САМООБЛАДАНИЕ — ПРОВАЛ

ТЫ: Э… Извините, девушка, вы не могли бы меня обнять? Без секса. Я просто хочу вас… потрогать. Ненадолго. Ты абсолютно, в полной мере, во всех отношениях, целиком и полностью выглядишь жалко, когда протягиваешь шлюхе десять реалов с такой нелепой просьбой, что её глаза с толстым слоем дешёвых фиолетовых теней округляются. Смотрит на тебя то ли с отвращением, то ли с жалостью. Тощая рука с сигаретой слегка опускается, пока дым клубится над её лицом. ВИЗУАЛЬНЫЙ АНАЛИЗ: Лицо у неё красивое, но тощее, с впалыми щеками, и усталое, чертовски усталое. Бледное, почти болезненное из-за тесного общения с наркотиками и прочей дрянью. Совсем молоденькая, но из-за агрессивного макияжа и образа жизни выглядит на тридцать. ДРАМА: Длинные светлые волосы и зелёные глаза. Отрешённый, печальный взгляд. Она напоминает тебе кое-кого… Именно по этой причине ты к ней и подошёл. ЛОГИКА: Хватит. Заткнись. Мы уже давно это отпустили. ДРАМА: Но ещё немного погоревать можно. На дорожку. А эта милая дама может составить нам компанию. Знаете, чувствительные мужчины очень популярны у женщин! ЭМПАТИЯ: Сочувствия в её глазах куда больше, чем может показаться на первый взгляд. Что ж, это делает тебя ещё более жалким. На секунду тебе хочется передумать, сказать, что это просто шутка, ляпнуть что-то вроде «давай-ка мы с тобой хорошенько перечпокнемся, крошка», но девушка уже рассеянно кивает, пока сигарета тлеет в её длинных пальцах. ДЕВУШКА: Знаете, я могу сделать это и бесплатно. Если вам прям надо. Есть пожелания? Может, вас надо обнять каким-то конкретным образом? АВТОРИТЕТ: Вот теперь ты ТОЧНО выглядишь, как неудачник. Чувство собственного достоинства, или, скорее, его жалкие останки восстановить в её глазах кажется чем-то невозможным. Единственное, что хоть немного улучшит твоё шаткое положение, это если ты просто развернёшься и уйдёшь. ВНУШЕНИЕ: Нет, Гарри! Тебе это нужно! Почувствовать тепло человека хотя бы немного, ты так давно не испытывал подобных чувств. Она сама предлагает, бесплатно, не отказывайся. Просто подойди и обними, держи её в своих руках столько, сколько нужно. А потом, может, дойдёт до более близкого контакта… Ты успокоишься. Выпустишь пар. СИЛА ВОЛИ: Уходи. Просто уйди, оно того не стоит. Тебе станет только хуже. САМООБЛАДАНИЕ — ПРОВАЛ Жалость к себе накрывает всепоглощающей волной, словно цунами, ты в ней почти утопаешь, беспомощно бултыхаешься и не можешь выбраться. Девушка смотрит на тебя в ожидании своими пронзительно-зелёными глазами сквозь сигаретный дым, пока ты проваливаешь попытки сдержать слёзы. Как же тебе хуево, а самое хуевое заключается в том, что ты расплакался как младенец перед придорожной шлюхой, которую хотел снять для обычных объятий. А она их ещё и за бесплатно предложила. Хуже просто быть не может. АВТОРИТЕТ: Смотреть больно. ЛОГИКА: Не добивай его, и без тебя тошно. ДЕВУШКА: О, эм… Пожалуйста, не плачьте! Идите сюда, я вас утешу. Ну же! Она дёргано тушит сигарету о кирпичную стену, подзывает к себе. Во всех её движениях сквозит неловкостью, неуклюжестью, потому что она не привыкла к подобным конфузам на своей работе, и такие сверх-эмоциональные клиенты с нелепыми просьбами ей никогда не попадались. В каком-то роде ты особенный. КОНЦЕПТУАЛИЗАЦИЯ: Одарённый. Не такой как все! В крутом смысле! ЛОГИКА: Уже поздно его успокаивать. Ты нелепо улыбаешься девушке, отчего она невольно вздрагивает. Кажется, на тебе опять эта жуткая гримаса — твоя своеобразная