Арка 9:Болезненный сын Шу.Глава 93
16 июля 2022 г., 12:57
Когда он медленно приходил в сознание, в его сердце поселилось какое-то нереальное чувство, похожее на сон. С трудом Фань Юань пошевелил телом, и в одно мгновение он весь покрылся холодным потом.
“Ссс… это так больно, Сяо Ву. Я попал в автомобильную аварию?”
Никто не ответил. Фань Юань мысленно позвал еще два раза. Внезапно его сердце замерло в шоке, Сяо Ву... казалось, здесь не было.
Когда он усилием воли заставил себя открыть глаза, то увидел, что вся комната погружена в полумрак, и он слышал, как неподалеку шуршат мыши. Его тело, казалось, лежало на простом соломенном матрасе, а конечности были словно налиты тяжелым свинцом. Хотя он ничего не мог видеть, он мог сказать, что его тело было полно ран. Было очевидно, что он прошел через жестокие пытки.
Это было неправильно…
Историю он выбирал лично, поэтому, естественно, ему было известно, были ли пытки частью сюжета или нет.
Это был сюжет о контратаке на возрождение главной героини, включающий как борьбу за домашнее хозяйство, так и борьбу за императорский гарем. Первоначальный персонаж, Нин Си Юань, был младшим братом-близнецом главной героини. Он получал огромное количество заботы и обожания с тех пор, как был маленьким, он рос в безопасности под защитой главной героини. Жаль, что позже у него появились чувства к главному герою, который стал императором. Несмотря на неоднократные упреки в необходимости изменить свой образ жизни, он так и не сделал этого, так что, в конце концов, главная героиня ожесточила свое сердце и отправила его в Нинчжоу, запретив ему возвращаться в столицу до самой смерти.
В этой жизни, за исключением любви, первоначальный персонаж смог получить, все остальное не напрягаясь. Особенно это касалось толстого бедра - главной героини, которая была особенно добра к нему. Даже если бы его послали в Нинчжоу, который находился за тысячи миль отсюда, у него не было бы недостатка в слугах, он бы жил в материальном достатке, и с ним никогда не обращались бы плохо даже в малейшей степени.
Если бы не это, Фань Юань не выбрал бы этот сценарий. Но как обстояло дело с ситуацией сейчас? Что было еще более странно, так это то, что даже Сяо Ву исчезла. С тех пор как они были связаны вместе, они ни разу не разлучались за тысячи лет. Внезапно обнаружив, что рядом нет никого, кто мог бы сопровождать его, Фань Юань медленно начал чувствовать себя неловко.
Несколько разрозненных фрагментов промелькнули в его сознании, они, казалось, были
воспоминаниями первоначального персонажа. Однако боль, пронзившая все его тело, не
оставила ему времени беспокоиться об этом. Оставаться в сознании было уже очень трудно.
Рядом с его ухом он услышал громкий удар цепей. Он поднял взгляд и увидел, что черная железная дверь распахнулась, прежде чем вошли парень и девочка.
Девушка выглядела на 15 или 16 лет. На ней была розовая юбка с цветочным узором и белые вышитые туфли, инкрустированные жемчугом, которые выглядели как цветущий лотос, но выражение ее лица просто было ледяным. Она посмотрела на Фань Юаня безжалостным взглядом, как будто хотела разрезать его на куски.
Что же касается мужчины, стоявшего рядом, то на его лице нельзя было разглядеть никаких эмоций. Он просто вежливо сказал: “Дядя сказал, неизвестно, когда Юань-эр проснется, вы тоже не можете найти никаких доказательств его невиновности, поэтому вам следует вернуться в свой двор и оставаться в заключении, пока пыль не осядет.”
Фань Юань был ошеломлен. Был ли «Юань-эр», о котором он говорил, отсылкой к первоначальному персонажу? Если да, то кем он был?
Девушка увидела, что на его лице отразился шок, и холодно сказала: “Нин Сици, ты просто сосредоточься на том, чтобы быть упрямым и держать рот на замке. Эти тридцать ударов - только начало. Юань-эр не может проснуться и помочь тебе. Я, его сестра, помогу ему вернуть долг от его имени.”
Нин Сици, сын Шу* из семьи Нин, был на год старше Нин Си Юаня. Эти двое росли вместе с юных лет, и среди братьев Нин у них были самые лучшие отношения. Жаль, что во время беременности его матери, о ней плохо заботились, поэтому Нин Сици родился с болезнью, ослабляющей тело. Не достигнув совершеннолетия, он скончался.
* Дишу (китайское: 嫡庶) была важной правовой и моральной системой, связанной с браком и наследованием в Древнем Китае.
При этой системе мужчине разрешалась одна официальная жена, называемая чжэнши (正室, произносится по-японски сейшицу, лит. "формальное домашнее хозяйство") или Ди жена (嫡妻), а ее сын назывался Ди сын (嫡子).
