Наемный корабль федерации

[. . . .] наемный корабль федерации. После техосмотра корабля результаты показали удовлетворительное состояние корпуса. Физическое и моральное состояние команды находится ниже допустимого уровня. У всей команды травмы, местами тяжёлые, тем не менее работоспособность никто не потерял. Экипаж начал высказывать сомнения насчёт успешности контракта, кое-кто заметил «самоубийственность миссии». Как капитан корабля, я постарался успокоить экипаж, приводя аргументы: «Кондор» не единожды выполнял курьерские контракты, и хоть в этот раз было чуть больше специфики, это всё ещё курьерский контракт; как известно, курьерская работа — один из самых лёгких контрактов для вольного корабля и не выполнить мы не имеет права: если обратиться к статистике, награда несоизмеримо больше, чем сложность задания. Не уверен, что это возымело эффект, тем не менее диагностику мы проводили в штатном режиме. [. . . .] Далее я наметил маршрут до нашего ключевого сектора. Нам надо пройти шесть секторов галактики. Что ж, это не много, но и не мало — грузовые корабли в дальних перевозках примерно столько же проходят. Надеюсь, нам хватит топлива. [. . . .] — Сектор инжи. Наверное, не считая федерации, они больше всех пострадали в этой войне. Через их сектор нам надо пройти. Экипаж высказывается, что это будет легко: несмотря на войну, их сектора до сих пор считаются относительно спокойными. Тем не менее по прибытии в сектор мы сразу же обнаружили сигнал бедствия, что уменьшило оптимизм команды. Курс на бедствие. — Конечно же, по прибытии мы сразу же угодили в ловушки. Сигнал бедствия оказался всего лишь приманкой. Излюбленная тактика пиратов. Вольные корабли никогда не используют сигнал бедствия для привлечения добычи. Впрочем, так делают либо слишком отчаянные пираты, либо слишком самоуверенные. Видимо, нам попался второй вариант — тяжёлое вооружение на маленьком корабле говорило само за себя. Типичная ошибка молодых пиратов — считать, что, имея хорошее оружие, можно победить кого угодно. Да, они нанесут нам урон, но их корабль едва ли выдержит пять наших залпов, в то же время наш крейсер выдержит десятки вражеских залпов, а учитывая, что у нас есть система взлома и контроль разума, у них нет ни единого шанса. Тактику против таких пиратов я отработал ещё тогда, когда впервые установил отсек контроля разума. Захватываешь оружейника и взламываешь систему вооружения, и после этого они ничего не могут сделать. И они это поняли, когда получили два залпа моего цепного лазера. Они предложили откуп — часть своего груза на возможность уйти целыми, часть груза, часть своего грабежа на окрестности сектора инжи; неизвестно скольких они убили, прежде чем встретили нас. Я не знаю, какой процент своего грабежа они нам предлагают, но то, что предложили, выглядит знатно. Я капитан наёмного корабля федерации, и по контракту обязан уничтожать любых пиратов на территории федерации, но, увидев лидера этих пиратов, я невольно вспомнил себя. Скрепя сердце я принял предложение пиратов (когда-то много лет назад я сам оказался на таком корабле, и мы, также увидев большой корабль со слабым вооружением, ринулись в бой, уверенные в наших пушках, и тогда я понял, что слаженная команда и размер корабля играют гораздо большую роль, чем восемь пушек вокруг корабля). И хотя я только что ослушался прямых указаний и, собственно, нарушил контракт с федерацией, я ничуть не жалею — надеюсь, они всё осознают и смогут стать вольными кораблями. Тем не менее за нарушение контракта мой гонорар уменьшается на 10%. Главное, чтобы мой экипаж не смог об этом узнать, но, пока они не смогут выпилить чёрный ящик, я могу быть спокоен. — Следующая система. Мы наткнулись на передового разведчика повстанцев; увидев нас, он сразу же начал заряжать ФТЛ-привод. Такого перехватчика мы уже встречали. Что ж, тактика остается неизменной. Бой прошел в штатном режиме. Впрочем, всё равно не без казусов, наш цепной лазер смог нанести критические повреждения корпусу, вызвав взрывную декомпрессию. Но на мародёрство не