Невозможное возможно

      На следующее утро за завтраком Гермиона слушала Аурелию, которая восторженно щебетала о Малфой-меноре. Драко, Нарцисса и Люциус накануне устроили для девочки экскурсию по поместью. Впрочем, экскурсия задумывалась для них обеих — но стоило Гермионе переступить порог библиотеки, как всё остальное перестало для неё существовать.       Малфои обменялись понимающими взглядами, с трудом скрывая улыбки, и великодушно предложили ей чувствовать себя как дома. Гермиона лишь рассеянно кивнула… и уже через минуту окончательно потерялась среди бесконечных рядов полок, заворожённая их содержимым.       Чего здесь только не было: древние фолианты, редчайшие издания, аккуратно подписанные свитки, книги на десятках языков.       Гермиона медленно шла вдоль полок, почти благоговейно проводя пальцем по корешкам.       И вдруг замерла.       —О… боги…       Дальняя часть зала была выделена под целую секцию маггловской литературы. Не несколько случайных книг — а полноценная коллекция: научные труды, история, философия, классические романы. Всё аккуратно рассортировано, переплетено и, судя по состоянию, явно читалось, а не просто стояло для вида.       Гермиона невольно улыбнулась.       Кажется, Малфои снова смогли её удивить…       —Мамочка, смотри, сова! — голос Аурелии вернул её к реальности.       Гермиона вынырнула из своих мыслей и увидела большого филина, плавно опустившегося на подоконник с тяжелым свёртком в когтях. Женщина забрала посылку у птицы. На всякий случай проверив её защитными заклинаниями, она осторожно развернула бумагу и не сдержала восторженного вскрика.       —Что там, мамочка?       —Книга… — С благоговением ответила пораженная Гермиона.       Одного взгляда на фолиант хватило, чтобы понять: перед ней редчайшее издание. Тяжёлая обложка была покрыта золотом и инкрустирована мелкими драгоценными камнями. К обложке была прикреплена небольшая записка.       Открой на стр. 135.       Подписи не было, но Гермиона ни на секунду не сомневалась, кто отправил ей этот подарок.       Вечером, проводив Аурелию в школу и устроившись у камина, Гермиона наконец открыла книгу на нужной странице. Заголовок гласил:       «Обливиэйт на магглах».       Она медленно углубилась в чтение.       Глава подробно описывала последствия применения Обливиэйта различной силы на неволшебников. Чем дальше Гермиона читала, тем тяжелее ей становилось на душе. Наконец она откинулась на спинку кресла и тихо вздохнула. Заклинание третьего уровня, которое она наложила на своих родителей… было необратимым. Любая попытка снять его с маггла приводила лишь к одному результату — разум человека разрушался.       Мысли Гермионы вновь вернулись к тому вечеру в Малфой-меноре, когда она впервые обвинила Драко и его семью в смерти своих родителей. Теперь она ясно понимала: тогда ею руководили боль, страх и отчаяние. Да, она винила Пожирателей Смерти в том, что произошло. Но был ли Обливиэйт единственным выходом? И насколько виновны перед ней сами Малфои? В конце концов, они не были единственными Пожирателями в стране.       И книга, лежащая сейчас на её коленях, лишь подтверждала горькую правду: едва произнеся заклинание, она сама обрекла родителей — и себя — на одиночество. И… если бы тогда она не была беременна… ничего бы не изменилось.

