Оковы Чести I

В вялую челюсть влетел крепкий кулак. На холодную землю брызнула кровь и упало несколько окровавленный зубов. Старик зарычал и начала дёргаться, как рыба, пытающаяся выскользнуть из рук человека, однако он не рыба и даже не в руках. Талия, плечом опершись об балку, изумлённо наблюдала за работой практика. Её белое лицо было освещено неярким светом, исходящем от огненного язычка, играющегося с тьмой внутри шатра. “Что же у него под маской?” — Смотрю, тебе нравится мучать людей… — подметила Талия, глядя на него оценивающим взглядом. Красные, как рубины, глаза, тёмная маска и тёмно-зелёный плащ, скрывающий его тело и оружие; на спине весел лук, прикреплённый к колчану, чьи ремни обхватывали его грудь. — Ещё бы… — из неоткуда в его руках блеснул маленьких нож, который в тот же миг вонзился между средним и указательным пальцами. Старик вновь завопил, но уже от страха. Его нервы уже сдавали. Ноги на нескольких пальцах левой руки отсутствовали — точнее, они лежали у ножки стула, в крови, рядом с отрезанный ухом и мизинцем левой ноги. — Ты проиграл, Генерал. — начала эльфийка, поуютнее завернув шинель. — Твоя армия перебита и остались лишь несколько человек, которых ждёт та же участь, что и тебя, если ты прямо сейчас не расскажешь о планах короля Людвига. — Я лучше сдохну, ушастая ты сука! Люциус ударил его в грудь — раздался хруст и воздух покинули лёгкие старика. Практик взялся за маленькую рукоять ножа и наклонил лезвие так, что оно медленно вонзилось в сухой палец. — Если ты и сдохнешь, то крайне мучительно. — раздался голос из-под маски. — Может, ты думаешь, что это всё, на что он способен? Если так, то ты очень сильно ошибаешься! Ты даже представить себе не способен, что он может с тобой сотворить и такого я вам не желаю, потому рассказывай... или он отрубит тебе палец… По правде, она сама не могла представить, на что способен этот красноглазый. Она видела его всего несколько раз с тех пор, как стала телохранительницей и спутницей Соломона. — Палец… подумаешь! — рявкнул старик. Глаза красноглазого безумно улыбнулись. Он скрылся на улице, в холоде и в ночном мраке. Талия поняла, что он удумал и представила, как это происходит с ней. Весьма жутко. Спустя минуту в шатёр вернулся Люциус: он держал железную палку с раскалённым концом. Конец переливался жёлтым и красным. Талия поморщилась вновь, представив, как она касается её прекрасного белого тела. — Ну, старик, уверен, что выдержишь? — она мрачно смотрела на старика. — Кочевники отрезали мне одно яйцо! Думаешь, эта палочка меня напугает? — он безумно захохотал, но затем хохот сменился диким криком боли. Люциус напрягся и вонзил раскалённый острый конец ещё дальше в грудь. От места соприкосновения исходил дым — кожа уже горела, а кровь моментально запекалась. По шатру разнёсся запах жаренного мяса. Талия облизнула губы, представив сочный стейк. Крик более-менее стих, когда Люциус убрал раскалённое железо от его груди. Позже крик сменился рычанием. Он столь сильно стиснул зубы, что из рта начала течь кровь. — Будь проклят ваш Император! Будь проклят ваш Соломон! Будь проклята вся ваша Империя! Гнусные вы говнюки! — ревел он во всю глотку, пока Люциус не ударил его в кадык, и он не начал задыхаться. — Люциус, отрежь ему член. — пошутила Талия. Глаза практика не выражали особого удивления, но всё-таки посмотрел на неё, дабы убедится, уверена ли она в своём приказе. Возможно, он просто не думал, что леди знает такие слова и будет их употреблять. Так или иначе, он достал нож. — Нет! Только не его! — завопил старик. — Я всё скажу! Люциус незаметно ухмыльнулся на пару с Талией. Эльфийка встала рядом с практиком, и они вместе смотрели на окровавленного старика. — Сколько людей в армии? — Смотря в какой… в первой, что вы разбили пару дней назад, было десять