было времени, потому мы забрали всё полезное, что вылетело из корабля, и полетели дальше. — Четвёртая система по нашему счёту. Найдены следы крупного сражения — видимо, давний бой между федерацией и повстанцем; даром, что произошло в секторе инжи. Инжи практически всё полезное вынесли из этого сражения, даже сейчас можно увидеть корабли-сборщики инжи. Для нас здесь ничего нет. Доставляем груз в штатном режиме. — Новая система. Наши радары получили сообщение следующего вида: «Цель субъекта: благосостояние. Мотивация инжи: выживание. Передача припасов: приемлема?» Тот случай, когда грозность нашего корабля сыграла слишком хорошо. Эх. Как вольный корабль, я обязан принять их капитуляцию, даже если не было у меня злого умысла, но, как корабль федерации, хоть и наемный, я обязан отказать. Инжи — союзники федерации, да что ж говорить, несколько колоний инжи находятся под юрисдикцией федерации. Меня всегда удивляла логика инжи, этих полумеханических созданий — впрочем, не так сильно, как их способность осознавать и воспринимать пол, учитывая, как они воспроизводятся. Объяснил им, что являюсь крейсером федерации, а не каким-нибудь пиратом (впрочем, я их не виню — отличие между вольным кораблем и пиратом лишь в мотивации экипажа). Они вздохнули с облегчением и очень быстро поспешили уйти из системы. Странный народец, попрощались бы, союзники как-никак. — В этой системе нас ожидал приятный сюрприз. Колония инжи узнала, что наш корабль является официальным представителем федерации. Они так обрадовались, что подарили нам ракетный комплекс «Гермес» (РКГ), сказав, что она нам поможет против повстанцев, и еще всякую мелочёвку на дорожку. Чтобы помочь нам, этой довольно бедной колоний пришлось снять РКГ из своего ПКБ, серьёзно ослабив оборону своей колонии. Нет, всё-таки инжи воистину интересные создания. Они даже помогли нам установить «Гермес». Что ж, с ракетным комплексом нам не страшен ни один корабль. Правда, для выстрелов требуется взрывчатое вещество, в моём трюме его не так много — по моим расчетам, всего на 14 выстрелов — это в реалиях постоянных боёв сравнительно мало; впрочем, полностью хватает, чтобы запугать и нанести критические повреждения. Ракетный комплекс «Гермес» — самый распространённый ракетный комплекс, массово выпускаемый военными заводами, что не делает его заурядным: любой корабль боится ракет, даже наш тяжелобронированный крейсер, а Гермес хоть не самый эффективный ракетный комплекс, зато надёжный в нанесении повреждений. Закончив техническую диагностику, я дал команду покинуть систему. — Ничего необычного в этой системе не произошло. Не считая приставшего кораблика размером с козявку. Не понимаю, почему они предложили нам капитулировать. Может, у них сканеров нет; хоть в космосе размеры могут показаться обманчивыми, но, думается, хотя бы при приближении на десятки тысяч километров можно понять, что этот корабль не гражданский и не грузовой, а настоящий крейсер слагов. Впрочем, наш тип крейсера довольно редок в галактике, сомневаюсь, что кто-то кроме слагов знает об этом типе крейсеров. Бой прошел даже не в штатном режиме, бой прошел в стиле избиение молодняка. Нам достаточно было три попадания, чтобы весь экипаж почувствовал губительность атмосферы космоса. Мы забрали всё, что было в трюме (довольно небогато) и поспешили доставить груз в штатном режиме. — В этом маяке оказалась станция инжи, они предложили свои услуги для нашего корабля и довольно богатый ассортимент товаров и услуг за символическую плату (хотя цены тут как в центральных системах моего родного мира). За время посещения я смог договориться об установке уникальной технологии, изобретённой инжи — системе маскировки. За установку пришлось изрядно заплатить, пришлось даже продать кое-какой хлам из корабля, в том числе золотую статую золтанца, который Мэтью каким-то образом смог замародёрить в наших прошлых битвах; отдал он его неохотно, впрочем, не зря я считаю, что у моего корабля дисциплина, как в лучших экипажах федерации. Инжи помогли с установкой, в том числе с