Стихия настоящего

      Оказавшись в своей комнате мэнора, Гарри громко захлопнул дверь и спустился по ней, оседая на пол и зарываясь в волосы руками, больно оттягивая пряди. Внутри бурлила злость на себя, на Тома, на весь мир. Том, чёрт бы его побрал, поцеловал его. — Поцеловал! — в сердцах воскликнул Гарри, встав с пола и направившись к своему шкафу, быстро скидывая нужные вещи в чемодан. Туда же отправились книги, артефакты и зелья.       Чрезмерная злость на себя просто убивала.       «Как я не замечал этого?» — болезненно улыбнувшись, парень прикрыл глаза и достал из тумбочки два Дара Смерти: воскресающий камень и мантию невидимку. Стиснув вещи в руках, парень громко выдохнул, прикрывая глаза.       Тому он не мог ответить взаимностью как минимум потому что он не знал, что означает «любить». Он… просто не знал та ли это любовь или просто дружеская привязанность. Сколько он себя знал, Том был всегда с ним. Всегда. Как он мог не замечать чувств того? Они были, кажется, одним целым, Гарри уже иногда и забывал, он ли это или Том? — Или я просто идиот? — мальчик болезненно скривился в очередной раз и положил мантию с камнем на свою кровать. Простая записка с незамысловатым почерком легла возле реликвий.       «Прости меня. Ты мечтал об этом, я не могу… это моё извинение. Не натвори глупостей и будь счастлив», — Гарри знал ещё один способ стать бессмертным. Он найдет то, что ему нужно. Том же должен получить это сейчас иначе он падёт во тьму, решив, что крестражи единственный выход.       Глаза неприятно защипало. Парень последний раз взглянул на мэнор и скрылся в вихре аппарации.

***

      Том вернулся в мэнор с бузинной палочкой в руках и замешательством на душе. Почему-то тот факт, что Гарри просто сбежал после того, как Том его поцеловал, неприятно осел на душе. Неужели он ему настолько неприятен? Обида давила тугим комом на душе. Хотя, чего он ожидал? Что Гарри ответит взаимностью? У них были разные приоритеты на жизнь, нужно было сначала подготовить его, а не набрасываться. Придется очень долго объясняться.       «Ну что же, что не сделаешь ради счастья?» — усмехнулся Том, заходя в комнату Гарри и мысленно продумывая последующие слова. Но, оказавшись на пороге, он замер: в комнате было пусто, а… реликвии лежали на кровати вместе с запиской. — Ненавижу чертов мир, — зло прошипел парень, сжимая записку. На душе стало пусто, равно как и в мэноре. Магия строения замерла, Лорд покинул мэнор, не собираясь возвращаться, мэнор чувствовал это и грустил вместе с Томом.       Сад, рьяно цветущий, угас, листья — почернели, бутоны — опали. Древние коридоры стали холодными и чуждыми. Золотые рамы портретов — почернели. Открытые портьеры, пропускающие свет и тепло в имение, — задернулись, мэнор погрузился во тьму… как и душа единственного живого человека, находящегося в нём.       Возможно, тьма мэнора и души человека никогда не будет освещена солнцем Лорда.

***

      Со времени ухода Гарри у Тома осталось одно единственное развлечение, которым он занимался в любое свободное время: он сидел в портретной галерее и наблюдал за портретом Гарри… за простым неподвижным изображением Гарри. Портрет ожил бы лишь после смерти человека, изображенного на нём… если бы это случилось, Том бы смог позволить себе нарушить просьбу парня; он бы натворил глупостей, погружая мир в войну и землю, омытой кровью детей, женщин и стариков. Но… сейчас у него есть небольшая… еле тлеющая надежда. Пока.       Поиски не дают никаких результатов.       Том в очередной раз бросил взгляд на портрет парня и покинул зал. Его ждала встреча с новым человеком для Вальпургиевых Рыцарей.       Он даже не заметил, как черные рамы портретов посерели, а в саду на засохших кустах лилий появились небольшие бутоны.       Возможно, мир не умоется кровью…

