В твоих небесах нет правды

— Всем доброго утра, - протянул Попов, держа что-то за спиной. Он кинул Шастуну в руки браслет из кожи и серебра, с изображением китайского дракона, — ты забыл в пятницу, - добавил брюнет и устремил свой взгляд в зеленеющий луг. — Где забыл? - поинтересовался Дима, вопросительно смотрящий то на одного, то на другого. Глаза Антона начали отливать свежей утренней травой, на которой понемногу начинали скапливаться капельки только выпавшей росы, как влажные слёзы на его глазах, и все это с досадой смотрело в тусклую морскую пучину напротив, которая сужалась все быстрее, смотря на Шастуна, ведь черный зрачок все больше перекрывал её. Мимолётно оценив состояние, Попов не замялся и солгал, но зачем, он сам так и не понял. — В туалете. Твой же? - решил наверняка закрепить свою ложь Арсений. — Да, думаю его, - ответил за приятеля Позов.

***

Попов, неужели ты такая скотина, которая может бросить человека, да, для тебя не очень приятного, на земле, а точнее на белом одеяле, которое вовсе не было тёплым и мягким. Арса душила совесть, причём постоянно. Каждое его действие, слово, приходилось контролировать и тщательно обдумывать, чтобы казаться более лучшей версией себя. Но разве это был настоящий Арсений? Разве это не пыль в глаза? А сейчас он смотрел на человека без сознания, он выглядел так беспомощно, что хотелось поднять его на руки, как маленького ребёнка, и согреть. Антон все не подавал никаких признаков жизни, лишь можно было заметить лёгкую дрожь его худого тела. Попову стало явно не по себе, он становился бледнее и бледнее серых снежных туч, которые невыносимым грузом давили сверху. Попову в голову пришла идиотская мысль: начать щупать Антона, дабы найти ключи или телефон. Сначала он приложил руку к сонной артерии - пульс ровный, уже хорошо. Начал шариться по карманам куртки, но ничего не нащупав во внешних карманах, полез во внутренние, легко расстегивая куртку парня. — Блять, что я творю..., - прошипел Арс, нечаянно проведя пальцами по ледяному торсу Антона, неторопливо увёл взгляд в сторону, будто ничего и не было, и стянул футболку ниже, чтобы больше не натыкаться на мягкую кожу. В куртке была только пачка сигарет и зажигалка, Попов с расстройства показательно шмыгнул носом. Еще одна мысль осенившая его, была не очень привлекательна, ибо представляла собой обыскивание джинс, а это явно переход личных границ. Делать нечего.. Арсений наконец приподнял парня с земли, облокотил его на себя, тем самым открыв доступ к задним карманам. Пришлось очень сильно постараться, чтобы высунуть ключи и телефон. Спаситель Шастуна пытался замять у себя в голове тот факт, что нечаянно пару раз потрогал чужой зад. Нет, ну что я виноват? Зачем так глубоко запихивать...Телефон отключён, от какой квартиры ключи, тоже без понятия...прекрасно. Арс печально выдыхает и подхватывает парня на руки, удивляясь легкости расслабленного тела, усаживает его на мотоцикл перед собой, но он постоянно падает на бок. — Шастун, что ты такой неусидчивый? - разговаривает Попов с обмякшим Антоном, — Ты хоть поспособствуй своему спасению, - Арс снимает свой ремень и связывает себя и “бессознательного“ тугим узлом. Одна из главных мыслей, которая не пришла в голову к Попову, так это отвезти парня в больницу, почему-то он винил себя в случившемся и заручился спасти его сам. Самоотверженный принц на чёрном коне. Именно так себя ощущал сейчас Арсений, пытаясь завести мотоцикл через Антона, что было крайне сложно. Приходилось буквально вжиматься телом в парня, для хорошей видимости и крепкого удерживания руля. Кроме ремня приходилось поддерживать тело рукой, чтобы Шастун не выскочил, а это очень сложное дело, хоть у него и была нежная и маленькая талия. Арсений закинул руки Антона к себе на шею, тем самым обвив “призрачного гонщика“ под его же властью. Не замечая за собой, Арс сидел и утыкался лицом в макушку Антона, улавливая нежные нотки его запаха. Волосы его пахли мятным шампунем, а макушка отдавала неописуемым вкусом самого парня, тем самым, который не может уловить владелец, но может любой другой человек. Это был прекрасный сладкий запах с нотками корицы. Спустя некоторое время брюнет отстранился, разбирая у себя в голове, что он вообще творит. Он везет человека без сознания, который по всему своему виду ненавидит его, на мотоцикле к себе домой. Очень надеюсь, что это не выглядит, как насильственное действие, хотя кому есть до этого какое-то дело.

