А между нами годы

— А ну вставай, ублюдок! Почему завтрак ещё не готов?! Именно так начиналось каждое утро Гарри Поттера. Мальчик лет пяти вскочил и бросился прочь из чулана — нужно успеть приготовить завтрак своим родственникам, пока дядя Вернон не схватил прут. — Почему ты так долго спал?! Ты должен был уже всё приготовить! — С кнутов в руках на кухню зашёл Дурсль старший. Дрожа от страха, Гарри схватился за сковороду. Горячий метал обжёг нежную кожу ладоней. Он дёрнулся, и выронил ту из рук — сковорода с грохотом полетела вниз. Вся еда расползалась уродливой кляксой по полу. Он замер, зная, что сейчас будет. — Да как ты посмел, паршивец?! — Вернон схватил мальчика за руку и с силой ударил по ней прутом. Гарри вжал голову в плечи, тихо всхлипывая от боли. За первым ударом последовал второй, третий.... Кнут снова и снова с тихим свистом рассекал воздух. Он уже не считал удары, лишь задыхаясь от боли и слёз. — Так тебе! Будешь знать, как рассыпать еду! — пуще прежнего начал бить ребёнка он. *** Гарри рыдал навзрыд, лёжа в своём чулане весь в крови. Дядя Вернон швырнул его в эту каморку, когда мальчишка уже почти потерял сознание от боли. — Пожалуйста... пожалуйста!.. п-пусть я буду там, где меня будут любить... Пожалуйста... — хрипло шептал мальчик, задыхаясь от рыданий. Потеряв сознание, ребёнок уже не видел, как его окутало мягкое свечение — золотой кокон. Магия, услышав тихие мольбы Гарри, перенесла его на годы назад — в прошлое. К такому же одинокому мальчику из приюта. *** Пятилетний мальчик тихо сидел в шкафу, пока взрослые ребята за углом ругались и кричали, пытаясь его найти. Вновь нападки и погоня из-за того, что пришедшая молодая пара хотела забрать Тома. — Где этот полоумный?! — Я видел, как он забежал туда, — невысокий грязный мальчишка указал в сторону комнаты, где спрятался Том. Все тут же ринулись туда. — Вот ты где! — распахнув дверь старого шкафа, мальчишка схватил Реддла за ворот и швырнул на пол. — Теперь ты у нас попляшешь! — он с силой ударил Тома по лицу, от чего тот отлетел к стене. Увидев в действиях своего предводителя сигнал к началу избиения, остальная шайка поспешила присоединиться. Тут же набросившись с кулаками на ребёнка. *** Лёжа в запертом шкафу — туда его засунули после избиения — Том сплёвывал кровь и старался расслабиться, дабы живущая в нём сила могла высвободиться и вылечить раны. По щекам текли слёзы боли и обиды. — Пожалуйста... пусть у меня будет тот, кто будет меня любить... прошу… — уже на грани потери сознания тихо просипел он. Мягкий золотой свет окутал Тома — соединил его с такой же одинокой и несчастной душой

***

Том вышел на улицу и направился в сторону известной лишь ему одному лазейки в заборе. Сейчас, когда все раны уже зажили, хотелось просто пройтись по городу. Чтобы никто не смотрел на тебя с отвращением и неприязнью, не боялся до дрожи из-за каких-то совпадений. Чтобы было тихо и спокойно. Как сейчас. Том не задумывался, что на него могут напасть, минуя богами забытые подворотни. Уже попросту не было сил. Да и кого привлечёт приютский оборванец в поношенной одежде и с безжизненным взглядом синих глаз? В очередном грязном закоулке в нос ударил запах крови. Том начал судорожно оглядываться, в попытках найти источник запаха. Им оказался маленький мальчик — примерно одного с ним возраста, но более хрупкий — лежит прямо на земле возле кучи мусора. Застыв в оцепенении, Реддл осторожно приглядывается, пытаясь понять — дышит ли ещё ребёнок. Не выдержав, Том подошёл к мальчику и присел рядом. В этот момент открылись яркие зелёные глаза, заставляя его отшатнуться. — Не… не уходи… — тихо шепчет он и вновь теряет сознание. Испуганно озираясь, Том пытается решить: оставить его здесь и уйти, или забрать с собой в приют, где у мальца ещё есть шанс выжить? Но как можно его бросить? После той отчаянной надежды, что с ним останутся? И не абы кто, а Том! Том — никому ненужный мальчишка, дьявол во плоти. Его просят остаться. Реддл принимает решение. Он осторожно подхватывает мальчика на руки — насколько же он оказался лёгким!.. — и медленно идёт в сторону приюта, уже придумывая, как будет объясняться перед миссис Коул. Несмотря на понимание, что после его сурово накажут — оставить этого несчастного ангела он не может. Не после того, как впервые почувствовал, что нужен кому-то. Заходя в здание приюта он уже ждёт наказания. Тем не менее, он всё ещё надеется, что мальчика не выкинут за порог. И надежды всё-таки оправдываются! Миссис Коул испуганно выхватила из его рук зеленоглазого ребёнка и собирается унести. Однако заметив, как неосознанно сжимают руки друг друга Том и бессознательный малыш, позволяет Реддлу пойти с ней в лазарет. Она знает — это шанс для обоих. Раненому ребёнку — выжить, цепляясь за Тома, а самому Тому — человека, который не позволит потерять себя в столь жестоком месте, как приют Вула.

