Борьба с внутренними страхами

— От лица Натаниэля Веснински — — Ты же любишь такое, Натанчик, — судорожно подразнивает меня Рико. Он всё такой же надменный, с перекошенным от самолюбия лицом. Ухмылка, словно острое лезвие, а подбородок задран до луны, вот только глаза боязливо выискивают подвоха. — О чём ты? Рико, ты реально веришь в то, что всё это, — Жано, не придумав, как именно назвать то, что его окружает, покрутился вокруг себя, импульсивно размахивая руками, — не какая-то шутка? Он говорил с насмешкой и скептически смотрел на Рико. Голос Жано звучал более уверенно, нежели у Рико. — Заткнись, — улыбаясь, произнёс Рико. «Идиот. Он до сих пор думает, что всё снимается в эфир и ему обязательно нужно улыбаться, как чёртов голливудский актёрышка… Ну и придурок. Твою мать. А я тоесть не считаю, что всё это цирк постановочный? Ну, дожили. Теперь меня так легко обвести вокруг пальца…» — Раздражённо размышлял я. Меня в целом раздражало всё происходящее, так как я не был радушно воспреемчив к подобной лжи. Я прислушивался к разговорам одной низкорослой девушки-кореянки лет пятнадцати и мужчины лет тридцати восьми той же национальности. Мужчина очень деликатно расспрашивал всех о том, что они думают по поводу того, как они здесь оказались, правильно-ли он понял, что игра эта не на жизнь, а на смерть и, что люди собираются делать вообщем. Девушка крепко вцепилась в руку мужчины и доверившись ему полностью, сразу же после того, как он попросил её не волноваться, она попыталась побороться с внутренней тревожностью, хотя по выражению её лица можно было понять, что её спокойствие так же легко нарушить, как и нацепить на своё лицо. — У нас игра утром, если уже не идёт… Какой час? Поинтересовался я с презрительным отношением к происходящему. Мой голос звучал чересчур раздражённо, Рико это заметил, но съязвил только после того, как смог быть услышанным мною, ведь до его колкости, я обратил всё своё внимание на мужчину, который расхаживал медленными шагами вдоль всех коек. — Постойте! Он тут же улыбнулся мне, словно решив, что я смогу ответить на все его вопросы. В целом это был достаточно добрый и приятный человек во внешности, но уж слишком тощий и бледный. Возможно, он был чем-то болен. Но никакие недуги не смогли затмить его приветливость и непринуждённость в общение с незнакомцами (даже в таких невообразимых обстоятельствах). — Да-да, я Вас слушаю. Вы можете ответить на мои вопросы? — Я, как и Вы заблуждён, и крайне растерян, — красноречие и манерность пришли ко мне от слова слишком неожиданно, что было крайне изумительно, ведь я вообще не способен на подобные выражения, но я продолжал так говорить, ведь нутро подсказывало мне, что мужчина этот здесь не с проста, — Не поймите меня не правильно. Просто интересуюсь. Эта Ваша дочь? — Я кивнул в сторону девушки, которая прижалась головой к руке мужчины. — Да-да… Почти. — Почти? — Мы родственники. Простите за мою кротость. Не знаю-ли чего от всего этого ждать… — О чём Вы? Вы же не верите в то, что кого-то из нас в самом деле могут убить? Я предполагаю, что это просто очередной розыгрыш от спонсоров и кого-то, кто ещё снимает подобную чушь! — К сожалению, я знаю чуть больше, чем следовало… Последнее отпечатались у меня в воображение, и я надолго отупел, погрузившись в молчание. «Сука. Всё слишком запутано.» Мужчина с девушкой уже исчезли. — А что ты нервничаешь так? А? — А что ты перестал лыбиться? Мудак конченный… Последнее я произнёс максимально тихо, но с неконтролируемой агрессией, из-за чего мой шёпот показался мне, как издалека, словно чем-то потустороннем. Я наблюдал за реакцией Рико, смотря на него всё более равнодушно. «Если тут и в правду камеры, и ты смог убедить себя в этом, то ты, сволочь эдакая, сейчас же стерёшь со своего лица эту злобную физиономию, готовую меня убить. Ну и конечно же, ты не посмеешь меня и пальцем тронуть. Забавно, Рико, да? Никто ведь не должен