тысяч. Вы разбили последний полк. Во второй, что вот-вот прибудет к границам, около двадцати тысяч солдат. — он ухмыльнулся. — Что происходит в стране? — спросил Люциус. “Походу, у него свои цели. Агент Тайной Императорской всё-таки”. — Хаос! Все члены королевской семьи, кроме принцессы Ванессы и его высочества Людвига, покончили жизнь самоубийством. Ванесса соблазнила своего же отца, а затем упекла его в темницу, обвинив в измене народу Алуана. В ту же ночь в столице поднялся бунт, а к утру площади были залиты кровью, а некоторые дома сожжены до углей. Потом появился этот маг Тэрен и сказал народу, что король Людвиг обезумил от тьмы и убил всю свою семью, и в тот день он провозгласил Ванессу новой Королевой Алуана. И в этот раз никто не осмелился поднять бунт. Что за дичь? Талия недовольно фыркнула и заметила на себе взгляд Люциуса. Она пронзительно глянула в ответ и нескольку секунд они тупо смотрели друга на друга. Красноглазый поднял бровь, будто бы говоря: “Что ты хочешь?”, на что эльфийка ответила тяжким вздохом и едва заметным румянцев на щеках. Когда красноглазый отвернулся, она сурово посмотрела на заключённого и спросила: — Маг? Полковник кивнул. — Его зовут Тэрен Ледян. Он покорно служит королеве и выполняет все её капризы. Именно он наслал на лес эту треклятую зиму. — он плюнул кровью в сторону. — Если хотите победить нашу армию, то вам придётся очень сильно постараться! Магов хоть и осталось мало в мире, но один лишь маг способен перевернуть ход сражения и ход истории лишь по своему желанию. И одна лишь мысль о том, насколько маг может перевернуть ход сражения, пугала Талию. Она читала саги и знает, сколь велика та сокрушительная мощь, обрушенная Императором на орды демонов. Она помнит, как леса обращались в пустыни, осушались озёра, появлялись моря, над землю прорезали трещины. И она служит тому, кто на это способен. Адевану Лисьехвостый. — Мало того, что их на десять тысяч больше нас, так с ними ещё и маг. Чёрт. — выронила Талия, сложив руки на груди. — Люциус, передай Соломону. А я пока разберусь с полковником. — Только не убейте его, Леди Талия. — сказал Люциус, направляясь к выходу. — Странно это слышать от тебя, красноглазый. — Мне нужно ещё много чего узнать у него. Люциус скрылся за пологом. — Так значит, двадцать пять тысяч солдат и маг… — уныло протянул Соломон, опёршись об тыльную сторону ладони. — думаешь, он говорит правду? — Точно сказать не могу, Ваше высочество. — холодно ответил Люциус, спрятав руки за спиной. — Верить ему нельзя, но раз уж так, я могу лично проверить… — Нет. Я отправлю кого-нибудь другого на разведку. Из мрака вышел солдат. — Ваше высочество, там пришла какая-то женщина, утверждающая, что она из Ордена Магов. Впустить её или прогнать? — дрожащим голосом спросил стражник. Люциус взглянул на стражника. Его красные глаза блеснули, и стражник задрожал сильнее. — Ещё один маг? — он взглянул на Люциуса, тот повернулся к нему. — Генерал говорил про парня, но не девушку. Возможно, это другой маг? — с холодом ответил Люциус. — Спрячься. — кинул принц Люциусу. — А ты приведи её сюда. Солдат кивнул и вновь скрылся за пологом, а Люциус метнулся во мрак, в самый угол шатра, до куда свет свечей не доходил. Вскоре из ночи, на свет свечи, вышла молодая девушка с красивыми чертами лица, и с довольно мудрыми жёлтыми глазами. Вокруг её глаз виднелись тени, а на сочных губах тёмная помада, подходящая к белой коже. На ней была тёмная шинель, хорошо подчёркивающая её фигуру и сжимающая могучие холмы. На грудь спадали концы пепельных волос, плавно переходящие в чёрную длину. Принц из последних сил держался, дабы не таращится на могучие холмы, дабы сохранить таинственное безличие, но это было очень сложно. — Добро пожаловать, леди… — Синатель — она стукнула посохом по половице и