Урождённая Снейп

      Гарри привычно поправляет съехавшие на кончик носа очки указательным пальцем, задумчиво кусая губы.       — То есть, по-твоему, окклюменция — трудно и бесполезно? Я не вполне понимаю твою логику. Я вижу только плюсы.       — А я вижу гигантский минус, Гарри: сколько времени ты потратишь на то, чтобы отработать окклюменцию? Так ли тебе надо закрывать свои мысли? Будешь отвлекаться, считать до десяти, в конце концов, спрячешь в одежде какой-нибудь артефакт — они ведь не запрещены?       — Я не уточнял.       — Так уточни, боже, что сложного? — Эми медленно вскипала. Сначала Поттер просит её совета, а затем говорит, что не уточнял, несогласен, что все её мысли — бред. Какой смысл тогда вообще спрашивать? — Просто аргументируй тогда, а не выставляй мои идеи лишь в дурном свете. Ты знаешь хоть что-то об окклюменции, кроме преимуществ? Ведь ты должен был изучить все стороны.       Она нервно выдохнула, стараясь успокоиться. И правда, слишком уж сильно она злится в этот раз — день выдался напряжённый, площадь Гриммо переполнена людьми, а споры с Гарри так истощают!       — Хорошо, раз ты хочешь аргументировать, назови ещё минусы, зме… — он хотел сказать «змея», и Эми это понимает так хорошо, что сердце сжимается от обиды. — Снейп. — Он как бы отделил её от себя, показывая, что она слегка другой крови.       Она прокашлялась, стараясь сморгнуть пелену раздражения, и слабо улыбнулась Гарри в знак перемирия.       — Ну, для начала, об окклюменции известно не так много. О других заклинаниях, зельях, о чём угодно есть множество книг, а об окклюменции — единицы, и то инструкции размытые. Тут опять хочу напомнить, сколько времени придётся убить, чтобы всё понять, да и поймёшь ли?       — У меня есть куда больше информации, — раздался голос за спиной. Эми вздрогнула, а затем обернулась к Розе. — Вы извините, что вмешалась, но спор без информации — что это за спор? Сплошные додумки. Я изучала окклюменцию довольно глубоко, и да, это было нелегко. Во-первых, Гарри, действительно ли тебе это нужно?       Поттер вопросительно посмотрел на Снейп, словно надеялся, что девушка ответит за него, а затем уверенно, не без доли упрямства кивнул:       — Необходимо. Окклюменция — это важная часть самозащиты.       — Соглашусь, — Роза ускорила шаг, чтобы идти вместе с Гарри и Эми.

***

      — О Мерлин! Неужели этот ангел, спустившийся с небес, моя девушка. Хотя постой, ангелы не носят красный, — Драко заставлял Эми глупо хихикать, хотя сейчас она могла себе это позволить. Однако сложно отрицать, что выглядела она шикарно. Тёмные волосы струились по плечам и вырезу на спине, а глаза приятно контрастировали с бархатным кроваво-красным платьем до колен.       Вместе с Драко они дошли до пристанища всех влюблённых парочек Хогвартса в этот день. Кафе мадам Паддифут оказалось великолепно обставлено. Хотя кому-то, вероятно, захотелось бы блевануть радугой от такого количества розовых и белых цветов, амурчиков, что летают над столами.       Эми и Драко поспели как раз вовремя, ведь у них ещё была возможность выбрать столик. Наконец, когда парочка устроилась, к ним подошла сама мадам Паддифут.       — Что будете заказывать, мои дорогие? — Она сделала пометки в блокноте.       — Думаю, нам не помешают вишнёвый сок и, пожалуй, большая плитка отборного шоколада, — сказал Малфой, улыбнувшись самой обворожительной улыбкой, на какую только был способен.       — Хорошо, поняла. — Добродушная Паддифут тут же удалилась.       — Давненько мы так вместе никуда не выбирались… — сказала Эми с явным сожалением.       — Так почаще вырывайся из билиотеки. — Малфой осторожно погладил возлюбленную по щеке и улыбнулся. Его взгляд был таким ласковым, нежным, но в то же время с какой-то ноткой страха. Он боялся потерять её. Девушку, которая сделала его лучше, стала первым человеком, которому он доверяет, как себе. Её прикосновения оставляют на его коже горящие отпечатки, а сердце стучит, как ненормальное, и всё это как в первый раз. Порой ему казалось, что он ненормальный наркоман, а Эмили — его наркотик, без которого он не выдержит.       А Эми, она понимала, что если потеряет его, то в её жизни вряд ли останется хоть капля смысла. Конечно, есть папа, Роза, Гарри, Эвелин, Пэнси, Джинни, этот список можно ещё долго продолжать, но это всё не то. Пусть кто-то твердит, что Малфой ей не пара, и она достойна кого-то получше. Но это её выбор, только её.       Эмили боковым зрением заметила, как Гарри и Чжоу сели за столиком недалеко от них. Поттер неприязненно посмотрел в их сторону. И тут ей в голову пришла шальная мысль:       — Драко, поцелуй меня, пожалуйста. — Блондин с ухмылкой на неё посмотрел.       — Конечно, моя леди. — Он притянул её к себе, и их губы слились в страстном поцелуе. Эми понимала, что делает это не только из-за того, чтобы насолить брату, но и главным образом из-за того, что любит Драко. Любит больше жизни.       Гарри поспешно отвернулся. У него сейчас проблемы поважнее младшей сестрёнки, которая действует ему на нервы. Хотя злость уже бурлила в жилах, он лишь поджал сухие губы — какой смысл наблюдать за этим? Понятно же, что весь этот спектакль для него. Поттеру трудно принять тот факт, что не вокруг него Земля вертится, и он сейчас шёл, откровенно говоря, у себя же на поводу.       Нет, он ни за что не позволит выходкам сестры вести себя из равновесия. Пускай только себе настроение портит. Забавно, но он действительно считал, что в тот момент Снейп думала в первую именно о его реакции.

