Accidentally Happy

Срок перешёл отметку в пятнадцать недель. Животика ещё совсем не видно, но Алекси в полной мере ощущает то, что внутри кто-то крошечный, милый и, как ему казалось, похожий на его самого любимого человека — на Йоэля. У парней была неделя выходных. И именно эти дни они решили посвятить своим родителям и рассказать им о том, что скоро у них родится внук. Сначала они поехали к родителям Алекси. Они встретили их с распростёртыми объятиями и пригласили за заранее накрытый всякими вкусностями стол. Также в гости пришла бабушка Алекси. А вот всех братьев и сестёр Каунисвеси попросил воздержаться от приезда, а совсем маленьких увести в другую комнату. Именно тогда родители поняли, что парни приехали не просто так. За столом они рассказывали, как продвигается работа в группе, рассказали про начинающийся через две недели тур, про музыку и создание новых шедевров. Спрашивали, как дела в семье, всё ли хорошо, как успехи у младших, послушали все новости про близких и дальних родственников. — Мальчики, мне показалось, или вы хотели нам что-то рассказать? — вспомнила бабушка. — Да, а то детей всех выгнали и сидите, молчите, — усмехнулся отец. — Да, мы хотели кое-чем поделиться, — Алекси начал краснеть. — Да ладно тебе, не смущайся, — Йоэль потрепал его по макушке и начал первый: — Мы понимаем, что вы абсолютно не ожидаете сейчас это услышать. Мы надеемся, конечно, на положительную реакцию, — лица старших мгновенно стали серьёзными. Хокка приобнял младшего, приободряя его, чтоб тот смелее всё рассказал. — В общем, дальше тянуть уже некуда, — вздохнул Каунисвеси, — Я беременный. У нас будет ребёнок, — он смущённо опустил голову, прижимаясь к груди Йоэля, который широко улыбался. — Да что ты? — воскликнула бабушка, — Правда что-ли? — омега закивал, — Господи, Алекси, радость ты моя, — она встала со своего места и подошла обнимать и целовать внука. Маттсон обратил внимание на родителей — у них были счастливые лица, и они ждали своей очереди, чтобы обняться с парнем, — Я уж думала, не дождусь! Вам под тридцать лет уже! Наконец-то, родные вы мои! — она обняла и поцеловала и Йоэля тоже. — Мы очень рады за вас, — к парням подошла мама Алекси и по очереди обняла их и поцеловала. Отец пожал им обоим руки, приобнимая второй, со словами: — Молодцы! Прекрасные новости! Порадовали нас, стариков, — они усмехнулись. — Алекси, солнце, а срок-то у тебя какой? — спросила мама. — А вот тут нам уже стоит извиняться, — омега снова в смущении опустил голову. — Мы решили первое время скрывать эту новость, потому что нужно было решить несколько проблем и спорных вопросов, а уже потом со всеми делиться, — начал говорить Йоэль, конечно же, упуская тему аборта и угрозы выкидыша. — Срок уже пятнадцать недель. Извините, что не сказали сразу. Так было нужно, — подвёл итог Алекси. — Ничего себе! А живот-то где? У меня уже был, когда я была тобой беременна, — сказала мама, абсолютно не расстраиваясь, что узнала только сейчас об этой новости. — Врач сказала, после двадцатой недели появится, потому что я худой очень, — пожал плечами Каунисвеси. — Кстати, вы самые первые узнали, — улыбнулся Хокка, — До сегодняшнего дня об этом знали только мы. — Ну и врач, который беременность ведёт, — пошутил Алекс. — Мы очень рады за вас, правда! У тебя всё хорошо протекает? — спросила бабушка. — Да, всё прекрасно. — А токсикоз есть? — Да, был очень сильный, сейчас уже полегче, — признался Маттсон. Весь вечер они разговаривали о беременности Алекси, об их отношениях с Йоэлем, играли с младшими братьями и сёстрами Каунисвеси. Ночевать они остались в комнате, в которой Алекс жил до того, как стал жить отдельно от родителей. Утром они поехали в Хельсинки, а оттуда вылетели в Оулу. Хокка очень переживал, как Алекси перенесёт полёт, будучи в положении. Но они за несколько дней до вылета сходили ко врачу, и та сказала, что никаких противопоказаний дать не может. Да и лететь всего час — они же не планету облетать собрались. На следующий день к вечеру они уже были в квартире родителей Йоэля в Оулу.

