Короткие встречи

      Огромный балкон коттеджа, который находится за несколько десятков километров от Сеула. Здесь проходит крупная вечеринка по случаю дня рождения одного парня. Огромное количество народа, алкоголь, громкая музыка, духота — всё, как обычно, шло в комплекте с таким мероприятием.       Кристофер, как один из охранников некоторых особ, находится на этой вечеринке уже пятый час. Мужчину начало тошнить от смеси запахов дорогущего парфюма с углеродом, поэтому он мирно курил, облокотившись на стеклянное ограждение, рассматривая в темноте лес. Мальчик, к которому его приставили, стал очень своенравным.              Они знакомы больше десяти лет, практически выросли вместе. Бан встретил его, когда ему было одиннадцать, а резвому мальцу десять. Семья Кристофера — потомственные помощники и телохранители, на этом был построен их бизнес. В их «семью» входят не только отец, родные брат и сестра, а также около двадцати других мужчин и женщин.       Отец мальчика и Бана крепкие товарищи, поэтому Крис с ранних лет мог набираться опыта, работать. Раньше за ним было не сложно приглядывать. Робкий, спокойный, немного драматичный, если порежется о лист книги, проблем не было, просто сидишь рядом, иногда объясняешь новое слово. Кристоферу он симпатизировал, может даже был другом. Но три года назад мальчик кардинально изменился.              Распущенный образ жизни, вечное пропадание на вечеринках, непослушание простейших просьб, постоянное переченье и огрызания, всё это появилось сразу после совершеннолетия мальца. Бан успел возненавидеть мальчика после волшебного преображения, а вскоре и смириться. Теперь они проводили времени намного меньше, чем раньше. На дне океана разума, это сильно раздражало мужчину.       Ещё и невеста, его ровесница. Красивая девушка, с гладкими, немного вьющиеся тёмно-золотистыми волосами ниже спины, с треугольной подтянутой фигурой. По характеристикам, она не была как во всяких драмах: истеричная, злая и избалованная. Наоборот, эта девушка бойкая, улыбчивая, она быстро смогла подружиться со своим женихом, после чего они стали близкими друзьями. Это не могло не радовать отца мальчика, которому нужны наследники.       Мальчик сам был красив собой: идеальные пропорции тела, пухлые губы, высокий, модельный рост, примерные манеры (до недавнего времени) — делали похожим его на Принца. Что и было его прозвищем в старшей школе, где девочки тихо пускали слюни в фан-клубе, а мальчики завидовали, но чаще всего, тоже состояли в том же клубе. Друзей из-за такой неприкосновенной ауры у него не было, кроме верного телохранителя.       Крис соврал, если бы сказал, что в данный момент мальчик выглядит хуже. Даже наоборот. Старательно отращённые чёрные волосы до плеч, несколько проколов в ушах, парочка уроков макияжа от подруги и тщательный уход за собой с периодическими походами в зал с Баном — создали настоящего красавца. Слишком красивую скульптуру, к которой непроизвольно тянуло…       

***

      Тогда мальчик и Кристофер учились в старшей школе. Всегда, после уроков, паренёк приходил к своему единственному другу и ждал его, пока тот закончит работу старосты, чтобы они вместе пошли домой. Они мало разговаривали, когда Крис был занят делом. Только чувствовал, как на него пристально смотрят на расстоянии тридцати сантиметров.       Бан чувствовал себя неловко, но ему это даже нравилось, и каждый раз, когда Крис поднимал свою голову, прекращал писать и подпирал ладонью щёку, принимая вызов поиграть в гляделки — его оппонент через несколько секунд сдувался и отворачивался к окну с порозовевшими щеками. Кристофер улыбался следом, но быстро одёргивал себя, возвращаясь к работе. Ему нельзя было такого ощущать.              