Четвёрка

      Мы вышли из минивэна и нас встретил тёплый весенний ветерок. За забором, у которого не было конца и края, виднелся старый дуб. На одной из его веток были подвешены такие же старые на вид качели, которые покоились в тени дерева, слегка покачиваясь от порывов ветра. Справа виднелся небольшой фонтан, недалеко от которого расположилась беседка, окружённая кустами смородины, которая уже успела отцвести. В конце мощённой дорожки стоял белоснежно-бежевый особняк, на фасаде которого красовался резной орнамент. — Почему мне твой чемодан пришлось тащить? — недовольно спросила подошедшая ко мне Василиса. — Любуешься стоишь, а я вещи таскаю. Могла бы и помочь. — Ну ладно, не злись, сейчас помогу, — доброжелательно ответила я, зная что после долгих поездок подруга всегда недовольная.       После того как я помогла разгрузить вещи своей раздражённой подруги, она уткнулась в телефон в поисках небольшой дозы быстрого дофамина, а я тем временем продолжила любоваться окрестностями. Природа уже успела проснуться, где-то вдалеке слышалось мычание коров. В стороне наша учительница пыталась выгрузить свой большой чемодан, но у неё никак не выходило, так как короткая юбка и пиджак стесняли её движения. Вскоре водитель решил помочь Елене Ивановне, за что получил благодарность в виде милой улыбки и небольшого реверанса, которая приоткрыла для меня новую сторону моей учительницы истории, перед нами открылись ворота и мы проследовали в сторону дома. — Елена Ивановна, вы когда-нибудь были в подобных местах? — поинтересовалась я. — Девочки, давайте так: пока мы в поездке, зовите меня просто Еленой. Всё-таки я не настолько старая, — с улыбкой ответила она. — А в подобных местах мне доводилось быть лишь однажды, но эту историю я приберегу на потом.       Зайдя в особняк, мы оказались в просторной прихожей. В ней не было никаких излишеств и всё выглядело достаточно лаконично: на стенах висели картины с пейзажами, которые я даже не могла себе вообразить; по правую сторону расположился журнальный столик и кожаный диван, на котором сидели наши знакомые, Ваня и Саша, о чём-то увлечённо болтая. Рядом с ними стоял высокий мужчина, лет тридцати, одетый в коричневый костюм, который не скрывал его спортивного телосложения, и читал брошюру. Стоило Елене обратить на него внимание, как по её лицу пробежал маленький румянец. Недоумённо переглянувшись с подругой, мы одновременно пожали плечами и пошли в сторону мальчиков. Когда они наконец обратили на нас внимание, их удивлённые глаза так и кричали: «А что вы тут забыли?!». Стоило Ване открыть рот, Василиса тут же ответила: — Мы конкурс выиграли… Вроде как… — сказала она, предугадывав вопрос. — Странно, мы тоже… — задумчиво протянул Ваня. — Хотя мы в нём даже не участвовали, — полушёпотом произнёс Саша.       Пока мы размышляли над ситуацией, Елена позвала меня с Василисой в наши комнаты, всё время повторяя одно и то же: — Однако же здесь очень красиво. Какие вы у меня молодцы! Постарайтесь вести себя хорошо и не лезть в неприятности. Так, вот ваши комнаты, — сказала Елена, показав на две двери, стоящие друг напротив друга. — Ваши ключи в замке на внутренней стороне. — Я всё же надеялась, что мы будем жить вместе, — тихо произнесла я. — Это сделано для того, чтобы вы не мешали друг другу делать домашнюю работу по вечерам. — У нас будет домашка?! — вырвалось у меня. — Конечно. Но вам никто не мешает делать её вместе, — сказала учительница, слегка улыбнувшись. Василиса улыбнулась ей в ответ, видимо поняв её намёк.       «Я чего-то не поняла, да?», — пыталась я спросить взглядом свою подругу, на что она пожала плечами и сказала: — Хорошо. А где будете жить вы? — Меня, вроде как, должны заселить на второй этаж, но это пока уточняется. Так, Ярослава, ты пока раскладывай свои вещи, а мне надо переговорить с Василисой, хорошо? — А, хорошо.       