напылением маскировочных элементов вокруг корабля (самая тяжёлая и дорогая часть системы). Сейчас у меня не хватает мощности реактора для активации маскировки, но разогнать реактор должен уметь любой капитан корабля, это лишь вопрос времени. Да и РКГ сейчас не может функционировать, нужно откалибровать его с системой запитки орудий. В любом случае, это всё занимает время, а мы уже достаточно потратили на этой станции. Но, думаю, в конце сектора мы всё это успеем. Уверенные, что дорогостоящая маскировочная система поможет нам достичь цели, мы отправились в путь. — Очередная система инжи. Мы увидели, как хорошо оснащённый корабль инжи разбирает маленький корабль. Всё бы ничего, но наша система обнаружила сигнал телепортера. Я сразу же поднял уровень тревоги, но это оказался потрёпанный мантис, который сразу же сдался и теперь просит защиты от инжи; в то же время мы получили сообщения о том, что мантис нужен инжи, и они готовы даже заплатить за перевозку, как они назвали, «заключённого». Я, как обязанный контракту с федерации, не думая отдал бы мантиса, но я заметил униформу федерации на мантисе, я эту униформу ни с чем не спутаю. Когда-то меня остановил патрульный федерации, и оттуда вышел мантис с точно такой же униформой. Я тогда был впечатлён, каким мантис может быть — не агрессивным ксенофобом, а цивилизованным и в то же время опасным офицером федерации. Можно подумать, что мантис украл эту униформу, о чём могут говорить повреждения на ней, но именно такую униформу практически нельзя не украсть: это специально сделанная для мантисов униформа федерации, а корабли, на которой есть это униформа, обычными не являются. Но инжи — союзники федерации, зачем им нападать на представителя федерации? Эх, жаль, что я не могу свериться базой данных, чтобы узнать общую ситуацию — решение требуется сейчас. И я решил дать защиту мантису, и, как ожидалось, корабль инжи развернулся в боевом порядке. Приказываю вступить в бой. Я спросил мантиса о его способностях пилота, я сразу заметил по его глазам, как он захотел рассказать про все свои боевые заслуги; я его быстро остановил и дал приказ занять место оператора щита. Наш «Кондор» редко воевал с инжи: они известны тем, что, имея беспомощный вид, могут уничтожить корабль в два раза больше их самих, тем не менее полгалактики считает их слабым противником. Но статистика в базе данных говорит, что их боевые корабли проигрывают не больше, чем любой другой боевой корабль. Так что бой будет несладким; вооружение, как в любом корабле инжи, выглядит никчёмно, и при этом можно не заметить, как это вооружение уже добралось до твоего ректора. Контролем разума мы смогли вызвать смуту на их корабле, системой взлома нам пришлось взломать единственно верный вражеский отсек — систему управления щитами. Потом происходил муторный обстрел с нашей стороны и с вражеской, и если наши выстрелы едва пробивали щиты, то враг уверено ионизировал наш щит своим ионным орудием, а их мини-лазер, не способный даже поцарапать щит, без щита наносил чудовищные раны на корпусе «Кондора». Он даже вызвал пожар в системе вооружения; мантис и Валерия отважно отправились помогать Мэтью тушить пожар. Пока экипаж занимался тушением, я смог понять паттерны ионного орудия, и перед залпами ионизации я включал маскировку, благодаря этому весь ионный урон уходил в молоко. Это хоть немного, но сократило повреждения «Кондора». Дочинив заряженное орудие, наш цепной лазер смог нанести критические повреждения топливному баку инжи — на кораблях инжи топливный бак всегда изолирован от реактора и двигателей, потому взрыв создал огромную дыру в их корабле, заставив вылететь весь экипаж инжи. Убедившись, что на корабле нет признаков жизни, и больше ничего не взорвется, я приказал собрать остатки топлива — мы и так потратили слишком много времени на битву с инжи. Точнее, я приказал Мэтью уйти на сбор ресурсов. Несмотря на то, что он больше всех получил ожогов, ему хоть и больно, он рад заняться своим любимым делом. Его способность находить ценный хлам даже в условиях