***

— Ты сможешь! Просто ещё один шаг! Ну же, Гарри, давай! Я верю в тебя! Такие простые слова. Но с таким смыслом. Сквозь боль и слёзы он делает шаг к Тому — с улыбкой ждущего у другого края кровати. Гарри облегчённо вздыхает. Чужой запах и тепло под боком доказывают — всё это не сон. У него есть тот, кто его любит и кому он небезразличен. Это определенно стоило всех слёз и криков по ночам. Всех кошмаров, где его опять избивает дядя Вернон. После чего его находит Том, — невероятно красивый юнец с грустными глазами, — ставший целым миром для маленького Гарри. Он по-прежнему не верит, что уже не является чьей-то игрушкой. Но интуиция подсказывает — он нашёл человека, о котором просил лёжа в чулане. Гарри никогда его не отпустит. — Ты смог! Я же говорил! — Руки перебирают мягкие волосы и крепче прижимают к себе. — Скоро ты вновь сможешь бегать и гулять. Гарри верит. И пытается улыбнуться тёплым словам. Стоящая в дверях никем не замеченная миссис Коул грустно улыбнулась, глядя на детей. Она помнит, как отчаянно сжимал руку Тома Гарри, когда только пришёл в сознание. Не понимая где он и кто все эти люди — он твердо верил, что держащий его за руку мальчик защитит от всех бед. Том, в свою очередь, знал — он не позволит никому причинить боль Гарри. Убьёт каждого, кто попытается что-то сделать его зеленоглазому ангелу по имени Гарри. Том знал — они вместе навсегда.

***

— О, малыш Томми! Слышал, ты исправился и стал помогать в лазарете? И как общественные работы протекают? Том, идущий в этот самый лазарет, остановился и повернулся к Беку. — Не поверишь, но превосходно! Может, и тебе поработать, а то совсем плохо, не находишь? — он двинулся дальше, оставив предводителя шайки стоять позади с широко разинутым ротом. — Да как ты смеешь!.. Бей его, ребята! Компашка бросилась за Реддлом, почти скрывшемся за поворотом. Они быстро его нагнали и, повалив на землю, начали пинать ногами. Том не издавал ни звука — лишь дожидаясь, пока тем не надоест. Только вот Бек хотел видеть слёзы боли, слышать мольбы о помощи — никак не молчаливое безразличие. — Что, молчишь? Ну ничего... мы быстро тебе язык развяжем, — он гаденько усмехнулся, повернувшись к своей шайке. — Ребята, айда в лазарет! Том замер. В лазарете лежал только Гарри. Значит, они хотят навредить ему. В груди больно запекло — заворочалось нечто страшное, сильное. Разрушительное. Совершенно не задумываясь о странности происходящего, он позволил ему вырваться, направив это нечто на хулиганов. «Лишь бы Гарри не пострадал!» — раз за разом проносилось в голове. — Что за?.. Они с всеобъемлющим ужасом смотрели, как маленькое тело Том поднялось в воздух. Его глаза — полностью синие, точно краской залитые — распахнулись, источая зловещие сияние. Рука махнула в их направлении, с кончиков пальцев веером слетают тонкие длинные иглы. Болезненные вскрики разнеслись по приюту, когда иглы достигли тел хулиганов. Прибежавшая на крики мисс Коул со страхом смотрела на лежащие в собственной крови тела детей. Подбежав к ним, она ужаснулась — все они были мертвы. Все, кроме находящегося без сознания Тома. Обернувшись назад, женщина увидела Марту, медленно отступающую вглубь коридора — та изо всех старалась сдержать рвотные позывы. — Марта, — миссис Коул подскочила с места, держа на руках тело ещё живого Тома. — Бери его и бегом в лазарет! Испуганно закивав, девушка подхватила ребёнка и бросилась бежать. Когда Марта ворвалась в лазарет с Томом на руках, Гарри замер, страшась самого плохого. Но девушка рассеяла его страхи несколькими словами: — Быстрее, помоги ему! Как можешь... Стиснув зубы, Гарри встал и поковылял к кровати, на которую положили Тома. Рухнув рядом, он сжал его запястье и прикрыл глаза, крепко прижавшись к нему. Не было ни слов, ни уверений о том, что всё будет хорошо. Гарри просто обнял его — человека, ставшего для него смыслом жизни. Стоящая рядом Марата чувствовала себя лишней. Теперь она понимала, почему миссис Коул иногда замирала, глядя на этих двоих — они двумя половинками одного целого. Высокий и изящный Том, и хрупкий и нежный Гарри. Синий и зеленый. — Я пойду? — тихо спросила девушка, но ответа не получила. Уже выйдя из комнаты, она не видела, как их окутало лёгкой дымкой изумрудно-серебристого цвета.