***

— Такс, осталось тебя домой поднять, - Арсений глянул наверх, его взгляд устремился в балкон на девятнадцатом этаже. Благо лифт работает. Он наконец расцепил свой ремень и подхватил парня на руки. Чуть не забыл ключи в замке зажигания, к счастью, память пока его не оставила после всего перенесённого шока. Снова палки в колёса? Конечно, судьба любит их вставлять всегда в самый ненужный момент. Лифт сломался. Попов тычет пальцем в кнопку вызова лифта уже пятый раз. На экране лишь красовалась красная цифра бесконечности, которая не сдвигалась на протяжении минуты. — Это какое-то издевательство? - обратился Арс, казалось, в пустоту, — Ей, пацан, может ты всё-таки очнёшься, я был бы очень рад, - Попов немного потряс парня, но все тщетно, Шастун спал сном спящей красавицы. Арсений был не неженкой, но поднять совершенно обмякшее тело на такой высокий этаж, та ещё задача, даже если быть в хорошей форме. Одна из его рук нагло залезла под одежду парня, дотрагиваясь до спины, покрытой гусиной кожицей из-за прикосновений Арса, ибо в куртке рука выскальзывала. Наверняка если бы Антон сейчас проснулся, то поднял бы крик, который раздался бы эхом на всю лестничную площадку, но он излучал ничего. Что пугало все сильнее Попова с каждым пройденным этажом. Иногда до дури длинные ноги Шастуна цеплялись или ударялись о перила. На что после этого стука можно было услышать: — Прости... — Я нечаянно... Он же меня не слышит, к чему я это говорю, да и к чему я все это проговариваю у себя в голове? Благополучно справившись с ношей и занеся парня в квартиру, Арсений снял с себя шлем и расслабленно выдохнул. Он положил парня в гостиной, предварительно стянув с него кеды, наличию которых в такую погоду он очень удивился и которые полетели в разные стороны коридора, но сейчас “графу“ было не до перфекционизма. Дальше он аккуратно приподнял Антона, снял чёрную куртку и бросил ее на спинку стула. — Надеюсь, у тебя просто шок и легкое обморожение, - с этими словами Попов схватил плед и включил в комнате электрический камин, — вот так.., - он обернулся, и взгляд пары лазурных глаз упал на плечо, на котором зиял синяк, Арсений не мог ни посмотреть на плод своего творения. Снова нащупав прекрасный ритм пульса, мужчина немного упокоился, но понимал, что для согревания нужно снять с парня всю мокрую одежду, а это подразумевало под собой абсолютно все. Дотронувшись до прилипающей футболки, он чувствовал, как еле вздымается грудная клетка. И дышит ровно, отлично. Как мама заботится о своём ребёнке, так Попов нежно снимает каждую мокрую вещичку с Антона. Оголяя тело парня, Арсений все чаще начинал думать, что тот - кровососущий вампир. Бледная ледяная кожа, выпирающие рёбра, правильно уложенные под слоем кожи, в голове не связывалось, как они вообще держатся на таком хрупком теле. Все оно было испещрено множеством мелких ран-расщелин, различного размера, конечно, хочется говорить о теле, как о планете, которая была вся измучена от повреждений, и на ней красовался один огромный кратер - напоминание о ужасном чудовище Попове. — О Боже.., под футболкой он казался меньше, - прошептал мужчина, покусывая нижнюю губу, боясь тронуть алеющее место на бледной коже, он не хотел доставить парню ещё больше боли. Затем настал момент стягивания джинс, руки Арса начали подрагивать. Он дотронулся до ширинки и легко потянул вниз, но та не поддалась. Еще раз, и ещё раз, все бесполезно. Арсений выдохнул, и с новой силой, опершись на бедро Антона, дернул и злосчастная змейка поддалась, но с треском. — Блядство, Шастун, у тебя что нет нормальных джинс? - рыкнул Арс, понимая, что разорвал ширинку. Избавившись от всей одежды, кроме боксеров на тонких бёдрах, Попов имел возможность немного поглазеть на парня, после чего все таки укрыл того пледом и удалился в ванну.