вакуума меня всегда удивляла. А я с Валерией начал негласный допрос мантиса. Он сказал, что был на транспортном корабле, который полностью состоял из мантисов; эти мантисы выполняли перевозническую работу, служили частному сектору — он прибился к ним как беженец федерации. И тут на них из ниоткуда напал корабль инжи, перед нападением они отправили сообщения: «Мотивация инжи: защита. Выполнить операцию: устранение угрозы мантисов». Он смог перед уничтожением корабля активировать телепорт, хоть весь корабль уже пылал. История, конечно, интересная, я слышал, что многие инжи ненавидят мантисов, но чтобы целенаправленно нападать на мантисов — впервые о таком слышу, инжи в основном мирный народ. В любом случае моя задача — записать инцидент в отчёт, а что с ним делать — пусть командование решает (надеюсь, я не попаду под трибунал; меня, конечно, оправдают, но награда вряд ли светит). Мантис назвался Иэн Бэнкс, и он пилот 3-класса федерации. 3-класса — значит, достаточно молодой, но всё, что нужно для пилота, он должен знать. Впрочем, мантисы всегда проходят ускоренный курс обучения — не столько потому, что сейчас военное положение и что мантисов в принципе мало в федерации, но и потому, что мантисы живут несоизмеримо меньше, чем остальные разумные расы — в среднем 40 лет. В ходе небольших тестов он доказал, что может пилотировать и задавать координаты ФТЛ-приводу; он неплохо справился с управлением энергией для корабля, но вот ремонтные способности оставляют желать всего наилучшего, тем не менее он всё же смог отремонтировать тренировочный макет, хоть заняло это гораздо больше времени, чем положено. Видно, что он знает теорию, но разрушительная сущность мантисов явно мешает ему. Впрочем, это расизм, федерация такое не уважает. Большинство оборудования на корабле подразумевает наличие манипуляторов, у мантисов с этим проблемы — всего два пальца на руках, многое сделать сложно, но нажимать на кнопки Бэнкс умеет сравнительно быстро. Ну и, конечно, способность мантисов драться вызывает только восхищение; мне кажется, даже самый пацифистский мантис будет уметь драться не хуже профессионального борца в грязи. Хищнические инстинкты дают им буквально рефлекс на убийства; в общем-то, единственные, кто может противостоять против подготовленного мантиса — это не менее подготовленный рок. В итоге я с радостью принимаю его на свой корабль. Бэнкс хоть и был рад, но узнав, что мы наёмники, заметно приуныл, но я его успокоил, сказав, что у меня необычный корабль, что я борозжу космос не один десяток лет, и после выполнения контракта я останусь с федерацией… Ну, видимо, навечно. Я дал ему место оператора щита. Как раз Мэт пришел из своей вылазки, принеся барахла столько, будто с ним ушёл целый отряд собирателей. Оценив потери времени, я дал приказ: курс на следующий маяк. — По прибытии в систему нас снова встретило судно инжи, после обмена любезностями они предложили небольшую помощь и отправили нам ящик припасов. Помощь действительно была скромной, но и то деньги. Похоже, в секторах инжи действительно уважают федерацию. А я-то думал, что, если «Кондор» наденет форму, меня начнут ненавидеть все, кому не лень. Особенно мне понравилось, что они «предположили надежду», почему все воспринимают нас, как вымирающий вид. Не думаю, что с федерацией настолько плохо, что уже некоторые заранее памятники ставят; ну, если мы не доставим груз, может, и будет настолько плохо, но мой корабль за всю свою карьеру не провалил ни одного курьерского задания. И то, что за мной охотится полгалактики, никак не мешает мне: был уже случай, когда за мной охотилось полгалактики, правда, это был преступный синдикат, а не огромная военная машина, уничтожающая федерацию, но вряд ли они сильно отличаются. Проблемы будут, если я встречу такой же класс кораблей, как и мой, но все крейсера повстанцев либо готовятся ударить в последний оплот федерации, либо находятся в консервации, и, как подчеркивает груз, вторым занимается львиная доля крейсеров. В общем, доставляем груз в штатном режиме. — В этой