Вторичная супруга называлась кеши (側室, лит. "побочное хозяйство") или жена Шу (庶妻).
Сыновья Шу должны были считать жену Ди своего отца, своей матерью и уважать ее.
Сыновья Ди, независимо от их возраста, занимали гораздо более высокий социальный статус, чем сыновья Шу, и старший сын Ди (嫡長子) занимал первостепенное положение над всеми другими детьми дома.
Он стал болезненным сыном Шу из семьи Нин, Нин Сици. С другой стороны, Нин Си Юань была в коме. Что, черт возьми, произошло…
Нин Си Рон увидела, как сильно изменилось выражение его лица, и ушла с холодной усмешкой, взмахнув рукавом.
В голове Фань Юаня царил хаос. Он никогда бы не ожидал такого непредвиденного поворота.
Среди этого хаоса его челюсть внезапно приподнялась. Этот человек присел перед ним на корточки, пристально глядя ему в глаза, и спокойно сказал: “Юань-эр сказал, что ты его брат и лучший друг. Я не могу понять, зачем тебе это понадобилось.”
Ресницы Фань Юаня опустились, и он продолжал молчать. Через мгновение он слабо взмолился: “Кузен Тун, могу я побеспокоить вас, пожалуйста, отправьте меня обратно во двор Фукан.”
В слабом голосе юноши слышалась легкая горечь. Тун Чжэн Сюань неосознанно, отпустил его. Ребенок напомнил ему кошку, которую он вырастил много лет назад. Когда она была серьезно больна, она лежала у него на руках и слабо мяукала. Он был явно слаб, но он был упрям и высокомерен, отказываясь быть растоптанным другими.
На самом деле он должен был сказать, как и следовало ожидать от дядюшкиного отродья. Даже если он был рожден смиренным рабом, в его теле все равно текла половина крови тигрового волка.
Он встал и крикнул тем, кто стоял позади него: “Чангуй, отправь Второго Молодого Мастера обратно во двор Фукан.”
Поговорив, он не стал задерживаться. Однако прежде чем уйти, он внимательно посмотрел на Фань Юаня.
Как будто Фань Юань этого не осознавал, но его отнесли обратно во двор. Носилки всю дорогу шатались, беспокоя раны на его теле. Вскоре его одежда промокла от пота. Фань Юань стиснул зубы, чтобы не заснуть, если он сейчас упадет в обморок, он не знал, сможет ли снова проснуться.
Без Сяо Ву он не мог вернуться в комнату культивации. Ему оставалось бы просто ждать, пока его духовное тело постепенно рассеется.
Когда его в оцепенении опустили на землю, к нему со слезами бросилась женщина. Увидев, что его спина была покрыта пятнами крови, она испугалась до такой степени, что чуть не упала в обморок, когда закричала: “Мой Ци-эр, мой Ци-эр, как ты так сильно пострадал? Жизнь Нин Си Юань - это жизнь, но разве жизнь моего Ци-эра не стоит никакого богатства?! Небеса, никаких принципов больше нет! Нин Си Рон, эта маленькая потаскушка, даже если я потеряю свою, я хочу, чтобы она заплатила своей жизнью!”
Фань Юань покосился на нее и увидел, что она полна слез, ей не хватает приличия, подобающего любимой йньян*. На сердце у него потеплело, когда он протянул руку и схватил ее за край одежды: “Йньян, я еще не умер. Пожалуйста, вызовите врача.”
*подобающего наложнице; Вы, матушка-обращение к второстепенной жене.
Эта фраза «йньян» заставила все тело Сюй-ши задрожать. Когда вокруг никого не было, Нин Сици называл ее «мама». Только когда они оказывались перед посторонними, он обращался к ней “йньян”. Прямо сейчас он напоминал ей, чтобы она обращала внимание на то, что ее окружает.
Только сейчас она поняла, что это люди семьи Тун послали сюда Фань Юаня. Подумав, что она только что оговорилась с неподобающими приличиями, она быстро прикрыла рот и закричала: “Этот слуга потерялся в момент замешательства. Второй Молодой Мастер обычно самый добросердечный, как он мог причинить вред другим? Должно быть, кто-то подставил его.”
Двое из семьи Тун были очень похожи на своего собственного хозяина. Они не обратили никакого внимания на ее безумные слова, и ушли после холодного полупоклона.
Сюй йньян поспешно приказала слугам во дворе отнести Фань Юаня в дом. Она также послала служанку за врачом и заставила других слуг вскипятить еще воды.
С другой стороны, она держала Фань Юаня за руку и разговаривала с ним. Она говорила о том, как трудно было растить его, пока он не стал таким большим, и что она не ожидала, что он достигнет высокого положения или большого богатства, она только надеялась, что у него будет мирная и здоровая жизнь. Она также ругала Нин Си Рон за то, что она была такой бесчеловечной, её собственный брат попал в беду, но она переложила вину на слабого сына Сюй-ши. Все ее хорошее сознание было отдано на съедение собакам.