***

— Ты не понимаешь! — горестно сокрушался Том, — я убил их! Ты должен меня ненавидеть! Он сидел на кровати Гарри, смотря вперёд невидящим взглядом. Сам хозяин кровати обнимал его со спины, ничего не говоря — просто выражая поддержку. Такие слова он, однако, проигнорировать не мог. — Я никогда не буду тебя ненавидеть, — твёрдо заверяли на ухо, — чтобы ни произошло. Обещаю. Том с недоверием выдохнул и, развернувшись в кольце рук, заглянул ему в глаза. — Правда?.. Гарри молча кивнул, прижимаясь ещё сильнее. — Тогда как ты смотришь на переезд ко мне в комнату? — Почему бы и нет? — и на губах мальчика расцвела магкая улыбка.

***

— Том, смотри! Снег! — Гарри, стоять! Ты без куртки! — Реддл в последний момент схватил его за руку, удерживая от опрометчивого поступка. На дворе кружили снежинки, оседая наземь большими пушистыми хлопьями. Все дети выглядывали в окна, а некоторые уже натягивали на себя куртки и ботинки. — Том, не будь занудой! — А ты не будь дурундуком! На улице мороз, а ты без тёплой одежды! Что ты будешь делать, если заболеешь? — Ты меня вылечишь. Разве нет? — Губы озарила столь тёплая улыбка, что Том просто не мог больше злиться. — Куда я денусь. Надевай куртку и вперёд! Хмыкнув на быстро натягивающего одежду Гарри, Том улыбнулся и отпустил его руку. Выбежавший на улицу мальчишка весело рассмеялся, и, раскинув руки в стороны, закружил под снегопадом. Вдруг хитро сощурившись, Гарри вновь забежал в здание и схватил Тома за руку, утягивая на его на улицу. Закатив глаза, Том позволил вытащить себя во двор и закружить в своеобразном танце. Вдруг весело смеявшийся Гарри замер, с восхищением глядя на Реддла. — Что случилось? — Ты такой красивый... — тихо прошептал он, завороженно глядя на запутавшиеся в тёмных волосах Тома снежинки. Улыбнувшись, Том вдруг подхватил Гарри на руки и закружил. — Эй! Ты что делаешь?! — Гарри неосознанно обхватил Тома за шею, дабы не упасть — Веселюсь! Над приютом Вула ещё долго звенел смех радостный детский смех.

***

— То есть, вы хотите сказать, что мы с Гарри должны поехать в какой-то Хогвартс? Где доказательства ваших слов? Перед мальчиками сидел высокий рыжий мужчина и с максимально серьёзным выражением лица утверждал, что они маги и должны учиться в соответствующем учреждении. — Вы хотите доказательств? Без проблем! — взмахом какой-то палки он поджёг их шкаф. Гарри вскрикнул и тут же рванулся к шкафу, но Том успел схватить его за руку и зло прошипеть: — Ты куда в огонь лезешь?! — он обернулся к гостю, говоря уже куда более учтиво: — Мистер Дамблдор, не могли бы вы вернуть всё на свои места? Отозвать огонь и убрать его последствия. Ухмыльнувшись, — Том, привыкший видеть лучезарную улыбку Гарри, улыбкой это назвать не мог, — он ещё одним взмахом палки вернул всё к первозданному виду. Даже копоти не осталось. — Теперь вы мне верите? — Да. Когда и где на какие деньги нам всё необходимое покупать?

***

— Вам суждено стать великими волшебниками. Ваши палочки — близнецы, а значит и вы между собой очень близки. Если честно, то на своём веку я ещё не видел таких магов, как вы. И надеюсь, что вы добьётесь всего, что захотите. Вышедшие от Олливандера Гарри и Том только пожали плечами не понимая его слов. — Ладно, теперь нам в книжный. Идем? — Да. И дополнительную литературу возьмём. Гарри с задорной улыбкой кивает.

***

— Том Реддл! Под заинтересованными взглядами огромного зала к Шляпе подходит красивый красивый юноша и грациозно, словно парящее перо, опускается на стул. Шляпа задумалась лишь на секунду: — Слизерин! — Гарри Сет! — Слизерин! — на этот раз молчание артефакта длилось почти минуту. Севшие за стол своего факультета, Том и Гарри незаметно переплели пальцы, тем самы выражая поддержку друг другу. Оба понимали — легко не будет. — Вместе? — Навеки! Магия всё крепче сплетала их души.