Василиса и Елена пошли дальше, а я смогла со спокойной душой зайти в комнату, выделенную мне на месяц. Первым делом меня встретил дверной коврик с традиционной надписью «Welcome». Весь масштаб усталости от дороги накатил только после того, как я разулась, потому, не обращая ни на что внимания, я поволокла за собой чемодан, желая поскорее его разобрать и отдохнуть, однако высшие силы были явно против этого: чемодан потащил за собой коврик, в котором было очень много грязи и пыли. Увидела я это уже после того, как на полу появилась небольшая серая дорожка. — Отлично, теперь нужно ещё помыть полы и заодно вытряхнуть этот коврик. Боже…       Кинув сумку на кровать, я оттащила чемодан подальше от коврика, после чего принялась выбивать из него всю оставшуюся пыль прямо в прихожей. Вскоре я начала жалеть о своём решении: в прихожей постепенно образовывался небольшой пыльный занавес, потому было принято решение поспешно открыть окно. — Могла бы сразу в окно вытряхнуть, гений… — с небольшим раздражением в голосе прочитала я себе нотацию и пошла дальше выбивать коврик.       Окно не только проветривало помещение от излишков пыли, но и приносило весеннюю свежесть, что хоть и немного, но всё же расслабляло. Под конец мои удары становились сильнее, а пыли всё меньше, но, после очередного удара, из объекта избиения вылетел небольшой свёрток бумаги. — А это ещё что такое?       С удивлением от находки в таком необычном месте я подняла с пола бумажку, развернула и принялась читать содержимое. Записка гласила: «Старец хранит свой секрет в том, что прячет на закате». — Старец?       Не успела я освоиться, как тут сразу какие-то секреты мне подсовывают. И теперь с этим делать? Решив оставить шифр на потом, я принялась рассматривать обстановку.       В прихожей, кроме злосчастного коврика и стоящей рядом же деревянной вешалки, ничего, как такового, не было. Направо выходила дверь в ванную, а в конце коридора был проход в спальню, которая оказалась в таком же выдержанном стиле, как и остальное поместье, что дарило чувство уюта. Около окна стоял деревянный письменный стол, на котором уже лежали разные письменные принадлежности. — Белая бумага?! Откуда они достали тетрадки с белой бумагой? А эти ручки… я такие только за стеклом видела…       Налюбовавшись своим новым письменным набором, я подошла к широким подоконникам, о которых я только мечтала, стояли горшки с разными растениями и небольшая брошюра, в которой было небольшое описание растений и их периоды поливки. Но самым главным украшением комнаты являлась кровать, на которой гордо восседал сделанный из полотенца лебедь, окружённый свежими лепестками белоснежных роз. С двух сторон, подобно страже, стояли две небольшие тумбочки, на фоне которых кровать становилась просто гигантской.       Как только вещи были рассортированы и разложены по полочкам, я вышла в коридор. — Я уж собиралась за тобой зайти, — бросила мне Василиса. — Пойдём, нас ждут на позднем завтраке. — А ты знаешь куда идти? — Конечно, я заучила план здания.       «Какая же она крутая», — на выдохе подумала я.       Елена встретила нас по дороге в столовую, пребывая в повышенном настроении. Помещение, представшее перед нами, оправдало все самые смелые ожидания, а слово "столовая" больше походило на оскорбление. Если школьная является олицетворением шума, грязи, места, где повсюду находятся голодные и злые люди, готовые уничтожить тебя за малейшую ошибку, то эта трапезная представляла из себя её полную противоположность. — Как вы видите, здесь используется система "шведский стол": вы можете выбрать что хотите и в любых количествах, но оставлять еду на тарелке будет не очень прилично с нашей стороны, так что старайтесь грамотно рассчитывать свои порции, — сказала нам Елена Ивановна и сразу пошла за своей порцией.       