оглянулась. Люциус заметил её змеиный взгляд прямо на себе. Он уже подозревал, что она его видит. Может и видит, но предпочитает и дальше играть сцену, подготовленную Соломоном. Оба они чувствовали какое-то могущество, исходящее из девушки. Без сомнения, это была самая настоящая чародейка. — И зачем вы прибыли в Огнелесье, Леди Синатель? Сейчас война и, думается мне, что отношения Империи с орденом Магов уже не столь хороши, как прежде, — Соломон достал бутыль вина и два кубка. Поставил их и заполнил вином, после чего протянул бокал гостье. — чтобы приходить на помощь в войне. — Однако, вы протянули мне бокал вина. Благодарю. — Взяв кубок, девушка уселась в кресло, стоявшее напротив Соломона и, скрестив ноги, взглянула на принца —Как вы уже, наверное, знаете, холода эти далеко не капризы природы. Это проделки колдуна. — Мы уже знаем. Некий Тэрен Ледян, не так ли? Девушка удовлетворительно кивнула, будто подтверждая свои догадки. — Я прибыла, чтобы наказать его, поскольку он нарушил сразу несколько писаний кодекса: вмешался в войну людей, прочитал запретное заклинание и обратил искусство против людей. — По истине плохой человек. — подметил Соломон. — И как вы собираетесь это сделать, как вы его накажите? — Не без вашей помощи, конечно же. — игриво произнесла колдунья. — Если вы не против, то я хотела бы взять несколько солдат из вашей армии, чтобы они прикрывали меня во время дуэли с Тэреном. — В каком смысле… — Маги, безусловно, могущественные создания. — Синатель сделала глоток и, поставив кубок на стол, расстегнула несколько первый пуговиц на тёмной шинели, дам свободы груди. — Мы умеем укреплять кожу до уровня драконьей или каменной, но только, когда видим опасность. Мы не способны узнать, вонзится ли нож в нашу спину или пронзит ли нас одна смертоносная стрела. — Понятно. Что мешает мне просто натравить на мага всю армию? — Он разгромит твой авангард одним взмахом руки, а остальные помрут от страха или от порчи, которую он нанесёт. — спокойно ответила девушка. — Тогда я могу отправить одного опытного соловья, чтобы он вонзил стрелу в спину Тэрена… — Можете. Он убьёт Тэрена, но пожертвует собой, ведь из лагеря, который защищён полчищами солдат, он выбраться не сможет. Тэрен сразу же взорвёт своё тело после смерти и лагерь разлетится на тысячу кусочков вместе с вашим красноглазым другом. — её жёлтые глаза устремились на Люциуса. — Он понятия не имеет, что я здесь, потому для него и армии, идущей к вам, моё появление будет большим сюрпризом. Я смогу сокрушить большую часть армии и сразится с ним. Все останутся в плюсе. Соломон кивнул Люциусу — тот вышел и встал рядом с Соломоном. — План, конечно, разумный, но как вы справитесь с нечистью, заполонившую лес? — спросил Соломон. — На то и прошу у вас солдат и не простых, а соловьёв, способны сражаться со всеми. — О каком числе вообще идёт речь, чтобы соловьи смогли защищать вас от орды нечисти? — выпалил Люциус. — Послушайте. — она встала с кресла и, опёршись об стол перед Соломон и, проигнорировав вопрос Люциус, сказала — пять тысяч уже возводит лагеря перед огнелесьем, ещё десять тысяч идут вдоль берега залива и ещё двадцать тысяч идут через ущелье. У вас два дня, прежде чем начнётся хаос. Даже если ваши солдаты стоят сотни алуанских, они тупо задавят вас числом. — Откуда… — раздался холодный голос Люциуса. — Маги имеют возможно получать информацию от животных, видеть их глазами, слышать их ушами и чуять их носами. — пояснила чародейка. — Прежде чем прийти сюда, я отправила ворона на другой конец Огнелесья. — Ну раз эти холодая такие магические… отмените их что ли. — недоумевая потребовал Соломон. — Ваше высочество, — прошипела девушка — в чём проблема просто отправить меня и нескольких солдат вперёд, как разведку? — Вы — не какая-то простая девка из села, а