Но в этот день мальчик не пришёл. Крис сильно занервничал. Он быстро сделал всю работу старосты и принялся звонить мальчику, за которым приглядывает. Никто не отвечает. Гудки, гудки, гудки, гудки, гудки, гудки, гудки, гудки. Бесконечные. Каждый раз при наборе заученного наизусть номера. Бан Кристофер не мог так оплошать. Его воспитание и умения на давали на это никаких намёков. Но, видимо, только в глазах самого парня.       После очередной неудачной попытки дозвониться Крис с неожиданного порыва ярости швырнул телефон об пол, отчего тот разбился, отскочив немного от покрытия и приземлившись дальше. Парень подхватил еле живой способ коммуникации, на экране высветилось сообщение с номера подопечного: адрес, сумма и фотография самого мальчика, который находился в отключке.              Кристофер ринулся спасать Принца из лап похитителей. Бездумно и отчаянно. Только на половине пути, он вспомнил, что в таких ситуациях отец наказал ему всегда вызывать подкрепление, поэтому, сидя в такси, еле набрал кривое сообщение о похищении молодого господина.       То ли от длительного бега, то ли бурлящих отчаянием и волнением чувств сердце Бана билось бешено. Ненормально для обычного человека. Он ощущал такой приток сил и энергии, как будто был готов в одного одолеть взрослых мужчин, которые похитили важного для него человека, члена семьи.              Ворвавшись на какой-то склад, Крис, как во всех крутых фильмах боевиках начал драться против толпы из пяти-семи взрослых и, скорей всего, вооружённых мужчин. Адреналин растекался по его венам, не давая пропустить ни один удар или замах ножа мимо.       Когда же с противниками было покончено, то Бан оперативно перерезал отобранным складным ножом верёвку и поднял спящего мальчика, быстро скрываясь с места драки. На улице их уже ждала полиция, отец с несколькими подчинёнными и скорая. Машина увезла мальчика, Кристофер всеми силами настаивал поехать с ними, потому что сильно переживал: вдруг он проснётся, а Бана нету рядом, мальчик и расплакаться может от шока и незнакомых людей. Но, нет, его оставили, заставили проходить долбанный расспрос о похитителях, потом выговор от отца за безрассудность.              Но одно Бан Кристофер в этот злосчастный день понял точно — ему жизненно необходимо присматривать за мальчиком и всегда защищать его. Было ещё одно чувство, но его оно сильно пугало: растущее эгоистичное собственничество. Оно начало проедать в нём дыру, всё глубже с каждым годом. Именно поэтому Бан решил закрыть его в себе и никому не показывать.       

***

             Мужчина опустил голову вдыхая влажный лесной воздух с сигаретным дымом и вздрогнул, когда прозрачная дверь хлопнула. Бан удивлённо повернулся и моментально успокоился, как только на глаза попался пошатывающийся мальчик с красным лицом и мутными глазами.       Он «уверенно» шёл к своему охраннику, параллельно лепеча и вытягивая руки для объятий. Вот в такие моменты его самообладание срывался с тормозов. Пьяный вид прекрасного юноши так тянул Криса, что он буквально не мог сопротивляться собственным желаниям, хотя очень сильно пытался.              — В этот раз Вы перепили, Хёнджин. — ловко поймал стройное и лёгкое тело Кристофер, держа очередную сигарету в противоположной руке. Курение ему не особо нравилось, но оно помогало перенести всё внимание на запах от неприличных мыслей.              — Я.ккараз им.кал теб.я, — заплетающимся языком выдал Хёнджин, — рш.лин брос.тить од.го?              Пьяная улыбка этого мальчика была такой соблазняющей, что мужчина мог смотреть только на неё. Телохранитель снял с себя тело, аккуратно усадив Хёнджина на плетёный стул рядом с круглым столом из той же коллекции.              — Вы отлично провели время? Господин Ли был рад Вашему подарку? — наверное спрашивать сейчас у мальчика тоже самое, что кидать горох в стену, но Кристофер хочет это сделать. — Я помню, Вы так скрупулёзно выбирали и искали тот браслет.              Ноль реакции, лишь блаженное покачивание головой на слова мужчины.              — Отвезти Вас домой? — кивок — Вы любите баклажаны? — кивок, что подтверждало отсутствия хоть частички трезвого ума, потому что Кристофер знает, мальчик с детства терпеть не может этот овощ. — Вам скучно тут? — кивок.              Они ещё несколько минут смотрели друг на друга. Музыка пробиралась сквозь толстые кирпичные стены дома, сменяясь на медленную, спокойную, сексуальную.       Наверное, да, точно, это из-за атмосферы музыки и её смелых слов, но по кончикам пальцев Бана пробежался мелкий разряд тока. Разглядывая лицо Хёнджина, освящённое лишь небесно-голубоватым светом, что тянулся из помещения, его так и тянуло прикоснуться к нему. Вовремя отдёрнутая рука не дала этому случиться, но мальчик перехватил её, подтянув к себе и покорно прильнув.              Кожа мягкая, больше детская, порозовевшая от алкоголя, родинка под левым глазом, аккуратно нанесённые тени (из Джунгён вышел отличный учитель), растрёпанные волосы в хвосте, некоторые прядки выпали на лоб, что смотрелось намного лучше, чем изначальный вариант причёски, которую так старательно делал Хёнджин около тридцати минут. Кристофер боязно сглотнул и пару раз моргнул, не сон ли это. Джин обычно много выпивал, из-за чего не помнил большей части всех своих вечеринок, но это только придавало смелости Кристоферу и его маленькому секрету между ним и пьяными губами молодого Господина.       Вопросительный голос тихо раздался на балконе:              — Поцеловать Вас? — два оборонительных кивка и Хёнджин пьяно хихикает, улыбаясь шире, а потом делает губы уточкой, показывая свою готовность.              Осознав, что слетело с его рта, глаза мужчины удивлённо расширились и он попытался убрать руку, чтобы не делать очередную ошибку, которую делает с недавнего времени, но ладонь крепко держали. Попытка побега провалилась. Крис постепенно краснел и неловко отвернул голову к чудесному ночному виду.              — Кхм, я пошутил. — он не смотрел на мальчика, что улыбался, как самый подлый лис, — Старший Господин будет волноваться, если Вы не вернётесь.              — Я .зал.о сег.я оста.юсь с Фе.ком. — Хёнджин попытался плавно встать.              Юноша повалился на Кристофера, заключая свои руки в замок на его шее, оставляя их висеть, и попытался посмотреть в глаза телохранителя.       Ли Феликс — первый университетский друг Хёнджина, сын генерального директора крупной сети туристических отелей. Они схожи по интересам: оба дети с золотой ложкой во рту, любят танцы, фотографировать. Хёнджин стал часто пропадать в огромной полупустой квартире Феликса. Как говорил сам мальчик, он делает его наброски и там вдохновляющая атмосфера.              Крису кажется это подозрительным, мужчине кажется, что у них больше, чем дружба. Есть много фактов, подтверждающих это. Он моментами ревновал, когда, забирая с ночёвок Хёнджина, тот встречал его полуголым.       Но, пока Хёнджин и Джунгён хорошо ладят и могут сделать наследника, Господина Хвана не особо волновало с кем его сын, главное, что не позорит семью, отлично учится и ни с кем подозрительным не водится.              — Криспи. — прозвище, которое Хёнджин дал Бану в детстве.              Неожиданная чёткость произнесённого слова удивила Кристофера, и он повернул голову. Мальчик воспользовался моментом и прильнул своими красными от тинта или, возможно, от поцелуев с другими, пухлыми губами. Музыка идеально вписывалась в атмосферу поцелуя.       Их губы были прижаты друг другу, без пошлости или страсти. У юноши довольно закрылись глаза, рот тронула кроткая улыбка, когда человек напротив левой рукой, аккуратно, обнял за талию, а ладонью правой уверенно прижал голову к себе. Ещё больше мальчик обрадовался, когда Кристофер смелее начал двигаться, снимая давно желанные губы.              Бан точно был трезвым, он всё ощущал, всё слышал: как сжимают его плечи, как мурлычет Хёнджин в поцелуй, что раздаётся возбуждающими вибрациями во рту обоих. Но он полностью пьянел, каждый раз, когда они так целовались.       