книга нашей жизни.

Минхо не знал почему стоял перед дверью Хван Хёнджина. В груди всё сжалось. Тяжело дышал. Он стучался, иногда звал горе-одногруппника. Пока ему не открыли. —Хван Хёнджин— всё, что успевает сказать, запыхавшись. —х..хён—младший слабо улыбается. Это первый раз, когда Хёнджин назвал Минхо хёном. Не "господин староста", не "зануда", не "бука" - излюбленное, а "хён". Рука соскальзывает и следующей опорой для больного человека становится плечо Минхо. Это ещё больше перепугало и так взволнованного парня. —эй, эй, эй...—Минхо засуетился, приобнимая Хёнджина за талию, потащил внутрь квартиры.—да у тебя же жар, как ты, блять, умудрился заболеть—прикладывает свободную руку ко лбу, все ещё не понимает, что он делает в этой квартире. Скидывает тело на крупную кровать с себя. После скрывается за кухонными тумбами. Он конечно не медик, но постарается сделать, что сможет. Находит какую-то глубокую тарелку, иногда поглядывая на кровать, наливает в неё прохладной воды. На самом деле найти тут что-то было крайне сложно. Дело ли в том, что хозяин квартиры заболел или же он сам по себе неряшливый человек, но там был полнейший беспорядок. Со стола подхватывает полотенце и возвращается к кровати. Мокрым полотенцем протирает чужое лицо, после руки, аккуратно поднимая каждую. Немного прикрывает глаза, когда дело дошло до туловища. В этом же нет ничего такого, верно? Он лишь помогает ему справиться с жаром. Приподняв футболку, протирает грудь, после торс. Напрягается. С каких пор прикасаться к телу горе-одногруппника так волнительно? До мурашек. Закончив, укрывает одеялом. На тумбе около двери Минхо находит ключ-карту от квартиры и отправляется в ближайшую аптеку. Хёнджин второй о ком доводилось заботиться. В голове невольно всплыли воспоминания из детства, когда Ли ухаживал за своим маленьким братиком. Тогда, да и сейчас, родители работали до ночи и парню, как старшему, приходилось заботиться о младшем, а тот в свою очередь имел плохой иммунитет. Он прекрасно знал, что нужно пить и есть во время болезни, чтобы быстро встать на ноги. Купив нужные препараты и кашу парень вернулся обратно. Чтобы не сидеть просто так и дожидаться пробуждения "спящей красавицы", парень решил прибраться. Помыл посуду, полы, сложил, раскиданные по полу, вещи по стопкам на диване, мол потом сам с ними разберётся, главное, что аккуратно. Оставшееся время он сидел у чужой кровати. Иногда трогал лицо, проверяя не отступил ли жар, иногда втыкал в ленту инстаграмма, иногда откровенно пялился на спящего, как сейчас. «он симпатичнее, когда не давит эту свою мерзкую ухмылку» пронеслось в голове. Минхо аккуратно убирает волосы с лица Хёнджина, проводит по щеке, очерчивает скулы. «да, гораздо симпатичнее» Но как только парень начинает шевелиться, аля предупреждая о пробуждении, резко отстраняется, будто никогда не нависал сверху, рассматривая лицо, как в первый раз. И пока тот не проснулся окончательно, убегает на кухню, подогревать кашу. Её нужно есть горячей. Иначе какой толк? Когда Хёнджин пришёл в себя, еле приподнимаясь, усаживается на кровати, осматривается, Минхо уже подоспевает с кашей. Брюнет опускал глаза, не решался смотреть на больного, как бы пытаясь таким образом избежать любых вопросов. —Минхо?—голос хриплый, было прекрасно слышно, что говорить тому крайне тяжело. —замолчи и ешь.—он заботился о Хёнджине, хоть и не хотел этого признавать и показываться, а у того в свою очередь не было сил прикапываться к необычному поведению старшего. —я курил и случайно увидел как ты упал—он намеренно смотрел в окно этой квартиры, искал в нём успокоения, но этого никогда не скажет. Хёнджин, как и приказал Минхо молчал, это молчание делало монолог ещё более неловким. —твоё состояние меня ни как не ебет, не обольщайся—блондин кивнул, пихая за щеку ложку с кашей. —подумал, что о тебе некому позаботиться.