чародейка. Мне придётся дать вам лучших соловьёв, чтобы защитить от нечисти, от которой почему вы защитится не способны. В таком случае, я оставлю себя без важных людей, которые могут пригодится мне в более важных миссиях. — Да, умно. — кивнула девушка, сдерживая гнев. — Но вы готовы рискнуть? — Если не рисковать, то какой смысл в жизни? Я подумаю над вашим решением и над всеми рисками. Ситуация пока не столь критичная, дабы рисковать вами и моими соловьями. —Хорошо. — вздохнула Леди Синатель, опуская руки. — Люциус, будь добр, сопроводи Леди Синатель в шатёр Талии. Люциус кивнул и театральным взмахом руки указал ей к выходу. Синатель улыбнулась на подобный жест и что-то шепнула в ответ. Затем они оба скрылись во тьме, оставив Соломона одного. Тусклый свет свечи падал на его бледное молодое лицо с острым ровным носом, высокими скулами и узкими губами. Его губы скривились в улыбке и ровные белые зубы блеснули. Соломон встал из-за письменного стола, завернул карту местности и отложил в сторону. Он взял поднос со свечой и, протиснувшись к своей кровати через ящики, поставил её на тумбочку. Скинув шубу и доспехи, Соломон камнем упал на кровать и уставился в тёмный потолок. — Это ночью, от холода, скончались двадцать три человека, выше высочество. Большинство из них — дозорные, задремавшие и замёрзшие до смерти. — доложил полковник Фергус. — Ещё двоих дозорных унесла нечисть. — неуверенно добавил он. Соломон, оторвавшись от карт, поднял взор на полковника. Талия, скромно севшая на краю стола, сделала тоже самое. — Среди призывников имеются… кожевники? — Соломон откинулся к спинке кресла. — Да. Имеются. Их около пятнадцати, ваше высочество. — взгляд полковника упал на пол, дабы не видеть раздражённые лица. — Снаряди четыре отряда лучников, поставь во главе соловьёв и отправь на охоту, за шкурами. — скомандовал Соломон. — Есть, ваше высочество, но как же нечисть? — Соловьи — хорошо обученные воины, готовые ко всему. — раздался голос Талии. — Нечисть для них — меньшая, из возможных проблем. Тем более, холода только наступили. Не думаю, что более могущественные твари столь глупы, чтобы пробуждаться сейчас. — Хорошо. Полковник скромно поклонился и уже собирался уходить, как вдруг на пороге показался бледный солдат, чьи латы были покрыты ледяной коркой. Он тёрся ладонями о плечи, пытаясь хоть как-то согреться и ели как передвигал ногами. Его губы дрожали столь сильно, что парень не сразу смог вымолвить то, зачем явился. — В-ваше в-в-высочество, — наконец произнёс солдат. — Там… прибыли… лучше вам увидеть всё самим. Полковник, Талия и Соломон переглянулись. Солдат тёр плечи и смотрел себе в ноги. Казалось, что вот-вот бедняга просто замертво упадёт. — Иди, отдохни, солдат. — буркнул Соломон, заметив его плохое состояние. — Благодарю, в-в-ваше высочество! — кивнул солдат, а потом заковылял на улицу. Соломон последовал за ним. Вдоль реки, до первого изгиба тропы растянулись остатки восточного полка: конница, чьи лошади несли на себе раненных солдат, большинство из которых уже мертвы. За конницей плелись более целые солдаты, способные передвигать ногами: кто-то был без руки, у кого-то весь торс был перебинтован кровавыми бинтами, а кто-то смотрел по сторонам и пытался понять, где он находится. Солдаты Соломона аккуратно снимали раненных с лошадей и уносили их в дома, дабы оказать первую помощь. У тропы уже лежало несколько трупов — их сняли до прихода принца. Из хаоса выплыл солдат с длинными каштановыми волосами и с красивым лицом, и ужасным шрамом, проходящим через щёку. Его алуанские доспехи, вызывающие замешательство, были покрыты красной ледяной коркой, а плащ твердел от дикого мороза. Он приклонил колено, словно рыцарь. — Ваше высочество, восточная крепость пала. Полковник Бьёр командовал обороной до последнего, но нечисти