самозащита. И просто уходишь от неё быстрым шагом без каких-либо объяснений. ДЕВУШКА: Эй, вы куда? Передумали? ВОСПРИЯТИЕ (СЛУХ): Ты отлично её слышишь. В её хриплом голосе искреннее недоумение, возможно, даже возмущение. Но тебе уже плевать — ты просто хочешь уйти куда подальше и забыть об этом событии, как о страшном сне. АВТОРИТЕТ: Забираю свои слова назад. Со стороны это решение выглядит ещё более жутким и странным. Лучше бы ты её обнял. Или трахнул. Ты отмахиваешься от своих дурных мыслей в голове. Просто хочешь, чтобы все заткнулись. Какой отвратительный день. Ты чувствуешь острую потребность в том, чтобы обернуться, взглянуть на девушку со светлыми волосами и зелеными глазами ещё раз, потешить свое чувство ностальгии, поворошить воспоминания, далёкое, счастливое прошлое, но передумываешь. Возможно, позже ты будешь жалеть, что не снял её, но сейчас твоё решение кажется правильным. Потому что на следующее утро будет больнее, и ты снова зациклишься на прошлом, начнёшь выпивать, употреблять наркоту, ещё невесть чем заниматься, снова угробишь карьеру, подведёшь всех. Нет. Ты больше не встанешь на этот порочный круг. ЛОГИКА: Молодец! Так держать, Гарри. Ты садишься в свою машину, бьёшься лбом о руль, отчего тот пронзительно сигналит, потом крепко впиваешься пальцами в собственные волосы на голове с желанием вырвать, принести себе боль физическую. Лишь бы заглушить душевную. ЭЛЕКТРОХИМИЯ: Слыш, Гарри, я знаю, что ты бросил это дело, но, может… Сегодня хоть по пивку выпьем? Без наркоты, честное слово… Если, конечно, сам не захочешь… ДРАМА: Нет! Нет! И ещё раз нет! Ползи обратно, откуда выполз, червь, и не возвращайся в наше культурное общество! СИЛА ВОЛИ: Мы столько к этому шли не для того, чтобы ты опять всё похерил. ТРЕПЕТ: Какие же вы зануды. Из-за вас Гарри и хуево, а с нами он мог хотя бы забыться. Провалиться в приятное небытие. ЛОГИКА: Есть много других способов забываться, чтоб вы знали. ВНУШЕНИЕ: Ага. Один из них он удачно просрал. ТЫ: Вы когда-нибудь затыкаетесь? — произносишь ты в пустоту, ответом служат приглушённые звуки города: людские разговоры, шум дорог, музыка из разных заведений. Все живут своей жизнью, пока ты морально разлагаешься от тоски, уныния и жалости к самому себе. Она никогда не уйдёт в полной мере. Ты потихоньку начинаешь чувствовать себя шизиком. ПОЛИЦЕЙСКАЯ ВОЛНА: Тебе просто нужно развеяться. Точно, позвони Киму! Вы стали хорошими приятелями после того расследования с повешенным. Он тебе доверяет и будет не против составить компанию. Пока ты не придёшь в себя. ЭЛЕКТРОХИМИЯ: Точняк! Вдвоём пить веселее! РИТОРИКА: Не думаю, что это хорошая идея. У лейтенанта законный выходной, вы считаете, что у него не может быть планов? Личной жизни? ЛОГИКА: Насколько нам известно, у Кима нет ни семьи, ни благоверной, его сердце принадлежит только полицейскому департаменту. Скорее всего, даже выходной день он посвятил работе. Ты уже остановил машину у ближайшего телефонного автомата, звеня мелочью в кармане. Ты хочешь проверить свою догадку на достоверность. В телефонной трубке раздаются непонятные шорохи и скрежетания, словно внутри копошится маленькое насекомое, пока ты набираешь номер Кима. Вы обменялись номерами на случай, если надо будет связаться вне работы, но пока таких случаев не находилось. Чувствуешь себя нелепо. На восьмом гудке ты уже хочешь сбросить, понимая, что проведёшь этот вечер один, дай бог не в петле, как на том конце провода прозвучал знакомый голос. КИМ КАЦУРАГИ: Ким Кацураги на связи. Кто это? Вы по делу? ЭМПАТИЯ: Даже из своего дома он говорит так, словно находится на работе. ВОСПРИЯТИЕ (СЛУХ): Его голос звучит так же ровно, как обычно, но твой чуткий слух может уловить в нём нотки усталости. Скорее всего, он и правда работает. Где-то на фоне шуршит бумага, словно он перебирает документы на столе. Нет, ты УВЕРЕН, что он перебирает документы на столе! ТЫ: Здрасьте, это полиция? Так вот, мне кое-что разбили. Вы можете с этим разобраться? ЭМПАТИЯ: Ким замолчал на несколько секунд — удивился тому, что ему позвонил именно ты. Ещё и в такое время. Ещё и по такому поводу… КИМ КАЦУРАГИ: И что же вам разбили? Есть подозреваемые? ЭМПАТИЯ: Он хорошо скрывает своё недоумение. Решил тебе подыграть. На секунду ты и правда поверил, что позвонил в полицейский департамент. Замолк даже. САМООБЛАДАНИЕ: Ну раз начал, не отступай. Подыграй в ответ! ТЫ: А, э-э… Да. Мне разбили сердце. ВОСПРИЯТИЕ (СЛУХ): На том конце провода еле слышно вздохнули. Ты так привык к этим сокрушённым вздохам, что они стали для тебя почти родными ТЫ: Подозреваемый есть, и это вы, лейтенант. Если откажете мне в том, чтобы выпить по пиву. ЭЛЕКТРОХИМИЯ: Ура! СУМРАК: Если бы мог, я бы дал тебе пять, ЭЛЕКТРОХИМИЯ, но я всего лишь мысль в голове депрессивного алкоголика, хоть и бывшего, но это пока! Мы снова на плаву! ТРЕПЕТ: Лучше уж пиво, чем спиды. Ты заслужил немного отдыха и потакания своим вредным привычкам. ТЫ: Прежде, чем ты откажешься, я хочу сказать… Мне пиздец как плохо. Так что, скорее всего, завтра я буду висеть в петле. В своём любимом парке. Надеюсь, ты снимешь меня достаточно быстро, не хочу портить людям вид. Извини заранее, если от меня будет попахивать. Просто экономлю твоё время, чтобы ты не начинал вести расследование и искать убийцу в случае чего. АВТОРИТЕТ: Гарри, ты… Опять повёл себя как последний неудачник. И снова давишь на жалость. ДРАМА: Жалкий коп во всей красе. Зато после такого Ким точно нам не откажет. КИМ КАЦУРАГИ: Хорошо, эта речь была довольно… Трагичной. Кхм. ЭМПАТИЯ: Что ж, поздравляю. Ты и правда выбил его из колеи. Каждый раз выбиваешь, стоит только тебе открыть рот. ЭЛЕКТРОХИМИЯ: Уверен, именно поэтому он с нами и таскается! Мужику нравится адреналин от общения с нами! Потому что никогда не знаешь, что спизданёт Гарри в следующий раз. КИМ КАЦУРАГИ: Где вы хотите встретиться? ВОСПРИЯТИЕ (СЛУХ): Бумага на том конце провода зашуршала ещё громче. Он убирает её обратно! Гордись, мессир, он выбрал тебя вместо работы! Это уже многое значит. ТЫ: Ого, ты… Действительно не против? КИМ КАЦУРАГИ: Даже если бы и был против, вряд ли после такой речи у меня хватит совести вам отказать. Думаю, вы и сами это понимаете, — кажется, он там улыбается. Ты чувствуешь это по его голосу. ТЫ: Слушай, я это… Пошутил, если что. Я не буду себя убивать. Пойму, если ты не хочешь. У тебя много дел, наверное… ВНУШЕНИЕ: Ну что ты делаешь, а?! Он уже согласился, схрена ты назад сдаёшь?! КИМ КАЦУРАГИ: Хочу. Ты поражённо замолк. Всего одно короткое слово, а ты почувствовал такое облегчение! Даже восторг. С тобой хотят встретиться, потусить, даже суицидом угрожать не надо! ТЫ: О! Крутотенюшка! АВТОРИТЕТ: Господи, он и правда это сказал… Стыд, да и только. КОНЦЕПТУАЛИЗАЦИЯ: Не занудствуй. Так уродовать обычные слова — тоже своего рода искусство. ТЫ: Мы так затусим, весь город поставим на уши, только ты и я, как в старые добрые! Пивко, душевные разговорчики, обосрём коллег, поноем