В твоих небесах нет правды

— Тох, у тебя кто-то есть сейчас? - немножко глотнув приятный латте, произнёс Дима и уставил свой взор, напоминающий кофейную гущу, на мирно попивающего клубничный коктейль Антона. — Нет, - холодно ответил парень, снова ухватился хрупкими окольцованными пальцами и начал высасывать сладкую жидкость через красно-белую полосатую трубочку. — Ты как-то задумчиво ответил, будто думаешь о ком-то, - все также смотря на Шаста, сказал Позов, — о бывшей? Антон поперхнулся от такого резкого личного вопроса и прикрыл лицо рукой, продолжая в неё кашлять. Дима, дабы избежать потери своего друга, начал постукивать его по спине. — Антон, ты меня пугаешь, можешь хотя бы минуту без опасности прожить?

***

Попов уселся рядом с Шастуном, радуясь за свои штаны, что получили себе нового хозяина. Маска счастливчика тут же закрепилась на его лице, казалось, он сиял. Светился изнутри. И это всё из-за того, что какой-то парень сказал банальное “Спасибо “? Для Арса оно было не просто необычное, а трогающее до глубины души, потому что этот человек его ненавидит, и услышать от него такое слово было маленькой победой для Попова. А к тому же, оно так искренне и прекрасно прозвучало, что тело переполнило горячим теплом, охватывающим каждую клетку организма. — Попов, блять, - крикнул Серега и кинул в того ручкой, — хватит на Антона пялить, вникай давай. — Я вникал в каждое твое слово, Серёж, - попытался убедительно сказать Арсений, уводя свой плотоядный взгляд от колец на руках парня. Шастун напряг все своё тело и вжался сильнее в диван. Под давлением и пристальным лазурным взглядом сидеть было невозможно, но и взглянуть в эти глаза тоже опасно, ведь можно с головой утонуть в них на несколько минут, а может дней или лет. Именно поэтому Антон сидел неподвижно и глядел в одну точку. Он гипнотизировал взглядом кольцо на одной из рук, которые крепко обхватывали худые коленки. — Хорошо, тогда о чем я говорил? - Матвиенко вздернул одну из бровей и скрестил от обиды руки на груди. — Серёга, ты такой смешной, - посмеялся Арсений, нагнулся к парню и дернул того за хвостик. Антон задержал дыхание, ибо Арс буквально лежал на нем, мешая нормально сидеть. Он упёрся локтями в бёдра парня, а ладонь положил под подбородок, тем самым делая ему неприятно, и теребил уже разлохмаченные волосы Серёжи, заливаясь от смеха. Еще вспомнилась фраза в доме Попова “Ты такой смешной, Шастун..“, от чего в голове всплыли смутные картинки происходящего в тот день. — Достаточно наигрался? - сказал Матвиенко, со злостью откинул руку Попова и принялся завязывать волосы обратно в пучок. — Нет, не наигрался, - с этими словами брюнет убрал свой локоть с бедра парня, пододвинулся ещё ближе и засунул свои наглые пальцы в русую мягкую шевелюру Антона, которая так и манила своими кудряшками. Арсений медленно водил руками, словно массируя голову и накручивая на пальцы поблескивающие на свету локоны волос. У него появилось внезапное желание сделать парню приятно, и увидев, что Шастун в общем то не против, продолжил своё действо. Это было похоже на поглаживание котёнка по мягкой шерсти, а в свою очередь зеленоглазый кот сидел в недоумении и наблюдал за лицом Арса, что излучало искреннюю радость, а улыбающиеся глаза лишь делали образ более солнечным. Но Антон вовсе не хотел противиться этому действию со стороны Попова, ему это нравилось, нравилось такое нежное проявление заботы, которой у него явно не доставало в жизни. Вдруг Арсений слишком заигрался и развернулся в фас к шатену, так что одна из его колен встала между колен парня, прижимаясь вплотную к месту паха. Будто ища какой-то помощи извне, Шастун оглядел остальных, мирно сидящих Позова и Матвиенко, которые явно были в легком шоке от происходящего, от чего он ещё больше смутился. Понимая суть всей ситуации, и что он не протянет долго в таком ёрзающем положении, он схватил Арса за руки и откинул в сторону. — Отъебись, Попов! - голубой взгляд напротив лишь выразил непонимание. — Хочешь сказать, что тебе не понравилось? - мужчина сдвинул брови к переносице, все ещё не понимая, почему Шастун противился этому действию, ведь минуту назад его