***

— Гарри, перестань уже палочкой размахивать. Без глаз меня оставить хочешь?! — Том раздраженно взмахнул рукой. — Ну прости-и! Коль такой умный, почему не научишь? — обижено фыркнул Гарри. — Вингардиум Левиоса! — Палочка совершила несколько резких, но от того не менее изящных, движений. — Доволен? — Ты только показал, а теперь научи, — Гарри ехидно прищурился. Тихо выдохнув, Том призвал на помощь всю свою выдержку. Настоящий хитрый змей! Не даром Шляпа его отправила на Слизерин. Кстати об этом... — Гарри, о чём вы так долго с Шляпой говорили? — Ну, она хотела отправить меня на Райвенкло, но я её уговорил отправить к тебе. Не хочу с тобой расставаться, — мягко улыбнувшись, он подошёл к сидящему в кресле Тому и забрался ему на колени, как полюбил делать ещё в приюте. — А ты о чём подумал? — Просто было интересно. Ладно, давай Левиосу проходить. Обещал же. Смотри, палочку держишь вот так, а теперь делаешь взмах и слегка её проворачиваешь. Не так! Ещё раз. Как я делал? Да теперь правильно! — голос Тома убаюкивал. Гарри и не заметил, как — после очередной попытки поднять карандаш в воздух — уснул, сильнее прижавшись к тёплому телу. Заметив, что Гарри уснул, Том осторожно подхватил его на руки и перенёс на кровать. Быстро раздев оного, укрыл одеялом и уже хотел было пойти спать, когда Гарри заворочался и пробормотал: — Не уходи… Останься… Том вздрогнул от возникших в голове воспоминаний — когда он нашёл измождённого и раненного Гарри в переулке. Он мотнул головой, прогоняя наваждение. Тихо стянув с себя рубашку, он осторожно, дабы не разбудить, скользнул к нему под одеяло, привычно обнимая. Вскоре по комнате разнеслось тихое сопение спящих.

***

— Гарри, зачем тебе место ловца в команде? — Мне нравится летать, ты же знаешь. — А ты знаешь, что летать на школьной рухляди просто опасно?! — Я нашёл кое-что в библиотеке, — Гарри протянул Тому книгу. — «Как зачаровать метлу, чтобы она летала со скоростью мысли»? Гарри, ты нигде ничем не бился? Мы, вроде, с утра были на втором курсе, а не выпускниками. — Реддл недоуменно приподнял бровь. — Мерлин, ты такой скучный! — Я Том, а не Мерлин. — Или уж Мерлин-Том. — Как я понимаю, в команду ты всё равно хочешь? — Ты против? — Я не имею права тебе что либо запрещать, просто… Я волнуюсь. Тебя могут сбить во время игры и с тобой что-то случится... Гарри внимательно посмотрел на Тома и, вздохнув, крепко обнял. — Я подожду ещё год. Или два. Не обязательно ведь, чтобы я участвовал во всех кружках и секциях, верно? Нам и клуба Слизней хватает! — Рассмеявшись, он потянул Реддла куда-то по коридору. — Лучше смотри, что я нашёл! — И что же ты нашёл на восьмом этаже? В глазах Гарри появился хитрый блески. Он начал прохаживаться возле пустой стены что-то шепча себе под нос. Том с недоумением следил за его действиями, пытаясь вспомнит всё, что он читал про диагностирующие чары. Увы, это была программа седьмого курса и он многое не понял. Уже было собравшись сказать Гарри, что его усилия бессмысленны, он подавился набранным воздухом. Прямо в стене начала проявляться какая-то дверь. — Гарри... Покачав головой, тот с загадочной улыбкой потянул дверь на себя, открыв взору уютную комнату в серо-зелёных цветах. Почти как их в подземельях Слизерина. — Как ты её нашёл?! Довольный произведенным эффектом, Гарри нарочито небрежно пожал плечами: — Гулял как-то по этажу, захотелось в лес почему-то. Увидел его и стал прохаживаться перед окнами, — как после выяснилось, и перед стеной, — ища лучший вид. В итоге, в стене появилась дверь. Стало любопытно и я открыл её, — там лес, представляешь? Долго я там гулял... После иногда сюда приходил, когда ты был занят. — Так вот почему ты так поздно приходил и с таким выражением лица. — Каким ещё выражением? — Блаженным. — Да я тебя!.. — Гарри со смехом бросился на Реддла с кулаками, повалив его на ковёр.

***

Гарри висел вверх ногами на ветки дуба и наблюдал, как Том разучивает найденное в библиотеки тёмное заклинание. — Тебе оно правда нужно? Отбросив волосы назад своим фирменным жестом, Том поднял взгляд на Гарри. — Нужно. — Зачем? — Тебе напомнить, где мы живём? Помрачнев, Гарри отрицательно покачал головой. — Не стоит... Но всё равно не можем пользоваться палочками, тогда зачем? — Если у меня получится с палочкой — выйдет и без. Магию, для исполнения которой палочка не требуется, Министерство не отслеживает. Гарри задумался. Ведь правда — им нужно уметь себя защищать. Однако, использовать такие заклинания… Это ведь лёгкая форма Круциатуса, про который они с Томом узнали ещё на первом курсе, просматривая различные книги. Переведя взгляд на Реддла, вновь пытающегося наложить проклятие, он решился. — Я буду учиться с тобой. Том неверяще воззрел на Сета. — Что? — Я буду учить эти заклинания с тобой. — Но ты ведь был против… — Я против использовать их для развлечения, но в качестве средства самозащиты — я хочу знать, — Гарри улыбнулся и спрыгнул с ветки, доставая палочку. — Точно? — Том всё ещё сомневался. — Если ты просто хочешь сделать мне приятно, то не стоит переступать через себя. — Помнишь, что я сказал в наш первый день в Хогвартсе? — Вместе. — Навеки!

***

— Как думаешь, стоит практиковать Аваду? — Том, ты рехнулся?! Какая, Мордред тебя дери, Авада?! Расхохотавшись, Реддл притянул сидящего рядом Гарри к себе. — Я просто спросил. Круцио мы уже выучили, Империо практиковали. Осталась Авада. — Том, ты невозможен!!! — Да неужели? — Ладно! Но ты мне должен объяснить принцип работаеты твоя Авада. — Оу... Ну, слушай. Авада Кедавра — смертельное проклятие, призванное отделить душу от тела и отправить её на перерождение. Это возможность подарить человеку безболезненную смерть. — Я спрашиваю, как её накладывать! Это я и так знаю. — А знаешь ли ты, что прежде Авада была целительским заклинанием для неизлечимо больных, дабы устроить им лёгкую смерть? — Это я теперь тоже знаю! — Гарри фыркнул, забираясь к Тому на колени, чтобы было удобнее обнимать. Хмыкнув, Том помог ему. — Необходимо желание. Как и для любой магии. Ты должен захотеть. — Захотеть кого-то убить?! Том, тебе точно надо провериться у колдомедика. — Почему же? Ты можешь убить человека даже обычной Левиосой. Просто поднимаешь камень и запускаешь его со всей дури в висок противнику. И всё, билет на тот свет обеспечен! — Мерлин, я так скоро тёмным лордом стану! — Нет, для тёмного лорда ты мелковат. Максимум — тёмный принц. — Эй! — Гарри шутливо стукнул Тома по голове. — Мне, вообще-то, обидно! — Ну ладно, прости-прости! Принимаешь ли ты мои искренние извинения, о великий тёмный принц? Гарри попытался состроить важную мордочку, но не выдержал и рассмеялся, зарываясь носом в волосы Реддла. — Ой, ладненько! На ком тренироваться будем? — Всё же убиваем? — Да. — Тогда тренируемся на крысах. Они меня раздражают.

***

Сидя на подлокотнике кресла, Гарри сочувственно смотрел на корчащегося под Круцио Эйвери. Том бесстрастно смотрел на воющего парня, удерживая проклятие. — Ты понял свою ошибку? — Д-да! Да, милорд! М-молю, отпустите! Том опустил палочку, но всё так же разглядывал Эйдана. — Ещё раз увижу — протестирую средневековые пытки инквизиции. Слышал, там был немаленький простор для фантазии. Все свободны. Стоило Вальпургиевым Рыцарям это услышать, они быстро поклонились и бросились по своим комнатам, страшась, что Реддл прознает о ещё каких-то проступках. Оставшись с Томом наедине, Гарри посмотрел на него с укором. — Стоило ли оно того? Подумаешь, полез он ко мне. Какая разница? Вздрогнув, Том поднял на него свои синие глаза и как-то странно улыбнулся. — Ты мой и только мой. Запомни это! Гарри нахмурился, внимательно глядя ему в глаза, словно пытаясь там что-то отыскать. — Том, я не вещ. — Плевать, — Реддл схватил его за запястье и усадил к себе на колени. — Плевать на всё... — Он прильнул своими устами к губам Гарри. Он замер. Не отталкивая, но и не отвечая. Когда Том, наконец отстранился, Гарри продолжал смотреть ему в глаза. — Ты доволен? — он. Взгляд Тома прояснился. В ужасе взглянув на сидящего у него на коленях Гарри, он порывисто выдохнул. — Гарри... Прости... Прости пожалуйста! Я не должен был так поступать!.. Только не уходи! Умоляю... Я пойму, если ты меня возненавидеть! Прошу, только останься... Я не смогу без тебя… — последние прозвучали совсем тихо. Горло сковало отчаянье. Гарри покачал головой и ласково прикоснулся к лицу Реддла, заставив того замолчать. Не пытаясь соскользнуть с колен Тома — просто сидел, мягко поглаживая его щёку, и как-то тоскливо улыбался. — Я не злюсь. И не уйду. Помнишь, я говорил, что никогда не возненавижу тебя? Я не отказываюсь от своих слов, Том. Том в неверии посмотрел на него. — Но я назвал тебя вещью... и… — Разве? Ты этого не говорил. Да и, будь я против, ты бы уже лежал без сознания. Не забывай — мы равны. — Ты простишь меня?.. — Нет, — Том хрипло втянул в себя воздух. — Мне не за что тебя прощать. Я не смогу без тебя. — Гарри осторожно потянулся вперёд нежно целуя Реддла. — Вместе? — с волнением спросил Том. — Навеки.