***

      — Тема нашего сегодняшнего урока. — Поттер расхаживал между партами, приглаживая блестящие даже в полумраке волосы. — Как вы догадались по освещению и схеме на доске, Патронусы. У каждого он свой, и для того, чтобы научиться вызывать Патронуса, уйдёт немало времени. Нетерпеливые отсеятся сразу. — Эми вздохнула. Она-то «отсеиваться» не собиралась. — Те же, кто готов тренироваться подолгу — вас ждёт успех, мои друзья. Возлагаю на вас надежды. Эми? Мы начнём с тебя. Выходи, не стесняйся.       Она и не стеснялась, если на то пошло. Снейп смело вышла на середину комнаты, потому что уверена в своих силах и ни за что бы не подвела Отряд Дамблдора. Она чётко следовала инструкциям волшебника, каждое движение буквально отзеркаливало движения наставника, но искорка на конце палочки получилась, конечно, не сразу.       Снова, снова и снова — Отряд тренировался по кругу, каждый пробовал по очереди до тех пор, пока у Эми не получилось первой — серебристо-синий столп искр из палочки преобразился в Патронус, маленького быстрого зверька. Снейп, прикусив губу, наблюдала, как её мангуст проносится через комнату по кругу, возвращаясь обратно в палочку.       — Отлично! Идеально! Поздравляю, Эми! Ну же, давайте, попробуйте ещё!       И Отряд стал пробовать усерднее — у кого-то из участников из палочки сформировался и поскакал по тёмному помещению настоящий сияющий кенгуру. Правда, в ту же секунду он рассыпался от ужаса хозяина — за спиной послышался медовый, но ядовитый голос:       — Вижу, вы занимаетесь чем-то очень интересным, дорогие друзья? — Долорес Амбридж собственной персоной, облачённая в розовое, тошнотворно розовое, и сложившая руки на груди, со слабой улыбкой на губах.       — Да, — смело ответила Эми, тяжело сглотнув. — Занимаемся чем-то интересным.       — Я увидела достаточно, милочка, чтобы оценить ваш талант. Думаю, наш многоуважаемый директор может мне многое прояснить, верно? У всех из вас наготове объяснения?       По коже слизеринки побежали мурашки, а в горле появился ком.       — Хотя директор ли он теперь, этот ваш Дамблдор?       — Не смейте!.. — начал кто-то, но Амбридж улыбнулась ещё слаще, постучав пальцами по локтю.       — Его ждёт неожиданный уход, ученики, если у меня не галлюцинации, и я видела то, что видела. И никто не поможет, друзья.       Она развернулась и торопливо зацокала по коридорам Хогвартса, а ученики разных факультетов от ужаса не могли даже пошевелиться.       — Что теперь делать? — выдохнул Гарри, и его шёпот прокатился волной по помещению. Что теперь делать?