все устраивало. — Я в туалет, - не ответив на прошлый вопрос, выпалил Антон и попытался встать, но сильное колено вжало его ещё больше в диван, не давая даже возможности двинуться, от чего парень сжал своими ногами ногу Арса от неожиданности и неприятной боли внизу. — Попов, он тебя попросил, так что будь любезен, иди нахуй, - со злобой в глазах сказал Позов и буквально отшвырнул Арсения в сторону, чтобы дать парню хотя бы вздохнуть. — Ты реально переступаешь границы, Арс, - поддержал Серёжа, оглянул брюнета, будто можно было заметить в нём что-то новое, и снова посмотрел на Антона. — Я.., скоро, - чуть задержавшись в проходе сказал Шастун, вытаскивая только голову из-за угла, и скрылся за дверью. Арсений же в свою очередь явно не понимал, что он делает не так. Что он забыл про чувство такта, играясь с волосами парня, что он выглядел как больной фетишист, как наркоман, который не может без новой дозы, что Антон выбежал из гримерки, закрывая руками место чуть ниже живота. Попов настолько сильно забылся, что потерял счет времени, он не знал точно сколько он теребил в руках эти русые, блестящие при свете локоны. — Извините, ребята, я не нарочно, - словно выйдя из какого-то транса произнёс Попов, — мне тоже выйти надо. — Ещё чего? Тоха придет и ты сходишь, - не угомонив свой прежний пыл, сказал Позов. — Давай ты не будешь мне указывать, Дим, всё будет нормально, - рыкнул Арсений, но тем же размеренным тоном. — Если я только узнаю, что.. — Успокойся.. Попов показательно хлопнул дверью и вышел вон. На самом же деле он шёл в туалет только из-за двухметровой шпалы, вес который составляли наверно только металлические браслеты, кольца и кости, чтобы наконец-то поставить все точки над “i“. Ему хотелось выяснить в чём же он так перед ним провинился, в чем причина ненависти. Зайдя в туалет, он увидел Шастуна, курящего у окна, но как только тот его услышал, то сразу обернулся, показав свои испуганные, цвета зелёного луга глаза, забежал и закрылся в самой ближайшей кабинке. — Курить плохо, Шастун, - произнёс Попов, опершись руками о раковину, стоящую напротив кабинки, в которой прятался парень, так, что он оказался к ней и зеркалу спиной, и тяжело выдохнул. Он просто даже не знал с чего начать разговор, как правильно подойти к парню, не напугав его снова. На возражение Арсения не последовало никакого ответа, и поскольку он был слишком нетерпелив, подошёл вплотную к запертой Шастуном двери и облокотился на неё внутренней стороной ладоней и ухом. — Ты можешь отстать от меня? - томным голосом сказал парень и выдохнул куб дыма, который дошёл до Попова, и тот зачем-то вдохнул его полной грудью, возможно для того, чтобы поймать хоть тонкий намёк на присутствие Антона рядом. — Нет, на этот раз я точно не уйду без ответа, - спокойно говорил Арсений, стараясь уловить эмоции парня, — скажи мне, почему ты так меня ненавидишь? — Воздержусь от ответа, - все таким же пустым и безразличным голосом отвечал Шастун. — Я не хочу.., чтобы мы были врагами, Антон, - отчаянно говорил Попов, надеясь на открытие двери. — Ты сам во всем виноват, Попов.., - фамилия брюнета была произнесена, будто с особым отвращением, от чего по спине Арса пробежали леденящие душу мурашки. — В чем? Я хочу знать хотя бы причину! - от безысходности мужчина ударил кулаками в дверь туалета, о чего шум эхом раздался по всему помещению. Снова душащая тишина в ответ, она убивала и без того подорванные нервы. Испорчены они были ещё с самого детства из-за отца семейства. Было страшно когда он возвращался домой, ибо если он заваливался пьяный, мальчику приходилось прятаться в комнате и надеяться, что он не зайдет в комнату и не начнёт искать, дабы провести воспитательную беседу или отлупить за четвёртку в школе. В большинстве случаев под горячую руку попадала мать, поэтому она ходила с синяками по всему телу, тем самым только больше напоминая Антона. Попов подумал, что можно выманить парня, если залезть на стульчак, ибо верхушки у туалетов не было, и начать с ним говорить. Он открыл соседнюю кабинку, взобрался сначала на сиденье, а потом и на крышку туалета и увидел взлохмаченную им же макушку. — Я сейчас к