***

— Слышал, Диппет хочет организовать святочный бал. — Естественно. Мне уже все уши прожужали, кого я приглашу. — И кого? — Вообще, хотел тебя. Но я не знаю, как ты к этому отнесёшься. — Ну надо же, меня спрашивают! — Гарри ехидно улыбнулся. Том обречённо вздохнул, закатив глаза. — Ты всю жизнь будешь припоминать мою глупость? — Нет, всего лишь вечность. — Так что ты ответишь? Пойдёшь со мной на бал? — Конечно пойду! Спрашиваешь ещё, — Гарри весело улыбнулся и потянулся за поцелуем. — Так и думал, — Том подхватил Гарри на руки и закружил по комнате под весёлый смех парня.

***

— Гарри, я хотела спросить… Уже десять минут Миртл Уорен мялась и пыталась что-то спросить у Гарри, силой затащенного на смотровую площадку Астраномической Башни. — Миртл, я человек терпеливый. Но не могла бы ты, наконец, сказать, о чём спросить хотела? — он обречённо вздохнул, потирая виски. — Я... я хотела… Н-не хочешь пойти со мной н-на бал? — наконец выпалила девушка, отчаянно краснея. — Кха-кха! Кхем. Что, прости? Извини, конечно, но вынужден отказать. У меня уже есть любимый человек. Я уже определился, с кем идти на бал. Увы, это не ты, — Гарри постарался смягчить свои слова улыбкой, но вышла она похожей на оскал. — То есть, н-нет?.. — Именно. Я не пойду с тобой на бал. — И кем же приходится человек, которого ты любишь? — Я не уверен, что хочу это-… — Гарри? Что ты здесь делаешь? — В проёме арки показался удивлённый Том. — Решил мне с Миртл изменить? — Мерлин, Том! А что ты тут делаешь?! — Ищу парня, которого, пытаются то ли соблазнить, то ли на бал пригласить. А что? Видеть меня не хочешь? Тихо застонав от абсурдности ситуации, Гарри уже было открыл собирался ответить Тому. Как вдруг заговорила молчавшая до этого Миртл: — Он твой возлюбленный? Именно с ним ты идёшь на бал? Гарри быстро понял — отпираться уже не имеет смысла. Зажёгшиеся каким-то зловещим огнём глаза Реддла вызывали опасения. Даже, если Гарри солжёт, правду из него всё равно вытрясут. Посему лучше сознаться самому — после можно Миртл и память подчистить. — Да. Он — мой возлюбленный. По совместительству, человек, с которым я завтра пойду на бал. Миртл некоторое время молчала. Однако, когда Том уже сделал шаг к Гарри, она как-то зло ухмыльнулась. Рванувшись вперёд, она схватила Гарри за запястье и толкнул к краю башни. Ему едва удалось не удалось удержать равновесие на самом краю бортика. — Что ж. Раз ты любишь его, а я тебя, то не достанешься же ты никому. Прощай, Сет! Миртл столкнула его вниз, под дикий крик Тома. — На веки… — только успел крикнуть Гарри.