Фань Юань слушал ее болтовню. По крайней мере, он, наконец, понял, что происходит.
Оказалось, что вчера была церемония совершеннолетия Нин Си Рон. Нин Си Юань вырастил кролика и планировал подарить его своей сестре на совершеннолетие. Однако он случайно выпустил кролика из клетки. Таким образом, он взял с собой Нин Сици, чтобы поискать его. У Нин Сици с ним были хорошие отношения, так что, естественно, у него не было причин отказываться. Они оба искали его всю дорогу до заднего сада, и когда Нин Сици обернулся, он увидел, что Нин Си Юань лежит на земле без сознания.
Нин Сици подумал, что Нин Си Юань дразнит его, поэтому он дважды легонько пнул мальчика, чтобы быстро заставить его встать. Было бы нехорошо, если бы их видели другие. Однако кто бы мог подумать, что свидетелем этой сцены станет самая доверенная служанка Нин Си Рон, Лу Чжу, которая проходила мимо. Горничная взвизгнула от шока и закричала: “О нет, Второй Молодой Мастер избивает Третьего Молодого Мастера! Третий Молодой Мастер уже рухнул на землю...”
Нин Си Юань все еще не просыпался. Как могла его сестра оставить все как есть? Нин Сици использовал, бог знает, какие средства, чтобы причинить боль её брату, и свидетелем была ее собственная служанка Лу Чжу.
Старый Мастер Нин пришел в ярость и наказал Нин Сици. Нин Сици был слаб с юных лет, так как же он мог выдержать тридцать ударов? Еще до того, как избиение было закончено, он скончался. Именно тогда Фань Юань вошел в его пустое тело.
Последовательность событий было очень просто собрать воедино. Вполне вероятно, что Сяо Ву столкнулась с какой-то неисправностью, приведшей к задержке переселения. К этому времени сюжет уже начался. Данные Нин Си Юаня были повреждены, поэтому он стал «овощем». Тем временем Нин Сици случайно находился поблизости, так что Фань Юань по ошибке вошел в этот пустой сосуд.
Теперь проблема заключалась в том, что без помощи Сяо Ву, как он сможет избавиться от тела Нин Сици и войти в тело Нин Си Юаня? Более того, когда он посмотрел на рыдающую Сюй йньян, которая была убита горем перед ним, он не мог оставить ее позади.
Прежде чем прибыл врач, Фань Юань потерял сознание из-за боли. В тот момент, когда он потерял сознание, он подумал: если бы он умер, куда бы Янь Жуй пошел, чтобы найти его?
*******************
Посреди ночи Фань Юань проснулся, чувствуя себя сбитым с толку. Он чувствовал боль, резонирующую в каждой части его тела, рана на спине болела, горящим огнём. Вдобавок ко всему, он был так голоден, что у него начались конвульсии. Кроме того, его голова была ненормально горячей, он знал, что у него жар.
Немного пошевелившись, Сюй йньян, которая была рядом с ним, сразу же проснулась в шоке. Она в панике спросила: “Ци-эр, есть ли где-нибудь дискомфорт? Врач наложил лекарство и перевязал тебя, не двигайся небрежно.”
Фань Юань повернулся, чтобы посмотреть на нее, и слабо сказал: “Мама, я голоден.”
Сюй йньян немедленно вытерла слезы со своих глаз и сказала с сильной улыбкой: “Хорошо, мама прямо сейчас попросит людей приготовить для тебя вкусную еду. Скажи маме, что ты хочешь есть.”
Фань Юань сказал: “Каша из белого риса. Теперь я не могу, есть жирную пищу. Сначала возвращайся в свою комнату, все в порядке, просто позволь горничной сопровождать меня.”
Сюй йньян держала влажное полотенце и вытирала его лоб. Она покачала головой и сказала: “Мама и раньше прислуживала людям. Как я могу не знать, что у этих слуг на уме? Твоё тело с самого начала было плохим, о будущем говорить даже не приходится, так, кто же воспримет тебя всерьез? Если я не буду заботиться о тебе лично, как я могу чувствовать себя спокойно? Слова врача о том, что у тебя, возможно, ночью будет небольшой жар, действительно не оказались ложными. Но теперь, когда ты проснулся, я больше не боюсь. Мама испугалась, что этот твой виток бессознательности...”
Фань Юань знал невысказанный смысл ее слов. Он не мог точно определить, что чувствовал в своем сердце. Эта скромная женщина, которая не умела ценить несколько громких слов, всем сердцем любила и лелеяла своего сына. Напротив, когда он думал о своей матери в реальном мире, которая была хорошо образованной светской львицей, ее сердце было тверже, чем у кого-либо другого.
