нейтрально. — Хосок смотрит на него выжидающе, а детектив слегка напрягается, когда осторожно озвучивает догадку: — Твое дело касается мэра? Со стороны входа доносится звон колокольчика. К обеду кофейня заполняется посетителями. Хосок достает из сумки под столом папку документов. — Дней десять назад мне, как эксперту, передали одно дело. Надо было разрешить некоторые нюансы в расчетах. Тут все по стандарту, смотри, — он открывает нужную страницу и указывает на таблицу с цифрами. — Вот выделенная на проект сумма, а вот фактически ушедшая, затем итог: сколько возвращено обратно в бюджет, а сколько заимствовано дополнительно. Расхождений либо нет, либо они незначительны. Все эти фирмы, на проекты которых выделяются средства, косвенно или напрямую принадлежат «Jung Group», владелец которого — Чон Дживон. И вот здесь я тоже сначала не понял, в чем загвоздка и с чем я должен разобраться, пока не сложил все эти расхождения за последние четыре года. — Годы правления Дживона? — озвучивает догадку Тэхен. Хосок кивает. — Да. Получилась вот такая цифра. Тэхен хмуро смотрит на сумму с восемью нулями и откидывается назад, хмуро смотря на друга и готовя логичный вопрос. Но инспектор его опережает: — Я знаю, о чем ты хочешь спросить. Почему я не обратился с этим к следователю? — детектив заинтересованно склоняет голову. — Я пошел к нему сразу, как только сделал эти расчеты. Но он сказал, что этого недостаточно для возбуждения дела. — Почему? — Проблема в том, что я так и не нашел счета, куда перечисляются пропавшие деньги. Они как будто исчезают. — Они не могут просто исчезнуть. — В том то и дело. Я уже отчаялся в поисках, — и по его осунувшемуся лицу это отлично видно. Хосок трет пальцами переносицу и жмурит веки — от долго сидения за ноутбуком у него болят глаза. — К тому же налоговая, работающая со счетами его компаний, не брала в расчет минимальные расхождения и просто округляла их. — Хреново работает ваша налоговая, — хмыкает детектив. — Не исключено, что там есть подкупные. Тэхен утомленно вздыхает и трет лицо ладонями. — Пока все это походит на какую-то теорию заговора, — глухо произносит он. — Подозрения недостаточно основательны, у тебя ведь есть только лишь расхождения? Что на счет возможных просчетов, из-за которых и делаются округления? — Поэтому я обращаюсь к тебе. Нужно проверить все и как минимум хотя бы убедиться, что он непричастен. До выборов три недели, Тэхен, а у него пока есть все шансы избраться, и если он действительно виновен — этого нельзя допустить. А после можно и отоспаться. Детектив поднимает на инспектора сомнительный взгляд. Хосок пододвигает к нему стаканчик с кофе. — Твой латте с двойной карамелью. Детектив выдерживает паузу, прежде чем обреченно забрать презент от друга, намекающий на то, что этот напиток ему точно пригодится, потому что свидание с кроватью снова отменяется. По дороге домой он отправляет сообщение Соджуну о том, что выпить с ним и парнями сегодня вечером не сможет.

____

На то, чтобы найти что-то подозрительное в процессе исследования деятельности мэра и его предприятий, ушло около четырех часов. Детектив даже смог урвать достаточное количество сна ночью, чтобы на следующий день уже быть по адресу найденного объекта и успеть его осмотреть. Выйдя из непримечательного здания на окраине города, Тэхен набирает номер инспектора. — Доброе утро, — доносится сонное из динамика. — У тебя возникли какие-то вопросы? — Не совсем. Я нашел кое-что. — Уже? — куда более бодрое. — Да. У господина Чона до выхода на пост помимо «Jung Group» была еще одна небольшая фирма, которую позже он передал своему бывшему однокласснику. И, она должна быть очень прибыльна, если на ее счет в месяц начисляется свыше трех миллионов вон. — Что за фирма? — «Carwash». Автомойка. — Чт… Автомойка? — Да, по факту. Числится как сервис авто, неприметный. Я сейчас стою напротив этого здания, в котором она якобы находится. И, Хосок, - детектив выдерживает паузу, кидая короткий взгляд на пустое здание без окон и ржавым замком на дряхлой двери. - здесь никого нет, — он оглядывается по сторонам в поисках хоть одного человека, но его окружают лишь низкие заброшенные строения, расположенные вдоль узкого пустого квартала, куда даже не проедет авто. — Сомневаюсь, что на поддержание этой заброшки может уходить столько денег. — Получается, под "автомойкой" все-таки скрывается счет в офшорах, — озвучивает умозаключение Хосок. — Что ж, думаю, мы имеем достаточной основания назначить встречу и задать возникший вопрос мэру в лицо.