***

Мягко, тепло и уютно. Антону казалось, что все прекрасно, но бесплатный сыр, только в мышеловке повторяла всегда мама. Приоткрыв один из мятных глаз, он заметил совершенно для него неизвестное помещение. Маленькими крупинками он собирал свои последние воспоминания. Я ехал на мотоцикле, потом это внезапно оказался Арс, потом подступила тошнота и я упал. Стоп, Попов, где он? Убрав с себя плед, Антон покрылся защитной гусиной кожей. Его слишком поздно осенило, что он в одних трусах, и якобы кого-то стесняясь, прикрыл руками место паха. Укрываясь пледом, словно грек в древних Афинах, он ринулся искать свою одежду в комнате, но все было попросту бессмысленно: только книги, статуэтки, и куртка на кресле. Пахнет чистотой, да, у чистоты есть свой запах, отдающий где-то в висках. Хотя скорее всего голова болела из-за ходьбы по улице без шапки, мать бы его сейчас бранила трёхэтажным матом, ибо денег на лекарства у неё нет, да и вообще ничего нет для сына, впрочем, он уже привык. Шагнув в коридор одним носочком пальцев, он оглянулся, и убедившись что никого нет, пошёл дальше по коридору, ища источник звука. Это была ванная, в ней шумела вода, и из под двери, где была маленькая щелка, шёл до мурашек приятный пар, наполняя тело теплом. Только рука Антона потянулась за ручкой, как ее отворили, и в этот же момент она вернулась обратно к владельцу. Сначала Арсений не заметил парня, стоящего справа и буквально сверлящего взглядом в усыпанную родинками спину брюнета. Когда же он потянулся к выключателю, он заметил блестящие, будто кошачьи нефритовые глаза, и ужаснулся. — Твою мать, - крикнул Арс, эхо долетело до входной двери и глухо об неё ударилось. Расслабившись в душе, он и забыл, что в его доме присутствует человек, который всем своим видом показывает ненависть к нему. — Где моя одежда? - до жути страшный кошачий взгляд начал подходить все ближе. Вышедши на свет он стал не таким пугающим, скорее это игра света, большая ужасная тень превратилась в маленького пушистого котёнка. — Она сушится.., придётся немного подождать, - спокойно ответил Попов, уже собравшись уходить. — Ты меня не понял, я ухожу прямо сейчас! Я не намерен оставаться один в квартире с извращенцем! - выкрикнул Антон, пытаясь максимально убедить собеседника в своём бесстрашии, и готовности ему врезать. — Ты смеёшься? Я спас тебя, ты молится на меня должен, - Арс стянул брови к переносице, как бы показывая серьёзность своих слов, и скрестил руки на груди. — Молится? Ты что ещё и больной секстант? - Антон сжал кулаки, что было мощи, чтобы показать свои намерения Попову. — Ударишь меня? - усмехнулся тот и сделал максимально идиотскую гримасу, выставив на обозрения все свои тридцать два. Шастун резко ударил в стену рядом с лицом Арса, а второй рукой упёрся с другой стороны. Смотрелось это честно говоря немного по-детски и так, будто Антон просто прижал его, как неумелый пикапер. — Ты такой смешной, Шастун, но лучше не соревнуйся со мной, - глаза его начали блестеть сапфировым стеклом с ноткой доминирования, он пригнулся к уху парня, — я все равно сильнее, - еле слышно шепнул Арсений, от чего по телу Антона пробежали тысячи мурашек, будоражащих и заставляющих трепетать каждый орган, а более остальных сердце. Оно начало колотить в три или четыре раза быстрее, парень не хотел, чтобы эти бешеные прыжки услышал обладатель двух леденящих в жилах кровь глаз, которые становились чернее с каждой секундой. Внезапно Арс выхватил инициативу, когда увидел парня, пытающегося успокоить собственное дыхание. Ловкие руки ухватились за податливые запястья Антона и скрестили их над головой, уводя к противоположной стенке коридора. — И второе, не зли меня, понятно? - увидя искренний страх в тускнеющих мятных глазах напротив, Арсений решил поиграть пальцами одной из рук по