тебе перелезу, если не ответишь, - сказал выглядывающий из-за бортика Попов. Взгляд Арсения был не то обиженным, не то играющим, но когда паренёк поднял голову, и русые волосы сменились пылающим нефритовым цветом, его васильковые радужки необычайно заблестели, будто в эту небесную высоту добавили немного капель дождя. — Перелезай, - брал на слабо Арсения Шастун, и увёл взгляд для того, чтобы снова сидеть и гипнотизировать дверцу туалета, при этом потягивая табачный дым, ведь она такая интересная, вся расписана разноцветными маркерами, которые не успел ещё полностью изучить парень, — только не убейся. Антон и вправду думал, что тому не взбредёт перелезать через верхушку туалета. Это же ведь полный абсурд, да? Только не для Арсения. Именно поэтому этот идиот и полез, как пятнадцатилетний придурковатый школьник, на что он получил в ответ крайне удивленный взгляд парня, сопровождающийся “отвалом его челюсти“, и преждевременным скачком со стульчака туалета. И без того огромное удивление Шастуна дополнила картина акробатического номера Попова и то, с какой лёгкостью тот это сделал, будто по щелчку пальцев, даже не запыхавшись и не затратив на это ни малейших усилий. Его грациозные движения могли бы завлечь любого, а впечатлительного Антона тем более. — Ну что? - небесные глаза ударились о два мятных хрусталика. Брюнет взял и прикрыл рукой все ещё отвисавшую челюсть парня, не отводя от того свой пристальный взгляд. Почувствовав дым, исходивший откуда-то снизу, Арс опустил свой истощающий взгляд вниз и заметил струйку серого цвета, ведущую к худощавой руке парня, после чего он выхватил сигарету и глубоко затянулся. Ему показался странным фильтр, он был с каким-то сладковатым привкусом, будто сначала сосали чупа-чупс, а потом закуривали его сигаретой. — Что с сигаретой? Почему она сладкая какая-то? - на выдохе сказал Арсений и запустил весь дым в стоящего рядом Антона. — Попов, скажи честно, ты пидор?.. - внезапно спросил Шастун и забрал свою сигарету обратно, после чего увёл взгляд в сторону. — А что? Боишься, что я тебя поцелую? - ухватив горло Антона обеими руками, мужчина приблизился настолько близко, что мог ощущать дыхание парня у себя на губах и чувствовать то, как бешено билась его сонная артерия, затем он резко ослабил хватку, и вовсе избавил шею от оков, — нет, у меня девушка есть. — Попов, мог бы ты сначала утихомирить свои нервишки.., а потом со мной разговаривать? - схватился за горло Шастун и попытался открыть дверь другой рукой, но его остановила жёсткая мужская рука. — Ты мне не ответил, и..у меня все в порядке с нервами, - в последнем Арс сам усомнился, ибо прозвучало это крайне неуверенно. — Я не буду отвечать, и.. - тянул парень, будто пытаясь найти нужные слова, — исчезни из моей жизни, словно.. меня и нет рядом, так точно будет лучше для меня. Ты меня раздражаешь.. — Скажи это, глядя мне в глаза, - прожигал дырку в виске парня Попов, стискивая внутри зубы и тем самым делая скулы более выраженными. — Избавь меня от своего присутствия! - сказал Антон сначала, глядя в голубые океаны, и в середине фразы резко увёл взгляд в сторону, из-за того, что не мог выстоять и одновременно говорить такие слова, смотря прямо в васильковые радужки. Более сильная рука не мешала поспешному выходу, аура не отягощала его жизнь своим раздражающим присутствием, глаза не убивали своим испепеляющим и плотоядным взглядом. Арс был истощён таким исходом их взаимоотношений, не так он видел этот разговор. Ему казалось, что он может контролировать всё: свои эмоции, своё настоящее “я“, нижестоящих людей. Этим он мог манипулировать и даже хвастаться, но не чувствами других людей, они непредсказуемы, как хаотичность реальности, как следующий миг, каждый из которых может стать последним. Все таки ответ Антона показался ему незаконченным и неуверенным, и что вовсе он слишком погорячился и сейчас же вернётся, чтобы взять свои слова назад, но нет. Туалет был пуст, когда Попов вышел из кабинки. Наверно это был первый человек в жизни Арсения, который не плясал под его дудку и чьи действия он не мог предсказать, а от этого Шастун становился все интереснее, как личность.