___

Дяденька Чон Дживон на звонок инспектора Чона отвечает с радостью, а на организацию встречи абсолютно непринужденно отзывается согласием. В связи с тем, что сейчас идет предвыборная компания, на время которой он отстранен от должностных обязанностей, мэр доброжелательно приглашает своих гостей к себе в поместье. Инспектор и детектив шагают по выложенной камнем от ворот до главного входа тропе, где за широкой дверью их уже ожидает прислуга. Молодой человек приветствует мужчин поклоном и провожает в гостевой зал с потолком высотой в два этажа. Им предлагают сесть на широкий диван и подождать, когда придет Господин Чон. Хосок садится, себе под нос бурча что-то о чрезмерной жесткости этих дорогих диванов, а Тэхен сесть отказывается. Он вышагивает по до блеска намытому полу, осматривая хорошо освещенный дневным светом зал. Огромные окна выходят в сад, где деревья и декоративно выстриженные кусты покрыты белым полотном, а с неба падают крупные хлопья. Слева от панорамы мраморная лестница, ведущая на второй этаж, а с правой стороны зала высокая арка, из-за которой выходит дяденька мэр. Хосок сразу поднимается, приветствуя мужчину поклоном, Тэхен с неохотой делает то же. Взгляд его непроницателен, устремлен на Господина Чона, и с ним инспектор заводит разговор, в котором детектив пока предпочитает не участвовать. Пока Хосок готовит почву для обсуждения и выводит мэра на нужный лад, Тэхен лишь ждет подходящего момента, чтобы задать вопрос, ради которого они все здесь собрались. — Что же, присаживайтесь, — мэр опускается в кресло и кивает мужчинам на диван напротив. Хосок снова садится. — Откажусь, — произносит Тэхен. Господин Чон, кажется, видит в его взгляде холодную враждебность, но отвечает на нее доброжелательной улыбкой. — Как вам удобно, детектив. Так что же за такой важный вопрос, который потребовал личной встречи? «Как будто ты не знаешь» — про себя думает Тэхен. От приторной любезности мужчины ему сводит скулы. — Дело такое, Господин Чон, — начинает Хосок. — Осуществляя расчеты средств ваших компаний, я наткнулся на некоторые несостыковки в расходах. Пока Хосок рассказывает, Тэхен глаз не сводит с Дживона, цепляя малейший жест и выражение лица. Но весь его вид выражает абсолютную непринужденность. Ни капли сомнения или страха. — Так и в чем же заключается ваш основной вопрос? — Мы хотели бы знать подробности о фирме «Carwash», — произносит Тэхен, и маска невозмутимости на лице мэра на секунду дает трещину. Кажется, он не очень рад слышать этот вопрос. — За последние несколько лет в нее ежемесячно поступает более трех миллионов вон. — Почему вы решили, что мне что-либо известно об этой фирме? Полагаете, я могу иметь к ней какое-то отношение? — мэр искренне удивляется. — До возглавления вами поста мэра Вы были ее владельцем. — Вы сами ответили на свой вопрос, детектив, — мужчина расслабленно закидывает ногу на ногу. — «Был». Сейчас меня с ней ничто не связывает. — Нет, кажется, вы нам врете, Господин Чон, — Тэхен собирает все свое терпение, которое теряется каждый, когда он видит ложь. Хосок чувствует нарастающее напряжение, когда мэр поднимается с кресла и делает неторопливый шаг в сторону детектива. На его губах играет самоуверенная ухмылка. Взгляд полон стали. — Если вы имеете какие-то подозрения по отношению ко мне или моей работе, у вас есть право заявить на меня в прокуратуру. Или, погодите-ка… — он надменно ухмыляется. — У вас даже ничего на меня нет. Тогда к чему весь этот цирк? Хосок поднимается с дивана и подходит к Тэхену, который, плотно сжав губы, сухо усмехается, глядя прямо в глаза уверенного в своей победе мужчины. Взгляд вдруг цепляет за спиной мэра появившуюся фигуру на втором этаже. Детектив видит, как молодой парень, лет двадцати, выглядывает из-за мраморной колонны. Тот, поняв, что его заметили, замирает. Взгляд его задерживается на детективе. Тэхен по смоляным волосам и чертам лица, схожими с Господином Чоном, с легкостью делает вывод, что это его сын. — Спасибо за то, что согласились на встречу, Господин. Мы пойдем, — вежливо произносит Хосок и толкает друга в сторону выхода. Тэхен скользит по парню безразличным взглядом — какого-либо интереса к отпрыску коррупционера у него быть не может — и возвращает внимание мэру. — Всего доброго, — сухо бросает он. Из поместья детектив и инспектор уходят ни с чем.