стене, легонько постукивая, что только нагнетало обстановку. Антона начинало мутить, подступала тошнота, голова кружилась, и все становилось ещё хуже из-за человека, который висел над ним, словно коршун. Ноги подкосились, лицо приняло ужасный болезненный оттенок, он начал скатываться по стене вниз, не пытаясь помочь руками, ибо они были крепко схвачены наверху. — Не смей меня игнорировать в моем же доме, тебе понятно? - все больше начал заводится Попов. — Меня тошнит, придурок, - сказал Шастун и начал активно глотать из-за подступающей рвоты. Арсения будто подменили в одно мгновение, чёрные глаза снова обрели цвет океанического рифа, он отпустил Антона и повёл того под руку в ванну. — Да, отстань ты от меня! - ответил Шаст брыкаясь и пытаясь вырваться из рук брюнета. Вскоре он сам об этом пожалел, потому что стало еще хуже. Ответа не последовало. — Твои вещи висят на змеевике, надеюсь, что высохли, - с этими словами Арс закрыл дверь и вышел вон.

***

Распрощавшись через тридцать минут с белым другом, Антон лёг на пол, дабы переварить всю ситуацию. Он либо извращенец, либо гей, либо страдает биполяркой, а может все вместе. Это ненормально, он слишком нестабилен. Вещи были аккуратно развешаны, плитка аккуратно уложена, температура была прекрасной, казалось, парень понемногу сходил с ума. — Антон, надо как-то выбираться отсюда, пора вставать, - подбадривал он сам себя и быстро вскочил с места, из-за чего в глазах на долю секунды сильно потемнело, но он успел ухватиться за раковину. Немного набрав воды в ладони, он умылся, скинул плед и начал одеваться. Ширинка на штанах никак не поддавалась, хотя обычно он застегивал её с первого раза. Неужели это Попов сломал, тогда с какими усилиями он пытался её расстегнуть? Боже, как неловко, он же меня раздевал.. Антон прикрыл смущенное лицо руками, и простоял до тех пор, пока оно не стало привычного цвета. — Попов, какого черта ширинка не застегивается? - крикнул Антон, пытаясь изо всех сил надавить на змейку. Все это действо происходило в коридоре, в котором стояла не менее удивленная дама. Когда же Шастун поднял свои глаза, которые восстановили свой цвет зелёной свежести, он сначала подумал, что он бредит, и это стоит Арс, ибо они с ней были очень похожи. — Ой, простите, - протараторил парень и развернулся, прикрывая разошедшуюся ширинку. Блять, это что его девушка? — Арс, а кто это? - девушка все ещё была удивленна и махала рукой в сторону кухни, подзывая того к себе. Попов, будто ничего и не бывало, вышел из кухни в розовом фартуке и оголил свои клыки в белоснежной улыбке. — Аля! - выкрикнул Арсений, и побежал ее обнимать, — ты так быстро вернулась, - он чмокнул ее в щеку и повернулся в фас к Антону, который стоял спиной к ним обоим. — Да, командировку сократили, и я приехала раньше. Так все же ответишь на мой вопрос? - сказала девушка, снимая обувь с ног. Она была стильно одета и очень напоминала Попова. Они будто выбежали из пленки одного и того же фильма. Разорванные светлые джинсы, молочный свитер, черная куртка и огромные чёрные бутсы прекрасно дополняли ее, одновременно делая ее образ волевым и женственным. — Ах да, забыл представить, прости. Это мой коллега Тоша, мы работаем вместе, - Арсений обнял плечо девушки и выставил руку вперёд, указывая на Антона. — Привет, Тоша, - лучезарно улыбнулась Аля и прошла на кухню. С минуту Шастун стоял в проеме коридора и переваривал приторное Тоша. Настолько ему не нравилось, когда его так называли, что он прекращал общение с теми, кто издевался и постоянно коверкал его имя. — Долго ты будешь тут стоять? - нарушил тишину Попов, наблюдая за гипнотизирующим взглядом Антона, что уставился в картину, — иди пока в комнату, я тебе штаны принесу. — Я ухожу, - отрезал Антон, и направился к выходу. — Прямо так пойдёшь? - Арс игриво