друг другу на личную жизнь… КИМ КАЦУРАГИ: Это всё, конечно, прекрасно, но где вы хотите встретиться? ЛОГИКА: Только не говори, что у тебя дома. Там ужасно и воняет. Назови какой-нибудь клуб. ВНУШЕНИЕ: Нет-нет-нет, давай лучше к Киму! Ты ни разу не был в его квартире, разве тебе неинтересно? ЭЛЕКТРОХИМИЯ: ГЕЙ-КЛУБ! СКАЖИ ГЕЙ-КЛУБ! ЛОГИКА: Замолчи, ты его с нужной мысли собьёшь! ТЫ: Давай встретимся в гей-клубе у тебя дома! АВТОРИТЕТ: Пожалуйста, просто отключите меня уже, зачем я тут вообще нужен? Ты прикусил язык. Чёртовы мысли спутались клубком в твоей голове, из-за них ты выпалил какую-то чушь. Провёл ладонью по своему красному вспотевшему лицу — вот бы провалиться на месте. Сегодня официальный день позора. Обведи красным маркером в календарике. ТЫ: То есть, э-э… КИМ КАЦУРАГИ: Я вас, кажется, неправильно расслышал. Так всё-таки гей-клуб или мой дом? Вы не можете определиться? Учтите, вы можете выбрать только одно место. Мне завтра, как и вам, нужно на работу. Пропускать я её не собираюсь. ВОСПРИЯТИЕ (СЛУХ): Голос у него безэмоциональный, абсолютно ровный, будто ты сообщил о погоде на завтрашний день. Не можешь понять, он так пошутил или всерьёз воспринял твой бред. ТЫ: А ты… Не против сгонять в гей-клуб? КИМ КАЦУРАГИ: Если вы того хотите. Я не привык осуждать людей за их образ жизни. ТЫ: Вообще-то я пошутил. Снова. Я натурал. Честно. Разве геи пьют пиво? Нет! Они пьют всякие мартини и пидорские коктейльчики… Ладно, забудь, это был оскорбительный стереотип, но раз я так плохо о них отзываюсь, это же значит, что я натурал? Верно? ЛОГИКА: Это значит, что ты гомофоб. Или латентный. АВТОРИТЕТ: Ты почему так завёлся? Звучит так, словно оправдываешься, полегче. Переведи тему. Спасай себя! ТЫ: А хотя, знаешь что? Недавно на меня снизошло озарение. Я вдруг понял, что люблю всех. Абсолютно. Каждый достоин любви. Я… ЭНЦИКЛОПЕДИЯ: Такие люди называют себя «пансексуалами», ты услышал об этом новомодном слове, когда проходил мимо подростков. Не напортачь. Покажи ему, какой ты эрудированный. ТЫ: Я пансексуал. И не вижу в этом ничего плохого! Давно пора перейти эти общественные рамки! АВТОРИТЕТ: Я не это имел в виду, когда сказал, чтобы ты перевёл тему. Но ладно. КИМ КАЦУРАГИ: Я рад, что вы так уверены в своей ориентации. Не каждый может этим похвастаться. ЭМПАТИЯ: Его слова хоть и похожи на сарказм, но, вообще-то, он серьёзно. ТЫ: Э-э… Да. Мне бы хотелось потусить у тебя. Если ты не против. Сам знаешь, я ещё не до конца реабилитировался. Мой дом похож на свалку. КИМ КАЦУРАГИ: Как скажете. Приезжайте. Мой адрес… Он называет адрес. И в кои-то веке ты чувствуешь себя счастливым, без иронии. Этот вечер не придётся коротать в одиночестве, гоняя уже осточертевшие мысли в своей голове, и не менее осточертевшие воспоминания, не менее осточертевший образ той, кто пахнет абрикосовой жвачкой. Ким поможет немного расслабиться. Вы друзья. Друзья? Как давно ты не слышал это слово в свой адрес. Не «говнюк» или «отъебись, я не буду с тобой бухать», а «приезжай, друг». Друзья, самые настоящие. Дружище, дружбан. Братан, браток. Кореш. Как приятно. Как же, сука, приятно!!! КИМ КАЦУРАГИ: Запомнили? Алло? ТЫ: Да! Спасибо… Дружище. КИМ КАЦУРАГИ: Пожалуйста. ЭМПАТИЯ: Э-э? Он даже не назовёт тебя «дружищей» в ответ? Как в клишированных фильмах про копов??? Хотя бы «приятелем»? ТЫ: Ким, ты такой хороший дружбан, просто хочу, чтобы ты знал. КИМ КАЦУРАГИ: Необычно от вас слышать что-то позитивное. Спасибо. ВНУШЕНИЕ: Вот камень