знать о твоей тяге к насилию… Голливудский актёрышка! Всратый, никому ненужный, жалкий исполнитель не весть какой роли!» За последние несколько дней я понял с какой силой ненавидел Рико. Мы выросли под одной крышей, но я слепо закрывал глаза на его поступки. Возможно, я не мог бы ничего изменить, ведь он ближе к мафиозным папочкам, нежели я, но и я никогда не являлся боязливым. Да и дело тут вовсе не в боязливости… Он — убийца. Я прикусил щёки, чтобы не заорать на него от гнева, ведь смотря на него, я видел перед собой обыкновенное дитя, которому всё прощается и, который совершенно не понимает, что он творит. В итоге, я нашёл более разумное решение, в котором не подразумевалось срываться на капитана команды. Я медленно развернулся в сторону центра зала, где над людьми возвышался гигантский стеклянный шар в виде свиньи-копилки и уверенно туда зашагал. — Ты куда собрался? Спросил Рико. Я ускорил шаг, вытащив руки из карманов штанов. — Я кого спрашиваю?! Прорычал он мне вслед с большей яростью. Когда я добрался до того места, на которое смотрел, как на свою добычу, гневные возгласы Рико о том, какой я не такой какой надо, я уже не мог расслышать. Место было до чёртиков и толкучки не было, но все перешёптывались, от чего создавался общий шум, который создавал впечатление, словно здесь куча народа (людей и в правду было много, кроме того на кофтах и футболках у всех были номера от одного до пятиста, что смутило меня ещё больше, однако внешне я оставался всё так же уверенно спокойным). Повернувшись лицом к народу, я с наигранной вежливостью громко всех окликнул: — ПОГОВОРИМ, друзья! Однако моя эмоцианальность сыграла свою роль после того, как никто не соизволил замолкнуть, хотя многие уже были уставлены на меня, как на рассказчика чего-то очень интересного: — ВЫ, БЛЯТЬ, ОГЛОХЛИ ЧТО-ЛИ?! Тишина. — Шутки шутками, господа, но у нас чёртов матч и мы не можем его пропустить. С одной койки встал парень, на которого я сразу обратил свой взгляд. В той стороне, где расположился псих из команды моих соперников, я так же разглядел ещё восьмерых человек. — Эндрю! Не стоит, — девушка с милым личиком и слабой улыбкой неуверенно на меня смотрела, словно на призрака, держа при этом чуть-ли не карликового блондина за руку. Другой, уже смуглый и высокий молодой человек нервно обратился всё к тому же, агрессивно настроенному блондину: — Не надо, чувак, ты можешь причинить всей команде дохрена неудобств… Я от всех нас прошу, не надо… Среди всеобщей тишины, его слова звучали очень громко, хотя он старался говорить, как можно тише. Меня парализовало. Мне всегда было наплевать на то, что думают обо мне окружающие (так я думал до недавних пор), но почему-то внезапно осознал, что в данный момент я старался казаться наиболее уверенным в своих действиях и взглядах, чем когда-либо. Я чувствовал что-то вроде совести, но она никогда не была моим верным спутником, так что мне было сложно понять, что сейчас так болезненно душит меня. Эндрю Миньярда не смогла удержать одна девушка, а когда более высокая и длинноволосая встретилась с ним взглядом, тот словно окаменел. Мне было не очень хорошо слышно о чём шла речь в их разговоре из-за того, что люди внимание которых я завоевал дерзкой фразой, уже снова стали перешёптываться, создавая противный шум, однако отрывки я услышал: — Я ненавижу их… — Ты уж определись. — Ты жестокий, тебе говорили об этом? — Ты бы удивилась, если бы я сказал, что да? — Не будь идиотом, это шанс… — Мне убить его и его шайку? Ты об этом, Элис? — Я всё сказала первой фразой… — Ты понимаешь, что это статья? Ты хочешь, чтобы меня посадили? — Я хочу чёртовой мести! Где справедливость в этом мире?! Где она?! — А разве справедливо то, что мне придётся сидеть за смерть Сета, а точнее за месть? Где чёртова разумность, которой так впечатляла всех Элисон?! Далее мне было мало, что слышно, но в общих чертах я понял. «СУКА! СУКА! Блять, а мне что