faites un choix

Где-то в Бездне.

      — Вы нашли её? — златовласая девушка окидывает равнодушным взглядом подданного. Ветер завывает, предвещая что-то нехорошее, пока нечто похожее на тучи заволакивает пространство над головой. Солнца здесь никогда не было.       — Госпожа, — скрипящим голосом отвечает маг Бездны, устало паря перед ней, — мы стараемся изо всех сил. Хиличурлы разбили свои лагеря по территориям Тейвата, стражи не дремлют. Но к сожалению, пока без результата…       — Не забывайте, — Люмин с недовольным цыканьем поворачивается спиной к нему. — Она может навредить всему Кхаэнри’ах, если её не остановить. Поэтому не моргайте. Найдите её.       Погодные условия здесь и без того удручающие, но по непонятным причинам сегодня они с высокой скоростью ухудшаются. Странница оглядывает беспокойно территорию, отмечая лишь скопление монстров вокруг себя. В сердце начинает завывать отчаяние.       Путешествия — это не всегда о хорошем.       Ночным кошмаром Люмин стало странствие по Тейвату и его окрестностям. Её душа не могла успокоиться, пока она рассматривала некогда оживленные улицы и завидные строения Кхаэнри’и. Когда-то этому месту можно было смело позавидовать.       День, когда они с её спутником попали сюда, она наверняка не забудет. Здесь пахло жизнью. Её аромат распылял каждый человек, каждая травинка и животное. Всё казалось необычным. Было в целом необычно оказаться в месте, неподвластном воле Архонтов. Люмин хотелось насладиться каждой секундой и в этом удовольствии она себе не отказывала.       Странница мечтательно прикрывает глаза, вспоминая былые времена. Стоит так несколько секунд, считает про себя и открывает с разочарованным «три» на выходе. Чуда не случилось. Мрачная обстановка по-прежнему заражала безжизненностью. Напоминала тот страшный день, когда Архонты снизошли с Селестии.       — Разыщите принца, — решительно приказывает девушка, сведя брови к переносице и сжав кулаки. — Она наверняка сейчас занята этим.

Мондштат, город свободы.

      — Ты опять не уследил за Кли, — скорее заключает, а не спрашивает Джинн. Её поза кажется расслабленной. Она опирается о стол, сложив руки на груди, однако на деле девушку переполняет усталость.       Кэйа это подмечает.       — Всё в порядке, — уверяет её капитан, пуская смешок для разряда атмосферы. — Она сейчас у Лизы пьёт чай, ты можешь не переживать. Если я лажу с детьми, это не значит, что не умею быть строгим родителем.       Джинн вскидывает на мгновение брови, вздыхая и переводя взгляд на часы.       Кэйа был прав. Несмотря на его неиссякшее с возрастом ребячество, ему можно было доверить дело любой важности. Капитан был настоящей находкой для Ордо Фавониус. В нём сочетались многие качества, которые, по мнению Джинн, в жизни могли и обязательно пригодятся. Иной раз поражали такие удивительные комбинации: чудо-няня, а через пять минут — хладнокровный хранитель порядка. Но этим рыцарь к себе и располагал — своей многогранностью, загадочностью.       — Ладно, мистер я-одногодка-Кли, — смеётся магистр, пока в дверь влетает сама малышка. — Думаю, на сегодня ты свободен. Поручений больше нет.       — Я так не думаю, — парень скептически окидывает внушительную стопку бумаг на столе и хмыкает. — Но настаивать сегодня буду на общем отдыхе. К тому же вечером фестиваль, тебе нужно развеяться.       Джинн кивает, будто бы она помнила о мероприятии. Кэйа усмехается, с нескрываемым удовольствием отмечая растерянность в глазах подруги. Качает головой и покидает помещение, оставляя девушку с малышкой, переполненной различными эмоциями от проведённого дня.       На выходе его встречает Ноэлль, отдавая честь, как истинный рыцарь. Альберих улыбается ей мягко.       