Невозможное возможно

      Гермиона сладко потянулась, открыла глаза — и в ту же секунду резко села. Где она?..       Комната была ей совершенно незнакома. Огромная кровать с тяжелым изумрудным балдахином, мягкий ковер того же цвета, серебристо-зеленые стены, высокие окна…       Она медленно повернула голову — и замерла. Рядом с ней спокойно спал Драко Малфой.       Память тут же услужливо подбросила обрывки минувшей ночи: танец, поцелуй у камина, его руки, голос, спальню…       Гермиона зажмурилась и едва не застонала от досады — на себя, на шампанское и на собственную внезапную безрассудность.       —Мерлин… нет… — Прошептала она.       Стараясь не шуметь, девушка начала искать свою одежду. Платье нашлось на полу, туфли — у кровати. Быстро одевшись, она ещё раз взглянула на спящего Малфоя. Он спал спокойно, почти безмятежно, как спят маленькие дети.       Гермиона отвела взгляд. Через минуту она выскользнула из комнаты слизеринца, поспешно направляясь в гостиную. Нужно было как можно скорее покинуть менор.       Ей предстояло многое обдумать…

***

      Драко разбудил настойчивый стук в окно. Он поморщился и, открыв глаза, быстро понял, что в комнате больше никого нет. Гермиона ушла.       Поднявшись, Малфой распахнул окно и впустил внутрь сову. Птица принесла свиток с документами, требующими его внимания и подписи. Сосредоточившись, он быстро разобрался с делами; спустя примерно полчаса бумаги были аккуратно сложены и отправлены обратно.       Позвав домового эльфа, Драко коротко поинтересовался, где гостья. Ответ оказался предсказуем: гриффиндорка покинула поместье более двух часов назад.       Несколько мгновений мужчина молча обдумывал ситуацию, затем лишь тихо усмехнулся. Давить сейчас на Гермиону — худшая из идей. Ей нужно время.       Приняв такое решение, Малфой распорядился отправить любимой букет цветов, а сам вскоре аппарировал во Францию — к дочери и родителям.

***

      Вот уже шесть дней подряд утро Гермионы начиналось одинаково — с букета цветов от Драко Малфоя. И, если быть честной с самой собой, девушке это нравилось. Такое внимание со стороны слизеринца оказалось неожиданно… приятным.       За эти дни Гермиона бесчисленное количество раз возвращалась мыслями к той рождественской ночи. Почему она сама его поцеловала? Почему не остановила, когда он давал ей такую возможность?       Приняв ванну и накинув на себя легкий шелковый халат, Грейнджер взяла книгу и направилась в гостиную. Устроившись на диване перед камином, она попыталась читать, но ее мысли вновь вернулись к Малфою и к их ночи.       Вздохнув, Гермиона закрыла книгу и отложила ее в сторону. Прикрыв глаза, она позволила себе вновь окунуться в воспоминания.

***

      Оказавшись в спальне, Драко осторожно опустил Гермиону на пол и на мгновение замер, всматриваясь ей в глаза — будто спрашивал разрешения или давал ей последний шанс отступить, пока еще не поздно.       Ответ не заставил себя долго ждать: гриффиндорка сама притянула его к себе и поцеловала.       —Гермиона… — Выдохнул он.       Она посмотрела на него затуманенным от страсти взглядом.       —Я… хочу тебя…       В следующее мгновение Драко жадно припал губами к шее Гермионы, с ее губ сорвался тихий стон. Пальцы мужчины нащупали молнию на платье любимой, расстегнули её, и ткань мягко соскользнула вниз, оставляя плечи обнажёнными. Ещё мгновение — и лёгкий шелк упал к ногам девушки.       Малфой отстранился, окинув Гермиону взглядом, полным желания.       —Ты… без белья? — Хрипло спросил он.       Гриффиндорка смутилась. Она совсем забыла, что не успела надеть трусики, когда в панике покидала Нору.       Тем временем Драко скинул пиджак и потянулся к рубашке, но она мягко остановила его.       —Позволь мне…       Подойдя ближе, Гермионы начала расстёгивать пуговицы на рубашке Малфоя. Его руки скользнули по спине и бёдрам любимой, притягивая ее ближе, а губы снова нашли её губы. Вскоре рубашка упала на пол следом за пиджаком.       Девушка потянулась к его ремню, но он перехватил её руку.       —Не спеши… — Прошептал он ей на ухо и направил к кровати.       Уложив Гермиону на постель, Драко начал медленно исследовать её тело поцелуями — шея, ключицы, грудь, живот. Грейнджер закрыла глаза, растворяясь в приятных ощущениях, позволяя волнам тепла разливаться по ее телу.       Когда он оказался между её бёдер, она невольно напряглась. Его ладонь мягко провела по ее складочкам.       —Не бойся…       И Гермиона почему-то поверила Драко и расслабилась.       Прикосновения Малфоя становились все более смелыми, он ласкал ее, покрывая тело нежными поцелуями. Гермиона невольно выгнулась, не сдержав стона:       —Драко… пожалуйста…       Она больше не сомневалась в своём желании. Он быстро избавился от оставшейся одежды и, запечатлев еще один поцелуй на ее губах, прошептал:       —Гермиона… — В его взгляде звучал вопрос.       Грейнджер кивнула, притягивая Малфоя к себе. Он накрыл её собой, продолжая ласкать. Она знала, что еще секунда и…       Девушка вздрогнула и невольно напряглась, когда он проник в нее. Драко замер, напряжённо всматриваясь в её лицо, явно боясь причинить боль.       Она попыталась улыбнуться и обвила его плечи руками.       —Я не стеклянная…       Он уткнулся лицом в её шею, глубоко вдохнул — и больше не сдерживался. Движения мужчины стали увереннее, ритм — быстрее. Постепенно напряжение сменилось ощущением правильности и полноты происходящего.       Их стоны становились громче, дыхание — более сбивчивым. Гермиона невольно вцепилась пальцами в его спину, он крепче прижимал её к себе.       Когда волна наслаждения накрыла их обоих, Драко выдохнул её имя и крепко прижал её к себе. Через несколько минут, усталые и довольные, они уснули, всё ещё обнимая друг друга.