***

Вскоре все четверо снова были в сборе, и обсуждали их выступление в эту среду. Концепция шоу уже давно была продумана, оставалось придумать только конец, какое-то заключение, но никто не мог порадовать идеей. — Что насчёт боли..? - произнёс Арс и поднял на всех свой суровый сапфировый взгляд, пробивающий до мурашек. — Чего? Какая к черту боль? - скривился в лице Дима, и нахмурил обе брови. — Боль существует для того, чтобы её чувствовали. Добавим шокеры, - Попов ухмыльнулся, от чего его лицо стало ещё страшнее. — Арс, ты начинаешь меня пугать, зачем шокеры? Это же нифига не смешно! - вспыхнул Серёжа и снова скрестил руки на груди. — Людям хочется видеть зрелище, шоу, когда кому-то неприятно. Я уверен, это будет беспроигрышным вариантом, - его улыбка устрашала. В своем первоначальном значении улыбка была выражением какой-либо симпатии, но у Попова получалось все с точностью до наоборот. — Надо Воле об этом сказать и посмотреть, что он на это ответит. Антон, сходишь? - повернулся к Антону Позов, кладя руку ему на плечо. — Хорошо, без проблем, - но в самом деле проблема была. Шастун знал, что не выдержит и спросит, чем же он так плох и почему не участвует в шоу. Из головы не выходила фраза Попова “Боль существует для того, чтобы её чувствовали..“ Что именно этим хотел сказать человек с необычными, меняющимися под ситуацию, глазами. Порой они пугающие полуночно-синие, словно мрачное ночное небо, а потом пастельно-голубые, как детский разноцветный зефир. Антон понял, что слишком много уделяет внимания его поведению, его глазам, да и в принципе ему самому. Что нужно было прекращать, по мнению парня, ведь Арсений теперь понимает его настроенность. Быть может он хотел сказать, что боль нужно ощутить, чтобы понять истинную роль счастья в жизни? Так Антон соберись, ты вообще-то сейчас идешь на важный разговор! — Извините, это Антон Шастун, - парень легонько постучал в дверь и приоткрыл её. — Да, заходи, - ответил ему Павел и лёгким движением руки пригласил к себе. — Здравствуйте, в общем там у нас идея, связанная с шокерами появилась, - протараторил Антон и присел в кожаное кресло, и словно самый послушный ребёнок положил руки на колени. — Вы там решили себя поубивать что ли? - рассмеялся Воля и продолжил печатать что-то в ноутбуке, — а кто предложил эту гениальную идею? - все также, не отрывая глаз от экрана спросил мужчина. — Арсений Попов, - произнёс парень так, будто заводил на него дело в полиции, и отвернулся к шкафу со стеклянными дверцами. — Этот гиперактивный старик? - впервые Паша перестал смотреть в ноутбук и удивленно глянул на Шастуна, все ещё посмеиваясь. — Да, но почему гиперактивный? - удивился в ответ парень. Да, ведь тебя не удивило то, что он назвал его стариком, ему что лет сорок? — Он у нас на прослушивании сальто назад сделал, я если честно в шоке, поосторожнее с ним! - положил руку на сердце и подмигнул Воля, затем снова уставил свой взгляд в светящийся экран, — я передам о вашей идее моему помощнику и вследствие вашему новому продюсеру. — Павел, я хотел кое-что спросить, меня не хотят с ребятами поставить? Я предлагаю идеи, очень стараюсь, почему я не могу учавствовать в шоу вместе с ними? - отчаянно говорил Антон и опустил голову вниз, смотря уже в пол. — Антон, это не от меня зависит, я же всего лишь ведущий, но могу спросить, что они на счет тебя думают, - сказал Паша, чуть-чуть дотронулся и легонько потряс плечо Шастуна. — Ладно, спасибо, - выдавил из себя улыбку шатен и начал вставать уже со стула, как его остановил голос. — Шаст, стой! Тебе надо сегодня подольше поработать, документы отнести какие-то и предварительно разобраться с ними. — Хорошо, я пойду, - сказал и уже перестал строить из себя счастливчика Антон. Ну класс, теперь ещё и с бумагами какими-то работать, просто зашибись. Парень шёл и показывал всему коридору класс обеими руками, пока не ударился головой о дверной проем. В глазах на некоторые время потемнело и Антон начал тереть окольцованными руками лоб, дабы снять ноющую боль, но, к сожалению, это не сильно помогало. Все таки дойдя до двери с надписью “Позов“ и прикрывая одной рукой место шишки на лбу, парень дёрнул злосчастную ручку, но та не поддалась с первого раза, ожидая сильного рывка. И со второго раза ручка не была помехой и открыла проход, но так, что Шастун врезался в косяк двери другой стороной лба. Круто быть высоким, блять.. — Антон, все нормально? - казалось, к парню мгновенно подлетел Дима, и схватил его за плечо, чтобы тот нагнулся пониже, — боже, да ты можешь без травм