было слишком много. — Вы позволили нечисти победить вас? — возмутился полковник Фергус. — Вас там не было, полковник! — возразил солдат. И как ему только смелости хватило говорить в таком тоне со штабом его высочества? — Они хлынули из шахт, с вершин гор, поднимались даже трупы, против которых мы ничего не могли сделать! Мы кололи их мечами, пытались сжечь, но им было всё равно! Соломон слегка ухмыльнулся, услышав доклад солдата. Не то, чтобы он не верил в мертвецов, но кто-то ведь истребил почти всю жизнь в мире несколько сотен лет назад! Так или иначе, внезапная зима, полчища нечисти, уносящая его солдат по ночам, маги, а теперь ещё и мертвецы заставляли его сильно нервничать. Отступление может повлиять на него репутацию и если он взойдёт на трон, то народ вряд ли будет его уважать. Репутация была куда дороже всех жертв, подумал принц. На секунду он уже думал обратится к той колдунье, пришедшей в лагерь прошлой ночью, но гордость не давала признать поражения в их споре. — Где сам полковник? — Он мёртв, ваше высочество. Прежде чем умереть, он отдал командование полков мне и сказал, чтобы я уводил армию к мосту. “Их не остановить” — последние слова полковника Бьёра. — дрожащим голосом произнёс он. — Когда мы отступали по тропам, на нас напал отряд дезертиров, на кануне бежавших из восточной крепости. — Интересно узнать ваше звание и имя. — намекнул Соломон, закутавшись в меховую накидку. — и почему вы в алуанских доспехах? — Я Рыцарь Синего Полка, Ваше высочество. Мои рыцарские доспехи пришли в негодность при штурме Восточной крепости, потому пришлось надеть доспехи врага — точнее то, что от них осталось. — пояснил рыцарь. — А звать меня — Имори Де Косте. — Хорошо, сир Косте, вы переходите под моё командование, как член штаба. Можете идти и отдохнуть. — Да, Ваше высочество! — Косте поклонился и, мельком глянув на Талию, стоявшей позади принца, пошёл в сторону ближайшей палатки. Соломон повернулся к полковнику. — Мне послышалось, или он сказал, что оживали мертвецы? — беспокойно спросил полковник. — Вам не послышалось, полковник. — подтвердила Талия. — Ваше высочество, что делать с трупами? — спросил один из солдат. — Раз трупы оживают, то стало быть, стоит их побыстрее сжечь? — предложил полковник. — Да ладно, полковник? Сложите трупы в кучу и сожгите за лагерем. Не хватало нам тут ещё возится с теми, кто вот-вот поднимет меч против товарищей. — скомандовал принц. Солдат кивнул и продолжил нести труп по снегу. — Думаю, что о мертвецах стоит поговорить с той ведьмой, Ваше высочество. — Так и сделаю, полковник. — кивнул Соломон и стремительно скрылся между палатками. Алый шатёр Леди Синатель — точнее Талии, — возвышался на берегу реки, где были расположены стрельбища для соловьёв и лучников. Зайдя в него и отряхнувшись от снега на пороге, Соломон понял, что внутри шатёр куда больше, чем снаружи. Откуда-то из тьмы потолка свисала маленькая серебряная люстра, чьи свечи испускали неестественные языки пламени, тускло освещающие роскошные хором колдуньи. У правой стены, впритык к алой стене, стояли книжные полки, вместе с читальным столом, на котором лежал мешочек с монетами, лук Талии и какой-то мерцающий сиреневый шар. Вдоль левой стены стояли две койки — единственное, что тут не изменилось. На дальней койке сидела колдунья и чарующе смотрела на принца, скрестив ноги и держа в руках книгу, как Соломон заметил, по магии. Чёрные волосы всё также переходили в пепельные концы, и прекрасный готический макияж девушки всё так же украшал её идеальное молочное лицо. До жути приятный воздух, в котором была различима малина и, наверное, гибискус, кружил Соломону голову, когда он сделал её один шаг в шатёр. — Заблудились, ваше высочество? — А Талия об этом знает? — спросил Соломон, оглядывая творение колдовства и ступая к