***

      Из воспоминаний Гермиону вырвал звук работающего камина.       Она вздрогнула и распахнула глаза. Уже в следующую секунду из зелёного пламени шагнул Рональд Уизли. Гермиона не успела произнести ни слова.       —Силенцио. Петрификус Тоталус.             Тело мгновенно перестало е подчиняться. Грейнджер охватил холодный, сковывающий ужас.       Рон медленно направился к женщине, не отрывая от нее пристального взгляда.       —Ох, Гермиона… вижу, ты ждала меня? — Протянул он, скользя взглядом по её обнажённым ногам и лёгкому халатику. — Ну что ж, сегодня нам никто не помешает закончить начатое. Даже ты сама.       Он начал неторопливо расстёгивать рубашку.       —Наверное, тебе интересно, как я здесь оказался? — Продолжил он, усаживаясь рядом.       Рон провел рукой по ее обнаженным ножкам. Гермиона в отчаянии попыталась отстраниться, закричать, ударить его — но тело оставалось неподвижным. Она могла лишь смотреть на него, с трудом сдерживая панику.       —Ты написала Джинни, просила передать тебе палочку. Лили заболела, Гарри на задании… — Рон усмехнулся. — Пришлось брату выручать сестрёнку.       Он оскалился.       —И вот я здесь.       Положив её палочку на столик около дивана, он медленно потянул за пояс её халатика. Гермиона изо всех сил пыталась сосредоточилась, чтобы разрушить заклинание, но ничего не помогала. Она смогла лишь слегка шевельнуть пальцами и чуть повернуть голову.       Тем временем Рон продолжал говорить, не спеша избавляясь от одежды:       —Герми… ты сделала меня безумцем. Я не могу спать, не могу есть, не думать ни о чём другом. Ты нужна мне. И ты будешь моей.       Он наклонился ближе, заглядывая ей в глаза.       —Я просто хочу избавиться от этого наваждения… хотя бы раз.       В следующую секунду мужчина хищно припал к её губам. Он больше не был ее некогда любимым Роном. Он был незнакомцем, желающим удовлетворить свою страсть.       Пока Рон продолжал терзать ее тело, Гермиона отчаянно пыталась бороться с чарами неподвижности.       Мерлин, помоги…

***

      Драко Малфой стоял перед зеркалом и внимательно смотрел на своё отражение. Он уже в который раз поправлял галстук, приглаживал волосы, будто пытаясь привести в порядок не столько внешний вид, сколько собственные мысли. Наконец он глубоко вдохнул и медленно выдохнул.       На столе лежало фамильное кольцо. Драко на мгновение замер, затем взял его в руки.              Он волновался.       За эти шесть дней он успел многое обдумать — слишком многое, чтобы теперь отступать. Решение было принято.       Он придёт к Гермионе. Они поговорят — спокойно, честно, без недомолвок. Он признается ей в своих чувствах.       И если она не отвергнет его… если даст хотя бы малейший шанс — он пригласит её на ужин. Столик уже заказан.       А потом сделает то, что должен был сделать ещё много лет назад. Предложение.       Драко сжал кольцо в пальцах.       Он не будет давить на неё. Не будет требовать или ставить условия.       Но просто сделает все, чтобы она поняла, как сильно нужна ему. Не как мимолётная слабость. Не как случайность той ночи. А как жена. Как хозяйка менора. Как мать его дочери. Как женщина, без которой он больше не представлял своей жизни.       Аурелия завтра вернутся к Гермионе, чтобы провести с ней остаток каникул. И если… если Гермиона скажет «да» — возможно, всё изменится.       Они смогут уехать куда-нибудь втроём. Италия. Бразилия. Австралия… Неважно.       Главное, они будут рядом. Будут настоящей семьёй. Он и его девочки…       Драко на мгновение закрыл глаза, словно удерживая это хрупкое будущее в своих мыслях. Затем аккуратно убрал кольцо в карман пиджака, взял со стола букет цветов и бутылку дорогого вина. И, больше не позволяя себе сомневаться, шагнул в камин, исчезая в изумрудном пламени.

***

      Сосредоточившись на попытке снять заклятие, Гермиона не сразу заметила, что камин вновь заработал. Лишь резкий звук разбившегося стекла заставил её глаза широко распахнуться.       Она с трудом повернула голову — ровно настолько, насколько позволяли сковывающие чары. Рон тоже отстранился, раздражённо обернувшись на шум.       И в следующую секунду сердце Гермионы болезненно сжалось.       У камина стоял Драко Малфой.       В одной руке он всё ещё сжимал букет цветов, другая была опущена. У его ног лежали осколки разбитой бутылки, а тёмное вино медленно растекалось по паркету, словно расползающаяся тень.       Он смотрел на них.       Не мигая.       В его взгляде застыл шок, быстро сменяющийся холодным, тяжёлым осознанием происходящего.