***

Том сидел в их комнате. Заливал в себя очередную бутылку спиртного, пытаясь хоть немного заглушить боль. По щекам текли слёзы. Когда он добежал до подножья башни, там уже были профессора Слагхорн и Дамблдор. Они скорбно смотрели на бездыханное тело. Ещё сегодня он весело смеялся с ним за обеденным столом... Не помня себя, Том оттолкнул Дамблдора и рухнул на колени рядом с Гарри. Горло саднило от надрывного крика. Дамблдор и декан пытались усмирить обезумевшего Тома. Не помогли не Умиротворяющий бальзам, ни частичный Обливэйт. Он просто отшвырнул их от себя сырой магией. Том не помнил, что было дальше. Прибежавшие учителя просто оглушили его, всерьёз опасаясь, что он сойдёт с ума. Не помнил, как его несли в лазарет и связывали Инкарцео, как спаивали успокаивающим зельем. Ничего не действовало. Даже в бессознательном состояние он пытался разодрать себе грудь. Лишь бы перестать чувствовать эту чудовищную боль. Вскоре начался ад. Как для Тома, так и для профессоров. Его магия вышла из-под контроля, круша всё, до чего могла дотянуться. В конце концов, Дамблдор смог наколдовать самый сильный щит, который был у него в арсенале, и помог мадам Сейсель добраться до мечущегося парня. Никто не знает, что за заклинание наложила женщина, но всё прекратилось. Лишь слёзы продолжали течь по лицу Тома. Только на следующий день — в день злополучного бала — его отпустили. Провожали его подозрительными взглядами и целой коробкой флаконов с Умиротворяющим бальзамом. Всё, что происходило до этого, Реддлу рассказал Абраксас Малфой — единственный, на кого он более-менее спокойно отреагировал. Когда все веселились на празднике — который не отменили даже из-за смерти студента — он заливал горе спиртным. Перед глазами проносились воспоминания их детства. Это лишь сильнее бороздило кровоточащие раны. Но Тому, казалось, было плевать. Лазарет в приюте. На кушетке лежит маленький мальчик — раненый, весь в крови. Рядом сидит другой мальчик — держит лежащего за руку, словно успокаивая. Над раненым ребёнком кружат медсёстры и директриса. Вдруг ребёнок распахивает глаза и испугано вскрикивает: — Уйд-дите... Не н-надо... — он находится слезами, ещё крепче сжимая руку Тома. — Не от-давай меня им, п-пожалуйста... Солько боли звучало в этой мольбе... — Они хотят помочь. Всё будет в порядке. Не бойся, я рядом. Мальчик затихает, доверчиво глядя Тому в глаза. — Лучше скажи, как тебя зовут? — Том продолжает говорить, лишь бы успокоить его. — Г-гарри. — Красивое имя, Гарри. Какая у тебя фамилия? — Фамилия? Ч-что это? Услышавшие это воспитательницы на мгновение замирают в ужасе. Что сделали с этим ребёнком, если он даже не знает свей фамилии? — Это то, что есть у каждого, как имя. Фамилия — это и есть общее имя твоей семьи, — Том сглатывает комок в горле. — У меня нет семьи. Значит, фамилии тоже нет... Да? — тихо шепчет он. — Ты же меня не бросишь из-за этого?.. Том поднимет взгляд на миссис Коул, словно спрашивая — останется ли Гарри здесь? Женщина утвердительно кивает и мальчик улыбается. — Конечно не брошу! Как бы он сам хотел услышать то же самое. Гарри, словно прочтя его мысли, шепчет: — Я буду с тобой. — он не знает смысл этих слов, но помнил, как тётя Петунья шептала их Дадли и тот успокаивался. Неверяще смотря на него, Том несмело улыбается. — Дашь мне фамилию? — с надеждой просит Гарри. — Сет. — говорит Том, оглядывая его. — Гарри Сет. Ты не против? — Нет, она чудесная! — Гарри слабо улыбается. Том запускает стакан в стену и с болезненным стоном сползает на пол. Перед глазами вспыхивает новый фрагмент. — Том! Том! — маленький мальчик врывается с громким криком их с Реддлом комнату, неся что-то в руках. Им семь. Сегодня они пойдут в первый класс. Они знают, что непременно станут лучшими. Отвлекаясь от своих мыслей, Том поворачивается к Гарри. У того в руках маленькая чёрная змейка. — Гарри. Брось её. Она может тебя укусить. — Том старается говорить спокойно, но в голосе проступают нотки страха. — Нет, она хорошая! Её зовут Ария. И она меня не укусит, и тебя не укусит. Правда же, Ария? Ты хорошая, я знаю! Реддл замирает в шоке. Он слышит ответ Арии. — Да, говорящий. Я вас не трону. — Но как? Змеи не могут разговаривать! — Том сам не заметил, как перешёл на этот шипящий язык. — Ещё один говорящий? Я Ария. Рада встретить говорящих. Гарри заливисто смеётся. Рассказывает змее о себе и о Томе под его недовольное бурчание. Но идиллия не длится вечно. Открывается дверь и в комнату заглядывает Билли. Он видит змею на руках у Гарри. Слышит переливчатое шипение и смех мальчиков. И пронзительно кричит, привлекая внимание проходящей мимо Марты. Забежав в комнату, она, с не менее громким визгом, вылетает в коридор и бежит к миссис Коул. Арию убивают в тот же день. Гарри лежит и рыдает у Тома на коленях, шепча, что она мертва из-за него — именно он принёс её в приют. Том гладит его по волосам, напевая когда-то услышанную колыбельную. Уже засыпающий Гарри тихо шепчет: — Ты же никогда не умрёшь? Том с уверенностью отвечает: — Никогда. Мы вместе навсегда! Гарри засыпает с улыбкой на губах. Навсегда. Как же. Он просто стоял и смотрел, как эта тварь сталкивает Гарри с башни. Даже не вспомнил про магию. А ведь мог спасти! Мог! Том вскакивает и пьёт прямо из