Взяв подносы, мы с Василисой пошли выбирать поздний завтрак из всего разнообразия предлагаемой еды. Тут было всё: блинчики, омлет, сардельки, оладья, фрукты. Я решила попробовать максимум, в то время как Василиса ограничилась одной порцией омлета и двумя кусками хлеба. Когда мой поднос был полностью покрыт едой, подруга предложила мне наконец присесть за стол. Василиса вела меня мимо столов и стульев, в то время как я пыталась не уронить тарелки. Дойдя до места назначения, я плюхнула поднос на стол и только когда подняла глаза, увидела наших старых знакомых. Ваня и Саша сидели на своих местах и спокойно завтракали, пока наша парочка не разрушила их небольшую идиллию. — Не думал, что вы подсядете к нам, — заговорил первым Иван. — А как иначе, всё же с вами мы уже заочно знакомы. И мне бы было очень интересно послушать про то, как вы вдвоём сюда умудрились попасть — ответила Василиса с ноткой ехидства, что было очень на неё не похоже. — А разве это так уж важно? — Конечно, иначе я не смогу понять, что здесь происходит. — Но сможешь ли ты? — Уж точно получше твоего, - проговорила Василиса, закусив хлебом.       Заметив небольшие искры между этими двумя, я решила переменить разговор в более благоприятное русло и задала вопрос: — Слушайте, а никого не напрягает то, что мы все вчетвером слишком часто встречаемся? Случайностью это не назовёшь. — Не плюсую, а умножаю, — поддержал Ваня. — Ладно ещё на улице мы тогда пересеклись, а во второй раз по приглашению Дмитрия. Кстати, если бы не я, то Саня вряд ли бы припёрся на встречу, да ведь? — обратился парень к своему другу, а тот ему аккуратно кивнул. — Ну вот. Тогда всё ещё было подчинено логике, но сейчас реально какая-то дичь творится. Как будто кто-то специально собрал нас всех вместе. — Я об этом думала, — начала высказывать свою мысль Василиса. — Есть вероятность того, что это может организовывать тот человек, которого мы прекрасно помним. — Ты про Димона? — Да. Именно про него. Помните как он хотел организовать нам поездку? С вероятностью 99,9 процента - это она. — Она права, — поддержал Саша, видимо тоже пришедший к такому выводу. — Не стоит аплодисментов. Лишь логика.       Продолжила завтрак наша компания в тишине. Ваня переваривал информацию, слой за слоем. Мимика его лица стремительно менялась; нахмуренные брови и бегающие глаза свидетельствовали, что он тщательно старается связать детали, не совпадающие друг с другом, а как только это получалось, практически сразу находился другой кусочек, который преобразовывал отдельные фрагменты в проясняющуюся картину. Василиса была непроницаема, видимо ей очень понравился хлеб, а Саня на пару со мной занимался изучением мимики Ивана.       Когда с блюдами было покончено, Елена Ивановна и статный мужчина, которого мы видели в коридоре, подошли к нам. — Здравствуйте, девочки. Меня зовут Александр Игоревич, я - учитель истории Ивана и Александра. Мальчики, это Елена Ивановна, она сопровождает Ярославу и Василису, так что можете смело обращаться к ней за помощью. Итак, позвольте до вас донести: сразу после завтрака вас ожидает главный организатор этой поездки у себя в кабинете. — Ну что же мы тогда сидим? Пойдёмте! Не терпится увидеть человека, владеющего всем этим богатством, — с радостными глазами сказал Ваня.       На удивление, коридоры мы прошли быстро. Учителя весь путь шли впереди нас, о чём-то переговариваясь и посмеиваясь. Хоть они и не старались говорить шепотом, но их всё равно практически не было слышно даже с маленького расстояния. Магия? Вряд ли.       Резко остановившись сразу после поворота, Елена Ивановна объявила нам: — Так, девочки и мальчики, это кабинет владельца особняка. Ни в коем случае не вздумайте ему грубить, неправильно выражаться и творить какие-либо странные вещи. Ведите себя как благовоспитанные ученики. Всё понятно?       От нас донеслись всевозможные варианты «да». — Ну и хорошо.       Дверь слегка скрипнула и открылась, а перед нами предстал тот, кого мы и ожидали увидеть.