Тайное всегда становится явным

***

      Проул недовольно прошипел, когда голова заболела. Было такое чувство, что по ней сковородкой ударили. На него тут же оглянулся младший светловолосый учёный. — С тобой все в порядке? — Головой... Ударился. — неуверенно соврал парень, прижимая к ушам руки. — Не помню, чтобы ты ударялся. Мы же в последнее время вместе были. — сказал старший, глянув на омегу. Киллер замялся, потирая шею. — Я... Когда это... Третьего из под кровати доставал... Предакона. — Это ж когда было! — напрягся хозяин ящерок, один из которых лежал на его плечах, второй восседал на коленях, а другой летал возле головы. — Недавно что ли?.. Шоквейв снял наушники и положил их на стол, затем подошёл к Проулу, взяв его ладонь в свои. — Пожалуйста, не надо нам врать. — Я н-не вру... — Чшш, не дрожи, я ничего тебе не делаю ведь. — младший логик осторожно положил руки на плечи парню. — Просто хочу, чтобы ты не убивал свой организм. — Так я и не убиваю. Все хорошо... — однако вопреки своим словам Проул снова обхватил голову руками и закусил губу, чтобы не закричать. — Кажется, что нет... — Можно осмотреть тебя? — подошёл уже старший. Киллер что есть сил помотал головой, но тут же из-за рези в желудке согнулся пополам. — Наверное стоит. — сказал тихо светловолосый. Шоквейв согласно качнул головой, аккуратно подходя к Проулу и беря его за руку. — Поверь, это для твоего же блага. Мы хотим, чтобы тебе стало лучше. Парень инстинктивно дернулся, но перестал возражать, понимая, что это бесполезно. — Х-хорошо. А ты медик разве? — Да. Я учился на медицинском. Потом уже стал учёным. — П-понятно... "Надеюсь меня не убьют." Видимо эта мысль отразилась на его лице, потому что Шоквейвы успокаивающе погладили его по спине. — Не бойся, мы не сделаем тебе ничего плохого. Парень боязливо кивнул. А потом младший логик уже привычно снял с него визор, оглядывая испуганные глаза и удручённо качая головой. — Тусклый цвет глаз... А дальше все как обычно: давление, реакция зрачков на свет, уровень сахара в крови, кровь... Самое неприятное. — Ну, вроде все. Полежи пока, если голова болит. Скоро компьютер выдаст итог. Проул кивнул и свалился на застеленную кровать лицом вниз. И, предугадывая вопросы учёных, сразу ответил. — Мне так... Нормально. — Что? — тот учёный, который был старше, обернулся и склонил голову набок, разглядывая тушку киллера, безвольно распластавшуюся на постели. — Э... Хорошо. — То бишь, уже ничего не болит? — спросил младший, тоже отворачиваясь от натужно гудящего прибора. — Если бы... Мне зашибись... Сковородой... — О! Готово! Оба логика прилипли к экрану, пихая друг друга локтями и изредка чертыхаясь, если больно прилетало. — Так, что мы имеем. — Передозировка.... Это ее последствия, стопроцентно. Проул какой-то обкуренный. — Н-ничего я н-не обкуренный... — Погоди, — Шоквейв взял в руки его кофту и заглянул в карманы, а затем извлёк оттуда почти пустую банку подавителей. — Это какая по счету? — Не знаю... — Тогда понятно... Значит смотри, — младший сел рядом с киллером, — пока что ты будешь под нашим присмотром. Только лёгкая пища и крепкий чай, никаких фруктов, сладостей и так далее. Хорошо? — Но мне отчёты делать надо. Шоквейв посмотрел ему в глаза. — Не беспокойся по этому поводу. Мы все уладим. — Не получится. Мегатрон очень требователен к ним. — киллер приподнялся, но логик настойчиво уложил его обратно. — Тихо, я же сказал, что мы все уладим. — Но... — Все, никаких но. Отдыхай. Младший выскользнул за дверь, поручив второму учёному присмотреть на киллером. Проул был крайне недоволен. Он бы и сам справился. Но с Шоквейвами спорить бесполезно. Тем более с младшим, с логиком из его родного мира киллер бы договорился, но со светловолосым так не прокатит. Тот очень упертый. Но пришлось смириться. Проул лежал на кровати и рассеянно думал, почему все так сложилось. Шоквейв что-то быстро печатал на компьютере, и парень заинтересованно спросил. — А что ты делаешь? — Я пытаюсь выяснить, как работал тот артефакт, из-за которого мы стали органиками. — И как? Учёный задумчиво выстукивал на столешнице какой-то ритм. — Ничего не понимаю. — Шок? Все хорошо? — парень подошёл к тому. Логик повернулся к нему, непонимающе заглядывая в глаза. — Ты вроде лежать должен.... И... Тебе правда это интересно...? — Ну да. Мне интересно. Просто если получится ботом стать, то я лишусь этой тупой метки. — и тут киллер понял, что сказал не то, что хотел. В глазу ученого померк родившийся на секунду свет надежды, он выдохнул и разочарованно ответил. — Мы делаем всё, что можем. — Вот и хорошо... — Проул зажал себе рот руками, заметив, что снова вырвалась шальная мысль, которая не должна была быть озвучена. Просто он и так перед армией чуть померк в виде белкового. Гордость кричала о том, что ему нужно поставить всех на место, а сам он видел, как Шоквейв удручённо и с тоской искоса смотрит на него. Парень скорее просто не готов вести отношения. Он не знает, что делать. Он не понимает, почему учёные так волнуются за него? Ведь у них есть работа, разве они не должны отдавать себя целиком именно ей? Так даже прописано в кодексе десептиконов. Но тогда почему так врезался в память печально-укоризненный взгляд Шоквейва? На душе скребутся кошки. И... Что теперь делать...? — М? Шок? — Да? Проул смутился, покраснел, замялся, хрустнул пальцами, потом набрался смелости и быстро, чтобы не передумать, с размаху обнял логика, уткнувшись в его плечо. — Прости! — Что прости? — не понял тот, но все равно обнял киллера в ответ. — Я... Вылетело не то, что было нужно... Совершенно случайно... Извини... И хотя парень не видел наверняка, он почувствовал, что лицо Шоквейва смягчилось, а уголки губ приподнялись в сдержанной улыбке.