Город свободы любезно приютил в своих стенах маленького беженца из павшей страны. Некогда запуганный ребёнок стал статным мужчиной с уважаемым статусом в месте, которое всегда боялся назвать своим домом. Однако до сих пор ему кажется, что не достоин он Мондштат подобно именовать. Тяжесть тайны, что уже покрыла пыль и паутина, не спадает с плеч, хотя Кэйа научился её умело игнорировать. Запрягая себя работой и ролью завсегдатая в таверне, можно и не таким мастерством овладеть.       Капитан резво поднимается по ступенькам на главную площадь и оглядывает скопившийся народ. Девушки в лёгких праздничных платьях уже пританцовывают под задорную игру барда. Альберих в его лица замечает Венти, тут же получает в свой адрес подмигивание с улыбкой. В ответ бард не получает ничего, лишь вежливый кивок.       Кэйа подходит к своим сослуживцам, и те отдают ему честь. Слово за слово и у них завязывается разговор, темы меняются с рабочей на нейтральные. Ему хорошо и спокойно. Ненужные мысли развеиваются подобно слоёным облакам на темнеющем небе, оставляя на своём месте хохот и свист.       Спустя время на площади появляется и магистр с главным библиотекарем под руку. Кэйа кивает им, стягивая с подноса мимо проходящей официантки бокал с коктейлем. Джинн с обречённой улыбкой закатывает глаза и под интересную беседу подруги позволяет себе расслабиться. Поначалу было тяжело уговорить Гуннхильдр посещать за компанию фестивали. Никакие уговоры («Это случается раз в месяц, не упрямься!») не помогали сломить боевой дух магистра и вытащить её на площадь. С одной стороны, это похвально — так добросовестно отдаваться работе сможет не каждый рыцарь в Ордо Фавониус. Однако отдых — тоже немаловажный пункт. И упёртая девушка это осознала только после обморока от переутомления прямо в своём кабинете. Слава Архонтам, Лиза была рядом.       Теперь ей ничего не оставалось, кроме как отложить свои документы в третью пятницу месяца и под незамысловатые беседы библиотекаря (или Кэйи, как уж пойдёт) покинуть штаб.       К тому же на фестиваль собирается обычно весь город. Даже Барбара освобождает себя от работы в соборе, чтобы дать сольные концерты. Девчушка, как и сейчас, поёт под бодрящую мелодию барда, а окружающие восторгаются представлению. Кэйа и сам любит слушать её пение, больно уж оно приятно слуху. У младшей сестры магистра прекрасные вокальные данные и, кажется, только завистливый дурак решит с этим поспорить.       Качая головой в ритм очередной песне, капитан оглядывает ленивым взглядом толпу и отмечает, что Дилюк в очередной раз не отметил нужным выйти в свет. Кэйа вздыхает с нотками усталости. В принципе, как и всегда.       Их отношения не были на стадии взаимной ненависти, скорее заняли нейтральную позицию после возвращения винодела. Они могли поддержать приятельскую беседу (чаще всего по работе, правда говоря), но на большее обычно не хватало. У каждого были какие-то обиды и недоговорённости, и обсуждать их, конечно же, ни один не собирался. Альберих по крайней мере точно. Жить припеваючи можно и в полном одиночестве. Когда-то данное умозаключение казалось абсурдом, сейчас же — очень даже хорошим тостом. Порой было тяжело из-за отсутствия родного человека, возможности поделиться чем-то важным и сокровенным, но после разгромленного лагеря хиличурлов или выпитого любимого напитка в таверне мысли меняли своё направление. Проще говоря, Кэйа забылся.       Он снова осматривает площадь и возвращает внимание артистам. Даже несмотря на конец рабочей смены, нужно оставаться начеку. Это главная задача вне зависимости от времени и места.       Поднимается небольшой ветерок, заставляя мелко вздрогнуть и укутаться в меховую накидку. Конец лета давал о себе знать. Кэйа переводит взгляд с Барбары на разыгравшуюся толпу, вовремя замечает некую фигуру, укутанную в чёрный плащ, и прищуривается. Бокал отправляется на поднос. Мысленно принято решение вызывать как можно меньше подозрений в свою сторону.       