бесчувственный! Так, продолжай давить на него, мы услышим от него эти заветные слова. ТЫ: Ты мне даже не то, что дружбан, ты мне братан! Братишка! Как родной! Брательник! Половинка моей души! Без тебя не будет меня… АВТОРИТЕТ: Так, перегибать начинаешь, можешь остановиться. ТЫ: Я даже, можно сказать, люблю тебя. КИМ КАЦУРАГИ: … ТЫ: Платонически. ПОЛИЦЕЙСКАЯ ВОЛНА: Ким долгое время просто тихо дышал в трубку, судя по всему, слишком смущённый таким потоком комплиментов, что ты на него вылил. Но, к твоему счастью, он понял, чего ты от него добиваешься. КИМ КАЦУРАГИ: Вы от меня не отстанете, если я не скажу это, верно? ТЫ: Зришь в корень… Дружочек! Свободной рукой ты изобразил свои легендарные пальцы-пистолеты. С опозданием осознал, что Ким этого не видит. К сожалению. Это выглядело довольно круто (пусть и только в твоём больном сознании). ПОЛИЦЕЙСКАЯ ВОЛНА: Ким закатил глаза. Ты этого не видишь, но чувствуешь, вот насколько связь между вами сильна! Может, он тоже почувствовал, как ты изобразил пальцы-пистолеты? Вот бы вы умели общаться телепатически, в работе бы пригодилось. КИМ КИЦУРАГИ: Ладно, — вздыхает он и, наверное, где-то глубоко в душе уже жалеет, что вообще взял трубку. — Вы тоже мне очень близки, Гарри… Кхм. Мой самый ценный коллега. И друг. И я вас тоже люблю. Ты забыл, как дышать. Ладони вспотели, трубка заскользила в руке. Приятное тепло охватило всё твое тело, выталкивая самые мерзкие и негативные чувства, что ты испытал за весь день, теперь для тебя имеет значение только голос на том конце провода. И эти слова, полные искренности (пусть ты и заставил это сказать). БОЛЕВОЙ ПОРОГ: НЕТ, СЕРЬЁЗНО, ВЫДОХНИ, ТЫ СЕЙЧАС ЗАДОХНЁШЬСЯ! В ОБМОРОК ГРОХНЕШЬСЯ, ДОЛБОЁБ! Ты закашлялся в трубку, отчего Ким продолжил говорить в более шуточной манере, если он вообще так умеет. Или у тебя разыгралось воображение. КИМ КАЦУРАГИ: Платонически, Гарри. Платонически, успокойтесь. ТЫ: Я так и подумал… Спасибо, Ким. Это приятно. Жаль, я не смог записать это на диктофон. Слушал бы одинокими ночами, радовался, что такой мешок с говном как я кому-то нужен. КИМ КАЦУРАГИ: Это определённо было бы лишним. Вижу, вы вернулись к своему привычному депрессивно-упадническому состоянию. Не знаю даже, хорошо это или плохо. ТЫ: Это мой копотип. Ничего не могу с собой поделать. САМООБЛАДАНИЕ — ПРОВАЛ Ты опять разревелся, но уже от счастья. Голос в трубке прозвучал обеспокоенно. КИМ КАЦУРАГИ: Вы плачете? ТЫ: Нет, просто соринка в глаз попала. КОНЦЕПТУАЛИЗАЦИЯ: Самая глупая и скучная отговорка, которую ты только мог придумать. Неужели не хватило ума на что-нибудь получше? КИМ КАЦУРАГИ: Мои слова так вас растрогали? — в его голосе не слышалась жалость, скорее… Удивление. ПОЛИЦЕЙСКАЯ ВОЛНА: И радость, да, это определённо была радость. Он рад, что может вызвать у кого-то такие яркие эмоции. Не такие уж вы и разные с лейтенантом. ДРАМА: Оба одинокие. Просто признавать не хотите. ТЫ: Я выезжаю, Ким. Буду пускать слёзы и сопли на твой диван, а ты будешь утешать меня и пить самое отстойное пиво в городе, потому что оно моё любимое, и слушать убогие шутки. Вот на что ты подписался, когда назвал меня другом. КИМ КАЦУРАГИ: Знаете, Гарри… Я думаю, лучше вечера и придумать нельзя. БОЛЕВОЙ ПОРОГ: Этот парниша его щас до инфаркта доведёт. Помяните моё слово. Он специально это делает! Телефон звякнул и отключился — время кончилось. Ты, воодушевлённый и энергичный, побежал к своей машине, мысленно повторяя адрес. Сегодня вы точно зажжёте!