искривил брови и опустил свой взгляд на место расстёгнутой ширинки, — пошли! - схватил парня под руку и насильственно начал вести в комнату. — Отпусти меня! - Шастун сжал со всей силы руку Попова, оставляя на ней характерные следы от ногтей. — Какой ты неприкасаемый и привередливый, Тоша, - подстегнул его Арс, видя то, как парня выворачивает от такого воплощения его имени. — Не смей меня так называть, иначе.., - Антон запнулся, начал усиленно капать у себя в голове, что бы такое сказать, чтобы наконец-то запугать своего собеседника. — Иначе что? Сново побьешь меня? - Попов начал смеяться в голос, активно ища штаны для Антона в шкафу. — Иначе.., я расскажу про все то, что ты сделал, - пытаясь как-то поддеть Арсения, сказал парень. — Я тебе уже говорил не злить меня, Шастун. На этот раз сделаю поблажку, - он кинул какие-то джинсы в Антона и удалился из спальни. На этом его диалог с Антоном не закончился, ибо он решил добить того своей двуличностью. — Поторопись, Тош, мы с Алей ждём тебя на кухне. Ну да, конечно, перед своей девушкой ты боишься что-то не то мне рявкнуть. Двуличная тварь. Расправив штаны приятного черного цвета с дырками на коленях, Шастун принялся их натягивать на свои худощавые ноги, сидя на мягкой двуспальной кровати. Пожалуйста, пусть это будут не его сегодняшние партки. Для должной уверенности парень понюхал джинсы. Они отдавали приятной свежестью только простиранной одежды. Это его обрадовало. Попов будто знал его размер, штаны подошли просто прекрасно и контрастировали на фоне белой футболки. Спальня была очень большая, как и вся квартира Арсения. Кровать была украшена лёгким нежно-белым балдахином сверху. Напротив кровати большая плазма, по бокам полки, сново забитые книгами. Якобы большой книголюб, по нему и не скажешь. Но было одно, что выбивалось из колеи, не одной личной фотографии, альбома, коллажа на стене, ничего. Это как-то пугало на фоне идеальности всего дизайна квартиры. Выйдя из комнаты, рецепторы уловили приятный аромат чая, он сильно манил за собой. Скривив максимально недовольную гримасу, парень зашёл на кухню, где о чём-то спокойно беседовала парочка. — О, а вот и Тоша, присаживайся! - Алевтина прохлопала рукой по свободному стулу, приглашая к столу. — Спасибо.., можно просто Антон, - парень улыбнулся, хотя явно не хотел этого делать, но перед девушкой надо было выставить себя в хорошем свете. Глаза Шастуна утопали в свежеиспеченных вафлях, закрученных в рулетики и наполненные сгущёнкой. От них исходил еле заметный пар, испаряющийся на уровне глаз. Они были аккуратно уложены пирамидкой на тарелке, что их даже не хотелось трогать, чтобы не нарушить такую красоту. — Держи, - Арсений подхватил три рулетика и положил в тарелку парня, — какой чай будешь? Перед Шастуном стояла коробка с ячейками, и в каждой лежал разный чай. Его выбор встал между Каркаде и Ягодным раем. Детство пересилило, и он схватил чай с ежевикой, клубникой и малиной. Запах “рая“ и вправду заполнил кухню приятным ароматом, самым приятным в жизни Антона, по крайней мере так ему показалось, когда он вдохнул тонкую нотку малины. Приятный вкус коричневой тягучей сгущенки обвивался вокруг языка, и парень водил кончиком по всей гладкой поверхности неба и щёк, закатывая глаза от наслаждения. Арсений же не мог похвастаться выдержкой, и чтобы не видеть утопающего во вкусе еды парня, отвёл взгляд в сторону. Идиллию Шастуна прервал звонок. — Да, алло? - встав со стула и немного ещё походив взад вперёд, девушка сказала, — конечно, я могу подъехать. Это срочно? Ладно, - Аля, так быстро разговаривала, что Антон не успевал улавливать разговор человека по ту сторону телефона. Он даже пару раз обжегся, когда девушка внезапно отвечала и вскакивала со стула. — Что такое? - Арс отставил кружку и нахмурил брови, но глаза