Незнакомец невелик ростом, Кэйа бы сказал, что это подросток, судя по очертаниям, либо же девушка. Его выводы были бы точнее, не будь на том подозрительная накидка. Капитан переводит взгляд на Джинн, что так вовремя пересекается с ним своим. Заметив его хмурое выражение лица, она кивает стоящим неподалёку рыцарям.       Всё происходит резче, чем они могли представить.       Ловко скрывшись за крупным мужчиной, незнакомец оседает на землю и не сильно, но вкладывая внушительную элементальную энергию, ударяет по земле рукой. По идеально выложенной плитке молниеносно расползается уродливый слой льда, снося людей с ног. Музыка затихает, граждане обеспокоенно переглядываются в поисках источника такого выброса энергии. Кэйа тут же даёт команду наступать и срывается с места под напуганные возгласы. Единственно опасение — о схожие способности с незнакомцем.       «Не впервой, справлюсь», — самонадеянной мыслью проскакивает в голове.       Альберих в прыжке собирается нанести удар, но его сносит мощным потоком ветра. От неожиданности мужчина падает на колени и громко выдыхает. Краем глаза он замечает, как рыцари и Джинн бросаются в сторону противника. Лиза становится перед напуганными гражданами, что-то шепчет и образовывает вокруг себя и них защитный барьер.       Капитан предпринимает вторую попытку. Пока нападающий занят отбиванием от многочисленных атак рыцарей, Кэйа быстро подхватывает меч, копит на ходу элементальную энергию и, подбежав ближе, наносит удар. У него получается сделать это неожиданно, и противник отлетает на несколько метров. Рыцарей тут же отбрасывает в сторону из-за очередного ледяного потока, а Кэйю впечатывает в колонну и примораживает прочно. Он дёргается, то ли проверяя это, то ли стараясь вырваться, но безуспешно.       Незнакомец будто в секунду оказывается около капитана. Из-под накидки показывается рука, худенькая и тонкая. Кэйе кажется, женская. Определить он не может из-за наличия на ней плотной перчатки. На кончиках пальцев видно иссиня-чёрную дымку, капитану кажется, что его сейчас добьют. Однако стоит ей приблизиться к лицу, как незнакомец отшатывается и делает шаг назад, озадаченно глядя на руку.       — Кхаэнри’я?       Кэйа широко раскрывает глаз, шокировано глядя в его сторону. Точнее в её, он уже уверен, что этот загадочный незнакомец является девушкой. Она в замешательстве окидывает его взглядом. Кэйе удаётся лишь отметить светлые глаза, переполненные растерянностью. Пока он вглядывается в её лицо, стараясь высмотреть отличительные черты, незнакомка хмыкает и позволяет энергии сорваться с кончиков пальцев. Парень старается не показать свой испуг, неотрывно следит за шлейфом и удивлённо выдыхает. Дымка окутывает его шею, вьётся плавно и осторожно, словно ручной туман. Стоит Кэйе втянуть шумно воздух, как его пронзает до физической боли осознание. Незнакомка перед ним — его землячка.       Заметив наконец на лице капитана замешательство, девушка звучно усмехается.       — Кэйа!       Она поворачивается в сторону магистра, которой почти удалось сломать преграждающие дорогу глыбы льда. Альберих чувствует, как лёд тает, и тут же падает перед противницей на колени, откашливаясь. Ощущения не из приятных. Лёгкие будто сдавили голой рукой, как игрушку в ярости, и резко бросили на землю. Он массирует шею и поднимает взгляд на девушку.       — Кэйа, значит, — присев на колено перед ним и приподняв лицо за подбородок, выдаёт она. — Ещё увидимся, Кэйа.       К ней подбегает Джинн, замахивается мечом для удара и вскрикивает. Кэйа неуклюже, но тянет магистра на себя, прикрывая собой от мощного элементального выброса.       Когда они приходят в себя, пытаясь отдышаться от шока, девушки уже не наблюдается.       След её будто простыл.

Позднее, штаб Ордо Фавониус.