койке. — Я даже её не видела с ночи. — ответила девушка, не отрывая взгляд от принца, неуклюже садившегося на койку напротив неё. — Как обычно. — буркнул Соломон, глядя на изящные точёные ноги, выглядывавшие из-под прозрачных шелковистых низом платья. — Вы подумали над моим предложением? — Я сказал себе “нет”, но только что в лагерь прибыли разгромленный нечистью полк Бьёра. — Соломон мрачно посмотрел на колдунью. — Один из рыцарей доложил о мертвецах, восстающих сразу же после смерти. Как такое возможно? — Должно быть Тэрен обратился к тьме, а его изначальная сила выплеснула в землю “семя тьмы”, которое и пробудило мертвецов. — спокойно объяснила Синатель, будто бы мертвецы восстают каждый день. — Наверное, теперь мертвецы будут восставать в этих землях ещё десять с лишним лет и именно зимой. Не пытайтесь понять, как это работает. Соломон совсем не удивился её спокойствию, ведь знал, что колдуны живут несколько столетий, что позволяло предположить, что колдунья застала бунт демонов и даже вторую великую войну. Но как же это всё-таки работает? Эта магия походит на древние сказки про мифических существ, приходящие к домой при нескольких условиях. Например, ты высыпал соль на пол или случайно выронил из рук чашку чая или тарелку еды. Тогда ночью к тебе придёт страшный высокий уродец и сожрёт твоё сердце, если ты не прочитаешь нужную молитву с палкой в руках, в углу, и с солью под ногами. — Может, какие-нибудь детали? — спросила девушка, нагнувшись к принцу так, чтобы он слегка мог увидеть то, что скрывают могучие холмы. Но принц был куда сдержаннее после услышанного, потому мрачно взглянул на неё и продолжил: — Они не боялись огня, серебра и многого другого, от чего обычные мертвецы должны были умереть. Если их ничто не берёт, то как же жить местному народу, когда война закончится? — Эти мертвецы порождения ночи. Ночью убить будет нельзя, но с первыми лучами солнца их можно будет убить даже ржавыми вилами. Они уползут обратно в свои могилы. — ответила девушка, вытянувшись во весь рост и шагнув в сторону. — Просто нужно сказать людям, чтобы не выходили глубокой ночью на улицу и думать не думали о прогулке за деревню. Мертвецы, конечно, без мозгов, но инстинкты, созданные магией, у них будут. Они не станут нагло врываться в деревни и жрать людей. Девушка достала из неоткуда книгу про искусство теней и продолжила. — Так что же вы решили, ваше высочество? — Я сказал, что приму предложение только при критической ситуации. Ситуация, конечно близка к критичности, но, поскольку я понятия не имею, восстанут ли завтра ещё и титаны из мифов, я всё же принимаю ваше предложение. — неохотно произнёс Соломон. — Так вот, в вашем отряде… будет капитан соловьёв Талия, рыцарь, выживший после атаки мертвецов, Имори Де Косте и пару рыцарей синего полка, имеющих военную славу в армии. — Раз уж я получила ваше благословение, то вы должны знать, что мы выступаем ночью. — сообщила Синатель. — Снарядите солдат серебряными крестами Юки и серебряными мечами или ножами. Ну или ещё чем-то, что способно напугать нечисть. — Не думал, что в моём же лагере мне будет отдавать приказы женщина. — усмехнулся Соломон, но через пару мгновение его лицо вновь помрачнело — Есть одна проблема: отправляясь на войну, никто не предвидел таких обстоятельств, а потому серебра у нас нет. Есть лишь рыцари Серебряного Авангарда, чьи доспехи имеют серебряную краску и всё. — Тогда пусть солдаты учатся молится, чтобы попасть в сады своего бога. — мрачно произнесла девушка, захлопнув книгу и положив её на стол. “Пожалуй, не буду спрашивать, зачем она открывает и закрывает книги”. — Вы говорите о моих приближённых и двух штабных, Леди Синатель. — сдержано произнёс Соломон. — Не стоит недооценивать варлийских солдат и, особенно, моих штабных и приближённых. Они способны