его все равно оставались чистыми, словно воды Алтая. — На работу вызвали, прости меня, - Алевтина погрустнела за секунду, ее глубинные глаза стали серого цвета. — Так ты только приехала, зачем они снова вызывают? - Арсений встал со стула и обнял брюнетку, — заедешь вечером? - произнёс Попов шёпотом, но так, чтобы Шастун услышал. Аля вновь с удивлением глянула на Арса и ушла в прихожую, ничего не сказав, а Арсений проследовал за ней, даже не посмотрев на реакцию парня. Меня как будто тут и не было, неужели он настолько бестактный. В коридоре послышался звук застёгивающейся змейки, и Антон поторопился на шум шуршащей куртки, чтобы убежать подальше из этого места. — Я тоже пойду, — сказал Шастун, обогнув Попова, облокотившегося на стену, и схватил свои грязные кеды. — Отлично, я могу тебя подвести, Тош, - девушка сново разлилась в красивой, притягивающей улыбке. — Нет, спасибо, Алечка, я уже обещал, что довезу его, - “негодяй“ схватил Антона за плечи сзади, не давая вырваться, хотя тот и не сопротивлялся. — Хорошо, Арсюша, может я еще заеду, пока Тоша, - сказала Аля уже в подъезде и отправила кому-то из парней воздушный поцелуй, захлопывая дверь квартиры. Медленным шагом, будто издеваясь и выжидая, Попов подошёл ко входной двери и защелкнул ее. Этот щелчок, ударил в виски, и заставил сердце сново скакать. Антон явно надеялся уйти вместе с девушкой, чтобы не оставаться наедине с этим тираном. Сейчас царит тишина, которая подсознательно убивает парня, с каждой секундой... — Тик.., так.., тик.., так.., - Арс развернулся на одних носочках к парню и плотоядно посмотрел, будто наслаждаясь и питаясь его страхом, — Антон, за что ты так ненавидишь меня? - Арсений упёрся в стенку локтем, и стал выжидающе смотреть. — Ты издеваешься надо мной, тебе лечится пора Попов! - в уголках глаз стали скапливаться слёзы, парень старался активнее моргать, дабы избежать соленых дорожек на щеках. — Я спас тебя Шастун, а ты мне даже спасибо не сказал! - крикнул брюнет. Его скулы приняли более острый вид, все лицо напряглось, а пальцы сжались в кулак, и он со всей силы ударил. На стене зияет вмятина, косточки на руках неприятно чешутся и испускают кровь, а Антон в ужасе выбегает из квартиры. Ведь я и вправду не сказал “Спасибо“.

***

Конец дня прошёл на улице, в раздумьях всего произошедшего сегодня. В голове была каша, которую нужно было незамедлительно расхлёбывать, но зная Шастуна, можно предугадать, что он просто варил это у себя в мыслях, не пытаясь что-то решить. К полуночи он был дома, руки тряслись толи от холода, толи от количества сигарет, выкуренных сегодня вечером. Две пачки.., это нормально? Дома темно, а, значит, мать и не была тут весь день, это раздражало, поскольку она просто бросала сына одного дома и уезжала к своему хахалю. Антон ревновал, ревновал до слез, когда был маленький, да и сейчас не многое изменилось, просто слёзы перешли в никотиновую зависимость. Он мало с кем общался в школе, и если точнее, он был изгоем, лучшего друга у него никогда не было, поэтому парень и не умел рассказывать о своих чувствах. Чтобы мать обратила на него внимание, он однажды специально порезал руку ножом, но та лишь начала орать на него, а после считала, что он вовсе ненормальный. Как только отец ушёл из семьи, мать начала шляться по всяким клубам, оставляя маленького ребёнка дома, собственно поэтому он и стал самостоятельным очень рано. Совершенно загнав себя в воспоминания из прошлого, он засунул со сладким вкусом сгущёнки на губах. Выходные прошли дома, Антон никуда не выходил, теперь он боялся. Боялся, что на пороге квартиры его встретит Попов с ужасными чёрными глазами, вместо двух небесных. Этот человек пугал его до замораживания крови в жилах. И поэтому из-за малейшего шороха в подъезде, он начинал ёрзать на стуле. В воскресенье