***

      —Мамочка, просыпайся! Пора открывать подарки! Папа скоро придёт! — Голос Аурелии звучал бодро и нетерпеливо.       Гермиона сонно потянулась и улыбнулась:       —Милая, беги вниз, я скоро спущусь.       Она ещё немного посидела на кровати, пытаясь окончательно проснуться. Время летело так быстро, что иногда это даже пугало. Казалось, еще совсем недавно Аурелия впервые уезжала в Хогвартс, взволнованно сжимая билет на поезд, а теперь уже вернулась домой на зимние каникулы.       Рождество должно было наступить только завтра, но по просьбе Малфоев подарки для девочки решили открыть сегодня. Люциус объяснил это какими-то старыми семейными традициями, и Аурелия, разумеется, с восторгом согласилась.       Гермиону же куда больше удивило другое. Ее дочь совершенно спокойно приняла новость о том, что Драко теперь её «папа». Никаких слёз, вопросов или неловкости — девочка просто приняла это как нечто естественное. Словно… она давно знала об этом…       Иногда Гермиона ловила себя на мысли, что до сих пор не знает, о чём именно они говорили тогда наедине. Но, глядя на то, как легко и тепло дочь теперь произносит слово «папа», она всё чаще думала, что, возможно, Драко сказал именно то, что нужно было услышать ее ребёнку.       Пока женщина собиралась, её мысли невольно вернулись к их новому распорядку. Теперь всё в ее жизни выстроилось почти по часам: по пятницам она забирала Аурелию из Хогвартса, по субботам они ужинали в Малфой-меноре, а воскресенье девочка проводила с семьёй отца. В такие дни Гермиона могла навестить Нору или заглянуть на Гриммо.       Поймав себя на этой мысли, она вдруг поняла, что всё чаще думает о Малфоях как о чём-то привычном.       Её размышления сами собой скользнули к Драко. Гермиона и сама не могла точно сказать, когда её отношение к нему начало меняться. Просто однажды он тихо присоединился к ней в библиотеке, положил на стол несколько книг и заметил, что они куда лучше объясняют тему, которую она изучала.       Разговор завязался сам собой.       И тогда Гермиона с удивлением поняла: Драко Малфой — интересный собеседник, начитанный человек и, что бы она ни думала о нем раньше, действительно сильный волшебник. А еще, о боги, он искренне увлекался маггловской литературой… Малфой, читающий Дюма в оригинале… Нет, это все еще звучит, как какое-то безумие.       Библиотека Малфой-менора в то утро была особенно тихой. Высокие окна пропускали серый ноябрьский свет, который ложился на длинные ряды книжных полок и старые ковры. В камине лениво потрескивал огонь, наполняя комнату приятным теплом.       Гермиона устроилась на небольшой софе у окна. На низком столике рядом стояла чашка горячего кофе, от которой поднимался тонкий ароматный пар, и тарелка с ее любимым сметанным пирогом — как выяснилось, Малфои были прекрасно осведомлены о ее вкусах.       В руках Гермиона держала книгу — первое издание "Гордости и предубеждения" Джейн Остин. Тонкие страницы слегка пожелтели от времени, но были удивительно хорошо сохранены. Она аккуратно переворачивала их, полностью растворяясь в тексте.       Скрип двери почти не привлёк её внимания. Лишь когда по деревянному полу раздались тихие шаги, Гермиона подняла глаза.       В библиотеку вошёл Драко.       Он держал в руках какую-то книгу и, казалось, даже не заметил её присутствия. К удивлению Гермионы, Малфой уверенно направился не к секциям с магическими трактатами, а к дальней части зала. К маггловской литературе.       Гермиона невольно опустила книгу, наблюдая за молодым мужчиной.       Драко спокойно прошёл вдоль полок, скользя взглядом по корешкам, будто точно знал, что ищет. Через мгновение он вытянул одну из книг, задумчиво пролистал несколько страниц и, удовлетворённо кивнув самому себе, развернулся обратно.       Теперь он заметил Гермиону.       —Не помешал? — Спросил он спокойно.       —Нет. — Она чуть улыбнулась. — Просто… удивилась.       Драко приподнял бровь.       —Чему именно?       Гермиона кивнула на книгу в его руках.       —Не ожидала увидеть тебя в секции маггловской литературы.       В уголках его губ мелькнула лёгкая усмешка.       —Это оскорбление для моего интеллектуального достоинства, Грейнджер?       —Скорее… неожиданность.       Он подошёл ближе, и теперь Гермиона смогла разглядеть обложку.       —Александр Дюма. — Вслух прочитала она. — На французском? — Гермиона удивлённо моргнула. —Ты читаешь Дюма в оригинале?       —А как ещё? — Спокойно ответил он, опускаясь в кресло напротив. — Переводы теряют половину шарма.       Гермиона невольно усмехнулась.       —Не думала, что ты любишь приключенческие романы.       —Не только приключенческие. — Спокойно заметил Драко. — У Дюма довольно интересные исторические детали. Хотя признаю, иногда он чересчур драматичен.       Он бросил короткий взгляд на её книгу.       —А ты?       Гермиона чуть подняла свой том.       —Джейн Остин.       Драко на секунду задумался.       —Гордость и предубеждение?       Она удивлённо посмотрела на него.       —Ты знаешь эту книгу?       —Я не настолько необразован, как тебе хотелось бы думать. — Спокойно ответил мужчина.       Гермиона тихо рассмеялась.       —Прости… - Наконец тихо сказала она.       Драко на мгновение оторвал взгляд от книги. В его серых глазах мелькнуло что-то похожее на лёгкое удивление.       —За что именно? — Спокойно спросил он.       Гермиона чуть пожала плечами.       —За… многое, наверное. Например, за то, что раньше я слишком легко делала выводы.       На несколько секунд между ними повисла тишина. В камине тихо потрескивали дрова, а за окнами медленно падал снег.       Драко закрыл книгу, положив палец между страницами.       —Вообще-то. — Сказал он после паузы. — Я сам тоже должен тебе кое-что сказать.       Гермиона вопросительно посмотрела на него.       —Спасибо.       Женщина моргнула.       —За Аурелию. Она… просто чудо.       Он произнёс это просто, без привычной малфоевской иронии.       —Ты даже не представляешь, что она сделала с этим домом. — Продолжил Малфой, чуть усмехнувшись. — Моя мать… помолодела лет на десять. Честно. Она снова смеётся. Иногда слишком громко, по мнению моего отца.       Гермиона невольно улыбнулась.       —А Люциус? — Спросила она.       Драко хмыкнул.       —О, отец — отдельная история. Они с матерью так увлеклись телевизором, что недавно поставили второй прямо у себя в спальне.       —Не может быть.       —Клянусь фамильным состоянием. — Невозмутимо ответил Малфой. — Теперь по вечерам они обсуждают маггловские сериалы.       Он на секунду задумался, а потом с лёгкой иронией добавил:       —Моя мать, например, искренне переживает за какую-то бедняжку… Карменситу, кажется. Она до сих пор уверена, что дон Педро обязательно спасёт её от этого негодяя дона Альфонсо.       Драко картинно закатил глаза.       Гермиона тихо рассмеялась.       —Серьёзно?       —Я даже посмотрел пару серий, чтобы понять, о чём она вообще говорит. — Признался Драко. — А потом… — Он слегка поморщился. — Я полез в маггловский интернет и выяснил, чем всё закончится.       —И? — С интересом спросила Гермиона.       Он пожал плечами.       —И понял одну крайне печальную вещь.       Гермиона чуть наклонила голову.       —Какую?       Драко усмехнулся уголком губ.       —Плохие парни никогда не получают хороших девчонок.       Он сказал это почти шутливо, но Гермиона почему-то почувствовала, что в его голосе проскользнула тень чего-то более серьёзного.       Драко поднялся с кресла.       —Ладно, — Сказал он. — Не буду мешать твоему свиданию с мисс Остин.       Он уже направился к двери, когда Гермиона вдруг сказала:       —Малфой.       Он остановился и обернулся. Несколько секунд девушка молчала, словно собираясь с мыслями.       —Я тоже хотела сказать тебе спасибо.       Он слегка нахмурился.       —За что?       —За то, что остановил Хвоста… — Тихо продолжила она. — Я даже не хочу думать, чем бы всё это могло закончиться.       Она подняла глаза на блондина.       —Спасибо.       Драко смотрел на неё несколько секунд. Его лицо оставалось спокойным, но взгляд стал более серьёзным. Наконец он чуть пожал плечами.       —Не за что.       И после короткой паузы добавил:       —Даже плохие парни иногда делают правильные вещи, Грейнджер.       Коротко кивнув ей на прощание, он вышел из библиотеки, тихо закрыв за собой дверь.