заменить целую армию, не имея даже ножа под подушкой. Принц хмыкну ли направился к выходу. — Удачного вам дня, принц Соломон. — игриво произнесла колдунья, провожая принца взглядом. — И вам… удачной ночи. Жду вас вечером в своём шатре. Введёте ребят в курс дела. — буркнул Соломон перед тем, как выйти. Отряд самоубийц пересекал вырубленную опушку леса, на которой точили брёвна и готовили их для стены из частоколов. Солдаты в группе до пяти человек тащили распиленные брёвна к холму, протянувшемуся на границе леса и берега Кольской. Все готовились к худшему. Соломон стоял на том самом холме, где уже была возведена первая стена в четыре метра, и отдавал приказы что и куда нужно нести и кому докладывать. Никто бы не подумал, что принц знает что-то о строительстве, но именно он показывал солдатам, как восстанавливать крыши тех ветхих парочек домов, где сейчас лежат раненные. — Куда они идут? — раздался голос за спиной Соломона. — Туда, куда скажет женщина в странной шляпе. — Ответил принц, повернувшись назад. Перед ним, опираясь об трость, стоял Эдвард. Грязные светлые волосы были собраны в длинный хвост и открывали этим едва заметный шрам, косо прорезавший всё его лицо. — Это что, мои рыцари? — возмущённо спросил он, подняв бровь. — Верно. — пояснил Соломон, меря его взглядом. — Как ты себя чувствуешь? — Более мене. — мрачно ответил Эдвард. По его бледному лицу и не скажешь. — Лучше скажи, что случилось и почему я очнулся в лазарете? — Я точно не знаю. Помню, ты ворвался с конницей за стену вражеских щитов, упал с коня и всё. Тебя принесли с окровавленным лицом, растянутой ногой и со стрелой в плече. — пояснил он. — Сказать, что я был поражён твоей живучести — ничего не сказать. — Моё лицо… — Не бойся. Ты такой же красавчик, каким и был. — добродушно сказал Соломон, проходя мимо и хлопая брата по плечу. Соломон скрылся в городе из палаток. Столбы дыма от костров начали вздыматься над лагерем. На обрыве утёса стоял худощавый старик, чьи руки под тяжестью кандалов свисали вниз и приказывали слабому телу упасть. Позади тощего тела в лохмотьях стояла неимоверной красоты женщина с изобилием косметике на смуглом лице, под блеском золотой короны с тремя рубинами. За женщиной, в нескольких шагах, стоял высокий парень в длинной серой робе, на которую падали длинные серебряные волосы. Старик смотрел на алуанскую армию, переходящую через ущелье. Наблюдал, как поднимались палатки, вспыхивали костры, строились полки. Он узрел то, чего не смог сделать сам — собрать все дома королевства, да направить их против общего врага Лиора, Варлийской Империи. — Ванесса, дочка моя, это безумие! — захрипел вдруг старик, с тяжестью повернувшись назад. — Ты уже посмотрел на величие нашей армии? — мрачно спросила девушка, поправляя корону. — Меня это не волнует! Нужна была бы мне война — я бы её устроил, но какой от неё толк, если для неё нет причины, да и победа будет за врагом? — возразил старик. — То, что ты творишь — безумие! Думаешь, что Империя — это просто котёнок, с которым можно играть? Эта страна уничтожила армия демонов, противостояла пяти странам одновременно, а тут какая-то мелкая страна с юга. — Решать мне. — отрезала она холодным тоном. — Так ты будешь прыгать или нет? Я убила всю семью, не замарав руки, доведя их до самоубийства, и ты не станешь исключением. Прыгай! — Я лучше потяну время тебе на зло! — он плюнул под ноги своей дочки, а затем глянул на парня позади дочки. — Тэрен! Ну хоть ты! Ты ведь благоразумный человек! Прекрати этот цирк. Тэрен постыдно отвёл взгляд. — Ха! Стоит ему ослушаться меня, предать меня и его любовь всей жизни пойдёт на корм моим собачкам во дворце. — заявила стерва с короной. Старик повернулся обратно к обрыву. В лес уходили отряды солдат, вдоль лесной границы, на запад, двигались полки вооружённых