прожить вообще.., - Позов заныл, когда увидел огромную шишку на лбу, а затем и вторую, и сам закрыл лицо руками для того, чтобы не видеть этого неуклюжего засранца с двумя рогами на башке. — Да ладно.., Дим, все нормально, - попытался успокоить товарища Шастун, но тот и не думал отступать, а наоборот начал щупать лоб. — Ребят, надо что-то холодное найти, срочно! Я за мазью в аптеку, а ты и Серёжа следите за ним, вдруг у него сотрясение, - Позов ткнул в грудь Арсения и подозвал Серёжу, но тот лишь неохотно подошёл, специально шаркая по полу. — Поз, ты что так волнуешься? Он же не маленький мальчик, - начал возмущаться Матвиенко, попутно подставив ладонь под свой подбородок, что начал понемногу обрастать мелкой щетиной. Но Позов ничего не ответил, а лишь хлопнул дверью, вопрос Серого остался проигнорированным и скрытым в тени тишины, которая быстро захватила комнату. Трое сидели и, казалось, смотрели куда-то в даль, несмотря на то что комната от силы была в длину метров пять. Вдруг парень с косичкой соскочил с места, лихорадочно оглянулся, но ничего не обнаружив, уставился на лоб Антона, и дёрнулся в сторону двери, как пришибленный. — Так, я пойду, поищу что-нибудь холодное, - артистично отыграл Матвиенко, указав рукой через плечо на дверь, и двинулся к выходу, — Арс, у тебя хорошо получается голову массировать, я заценил, можешь и Антону также сделать? — Ты меня кидаешь, Матвиенко? Я же не врач, а если сейчас.., ну..например он откинется? - прекрасные голубые глаза снова стали мрачными, отчего пугали Серёжу всё больше, и тот поспешил удалиться. В комнате воцарилась тишина вперемешку со злобой Шастуна, ведь его в который раз оставили наедине с неуравновешенным, по его мнению, человеком. Арсений же просто сидел рядом, не трогая парня, и просверливал взглядом дырки в итак уже разодранных коленках джинс. Он заметил, что кучерявого начало клонить в сон, он опустился головой на диван, и вскоре парень уже лежал на плече Арса. — Шастун, ты же не помрешь прямо лёжа на мне? - Попов искоса поглядывал на русую макушку, обращённую к нему, и слушал тихое сопение. Плеча голубоглазого Антону не хватило, и его голова соскользнула на бедро, отчего Арсений сначала немного встрепенулся, нахмурился, но все ещё боялся разбудить спящего кота. Парень спал так крепко, что не заметил этого и продолжил все также легонько посапывать. Словно маленький ребёнок, он уложил ладошки под голову, и это смотрелось так мило, что на лице Попова появилась мимолетная улыбка. Казалось, Матвиенко ходит уже битый час, нога Арса затекла, но он даже не попытался её вытащить - боялся потревожить крепкий сон парня. Брюнета тоже клонило в сон, из-за недосыпов в выходные, но он никак не мог заснуть. Вскоре разум всё-таки понемногу начал проваливаться в густую темноту, и она начала заманивать всё больше. Голова Арсения откинулась на диван, а рука лежала на мягких русых волосах. Рай, а не работа.

***

Попову всегда снилась какая-то ерунда, как и сейчас. Он стоит босиком на крыше неизвестного ему дома, руки все в крови. Ледяной воздух поднимает футболку, небо украшают звезды и северное сияние, а на самом краю спиной стоит ангел, но только без нимба. — Стой, не делай этого! - крикнул Арсений и направился к краю, чтобы ухватить крылатого за руку. Ногам было ужасно больно, ведь вся крыша была устлана битым стеклом. В кожу врезались острые кусочки, отчего каждый шаг был все сложнее. — Вот ещё! Разве я буду тебя слушать, Попов? - это был голос Шастуна, такой холодный, безразличный. — Я больше и пальцем тебя не трону, только не смей! - всё ближе подходил брюнет, и с каждой секундой ему становилось страшнее, каждая секунда может быть последней для этого безмозглого парня. — У меня есть крылья, не бойся, - усмехнулся Шастун и уже хотел полететь камнем вниз, расправив свои большие белоснежные крылья. — Это все обман, они же ненастоящие, - Попов схватил зеленоглазого за руку и удержал прямо на краю крыши. — Они самые настоящие, не держи меня, - дергался Антон и вырывал свои руки из оков рук Арсения, хлопая крыльями, дабы прибавить себе силы. — Ангел, я пошутил, - с улыбкой сказал Арс и сильнее прижал к себе Шастуна, чьи глаза озаряли его приятным мятным цветом. — А у меня целая империя, - какая-то невиданная сила толкнула парня. — Антон..! - сорвалось с губ Арса, но было поздно. Последнее, что видел Арсений, это то, как ангел расправил руки, и не стал лететь. Крылья выгибались под напором ветра, а лицо было совершено спокойное, будто он хотел избавиться от Попова, правда путём своей смерти.