Мужчина начал забываться в поцелуе, растворяться во вкусе дорого алкоголя, смешанного с различными сладкими допингами, снятого с губ напротив. Он думал о том, что не хочет останавливаться и не делает этого.              На юноше много слоёв одежды, которые мешали забраться во внутрь, смять мягкую кожу, поэтому Крис довольствовался шеей. Он плавно массировал её, проводил пальцами вдоль, щекотал. Это давало свои щедрые плоды: надавив на затылок из Хёнджина вырвался тихий хриплый стон в поцелуй. Следом Бан провёл за ухом, оттуда реакция была намного ярче. В такой идеальный момент рот, будто давал согласие на продолжение и, как только мужчина принял эту возможность, углубляясь, его язык слегка прикусили.       Кристофер упал с небес. Его крылья опалило Солнце, и он камнем полетел вниз, в морскую, солёную, тёмную, глухую пучину. Он осторожно отстранился с тяжёлым дыханием и боязно смотрел на такого же запыхавшегося Хёнджина, что жадно хватал воздух ртом. Вот он, идеальный момента сбежать, а на следующее утро притвориться, будто ничего не было и Бан с отчаянием собирался так поступить, если бы его снова не увлекли в поцелуй. Резкий, короткий и смазанный.              Таким образом юноша хотел привязать к себе телохранителя, не дать ему в очередной раз убежать. Как он делал это раньше. На дне рождении Хёнджина, когда тот стал совершеннолетним и впервые напился, на первой его большой вечеринке, после посвящения, когда Бан забирал его и недовольно бурчал.       Не даст притвориться, что ничего не было, мальчик пытается уже третий год, но лоб Криса слишком толстый, даже для собственных чувств, поэтому Хёнджин каждый раз изворачивался, подстраивал, много выпивал, учился краситься, следил за собой, ходил в зал с ним. Даже специально навязывался к Феликсу, жил у него месяцами, мешая другу с личной жизнью.              Хорошо, что телохранитель-партнёр Ли очень милый, отзывчивый мужчина из той же компании, что и Кристофер, постоянно поддерживал мальчика, готовил им двоим еду, давал советы и всячески пытался подталкивать коллегу к размышлению о собственных чувствах, когда те виделись. Хёнджин мысленно отдал должное Чанбину, рыбка клюнула, без возможности вырваться.       Два невозможно влюблённых друг в друга плотно прижимались, пытаясь слиться, стать одним целым, непонятной массой в пространстве. Они смотрели друг другу в глаза, сбивчиво дыша. Помутневший и расслабленный взгляд Криса так манил и возбуждал Хёнджина. Рядом с трезвым Хёнджином, мужчина такой собранный, ответственный, немного бурчащий, но такой заботливый. При пьяном Хёнджине у Криса пропадают первые три пункта, а к четвёртому добавляются другие: раскрепощённый, спокойный, храбрый, горячий.              Юношу распирало изнутри от такого диссонанса, что не говорить о реакции тела. Хёнджин, в этот раз мило, прижался губами к противоположным, отстранился, потряс головой, чтобы привести себя в чувства и произнёс:              — Я отпишусь Феликсу, что уеду с тобой. — улыбнулся пришедшему в себя растерянному лицу — А мы поедем к тебе, понятно? — опустив голову юноша посмотрел на расстёгнутую до третьей пуговицы рубашку и сильно прижался между ключицы, сжимая талию Бана.              — Х-хорошо, я отвезу тебя Джин-и. — его искренняя улыбка делала Хёнджина счастливым и смущала даже сильнее, самых смелых недавних фантазий, после которых Хёнджин с разочарованием просыпался и не хотел делать хоть что-то, лишь бы ещё раз оказаться на том синем ковре.              — ..мы сделаем это сегодня, понял? — юноша так поднял глаза и в купе с выпавшими прядками это казалось очень эротичным, этот малец специально испытывает Кристофера на прочность. Хёнджин ухмыльнулся в потемневшее лицо, приближаясь к уху — Только посмей снова обозвать это сном. — он поцеловал чёрную массивную серьгу-кольцо и полностью обмяк в любимых объятиях.