___

За дверью с табличкой «Оперуполномоченный Детектив Ким Т.» в воздухе густым слоем осело чувство безысходности. Чувство, к несчастью, знакомое каждому детективу: когда с трудом находишь минимальную зацепку, которая раз за разом ведет в тупик, и по итогу не остается ничего, кроме как прекратить бегать из угла в угол и, порой, что самое отвратительное в этой профессии — необходимость сдаться. Тэхен сидит за своим столом и потирает усталые глаза, а Хосок и вовсе разлегся на кожаном диване с опущенными веками. Они здесь почти два часа усердно думают над тем, что им делать дальше. — Может подключить кого-нибудь еще? — обреченно выдыхает Хосок чуть охрившим голосом. — Я и так работаю над этим делом неофициально. Как и ты. Нас обоих могут уволить за превышение полномочий. Нам нужна хоть какая-то зацепка, чтобы у следователя были основания возбудить это дело, и тогда я смогу подключить все свои ресурсы и работать официально. А пока… черт, — детектив прикрывает глаза, откидывается на спинку кресла и шумно вздыхает. Несмотря на опасность, которая подстерегает его из-за работы над этим делом, он уже не сможет его оставить до тех пор, пока не разберется. Такова натура детектива — все доводить до конца. Однако признать свою беспомощность очень тяжело. — А может… — неуверенно произносит Хосок, приподнявшись. — Он и правда непричастен. Попробуем перепроверить местоположение этой фирмы, как ее там, «Carwash». Возможно, есть еще какие-то адреса, где действительно функционирует прибыльная компания. Здесь у Тэхена уже даже нет сил оспаривать сомнения друга. Ситуация безвыходная. Это дело им, похоже, придется оставить. Неожиданно звучит стук в дверь. Детектив и инспектор устремляют взгляд на осторожно заглянувшего в кабинет молодого человека в черной медицинской маске. Хосок не понимает, кто это, в то время как брови Тэхена от удивления стремительно ползут вверх. — Здравствуйте, — приветственно кланяется мужчинам вошедший, и обращается к Тэхену. — Вижу, вы меня узнали, детектив Ким. — Что? Кто это? Твой знакомый? — Хосок в ответ приветливо улыбается и подходит к парню, чтобы пожать ему руку. Но не успевает он вытянуть ладонь, как Тэхен отвечает: — Не совсем. А молодой человек, сняв с лица маску, произносит: — Мое имя Чон Чонгук, вы были сегодня в моем доме. Хосок как ошпаренный руку машинально одергивает и замирает, во все глаза глядя на сына мэра, о котором знал ранее лишь на слуху. Парень же глядит на инспектора и вежливо улыбается, а последний недоумевает как сразу не догадался, кто он есть, ведь они с отцом как две капли воды похожи. У младшего Чона такой же слегка крупноватый нос, небольшие губы с более пухлой нижней, и черные омуты глаз. Последние, разве что, в отличии от отцовских, пока что по-ребячески большие. Из транса Хосока выводит скрип кожаного кресла. Детектив выходит из-за стола и останавливается перед Чонгуком. — Пожалуй, я не буду спрашивать, как ты узнал, из какого я отдела, — монотонно басит мужчина, сверля парня недоверчивым взглядом. — Но позволь поинтересоваться, зачем ты здесь. Инспектор Чон в легком смятии оттого, с каким неуважением Тэхен умудряется обращаться к самому сыну мэра. Но не видя ни толики недовольства в глазах последнего, решает никак в это не вмешиваться и, в свою очередь, сам ждет ответа на озвученный детективом вопрос. А Чонгук своим ответом умудряется ошарашить обоих: — Я могу помочь вам. Детектив и инспектор переглядываются. Чонгук поясняет: — Поймать моего отца. — Что? — произносят одновременно. Тэхен скрещивает руки на груди и хмыкает: — Тебе что-то известно о его махинациях? Чонгук смотрит в лицо детектива особенно долго, всем своим поведением показывая уверенность, но то, как он теребит подол безразмерной черной толстовки, выдает в нем легкую нервозность. Правда, причина ее не совсем ясна: парень то ли опасается недоверия, то ли дело в явно выраженном давлении со стороны Тэхена. — На самом деле пока мне неизвестно ничего, — признается он. — Но я точно знаю, что он промышляет что-то незаконное и могу лишь пообещать, что попытаюсь выяснить и передать вам необходимую информацию. Пока Тэхен сверлит Чонгука изучающим взглядом, Хосок задает следующий логичный вопрос: — Что ты хочешь взамен? И на этом парень заметно тушуется и отвечает лишь через продолжительную паузу. — Мне будет своя выгода от этого. — Ты ждешь, что я тебе поверю? — открыто усмехается Тэхен. Ни толики доверия он к этому парню не питает хотя бы из-за того, кто он есть. А Чонгук как будто взгляда оторвать от детектива не может, из-за того, наверное, что Тэхен производит-таки нужный эффект и удачно запугивает малого, четко давая понять, что пытаться его обдурить бесполезно. А парень, кажется, и не пытается, потому что по итогу обреченно и искренне, так, что ему хочется верить, выдыхает: — Я просто хочу, чтобы отец прекратил это делать... перестал воровать. Любым способ, даже если в итоге ему придется отсидеть. За дверью с табличкой «Оперуполномоченный Детектив Ким Т.» повисает тишина, а в воздухе теперь витает весомое чувство надежды на прорыв. Неожиданное расследование, также неожиданно заведшее в тупик, похоже, норовит сдвинуться с мертвой точки.