***

      С того дня в Хогвартсе хозяйствовала Инспекционная дружина. Драко и Пэнси были неприятно удивлены тем, что их подругу поймали, однако они сразу же отказались от значков, сославшись на занятость и подготовку к СОВ. Но самое худшее было только впереди.       Дамблдор уходит. Эта весть разбежалась по всем конца Хогвартса за считанные полчаса, и даже самые подлые, даже самые равнодушные студенты были немного напряжены — что же это за Хогвартс без Дамблдора, если старый волшебник всегда был его сердцем?       На удивление, те, кого считали самыми хладнокровными, сплотились; слизеринцы не бросают друг друга в беде. Драко, Эми, Эв и Пэнси сидели в слизеринской гостиной, ещё более тихой, чем обычно, и тревожно обменивались взглядами. Однако, что бы ни происходило, между ними всегда искры поддержки и дружбы, этот раз — не исключение.       — Что мы будем делать без Дамблдора? — бормотала без остановки Эми, теребя рукав белой рубашки с зелёными узорами. — И как Амбридж таилась столько времени?       — Это нетрудное заклинание, я знаю его. Могло бы вполне обеспечить его невидимость, а мы не проверили помещение во второй раз, уже после начала урока. Вероятно, тогда она и вошла, а потом, когда увидела достаточно, показалась — пафос, это ведь в её стиле. — Эвелин подняла взгляд. — Но мы обязательно найдём решение. Мы вместе, так что всё будет хорошо. И ещё неясно, какой будет исход.       — Ясно! У этой стервы есть доказательства, — прошипела Пэнси, но тут же замолчала, когда в гостиной появился бледный слизеринец. — Ладно, поговорим потом. Отдохните, придите в себя. Мы всё решим.       «Сомневаюсь», — мысленно возразила Эми, но ни один мускул на её лице не дрогнул. Не время сомневаться — время действовать. Но сейчас силы оставались лишь на то, чтобы не забрасывать учёбу. Хоть Эми и не знала, но чувствовала, что Амбридж её не подавит. Ведь она под защитой отца. Отца, который недоговаривал. Но того, который всегда стоит горой за своё чадо.

***

      Роза стала ловить себя на мысли, что, возможно, общество Блэка не настолько отвратительное. По крайней мере, пока он вежлив и вполне… Очарователен. И — да, может быть, она даже ждала возможности провести с ним время. Может быть, ей даже нравилось общаться. Может быть. Но с виду она никак не переменила мнения о Сириусе, разве что перестала называть его «блохастым», «репейником» и «пустоголовым хамом».       — Добрый вечер, — привычно здоровался Блэк, а волшебница, демонстративно скривив губы, отвечала:       — Вечер.       Но мельком всё равно косила глаза на проходящего мимо мужчину. И даже не отдавала себе отчёта в том, как привязалась к такого рода коротким и колким обменам репликами.       — Сегодня вы выглядите сногсшибательно.       Роза на секунду растерялась, выныривая из мыслей, а когда снова собралась с мыслями, мгновение было упущено, и фраза прозвучала нелепо:       — Вас не сшибла. — Она тут же густо краснеет — могла придумать что-то куда более хитрое.       — Может, перейдёте на «ты»?       — Перейду. — Ответного предложения не последовало, и девушка не сдержала торжествующей улыбки — правда, тут же скрыла её.       — Тогда и я, пожалуй, перейду. — Сириус внаглую заправил ей волосы за ухо, а Роза снова выпадала из реальности, краснея то ли от гнева, то ли от чувства буквально противоположного.       Она открывала и закрывала рот, как рыба, и наконец возмущённо взмахнула руками, делая шаг вперёд:       — Как вы… Ты! Это унизительно! Не трогай меня!       — Что же унизительного в акте заботы?       — За… Заботы?! — волшебница аж задыхалась от стыда.       — А что, разве неприятно было? — она тяжело сглотнула, только теперь осознавая, как близко стояла к Сириусу. — Только говори честно.       — Ой, — Роза не придумала ничего лучше, чем смущённо-язвительно хмыкнуть. — Я не… Э.       — Как ожидаемо, Лойяте, — усмехнулся Сириус и покинул комнату, явно довольный собой.       И на этом диалог был окончен.