***

— Итак, я притащил колу из автомата, - говорил Серёжа и смотрел на банку газировки у себя в руках, не замечая спящих красавиц, — думаю, она достаточно холодная.. - наконец-то Серый поднял взгляд на этих двух отлынивающих дураков, погрузившихся в сонное царство, — Воу.. Подойдя поближе, он решил сделать фото этой “парочки“ на память. Они так канонично смотрелись, оба в чёрных джинсах, с разодранными коленками, и оба спали с одинаковым глуповатым выражением лица. Серёжа ржал в голосину от смешных фоток, закрывая лицо руками, но это было попросту бесполезно, ведь слышно его было на весь коридор. Он снимал то сверху, то снизу, получая угарные рожицы ребят у себя в галерее. Вдруг Матвиенко услышал шаги в коридоре, выглянул и увидел Позова, торопливо идущего и читая описание на тюбике мази. Он подошёл, схватил того за плечи, продолжая смеяться. — У тебя всё нормально? - с каменным лицом произнёс Дима и откинул руки Серёжи. — Да, всё хорошо, только пообещай не нарушить это царство Морфея, - все так же заливался парень с косичкой, а рукой закрывал рот, — заранее, тебе это не понравится! - крикнул он в след, когда Позов прибавил шаг и пошел быстрее. И вправду, картина кареглазому пришлась не по вкусу. Он закусил губу и откинул руку Арса в сторону. После чего тот сразу же проснулся и дёрнул руку вперёд, будто ловя что-то. — Антон! - крикнул брюнет, и одарил Позова мертвым серо-голубым взглядом. Заметив Шастуна, все также спящего на его ногах, он немного успокоился, останавливая бешеное сердцебиение. На лбу выступила испарина, как напоминание о устрашающем сне. Арсения выбило из колеи на какие-то пару минут. Он закрыл лицо руками, водил ими, то сжимая волосы, то отпуская, и сидел так, пока не вмешался Матвиенко. — Арс, всё хорошо? - сказал парень, и положил ему руку на плечо, отчего брюнету стало немного легче. — Да.., кошмар просто приснился, - сказал брюнет как-то отстранённо, будто ничего и не было, — мою руку кто-то тронул, я очень чутко сплю. — Я её убрал с головы Антона, - произнёс Позов, поправляя очки и откручивая колпачок от мази, — надо его разбудить, чтобы намазать лоб. Арс проявил свою невероятную гениальность в пробуждении Шастуна, просто подув на его волосы, которые теперь дергались от небольшого порыва воздуха. — Ты серьёзно? - смотрел на Попова Дима с вопиющим выражением лица, — ничего поумнее не придумал? — Я придумал, - ехидно улыбнулся Матвиенко и подошёл к крепко спящему парню, который поджал до упора к себе ноги, будто свернулся в клубок, — Шастун, ты работу проспал! - крикнул пацан с косичкой прямо в ухо кудрявого. Антон дёрнулся на месте и испуганно глянул в сторону Серёжи, после чего вертикально вверх и увидел Попова, который спокойно наблюдал за происходящим своим непоколебимым взглядом. Парень, поняв, что лежит на ногах человека, ненавистником которого он является, отпрянул в строну и облокотился на диван. — Вот, держи Тох, - с этими словами Дима отдал мазь Шастуну и сел обратно, а тот сонно начал раскручивать уже давно открученный колпачок. — Там же нет колпачка, похоже он умом тронулся, - посмеялся Серёжа, смотря то на кудрявый беспорядок на голове, то на слипающиеся глаза парня. — После твоего крика можно не только умом тронуться, - с полусонной гримасой сказал Шастун, протирая глаза, и облизнул губы, чтобы они не были сухими. — Я же тебя разбудил? - вопрошающе глянул на Антона Матвиенко и развёл руки в стороны, — не то, что Арс. Попов угрюмо сверкнул своим взглядом, задевая всех троих, показательно отвернулся в сторону и скрестил руки на груди, тем самым показывая всем своё огромное недовольство. Но не слова Серёжи обидели этого голубоглазого “графа“ так сильно, хотя и они внесли свой вклад в ухудшении его состояния, а то, с какой ненавистью Антон отпрянул от него, но ведь он до этого спал на его ногах совершенно спокойно. Сладкое желание узнать причину ненависти с другой стороны становилось всё больше, и оно терзало так сильно, что хотелось рвать волосы на голове и одновременно вскрывать вены, наслаждаясь лёгким расслаблением от вытекающей алой крови. — Так понимаю, я уже никому не нужён, - не выдержал и поднялся с дивана Арсений, громко выдохнул и двинулся на выход из комнаты. — Как ты это сказал? Нужён? - букву “Ё“ Серёжа специально выделил от остального текста и улыбнулся человеку обращенному к нему спиной. Ответа не последовало, можно было услышать лишь нервный смешок в ответ, перед тем как захлопнулась