горла. Плевать на всё. Он медленно поворачивается к аккуратно застеленной кровати Гарри. «Как и всегда» — проносится в голове. Осторожно, словно от его движений могло что-то произойти, Реддл подходит к прикроватной тумбочке. Там лежит браслет. Обычный кожаный браслет. Гарри всегда носил его. Только по понедельникам и средам он снимал его на уроки зельеварения. Сегодня был понедельник и последними парами было зельеварение. Том берёт в руки тонкую полоску кожи и вновь проваливается в прошлое. Лето. На улице жара. Хочется залезть в холодильник и не вылезать до вечера. Они приехали в деревню на отдых. Слышится шум моря. Миссис Коул долго договаривалась, чтобы привезти их сюда. Гарри и Том, как обычно, поселились в одной комнате. Никто другой с ними жить и не захотел бы. Они лежат на узкой кровати — единственной в этой комнатушке. На дворе уже вечер, но до сих пор стоит жара. Где-то вдалеке кричат чайки. Гарри лежит у Тома на груди, чтобы тому было удобнее его обнимать, и прислушивается к биению чужого сердца. Тишина не давит. Гарри негромко спрашивает: — Миссис Коул всё ещё не разрешает купаться? Том отрицательно качает головой — ему откровенно лень даже говорить. — Может, сходим посмотрим на море? М-м? Обречённо вздохнув, Том переворачивается на бок и выпускает Гарри из объятий. — Ты ведь не отстанешь? — Неа, — лукаво улыбается Гарри. Вновь вздохнув, Реддл соскальзывает с кровати и подходит к небольшому зеркалу, дабы оценить свой внешний вид. Гарри им откровенно любуется. Том всегда следил за прической — волосы должны лежать гладкой, даже прилизанной, волной. А Гарри нравилось, когда они были чуть растрёпаны — тогда можно было увидеть настоящего Тома. Закончив с причёской, Том поворачивается к нему. — Так что? Идём или уже передумал? Гарри радостно подскакивает и потягивается. — Идём! Они выскальзывают из домика — где жили вместе с ещё несколькими ребятами — и бегут к пляжу. Добежав до кромки воды, они опускаются на камень и наслаждаются исходящей от воды. Ту не было привычных песчаных пляжей — только россыпь гладких валунов, на одном из которых они и сидели. Солнце красиво отражается в воде. Кажется — нет ничего прекраснее этих мгновений, когда, держась за руки, они сидят у моря и смотрят вдаль. Словно пытаясь разглядеть нечто за гранью. Гарри опять нарушает эту тишину, тихо спрашивая: — Может пойдём поплаваем? — А ты умеешь? — Нет, но магия удержит. Оба уже знают, что отличаются от других детей. Хоть это ненаучно — они зовут свою силу магией. Даже если этого и не существует. — Тебе совсем невтерпёж? — Том тоскливо закатывает глаза. — Ну пожалуйста! — канючит Гарри, прекрасно зная, что ему не откажут. — Ладно уж. Но только возле самого берега! — Спасибо-спасибо! Гарри радостно подпрыгивает и, стягивая с себя одежду, бежит к воде. — Ух, тёпленько! Том, иди сюда! — весёлый смех разносится над водой. Покачав головой, Том идёт по пляжу, искоса наблюдая, чтобы с Гарри ничего не приключилось. Словно он что-то ищет, но сам не знает, что именно. Наконец, за большим камнем, он увидел тонкий кожаный браслет, наполовину зарытый в песок. Не новый, но чем-то притягательный. Присев, дабы получше разглядеть украшение, он всего на пару минут выпустил Гарри из виду. Однако хватило и этого — тот зацепился ногой за камень и ушёл под воду. Из последних сил вынырнув, он позвал: — Том! П-помоги! Резко обернувшийся Реддл с ужасом увидел, как детскую фигуру уносит течением на острые камни. — Гарри! — Том бросился в воду, даже не вспомнив о том, что тоже не умеет плавать. Царапая руки, хватаясь за камни, он пробирался все ближе к Гарри и почти схватил за руку, когда сильное течение утащило оного в сторону. Отчаянно закричав, Том, призвал свою силу, желая оказаться рядом с Гарри. Едва бултыхнувшись возле него, Том схватил его одной рукой. Вновь позвал свою силу, но та не откликнулась. Крепко обняв Гарри, он прошептал: — Вместе на всегда, Гарри. И ушёл вместе с ним под воду. Уже теряя сознание Том почувствовал, как Гарри странно дёргается у него в руках и в тот же миг их окутывает золотистое сияние. Вспышка — и они уже на песке. Гарри заходится диким кашлем, выплёвывая воду. Том крепко обнимает его, всё ещё не веря, что они живы. — Г-Гарри... — П-прости, я п-просто хотел п-поплавать. — Дурак! Главное — ты жив...— Том вдруг тихо всхлипывает представляя, что с ним было, если бы Гарри умер бы. — Вот, держи, — он протягивает ему браслет. — Я нашёл его, пока ты п-плавал. П-пожалуйста, носи его всегда и никогда не умирай! — Не умру. Мы будем жить вечно. Вместе. Том вздрагивает, но улыбается. — Вместе. Том безумно смеётся, крепко сжимая браслет в руке. В гостиной вздрагивают пришедшие с бала. Абраксас качает головой: — Он так с ума сойдёт. — Мы ничего не можем сделать, Гарри уже не вернуть, — Эйвери нервно поглядывает на Тома. — Даже если так! Мы всё равно должны поддержать Тома! — внезапно выказывает идею Вальбурга Блек. — Как? — хмыкает Лестрейндж. — Он никого и никогда не подпускал к себе. Только Сета. — Но мы же умные! Мы должны что-то придумать! — всхлипывает Ирма Кребб. — Нет, Ирма. Нет. Нам остаётся только верить, что всё будет хотя бы нормально, — Малфой тоскливо вздыхает. Сидящий на полу Том заливается слезами и надрывает связки безумным смехом.