системе нам встретился небольшой торговый корабль инжи. Его ассортимент был гораздо скуднее, чем в станции, но всё же есть что предложить. После беглого осмотра я решил установить резервную батарею — это подсистема, а это означает, что, чтобы убрать его, придется разобрать полкорабля, но установить относительно легко. С небольшой помощью инжи мы установили в основе электропитание корабля. С резервной батареей я решу проблемы с перебоями с энергии в отсеках контроля разума и маскировки. Это штука работает, как огромный конденсатор, накапливая энергию реактора, а потом освобождая в подходящий момент. Это должно усилить реактор на 20%. Правда, эффект не вечный после освобождения, требуется откат, иначе говоря — снова заряжать батарею. В общем-то, почти все наши деньги ушли на эту подсистему — львиная доля сбережений, конечно, ушла на систему маскировки. Но я уверен, что эти модификации «Кондора» уже совсем скоро пригодятся. База данных говорит, что на линии фронта активность агрессивных кораблей зашкаливает, да и повстанцы не дремлют; в скором времени мы будем встречать не только лёгких перехватчиков и разведчиков (не считая эскадрон смерти). Но и корабли, которые совсем не причастны к нашей охоте, которые невзначай патрулируют системы; так как им не нужно гоняться за нами, вооружены они будут гораздо серьёзнее. Поняв, что нам надо побыстрее откалибровать «Гермес», я дал команду покинуть систему. — Мы прибыли в предпоследнюю систему, дальше маяк дальнего действия. Нас остановил корабль инжи, он сообщил, что в нашем корабле засел опасный компьютерный вирус. И в целях безопасности порекомендовал уничтожить наш корабль вместе со всем экипажем (видимо, механическая часть инжи всё же преобладает). Я слабо верю в этот вирус, учитывая, что наша ПО работает без перебоев. Но все жё, чтобы не создавать ещё больше инцидентов, я отправил Валерию в отсек с системой взлома, чтобы она проверила наше программное обеспечение и очистила его от всяких потенциально опасных файлов. Валерия действительно нашла какой-то подозрительный файл, который при активации начал незамедлительно выполнять свои алгоритмы; но, видимо, он предназначен для кораблей инжи, ибо ничего, кроме заполнения корзины, не смогла сделать. Валерия быстро изолировала вирус и провела очистку ПО. Отправила доказательство удаления вируса. Инжи благодарили нас и сказали, что за этот вирус назначена награда, и посоветовали отправиться в родной сектор инжи для получения вознаграждения, также дали символическую плату за «уничтожение особо опасных двоичных преступников», в том числе «орден спасителя системного кода» (не знаю, насколько это ценно в реалиях мира инжи, но я постараюсь продать его подороже в ближайшей станции). Отметив это воистину интересное события, наш «Кондор» отправился в последнюю систему сектора. — Наконец мы прибыли в систему с маяком дальнего действия. Это было долго — по нашим расчётам нам пришлось пройти 13 маяков. Здесь обосновалась станция чёрного рынка. Нас туда не пустят; даже если и забыть то, что теперь мы в форме, они не пустят нас за старые грехи (в общем-то, одна из причин заключения контракта с федерацией). Но с нами связался один из контрабандистов. Он спросил нас, нет ли у нас лишней взрывчатки. Я догадывался, зачем им взрывчатые вещества, но всё же решил продать им один ящик. В целом, сектор прошли в штатном режиме, мы всего один раз заметили присутствия повстанцев. Если честно, наш «Кондор» прошел сектор так, как будто делал это тысячу раз, и мы практически не заметили, что выполняем задание особой важности, решающее судьбу федерации. Единственный тяжелым испытанием был бой с кораблем инжи, но этот бой мог произойти в любом другом контракте. Не считая разведчика, присутствие повстанцев в секторе не были замечено. Это должно поднять боевой дух экипажа, да и появление нового пилота на корабле должно отвлечь от возможной «самоубийственности миссии». На этом отчёт по второму сектору заканчивается. Получены данные с 13 маяков. Капитан «Кондора» Шэлтон. Наёмный экипаж №134.