дверь. Он ушел быстро, легко, что нельзя было уловить его шагов. — Шаст, так что там с шокерами? - спросил Матвиенко, и сам уже начал собираться домой. — Воля передаст всё нашему новому продюсеру, - проговорил Шастун, намазывая лоб мазью, которую притащил Позов, — Дим, я правильно делаю? С глупым выражением лица спрашивал Антон и продолжал размазывать крем на лбу. Все руки давно были жирными, из-за чрезмерного использования мази, но парень сидел и растирал. Кожа покраснела уже не от ушибов, а от непрекращающегося трения руки. — Да, хватит, ты уже пол тюбика намазал, - парень выхватил из окольцованных рук мазь и засмеялся, а Матвиенко охотно подцепил смешинку. — Я тоже пойду, встретимся завтра, пацаны, - всё ещё смеясь сказал Серый, и зачем-то щелкнул в воздухе пальцами. Ещё один человек ушёл, а Антон всё больше грузил себя предстоящей работой бухгалтера, чего он явно не ожидал. Сказать по правде, он никогда особо и не сталкивался с писаниной, ведь она его угнетала. Он от всей своей души ненавидел все эти бумажки, договора, но рабочий долг зовёт. — Тох, пошли по домам, или ты тут остаёшься ночевать? - подстрекнул Дима и начал натягивать сумку через плечо. — Нет, Поз, не в этот раз, - Антон устало выдохнул, но тут же повернулся к Диме и спросил, — ты же ведь не против, что я тебя так назвал? - Шастун так глуповато, но мило выглядел, что парень напротив расплылся в доброй улыбке. — Если тебе так удобно, то называй, вообще без проблем. А почему ты домой не идёшь? - Позов скинул с себя кожаную сумку и сел рядом, будто выпытывая информацию у своего товарища. — Надо с вашими бумажками разобраться, - Антон указал пальцем на стопку листов бумаги, лежащую на столе в паре метров от них. — А я подумал, что это хлам какой-то. С чего начнём? - Позов помахал перед лицом Антона рукой, дабы вернуть парня на землю. — Ты не должен этим заниматься, иди домой, - приказывающим тоном сказал Шастун, и двинулся в сторону стопок. Дима проигнорировал слова Антона и принялся помогать сортировать и заполнять бумажки. Парень не был против такой инициативы с чужой стороны. Позов всё больше казался надежным другом, и он понемногу начал ему открываться и доверять.

***

— Вот видишь, меньше чем за час справились, - Дима толкнул плечом в бок Антона, но явно хотел достать до плеча этой шпалы. Не так просто привыкнуть к такому высокому росту, — давай в Мак заедем? — Нет, спасибо, я и так на мели, - сказал Шастун, натягивая на себя куртку и вытягивая пачку дешевых сигарет из кармана. — У меня есть деньги, погнали, отдавать не надо, - Позов махнул рукой в сторону выхода из здания, но Антон встал, как вкопанный. — Я так не могу, Дим, - парень мялся на месте, не желая слушать своего новообретенного друга, — это неправильно! — Так.., поехали! - кудрявое создание дернули на улицу и под руку повели к стоянке, даже не дав закурить сигарету, — как раз успеем с тобой всё обсудить. Шастуна тащили за ткань куртки, пока они не дошли до чёрного кроссовера. Сразу видно, что хозяин ухаживает за машиной, салон чистый, и всё в принципе опрятно. — О, Ниссан? - поинтересовался Антон, когда залез на пассажирское сидение рядом с водительским и увидел надпись на панели. — Да, недавно купил, катаюсь себе в удовольствие, - сказал Позов и потёр руками кожаный руль, — пристёгивайся. Дорога была не долгой, и через пятнадцать минут на высоте примерно пятого этажа красовался ярко-красный значок ресторана. Дима водил аккуратно, никаких резких движений, подрезаний других машин, от этого на душе было как-то спокойно, и одновременно скучновато. — Мы на месте, пошли внутрь, - парень отстегнул ремень и заглушил машину, призывая кудрявого к действиям. Антон послушно избавился от ремня безопасности и открыл дверь машины. Воздух ударил в лицо неприятным холодом, и из-за того, что в машине температура восстанавливалась с помощью обогревателя, это было неожиданно, и парень прикрыл лицо курткой. Дима нажал кнопку на пульте, и тем самым поставил машину на сигнализацию. Оба двинулись в сторону кафе. Приметив небольшой столик в углу, Шастун побрел к нему, а Позов дал волю другу выбрать место, в котором они будут прибывать какое-то время. Когда парни уселись и скинули куртки в сторону, кареглазый вопрошающе глянул на Антона. — Что будешь-то? - Дима непринуждённо дёрнул головой вверх, параллельно доставая телефон и кошелёк из куртки. — Правда, мне неудобно, ничего не нужно, - парень отвернул голову в сторону и