***

      —Гермиона, помнишь, я обещал показать тебе чары, которые мы с отцом наложили на потолок в комнате Аурелии? — Спросил Драко неделю назад.       —Помню. — Ответила Гермиона. — Но… я уже нашла это заклинание. Оно слишком сложное для одного человека. Придётся ждать, пока вырастет Аурелия. — Женщина скривилась.       —Если хочешь, мы можем сделать это вместе для нашей дочери. — Внезапно предложил Драко, глядя прямо в глаза Гермионы.       Женщина сглотнула.       —Я даже не знаю…       —Ну же, Гермиона, где твоя знаменитая гриффиндорская смелость? — Драко усмехнулся, поддразнивая ее. — Соглашайся. Обещаю, ты не пожалеешь.       Соблазн попробовать что-то новое оказался сильнее сомнений. Гермиона кивнула, не отводя взгляд от серых глаз.       Оказавшись в Лестрейдж-меноре, Драко внимательно осмотрел гостиную. Она была меньше, чем в его поместье, но очень светлая, уютная, с множеством колдографий на камине.       —Моя мама… — Тихо произнес гриффиндорка. — Всегда ставила лучшие фотографии у камина… Это было... нашей традицией.       В комнате дочери Драко улыбнулся: стены были усыпаны рисунками и фотографиями Аурелии. Гермиона сама не поняла, когда начала рассказывала, когда и как был сделан тот или иной кадр.       Вечер того дня закончился тихо и очень приятно для обоих: Гермиона и Драко сидели у камина, листая альбом с колдографиями дочери, а потолок в комнате Аурелии мягко переливался зачарованным светом.

***

      Вынырнув из своих мыслей, Гермиона невольно вспомнила о Поттерах и Уизли. Завтра Рождество, и она обещала встретить этот праздник с друзьями. Но, странным образом, ей почему-то хотелось провести этот день не в шумной компании рыжеволосого семейства, а в тихой, уютной атмосфере Малфой-менора…