скинули рабочий график, он был прекрасен, начало дня в 10 утра Где ещё можно сорвать такой куш? Все выходные парень ел по одному разу в день, экономил сигареты, чтобы не выходить на улицу, и слушал музыку, что утишила его в любую минуту, забирая все отрицательные эмоции, и позволяла выдохнуть без груза за плечами. Шастун лег спать раньше, чем обычно, чтобы вовремя прийти на работу. Как всегда не услышав будильник и проспавши на сорок минут больше, Антон суетится. Вбегает в ванну, плескает в лицо водой и вытирается полотенцем, один вид которого давал понять насколько долго его не меняли. Бежит в комнату, натягивает на себя футболку и понимает, что на его штанах разошлась ширинка, ведь он даже не удосужился попробовать ее починить. Пришлось надеть чёртовы штаны Арса. Квадратные коленные чашечки красовались в дырках на чёрных джинсах, и кожа молочного цвета очень выделялась на их фоне. На улице было холодно, все таки конец января, и холодный февральский фронт был ближе с каждым днём. В маршрутке толпа народу, все пихаются, а Шастун стоит в конце и ожидает своей остановки. Спустя час парень был на работе. — Прости, Дим, я не опоздал? - сказал влетевший в кабинет Антон и начал затруднительно кашлять. Дыхалка у него была не из лучших, так ещё и сигареты сделали свое дело. — Осторожно, Тоха, так и сдохнуть можно! - насторожился Позов и подошёл к другу, — я сам только что пришел, до начала работы ещё минут десять где-то, - он подхватил парня под руку и усадил на диван. — Я просто проспал сегодня, - на выдохе сказал Шастун, упираясь рукой в кожаную обивку мебели. — Как прокатился в пятницу? С ветерком? - Дима легонько улыбнулся и закинул руку на плечо Антона. — Это был.. Попов, - еле слышно ответил парень и поник головой. — Попов? Я..я правда не знал, Антон, прости меня.., - с досады Позов крепко обнял парня, так что ему стало немного сложно дышать, но Антон все равно в ответ обнял своего приятеля. — Ничего, ты же не знал, - сказал в ответ Шастун и сильнее сжал руки, дабы успокоить Диму. — Он издевался над тобой? - немного отстранившись произнёс Позов. — Там очень долгая история, давай я тебе позже расскажу, - как раз на этом моменте в дверь постучали, это был Сережа, он с разбега плюхнулся на диван. — Доброе утро, пацаны, - Матвиенко широко улыбнулся, и казалось, что его глаза тоже улыбались, ибо они радостно блестели. Но взгляд Антона был устремлен в человека, вошедшего за Серёжей. Человек с перебинтованной рукой, но не показывающий своего истинного лица. Сегодня натянуть маску счастливого человека у него не получилось, глаза были поникшие, тусклого голубого цвета. Он держал что-то за спиной, все также не поднимая взгляд на Антона. — Всем доброго утра, - Арс оглядел всех, кроме зеленоглазого шатена, но после всё-таки повернулся к нему, поднимая свой грустный взгляд, — ты забыл в пятницу, - он кинул ему в руки браслет с красивым серебристым драконом. — Где забыл? - поинтересовался Дима, смотрящий то на одного, то на другого. — В туалете. Твой же? - соврал Арсений, не отводя взгляд от мятных глаз. — Да, думаю его, - ответил за приятеля Позов. Шастун чуть не выронил из рук браслет, который всегда отдавал леденящим холодом, но сейчас приятной теплотой, будто его все это время носили. Он не мог долго отвести взгляда от серой морской пучины напротив, что выжидающе смотрела на него, словно чего-то ожидая. Антон одними своими глазами говорил “Спасибо“, не уводя и пристально следя за насыщением жизнью глаз Арсения, но они требовали большего. — Спасибо.., - чуть слышно произнёс парень, встав с дивана. Попов его оглядел с ног до головы, останавливая взгляд на своих джинсах. Его лицо разукрасилось яркой улыбкой, а в радужку добавили больше синей акварели. Теперь они стали прежнего цвета, что не могло не радовать Антона.