глядел на семью с детьми, которые ели в стороне. — А ты будешь сидеть и смотреть, как я ем, да? - Позов закатил глаза, встал из-за стола и добавил в конце, когда уже шёл спиной к парню, — возьму тоже, что и себе. — Дим, - проскулил Антон, словно маленький ребёнок, и посмотрел своими мятными глазами так пронзительно, что отвернуться от них, казалось преступлением, — возьми мне клубничный коктейль, пожалуйста. — Ладно, - кареглазый усмехнулся и пошёл размеренным шагом к кассе. Шастуну наскучило крутить на пальцах рук кольца, ведь они и так были до боли знакомые, и он начал разглядывать рядом сидящих посетителей. Семьи со смеющимися детьми невольно вызывали улыбку на лице парня, а парочки, примерно такого же возраста, что и он сам, мило кормящие друг друга, зарывали Антона куда-то глубоко в мысли. Может со мной что-то не так, раз у меня даже девушки никогда не было? — Кушай на здоровье, - перед Шастуном пронёсся поднос с фастфудом и заманил своим запахом чувствительные рецепторы, отвлекая от навязчивых мыслей, — как ты просил - клубничное. Позов поставил коктейль Антону и сел на своё место напротив, разворачивая булочку, от которой исходил приятный пар, заказал себе кофе, который по пути к столику, уже начал отпивать. — Спасибо, - парень немного улыбнулся и принялся вставлять трубочку в стаканчик с божественным, по его мнению, напитком. — Тох, у тебя кто-то есть сейчас? - Дима вопросительно глянул напротив и встретил мятный непонимающий взгляд. — Нет, - коротко ответил парень, в голосе его можно было уловить легкий холодок. Видок Антона оставлял желать лучшего, его серое лицо сильно контрастировало на фоне молочно-розовой жидкости. Пальцы были тонкими и хрупкими, от них всегда пахло табаком, что нередко отталкивало людей, кольца, словно перемычки, соединяли их с кистью руки и блестели холодным серебром. — Ты так задумчиво ответил, будто думаешь о ком-то, - Позов немного отхлебнул кофе, но всё ещё внимательно смотрел на Шастуна, — о бывшей? Коктейль попал прямо в легкие и парень поперхнулся от такого странного вопроса. Дима, как ответственный друг, начал простукивать несчастного по спине. — Антон, ты меня пугаешь, можешь хотя бы минуту без опасности прожить? - обеспокоено говорил Позов, когда он откашлялся. — Не было у меня никаких бывших.., - как-то вскользь сказал Антон и встретил своим зелёным взглядом человека, который уже начал подсаживаться к нему, и от этого в горле встал огромный ком. — Значит, никаких бывших? - небесные радужки игриво блеснули, мужчине нравилось наблюдать за сменой зелёных глаз, когда парень боялся, они становились нефритовыми. — Арс.., что ты тут делаешь? - Позов непонимающе убрал руки от еды и ждал ответ на поставленный им вопрос. — Я здесь часто мороженое ем, а вы? - сказал Попов вынул из-под стола клубничный десерт в стаканчике. — Попов.., - постарался монотонно сказать Антон, — тебя сюда никто не приглашал, - парень не поднимал свой взор в лазурные глаза, а говорил, смотря сквозь еду, которую ему купил Дима и залип на мороженом Арса. — Точно, без подарков не приходят.., момент, - Арсений характерно оттопырил палец вверх, подорвался с места к кассе. Где-то через минуту какой-то парнишка в красной форме вынес ему стаканчик ванильного мороженого политого шоколадом, на что Попов мило улыбнулся и кивнул головой, а затем отдали и второе украшенное ягодами и джемом. — Держите, - Арс поставил парням десерт и снова присел рядом с Антоном. Как Шастун и подумал, ягодное мороженное с клубничным джемом досталось ему, но в силу своей гордости, он и не думал приступать к дегустации. — Я видимо плохо выразился в прошлый раз, тогда, в туалете, — Антон привстал из-за стола и посмотрел Попову в глаза, стараясь сохранить убеждающий тон голоса, — пошёл на хуй. Такого даже сам Позов не ожидал, этому в доказательство был его недоумевающий взгляд, и чрезмерно частое поправление очков, которые, как назло, сползали вниз. Шастун послал Попова не громко, но парочки удивленно поворачивались, пытаясь понять причину ссоры, а после перешёптывались, от чего ситуация становилась всё более неловкой. — Ладно... От одного этого слова Антона пробило холодным потом, неприятно скатывающимся по спине, ударило самой сильной молнией прямо в лёгкие, из-за чего спирало дыхание, вышибло виски током, давило сердце до легкой судороги, до онемения пальцев на руках. И последнее от чего ноги всё таки подвели и согнулись в коленях - холодный взгляд сапфиров...