      Кэйа потирает переносицу. Гробовую тишину нарушает лишь тиканье часов и постукивание ложечки о края чашки в руках Лизы. Он поднимает тяжёлый взгляд на неё, пытаясь вложить в него мольбу перестать издавать звуки. Библиотекарь услужливо улыбается, пуская тихий смешок. В любой другой ситуации Альберих бы ей поверил. Но видя, как была напряжена девушка некоторое время назад, понимает, что нервничает здесь не только он.       Их молчание нарушается звуком открывающейся двери и взору предстаёт уставшая Джинн. Она запирает за собой комнату, налегая спиной на массивное дерево и звучно выдыхает, не стесняясь. Лиза расценивает это как своеобразный сигнал, встаёт со своего места и подхватывает с столика стакан с водой для магистра. Кэйа поджимает губы, не решаясь начать диалог. Слов нет ни у одного присутствующего на этот счёт.       — Мне удалось кое-как успокоить жителей, — делится информацией Гуннхильдр, благодарно кивая подруге и опустошая стакан. Лиза кладёт ей на плечо ладонь, массируя напряжённые мышцы. — Но с этим надо разобраться. Я более чем уверена, что этот инцидент не будет единичным.       В кабинет, неловко постучав, заглядывает путешественник в компании Паймон, соответственно. Кэйа кивает им, позволяя войти. Надо бы вставить своё слово, наверняка Джинн ждёт какой-то поддержки от него или от Лизы, но язык будто онемел. Капитан встречал разных монстров, разгромил не один лагерь, был не только на территории Мондштата, однако с таким не сталкивался на своей памяти.       Его взгляд падает на путешественника, что слушает рассказ Джинн о произошедшем. Кэйа слегка хмурится, начиная думать. Подобные способности есть у Итера. Этот паренёк не владеет глазом Бога, однако может управлять разными элементами. Быть может незнакомка тоже не из этого мира и этим всё объясняется? Однако эта мысль вскоре покидает его размышления и отрицается. В памяти всплывает лёд, явно не схожий с тем, что позволяет Крио. Кэйа вспоминает, каким уродливым, страшным ковром тот распластался под ногами, и дёргается. Нет, это точно не оно.       — Мы будем признательны любой помощи, Итер, — признаётся Джинн, с надеждой глядя на путешественника. Он кивает незамедлительно, пока Паймон строит теории на почве страха. Кэйа усмехается.       — Если вы не против, я б хотел пройтись, — подаёт наконец голос он, привлекая внимание окружающих. Паймон, не заметившая его из-за молчания, резво машет ему рукой. — Вечер был не из простых.       Нацепив на лицо свою привычную обворожительную улыбку, Кэйа покидает штаб с переполненной от роя мыслей головой. После такого точно стоит расслабиться.       — Капитан Кэйа всегда весёлый даже в таких ситуациях? — удивлённо спрашивает Паймон, указывая на дверь, что вот-вот захлопнулась за рыцарем.       Джинн кивает.       — У него свои методы решения проблем, и я доверяю им.       Девушки отходят к рабочему столу, чтобы в следующую секунду заняться отчётами. Точнее этим займётся Джинн, пока Лиза будет делать расслабляющий массаж и вкусный чай из цветка-сахарка для спокойствия.       Путешественник переглядывается с Паймон, и та неопределённо пожимает плечами.       — Паймон кажется, что капитан просто любит недоговаривать, только и всего. Воображала.

Мондштат, таверна «Доля Ангелов».

      К радости Альбериха, за барной стойкой его встречает Дилюк, натирающий бокалы для посетителей.       Кэйа как-то в своей флиртующей манере заявил, что виноделу очень уж идёт его рабочая форма. И с этим грех было спорить. Белоснежная рубашка в сочетании с чёрными брюками, таким же чёрным фартуком и высоким хвостом делали и без того обворожительного Дилюка ещё более привлекательным. Каждый раз, когда капитан заставал своего братца в таком одеянии, тот получал в свой адрес шутки по типу: «Где-то за углом томно вздыхает Донна, мастер Дилюк». В последний визит, когда такое приключилось, старший закатил глаза и попросил «покинуть заведение, а не трепать пьяным языком». Кэйа его, конечно же, не послушал.       — Мастер Дилюк! — наигранно, но с отточенным актёрским мастерством улыбается он мужчине. В ответ из-за барной стойки слышится обречённый вздох. — Нальёте чего-нибудь крепкого?       — Обмыть легкомыслие Ордо Фавониус — дело великое, — с серьёзным выражением лица, но ощутимым лукавством замечает Рагнвиндр, протягивая стакан с коктейлем капитану.       — Ты уже всё знаешь.       — Всё дрожало так, что я даже при желании проигнорировать не смог бы этого сделать.       После слов Дилюка даже желание пить пропадает. Альберих задумчиво сверлит взглядом напиток, медленно подбирая его со стола и делая глоток. В любой другой раз, когда старший хотел бы ему напомнить о том, какие рыцари нынче никудышные, он бы отшутился. Зная отношение винодела к Ордо Фавониус и его составу, это было совсем неудивительно. Раны, полученные в прошлом, может и заживают, однако шрамы, к сожалению, остаются красоваться. И на коже, и в душе.       Кэйа мог бы следовать своей манере и в этот раз, притоптав мелкий промах перед Дилюком, но сейчас был не тот случай. Промах был далеко не мелким, дело было не в рыцарях, а шутить над произошедшим как-то и не хотелось.       В окно ударила голая ветка дерева, привлекая внимание капитана. Погода за окном заметно портилась, и оттого засиживаться Кэйа не планировал. Но свой визит он намеревался провести не только за выпивкой, но и важным разговором.       — То, что произошло сегодня на площади, было несколько необычно, — начинает капитан, разглядывая бурую жидкость в своём стакане и слушая, как переставляет бутылки старший. — Непонятно каким образом в город пробралась незнакомка. И во время боя она умело пользовалась несколькими элементальными навыками. Как Итер. Только энергия её была какой-то тёмной и незнакомой. Я с такой ещё не сталкивался.       Кэйа замолкает, вновь погружаясь в свои мысли. Несмотря на неприязнь Дилюка к делам штаба и его составу, слушал он всегда внимательно, не перебивая. Проще говоря, Дилюк — настоящий воспитанный джентльмен. К тому же Альберих всегда был уверен в том, что он его слушает. Даже сейчас в голову не закрадывались сомнения по поводу бдительности винодела. Пускай он и стоял спиной к Кэйе, а руки были бесконечно заняты работой с вином, стаканами и отчётностью, капитан знал: Рагнвиндр его точно слушает. Возможно, поэтому с ним было проще всего обсудить возникшую проблему.       — Ты ждёшь моего мнения или совета на этот счёт? — первый нарушает затянувшееся молчание Дилюк, поднимая взгляд на младшего и убирая в сторону начищенные дочиста стаканы. Кэйе иногда кажется, что такими темпами он протрёт в них дыры.       — Одно другому не мешает, — усмехается невесело он, делая очередной глоток. Сегодня пополнение внутренних запасов алкоголя как-то не шло.       — Не думаю, что я тебе тут помощник, — вздыхает Рагнвиндр, переводя уставший взгляд на посетителей. — Лично я никогда не сталкивался с таким, но уверен, что можно что-то найти в библиотеке. Так или иначе, не стоит надеяться, что нападение было единичным. Вряд ли всё случилось ради привлечения внимания.       Альберих кусает изнутри щёку, случайно прокусывая до крови. Мгновенно всплывает вопрос: стоит ли поделиться с Дилюком о том, что незнакомка, возможно, является его землячкой? С одной стороны, это важная деталь. Магия Кхаэнри’и и Тейвата абсолютно разные. С другой, Кэйа не знает, стоит ли Рагнвиндру знать о такой детали.       С момента их разлуки, как братьев, тема его происхождения более не поднималась. Они перестали существовать как семья, «перемирие» заключено несогласованно. Возможно во избежание лишних вопросов и сплетен, но наверняка и сам Альберих ответить на это не сможет. Кэйа поднимает взгляд на Дилюка, что начал протирать столешницу. Да что там он — сам Дилюк на это не даст ответа. Как вариант, причиной стало время, которое замело события своим течением.       — Есть что-то, что я ещё должен знать? — решает уточнить Рагнвиндр, снимая фартук и перекидывая его через перегородку.       — Нет, — фальшиво улыбается Кэйа и с удовольствием отмечает, как винодел вскидывает смиренно брови и отворачивается. — Что ж, приятно было с тобой повидаться. А к предложению посетить библиотеку я очень даже прислушаюсь!       — Иди уже, сэр Кэйа.       Альберих покидает заведение, помахав на прощание рукой, но так и не отметив подозрительный взгляд Дилюка себе вслед. Пускай тешит себя этим, однако винодел давно уже не верит его улыбочкам.