***

      Гарри шёл тихой поступью по небольшой улочке Лютного. Спустя год он вернулся на родину. Гарри вернулся в Англию.       Он путешествовал в поисках одной вещи, которая подарила бы ему бессмертие. Проехав несколько городов Франции, Германии и Италии, он не нашёл того, что искал. Но он нашёл это в Албании.       Старик, который жил в лесу, обладал бесценным писанием, даром самой Жизни, именуемым книгой «Магии души».       В противовес дарам Смерти дар Жизни был более сложным… для понимания и принятия. Старик, охраняющий данное писание велением самой Жизни, был обязан передать фолиант лишь в надёжные руки. Десятки великих магов, желающих обрести данный дар, покидали сей мир, не имея возможности справиться с знаниями. Гарри смог.       Полгода старик его тщательно готовил, Поттер по нескольку дней мог медитировать в лесах Албании, отдаваясь природе и Магии. В те моменты казалось, что его лёгкие заполняли цветы, обрастая его внутренности и тело. Это было… довольно увлекательно и приятно. Он, в отличие от других, не спешил и не требовал больше, чем ведал ему старик. Ритуал, описанный в книге, был выполнен. Книга исчезла, ровно как и старик, охраняющий её, рассыпался серым пеплом, лишь напоследок сказав:       «Жизнь твоей Магии бессмертна. Неси и сей истину Магии среди серых масс. Будь счастлив», — место, где старик положил руку перед своей смертью, иногда покалывало.       Ещё целый месяц парень ежедневно медитировал в лесу… словно в дань магу, который показал ему, что означает Магия и вечная жизнь.       Парень тряхнул головой, отгоняя воспоминания. Но, честно говоря, были и минусы в бессмертии… его сны. Гарри не помнил, когда в последний раз нормально спал. Кошмары, словно он и Том… не они, дикие, чужие и желающие убить друг друга. Глупость!       Где-то слева неприятно закололо. Опять…       «Том», — Гарри поджал губы, кажется, не было и дня, когда парень не вспоминал того. Свернув в очередной проулок, спустя секунду Поттер замер. Где-то с два десятка метров от него шла дуэль… естественно если это можно было так назвать. Том и с два десятка магов, нападающих на него. На них был наброшен купол, чтобы никто не видел этой клоунской пародии дуэли. В сердце разгорался гнев по двум причинам: первой, что маги явно забыли значение священного термина «дуэль» и превратили его в смешное побоище; второе, что центром их негодования стал Том! Гарри не знал, что двигало им, когда он твердым шагом направился в сторону развертывающейся дуэли. Возможно, желание защитить Тома, который явно немного вымотался. — Господа и придурки, прошу внимания. Уважительно прошу остановить этот позор, который вы, скорее всего, считаете дуэлью, — парень зашёл в купол без всяких препятствий и встретился с разными взглядами: презрительными, осуждающими, опасливыми и… радостным. Дуэль прекратилась тем, что, воспользовавшись замешательством, какой-то маг бросил связывающие в Тома, тот осел.       Полный маг поравнялся с Гарри и насмешливо, заглядывая в глаза, произнёс: — Малец, ты кто такой вообще? Иди гуляй, тут Авроры работают, — уже развернувшись и направившись к своим «коллегам», маг упал. Видимо напрасно полагал, что его недо-грозно-жирный вид испугает Гарри, тот усмехнулся.       «Простое беспалочковое заклятие подножки». — Я не малец, я тот, кто убил вашего предводителя. Знаете, я никогда не думал, что Альбус может чувствовать что-то, кроме «я должен спасти весь мир руками других». Он боялся, а знаете, его выражение лица перед мною и моей Авадой было бесценным. Авроры? Серьезно? Вы же из Ордена Жареной Птицы! Кстати, Фоукс прекрасно поживает в лесах Албании. И так, если вы не поняли, что вы придурки, вам это объяснят другие, они бывают очень убедительны. Особенно если это касается «светлой» стороны, — палочка легко скользнула в руку, взмах и удивленные орденцы, которые не успели ничего предпринять, оказались в плену зелёных лиан полностью обездвижены. Гарри усмехнулся.       Преодолев расстояние в пару метров, он опустился перед Томом, который словно заколдованный наблюдал за ним. Касание палочки к толстым канатам, и те растворились. — Думаю, маги сей местности будут вам ой как не рады, — предвкушающе произнёс Гарри, не сводя взгляда с молчаливого Тома и голубых глаз.       Подняв палочку и направив сноп красных искр, которые будут очень быстро обнаружены тёмными магами, Гарри втянул в вихрь аппарации Тома.