Он утешал: “Я не буду спать, чтобы не уснуть навсегда. Я обещал тебе, что вырасту взрослым и заберу тебя из особняка, чтобы вести хорошую жизнь.”
Как только его голос затих, слезы Сюй-ши уже лились дождем. Она повернулась к нему спиной, задыхаясь от рыданий: “Хорошо, мама будет ждать этого дня.”
Фань Юань знал, что делать это было бесстыдно. Тот, о ком заботилась Сюй-ши, был не он, а скорее Нин Сици. Однако он не мог не захотеть получить частичку этого тепла.
Он подумал, что сын этой женщины уже ушел, и он занял тело этого человека. С его стороны также было правильно проявить сыновнее почтение. По крайней мере, он не мог позволить, чтобы над ней продолжали издеваться другие.
После того, как Сюй-ши скормила ему целую миску каши, его желудок, наконец, перестал невыносимо болеть. Фань Юань собрался с силами и медленно произнес: “Мама, отец не ходил к тебе эти два дня, верно?”
Услышав это, Сюй-ши сказала с ненавистью в голосе: “Будет лучше, если он не придет. Если он осмелится прийти, я должена попросить у него объяснений. Дело не в том, что он не знает, какая у вас конституция! Даже если бы ты действительно дрался, как ты мог победить эту маленькую обезьянку, Нин Си Юаня! Вместо этого тебя только бы избили. Тем не менее, он наказал тебя без разбора, не выяснив правды. Я ненавижу только то, что недооценила его!”
Фань Юань нахмурил брови. Сюй-ши служила Старому Мастеру Нин с тех пор, как была молода. В результате ее великолепной внешности она была принята как тунфан*. Впервые Старый Мастер Нин сделал это с ней. Естественно, в его глазах она имела иной вес, чем все остальные.
* Наложница самого низкого ранга.
Однако, независимо от того, насколько важной он считал ее, она была всего лишь тунфан, как она могла сравниться с дочерью ди? Рано или поздно ей придется страдать. Если она потеряет свою благосклонность в этом поместье, ей останется только быть растоптанной.
Он сказал: “Мама, если отец придет к тебе во двор, просто прислуживай ему, как обычно. Подожди, пока он не упомянет об этом, и тогда вы сможете поговорить об этом должным образом. Помни, что нельзя быть неоправданно грубой и устраивать сцены.”
Сюй-ши не была глупой, она сразу поняла, что он говорит. Поразмыслив, она спросила: “А что, если он вообще не упомянет об этом? Разве с тобой не поступили неправильно? Кроме того, если Нин Си Юань вообще не проснется, не говори мне, что ты все это время будешь прикован к своему двору?”
Фань Юань покачал головой: “Отец от природы мудр, но вчера присутствовало слишком много гостей. Если бы он не наказал меня, Нин Си Рон ни за что бы, не сдалась. Как только она начнет создавать проблемы, наша Семья Нин потеряет всю репутацию. Если он готов пойти и найти тебя, это означает, что он хочет свести проблему к минимуму. Ты можешь притвориться жалкой и немного поплакать, чтобы выразить свои жалобы, что даст ему возможность уйти в отставку, и мы все сможем успокоиться. Если ты хочешь добиться справедливости и в конечном итоге разозлишь отца, мы можем только напрасно понести убытки, не думай также о том, чтобы снять мое заключение.”
Сюй-ши кивнула, но, в конце концов, она все еще была недовольна: “Тогда как насчет тридцати ударов доской, которые ты получил? Ты чуть не потерял половину своей жизни, мы просто так это оставим?”
Каково это было - просто потерять половину своей жизни? Жизнь Нин Сици была разрушена. Ребенку было всего 14 лет, но он расстался с жизнью без всякой причины. Он тоже не должен быть в состоянии умереть спокойно. Как и ожидалось, эта возрожденная главная героиня была такой же жестокой, как и говорилось в сценарии.
Это также было слишком большим проявлением полного пренебрежения к человеческой жизни.
Фань Юань сказал: “Конечно, мы не оставим все так просто. Отец в долгу перед нами, поэтому в будущем он, естественно, будет более предвзятым. Рано или поздно придет время, когда мы сможем воспользоваться этой услугой. Что касается Нин Си Рон...”
Сюй-ши вопросительно посмотрела на него: “Как ты планируешь наказать Нин Си Рон, эту маленькую шлюшку?”
Фань Юань вздохнул и беспомощно проговорил: “Я еще не думал об этом. Давай поговорим об этом в будущем.”
Сюй-ши поняла, что у него не было никакого плана, поэтому она не стала развивать этот вопрос. Она и не подозревала, что Фань Юань просто беспокоился о том, чтобы не нанести слишком большого ущерба сюжету.