людей. — Игнис его подери! Тэрен, кончай с ним. К чёрту всё! — вспыхнула Ванесса. Маг кивнул и в ту же секунду старик обратился в лёд. Его кожа быстро покрылась ледяной коркой, которая продолжала нарастать до тех пор, пока всё его тело не оказалось в огромной тяжёлой глыбе. Обрыв, под тяжестью глыбы, дал трещину и обвалился. Ледяная фигура упала с утёса и вдребезги разбилась, как только коснулась камней внизу. — Пошли Тэрен, обсудим следующие шаги к победе. — девушка махнула рукой, проходя мимо колдуна. — Да, Моя Королева. — он покорно последовал за ней. — Не кажется ли вам, что ставить шатёр на утёсе — не хорошая идея? Вас может накрыть метель или вражеские убийцы могут вас ликвидировать. — Не подлизывайся, Тэрен. Я прекрасно понимаю, что ты желаешь мне смерти, как никто другой! — она скрылась в шатре, а Тэрен нырнул за ней. Они встали перед круглым столом, на котором лежала карта, показывающая местность в мельчайших деталях. За столом стоял Верховный Генерал с несколькими штабными офицерами. Заросший старикан с суровым и умным взглядом и два столь же суровых офицера. — Итак, что у нас? — спросила Королева. — Наши войска выбили Имперцев с западных укреплений, однако те напористы и пытаются взять главную крепость обратно. Мы уже отправили туда подкрепление из трёх полков. На востоке. — протянул генерал. — На востоке же… — Что? Что на востоке? — нетерпеливо спросила девушка. — Вам не понравится. Армия остановила движение, поскольку разведчики не заметили на стенах крепости вражеских солдат, зато заметили окровавленные внешние стены и кучи трупов монстров прямо перед рвом. — он тяжко вздохнул, будто это только самая крупинка огромной проблемы. — Поступали сообщения, что в том районе нечисть весьма активна. — Это чёртова нечисть! Неужели солдаты не способны победить ветхих ублюдков? — возмутилась Ванесса. — Крепость усеяна вражескими трупами и её никто не сторожит! Почему бы не взять её? — Не совсем. Дело в том, что там нет людских трупов, Королева. Там только нечисть. — неохотно уточнил генерал, но поняв, что королеве всё равно, продолжил. — Я так и приказал, моя Королева. В данным момент крепость уже должна находится под нашим контролем. — Отлично. Когда можно будет наступать на мост? — Армия уже готова, резерв тоже. Мы выступаем вечером и под покровом ночи идём прямо через лес. В таком месте я ничего больше не придумал, кроме как лобовой атаки, Моя Королева. — доложил генерал. — Насколько быстро мы возьмём мост зависит уже от адмирала. Остаётся надеяться, что он сможет прорваться через варлийскую береговую блокаду и высадить ещё несколько полков. Они ударят в спину императорской армии. — Отлично. Великолепно. Теперь Варлийская Империя познает гнев тысячелетия! — пафосно, но с ноткой безумства произнесла королева, ударяя кулаком по столу. — Моя Королева, по ту сторону фронта есть ещё один маг. Он способен в щепки разорвать всю армию и тогда наступление прекратиться. — вымолвил Тэрен. — Откуда такая информация, мальчик? — удивился Генерал. Как бы его не называли, как бы молодо он не выглядел, но он был старше всех вместе взятых в шатре. — Маги умеют чувствовать силу других магов. И, должен сказать, сила того мага почти равна моей. — поведал колдун. — Тогда ты пойдёшь в авангарде войска и нанесёшь первый сокрушительный удар по лагерям врага. И вообще, ты умный, потому уверена, что ты найдёшь выход из трудного положения. — Как скажете. — кивнул Тэрен. — Ну так или иначе, план не меняется. Идём в лобовую атаку. В шатёр вошёл гонец. — Моя Королева! — он поклонился, а затем отдал честь Верховному Генералу. — Генерал, западная крепость удачно захвачена. Вражеские силы были разгромлены, а выжившие взяты в плен. Крепость наша. Восточная крепость тоже была взята. — Против такой армии они не устоят! — захохотал генерал.