Признание

— Й-я, я вас… — закрывая своё лицо от волнения, Сахароза пыталась изо всех отрепетировать своё первое признание в любви. То ли фестиваль Анемоний в Монштадте подтолкнул её к действиям, то ли тоска по возлюбленному, что, кажется, становился всё дальше с каждым днём. — Нет, Сахароза, нет, нет, нет! — она топнула ногой, хлопнула себя по щекам, стараясь согнать румянец с них, но от мыслей о _нём_ предательски багровой вновь становилась её кожа. — Ещё раз, вдох, — вдыхала она, — и выдох, — на выдохе девушка плавно опустила свои руки. — Ты справишься. Ты решала и куда более сложные задачки. Ты точно… Скрип дверной ручки, словно лезвие по стеклу, разрезал и без того накалённый воздух. — Сахароза, — Тимей аккуратно приоткрыл дверь, — ты сможешь оказать мне помощь? — Сейчас? — неожиданно резко для молодого человека, переспросила девушка. — Ну-у, можно позже, — он почесал свой затылок. — Значит, позже, — в голосе слышалась непривычная уверенность. — Тогда я… — Я сама зайду. Когда освобожусь, — брови Сахарозы недовольно сошлись, придавая ей необычной грозности. — Хорошо? — почувствовав неловкость от своей строгости, переспросила девушка. — Да, конечно. Спасибо. ✧ ✧ ✧ — Ты сильная, — проговаривала себе тихо Сахароза, шагая в такт бешеному ритму своего сердца. — Ты всё сможешь, — до кабинета Альбедо оставалось пугающе мало шагов. — Ты даже не знаешь, что такое сдаваться, — последнее слово звучало неуверенно, словно она задавала вопрос куда-то в пустоту, ожидая ответа. — Входи, — дверь открывая, алхимик пропустил внутрь незваную, но всегда желанную гостью. — Д-да, спасибо, — девушка робко прошла, нервно подёргивая ткань шорт. — Я тут как раз работал, и мне нужно твоё мнение. Так что, сколь уж ты зашла сама, посмотришь на мои записи? — Д-да, конечно, — потеряв на мгновение свою мысль, причину своего столь внезапного появления, ответила Сахароза. И вновь хлопая себя по щекам, девушка сделала попытку вернуться к волнующей её теме, — мистер Альбедо… — Да? — Й-я, я х-хотела вам к-кое что сказать. — Что такое? — не отвлекаясь от записей, спросил алхимик. — М-мне нужно вам признаться, — переминая пальцы, дрожащим голосом сказала Сахароза. — Я слушаю, — Альбедо даже поднял свой взгляд. Неужели она что-то разбила? И по такой мелочи вновь переживает? — Й-я… Я вас… Я кажется… Я люблю вас, — по коже её резко раскатился вспыхнувший пожар и теперь уже не только щёки, но и пальцы, и, казалось, всё тело, алело. — Да? — алхимик хлопнул глазами, не упуская ассистентку из поля зрения. — Спасибо. Тишина, резко окатившая снежным комом, отрезвляла сильнее, чем холодный душ. И столь же резко пожар, возникший совсем недавно, испарился, оставляя бедную девушку с трясущимися руками, мятой одеждой и теперь уже не предвосхищающим, а грустно-тоскливым чувством неловкости. — Так вот, я хотел показать тебе, — спокойный, как всегда, голос алхимика сейчас лишь доводил сцену до финальной точки. Альбедо подошёл к девушке, протягивая ей один из своих многочисленных блокнотов с вычислениями, — что скажешь? — А? — Мы недавно обсуждали эту тему, и мне показалось, что здесь есть большой потенциал, — взгляд Альбедо теплел, когда он говорил про исследования. Когда он _с ней_ обсуждал алхимию. Но теперь, кажется, это не имело никакого значения. — Я… — Сахароза, уронив записи на пол, сделала несколько шагов назад, случайно врезавшись спиной в стену. — М-мне пора. — А? — Альбедо посмотрел на неё удивлённо. Не то чтобы девушка так уж редко волновалась, или же роняла вещи. Но ведь она только что зашла? Неужели за пару дней её мнение о предлагаемом опыте поменялось? — Извините! — всё также неуклюже она повернулась, выскакивая за дверь поскорее, — Простите! ✧ ✧ ✧ — Путешественница? Входи, — дверь в кабинет была приоткрыта. В комнате творился беспорядок. Но если в обычной ситуации вокруг стола разлитые зелья растекались по полу, то сейчас главной причиной хаоса были смятые бумажки. Кажется, на них были какие-то символы. — Привет, Альбедо! Чем занимаешься? Чем-то вкусненьким? — радостно поздоровалась с алхимиком Паймон. — Нет, — юноша не отрывал свой взгляд от чертежа, лежащего на столе. — Ничем таким… Вы что-то хотели спросить? — По правде говоря, я просто хотела тебя проведать, — осматривая с любопытством кабинет, ответила Люмин. — Я думаю посетить Сумеру и перед этим решила заскочить к вам, вероятно, ты или Лиза смогли бы рассказать мне что-то, что может пригодиться в путешествии. — И посоветовать какой-нибудь хорошенький рецепт! — Боюсь, я не могу помочь тебе сейчас, Путешественница, — алхимик резко оторвал кусок от чертежа, смял его и откинул на пол к другим таким же обрывкам бумаги. — В любом случае, желаю тебе удачи. — У тебя что-то случилось? — обеспокоенно спросила Люмин. — Нет. — Точно-точно? — вторила её вопросу Паймон. — Ты выглядишь уставшим! — Всё в порядке. — Кстати, а где Сахароза? — пытаясь найти для себя хоть что-нибудь интересненькое, продолжала допрос Паймон. — Она уж точно знает какой-нибудь вкусненький рецепт! Взгляд алхимика почти никогда не был настолько болезненно серьёзным. Ещё одна бумажка была смята и выкинута куда-то за спину. Если продолжать разбрасываться исследованиями, то ненароком можно и в гостей было попасть. Но разве сейчас это важно? — Она болеет, — и всё из-за этого плавно съезжало с рельс, но, конечно же, говорить об этом не пристало. Прерывая Путешественницу, что, казалось, собиралась задать ещё один вопрос, Альбедо продолжил: — Обычно она не болеет. Так долго, — эта ситуация действительно казалась странной. Но почему? Ответа на этот вопрос, повисший в воздухе, не было. И оттого смысла копаться в том, куда тебя, очевидно, не зовут, нет. — В основном, даже простуженная, Сахароза появлялась в лаборатории. И это обыкновенно было моей ответственностью — выпроводить её домой с банкой варенья к чаю. — Во-от ка-ак, — протягивая гласные ответила Паймон. — Как у вас, людей, всё сложно. И можно было бы уточнить, что Альбедо лишь копия человека, да только вот застрял он во вполне человеческой ситуации. — Точно, — тихо согласился алхимик, складывая оставшиеся записи друг на друга. Не стоило так сильно полагаться на кого-то ещё, но ведь, как там люди говорят, к хорошему быстро привыкаешь, верно? Даже если это хорошее не было необходимостью, без него сложнее. Без _неё_ сложнее.