прикажете делать-то? Если они и в правду те психи, о которых я был наслышан в новостях, то может эти двоя на пару зарежут Рико, Жано, Фредерико и меня? Но блять. Это ведь нелогично. В новостях я так же слышал о том, что Миньярд не питал особой любви к Гордону, что может значить, что ему и вовсе незачем меня убивать… А, если ради прикола? Ебучий случай. А чего я развнелничался так? Я смотрел смерти в глаза, чуть-ли в не самые зрачки, а тут… А тут… Но и в правду. Похоже я боюсь не смерти. Хотя, это ещё хуже. Я боюсь своей откуда-то взявшейся совести! СУКА. Меня пугает то, до какого отчаяния Рико довёл этих ребят… По-моему, мне жаль их. Но я не должен их жалеть. Жалость пораждает слабость характера, а мне только этого не хватало!» К моему превиликому сожалению, я услышал язвительный голос Рико. — ЭЙ! — Гневно воскликнул тот, большими шагами направляясь ко мне, но при этом смотрящего в сторону компании. Его жесты были полны негодования, но лицо озаряла коварная улыбка, две девушки посмотрели ему в спину с неким восхищением, а один парень с лохматой причёской опустил глаза вниз от смущения. Рико сам по себе был достаточно симпатичным, так ещё и профессиональный спорт, который смог сотворить с его от природы мощной и массивной фигурой нечто похожее на идеал. Я наблюдал за реакцией блондина, чьи глаза пристально разглядывали Рико. Да и не только он один смотрел на него. Больше всего меня интересовала реакция на внезапную встречу Элисон, той самой блондинки, парня которого, убил Рико. После следующей фразы Мориямы, я мгновенно понял серьёзность этой удрачующе ироничной ситуации. — «Лисы», а вы тут что ошиваетесь? — Рико Мориямо, какая неожиданная встреча! Не думала, что мы увидимся до начала матча! Твёрдым голосом поприветствовала его Даниэль, капитан «Лисов», всё внимание зрителей в тех же одеждах, что и у меня было привлечено это непонятной сценой. Никто не понимал о чём речь. Я принял это к сведению. «Итак. Интересный факт. О экси здесь никто не слышал…» Но интересовало меня сейчас не это. Мне не удалось ничего сказать, ведь раздался щелчок, который прервал поток моих мыслей (признаться честно, хотя бы ради внешнего приличия я хотел поприветствовать Даниэль, так как и раньше с ней встречался, и признаться честно, был воодушевлён её оптимизмом. В моей жизни редко встречались подобные люди, если они вообще были…) Бешенные взгляды были обращены на что-то, что находилось позади меня. Рико смотрел на неизвестное с нескрываемым удовольствием. Мне было очень трудно понять по выражением лиц, что это за щелчок. «Может меня решили пристрелить? Тогда было бы вполне понятно, почему этот лыбиться, а те страшатся…» — Игроки, просим пройти всех к платформе, сейчас двери откроются и вас провОдят на первое испытание. Услышал я фактически у себя за спиной. Мне сразу вспомнились фильмы ужасов, где люди выживали и боролись друг с другом. Если бы не взгляд, которым меня окинул Эндрю Миньярд, я бы всё же скорчил лицо, но увы, в его взгляде я увидел нечто похожее на понимание, словно он оказывался в моей ситуации. «Сложно… Это задачка не для моего ума. Мне приходиться прикладывать слишком много усилий, чтобы поддавить в себе это странное желание, упасть перед «Лисами» на колени и извиняться за смерть их товарища (к которой я не причастен, к счастью), но тогда Рико вышвернет меня из команды (каких бы неудобств это ему не доставило, ведь он бы потерял одного из сильнейших игроков экси), а уж тогда я лишусь своих денежных средств, которыми могу распоряжаться (отец не допустит моей вольности, из-за которой я рассердил бы его любимого родственничка босса)… К большому сожалению, я лишусь не только денег, но и единственного своего спасения от реальности мира… От наркотиков (о которых не знает никто, правдо…» — Я вспомнил о ужасной картине, которая объяснила мне этот взгляд Миньярда, полный понимания, — «Если я выберусь отсуда, у меня будут проблемы…»