Невозможное возможно

      Пламя в камине Малфой-менора вспыхнуло изумрудным светом, и через мгновение из него вышла Гермиона.       У Драко перехватило дыхание.       Какая же она красивая...       За эти годы Гермиона сильно изменилась. Она больше не была тем угловатым, нескладным подростком, которым он ее помнил. Перед ним стояла самая настоящая женщина — уверенная, собранная, ослепительно красивая. Тёмно-синее платье в стиле ампир мягко облегало фигуру гриффиндорки, подчёркивая белизну ее кожи. Волосы, когда-то вечно растрёпанные, теперь лежали тяжёлыми волнами, доставая почти до талии. Макияж был почти незаметным, но делал её взгляд ещё глубже, а губы — выразительнее.       Она обменялась с Малфоями сдержанным приветствием и опустилась в кресло, не отрывая настороженного взгляда от хозяев менора.       Гермиона даже не попыталась убрать палочку. Ее тонкие пальцы уверенно сжимали древко, готовые в любой момент отреагировать — без тени сомнения или колебаний.       —Мисс Грейнджер, — Начал Люциус примирительно. — Уверяю вас, в этом доме вам ничто не угрожает. Даже если бы мы пожелали причинить вам вред, — Он едва заметно усмехнулся, глядя на ее палочку. — Моя клятва не позволила бы нам этого сделать.       — Лорд Малфой, — Холодно ответила она, бросив выразительный взгляд на Драко. — Моя последняя встреча с одним из представителей вашей семьи имела для меня… нежелательные последствия. Не хочу, чтобы через месяц история повторилась.       Люциус побледнел, с силой сжав подлокотник кресла. Драко покраснел и отвел взгляд от женщины.       Гермиона закинула ногу на ногу, её губ коснулась тонкая, почти насмешливая улыбка.       —Итак. Зачем я здесь?       —Гермиона, ты серьезно? — Воскликнул Драко.       Она тут же перебила его:       —С каких пор ты называешь меня по имени, Малфой? Насколько я помню, раньше ты ограничивался «грязнокровкой» или «Грейнджер».       В портрете Северус Снейп тихо покачал головой. Напряжение в комнате стало почти осязаемым. Никто из Малфоев не ожидал, что разговор будет лёгким. Они готовились к ее холодности, к упрёкам, к сдержанной враждебности. Но к такой стене ненависти не был готов ни один из них.       —Мисс Грейнджер, - Люциус решил перейти прямо к делу. – Давайте пока оставим прошлое. Нам необходимо обсудить Аурелию. Она — часть нашего рода. Мы хотим определить порядок встреч. Девочка должна знать своего отца. И, конечно, носить нашу фамилию.       —Нет.       Три пары серых глаз уставились на неё.       —Прошу прощения? — Холодно переспросил Люциус.       —Вы не приблизитесь к моей дочери. Я вам запрещаю.       —Нет, Грейнджер, ты не сделаешь этого! — Драко вскочил с дивана и шагнул к ней. - Ты не имеешь права!       Палочка тут же взметнулась в его сторону.       —Не подходи ко мне, Малфой.       — Ты не можешь лишить меня Аурелии! Я ее отец! — Его голос дрогнул. — Что с тобой случилось, Грейнджер?       —Что со мной случилось?! — Гермиона резко поднялась. В её глазах полыхала ярость. — И ты смеешь спрашивать меня об этом? Ты использовал меня! Ты надругался надо мной! Ты разрушил мою жизнь! Ты убил моих родителей! Тебе не достаточно этого?!       —Я не… - Парень дернулся, словно от пощечины. - Я никогда... - Он посмотрел на родителей. - Клянусь...       —Это из-за вас, из-за мерзких Пожирателей я стерла родителям память и отправила их в Австралию! — Голос Гермионы сорвался. — После войны я должна была найти их и всё вернуть. Но я была беременна. Я не могла колдовать! Когда я наконец добралась до них… было уже поздно.       В комнате стало очень тихо.       —Мама умерла при родах. Девочку не спасли. Отец… не выдержал.       Драко побледнел.       —Они хотели назвать её Гермионой... — Почти шёпотом закончила женщина.       Она с ненавистью посмотрела на слизеринца.       — Я потеряла родителей. Потеряла Рона. Потеряла карьеру в Министерстве, которую могла бы построить. У меня осталась только Аурелия. И клянусь, я не позволю тебе её забрать.       Гермиона резко развернулась и направилась к камину.       —Ты всё уже давно решила. Да, Грейнджер? — Голос Драко дрожал от злости и боли. — Ты ведь не собиралась давать нам шанс. Ты всегда принимаешь решение за других. За родителей. За нас. За дочь. Ты даже не допускаешь мысли, что у других есть право выбора! Ты не видишь дальше своего носа!       Гермиона не ответила. Лицо её стало каменным. Она подняла руку с летучим порошком — ещё секунда, и зелёное пламя сомкнулось бы за её спиной.       —Мисс Грейнджер!       Гриффиндорка обернулась. Нарцисса шагнула вперёд. В её глазах блестели слёзы, но взгляд оставался ясным.       —Пожалуйста… - Голос аристократки дрогнул. - Дайте нам шанс. Позвольте быть частью ее жизни.       Гермиона покачала головой.       —Не могу...       В следующую секунду произошло то, чего никто не ожидал. Леди Малфой медленно опустилась на колени.       —Нарцисса! — Люциус метнулся к жене, но она мягко отстранила его руку.       —Не нужно.       Она подняла глаза на Гермиону.       —Мы все очень виноваты перед вами. Я не стану оправдываться. Но я прошу, дайте нам шанс. Мисс Грейнджер, я знаю, что вы добрая девушка. Мы уже потеряли одиннадцать лет жизни Аурелии. Эти годы никогда не вернуть. Но она — наша кровь. И... Прошу, позвольте нам хотя бы попытаться.       Голос Нарциссы стал тише.       —Мисс Грейнджер, я не предлагаю вам забыть прошлое. Я не прошу простить нас. Знаю, что это невозможно. Я лишь прошу дать нам возможность познакомить с ней. Мисс, Грейнджер, один шанс...       В комнате повисла звенящая тишина. Гермиона застыла, пораженно глядя на Нарциссу. Чистокровная на коленях перед грязнокровкой... Она ненавидела Малфоев. Боялась их. Презирала их гордость. Но Нарцисса Малфой на коленях… Это было неправильно. Нелепо. Невыносимо.       — Встаньте. — Резко сказала Гермиона.       Нарцисса покачала головой.              —Пока вы не ответите.       Гермиона сжала палочку так, что побелели пальцы. Ее сердце отчаянно билось. Всё внутри нее кричало — уходи. Не верь. Не давай им шанса. Они мерзкие слизеринцы. Они снова обманут тебя.       Но что-то в глазах хозяйки менора заставляло ее медлить. Перед ней больше не было холодной аристократки, перед ней была мать.       -Прошу вас...       Девушка шумно выдохнула.       —Один шанс, — Произнесла она глухо, понимая, что проиграла. — Всего один шанс. В эти выходные я заберу Аурелию из школы. Если хотите… мы придём к вам на ужин.       Люциус прикрыл глаза от облегчения. Драко застыл, будто не смея поверить. Нарцисса медленно поднялась, и в её взгляде было столько благодарности, что Гермионе стало почти неловко.       —Спасибо… — Прошептала женщина.       Гермиона резко развернулась и исчезла в камине, проклиная себя за слабость. Леди Малфой вскрикнула и, пошатнувшись, схватилась за грудь.       —Нарцисса!       —Мама!       Люциус подхватил побледневшую жену.       —Всё в порядке… я просто… устала, — Прошептала она. - Милый, я так счастлива... - Нарцисса попыталась улыбнуться.       Когда Люциус унёс жену из гостиной, Драко повернулся к портрету Снейпа.       —Почему ты не сказал мне о её родителях?       —Я не знал, что они умерли. — Тихо ответил профессор. — Она вернулась из Австралии и замкнулась в себе на несколько дней. Мы решили, что ей не удалось снять Обливиэйт.       Драко устало провёл рукой по лицу.       —Крестный, я видел ее глаза. В них столько ненависти. Она никогда... никогда...       Он резко ударил кулаком по стене и вышел.       Снейп с болью в глазах смотрел вслед крестнику.       —Ох, девочка… — Тихо произнёс он. — Ты даже не представляешь, какой властью обладаешь над ними. Надеюсь, гриффиндорское упрямство не окажется сильнее разума.