— на этом парень садится у изголовья кровати, наблюдая за трапезой. — если не помнишь, то дверь открыл ты, я не вламывался. —спасибо— Хёнджин слабо улыбается, на короткое мгновение переводит взгляд на Хо и после возвращается к каше. Ел он медленно, наверное тело было скованно слабостью. Минхо тут же отвёл взгляд, некоторое время пялился в кожаный диван рядом с кроватью, тот самый на который он сложил аккуратные стопки одежды. Её было, кстати, слишком много для одного человека. Или же Хёнджин - шопоголик? —дай сюда—он раздражённо забрал тарелку с ложкой, зачерпнул кашу, намереваясь покормить "своего пациента".—такой слабый, еле двигаешься, бесит. ты обязательно должен поправиться, чтобы не мозолить мне глаза, понял? —с пухлых губ сошёл тихий смешок, после переросший в открытый заливистый смех.—чего ты угараешь? Температура прогрессирует?— тыльной стороной ладони касается чужого лба. —прости, просто ты милый, хён.—проговаривает, сквозь смех. —иди к чёрту, и не называй меня так, мы не друзья— но Минхо слабо улыбается, после делает привычное для ненавистного парня лицо, запихивая тому ложку каши за щеку. После еды и таблеток парень уснул, снова оставив Минхо в одиночестве. В этот раз просто пялиться на спящего было скучно, в инсте новых постов не было, обменялся с Чанбином парой сообщений. Он не сказал другу о том, где находился на самом деле, посчитав, что это странно. Странно заботиться о том, кого на дух не переводишь. Да и лишние издёвки и подстёбывания ему ни к чему. Спрашивать разрешения у спящего человека смысла не было, потому Минхо взял на себя смелость взять ноутбук без разрешения, чтобы поиграть в игры. На удивление пароля не было. «ну и чудненько» На рабочем столе был такой же бардак, как и в квартире до его прихода. Значит всё таки виной ему была не болезнь. Парень долго ищет хоть какой-то браузер среди многочисленных папок и окон приложений. И ему наконец удаётся. В строке поиска набирает название одной из интернет игр, которые недавно рекомендовал ему брат. Феликс - так его звали, настоящий игроман, тот самый подросток вечно пропадающий в компьютерных пабах. Наверное, эта страсть к играм и подтолкнула его младшенького к факультету разработчиков. Получив вознаграждение, за один из проектов, в виде повышенной стипендии в каком-то вузе Бостона, Феликс уехал и уже год обучался за границей. К сожалению, интернет в этом доме был никчёмный, или же Хёнджин забыл оплатить вай-фай. Ни чего загрузить и тем более поиграть так и не вышло. И хоть это не правильно, двигаясь вперед своего интереса и скуки, Ли решил изучить столь загруженное содержимое рабочего стола. Его внимание привлекло очень знакомое название файла. «"книга нашей жизни"». Его как током ударило. Это же работа его любимого человека, самого обожаемого автора среди нынче популярных писателей новелл в сети, известного как "чёрная лошадка". Клик. Открываются заметки. Номер главы тридцать четыре, когда на сайте есть всего тридцать три. Невооружённым глазом видно, что это незаконченный черновик. Написано было всего пару предложений. «сегодня я осмелюсь. в этот солнечный день либо начнётся наша новая история, либо закончится навсегда. ведь увидев его лично, я должен решить окончательно.» История изначально шла от лица высокого худого юноши с длинными блондинистыми волосами. Он был студентом архитектурного, но в тайне от всех писал истории. Парень влюбился в своего читателя и надеялся однажды встретиться, но начал понимать, что его чувствами завладел некто другой. «что за хрень» в голове начал зарождаться огромнейший пазл, который Минхо без труда сложит.