***

— Привет, мальчики! — их встретила мама вокалиста. Отец сказал, что подъедет попозже, потому что задерживается на работе. — Привет, мамуль, — Хокка поцеловал её. После она обняла Алекси, на что тот смущённо улыбнулся. — Проходите, не стойте, уже всё готово. Как я по вам соскучилась! — женщина немного суетилась. Они прошли за стол, полный её фирменными блюдами и различными закусками. Через сорок минут подъехал отец Йоэля, поздоровался с парнями за руку, обнял жену и присоединился к ужину. — Ну что? За встречу? — он открыл бутылку вина. Блондин протянул бокал, его мама тоже, а младший открыл коробку с соком. — Алекси, а ты чего? Давай я тебе тоже налью. Не маленький уже, — смутился Хокка-старший. — Вот об этом мы и хотели с вами поговорить, — опустил голову Каунисвеси. — Да, пап, мы не просто так приехали, — поддержал возлюбленного Йоэль. — Что случилось? — воскликнула мама. — Не пугайся, ничего страшного, — успокоил её сын и приобнял Алекси. У того уже порозовели щёчки, — Давай, малыш, скажи. Каунисвеси вздохнул: — Я беременный. — Да ладно? — громко и удивлённо пробасил отец Йоэля. — Ты шутишь? — мама была в шоке. Маттсон отрицательно помотал головой. — Мам, понимаешь. У нас обстоятельства сложились так, что мы были вынуждены достаточно долго это скрывать, — Хокка напрягся, запутавшись в реакции родителей и пытаясь понять, как они вообще к этому отнеслись, — Срок уже пятнадцать недель. Извините, что не сказали сразу. — Пятнадцать недель? — она подскочила со стула. — Мы меньше всего ожидали это услышать, — сказал папа. Алекси начал нервничать, ведь после реакции своих родителей он ехал сюда в приподнятом настроении, — Вы же даже не женаты! — Вы планировали ребёнка? — спросила мама. — Нет, — честно ответил Каунисвеси, стараясь не смотреть в глаза родителям Йоэля, — Случайно. — А свадьба? Когда? — Мы не планируем свадьбу, — сказал Хокка, — Она будет тогда, когда мы оба этого захотим и будем готовы, а не когда нас будут вынуждать обстоятельства. — Господи, как же так-то! А концерты ваши? А туры? У вас же только всё в гору пошло! — охала мама. У Алекси сдали нервы. Он встал из-за стола и вышел в ванную. Не будь он в положении, он бы, может, и не обратил внимания, но изменения в гормональном фоне дали о себе знать, и он расплакался. Йоэль бросился за ним и успел поймать дверь за ручку, когда младший хотел её захлопнуть: — Алекси, малыш, иди сюда, — он прижал парня к груди, крепко обнимая. — Я так и знал, — прошептал тот, всхлипывая. — Успокойся, всё хорошо. Они всегда остро реагируют на всё. Пройдёт время, они свыкнутся и будут рады, — Хокка поглаживал его по голове. — Нет, они правы. Мы не женаты, нам нужно думать о карьере, а не о детях. Тем более, у нас только всё начало получаться, — Каунисвеси продолжал всхлипывать. — Мы сможем всё совмещать, слышишь? — старший поцеловал его в ушко, — Не плачь, давай успокаивайся. Мало ли что опять случится. Береги малыша, — он погладил живот Алекси и опустился на корточки, чтобы поцеловать его, — Не нервничай, всё будет хорошо. Мы с тобой со всем справимся. Главное, что мы с тобой ждём этого ребёнка и любим его, — омега закивал и потихоньку начал успокаиваться. В дверь ванной постучали: — Йоэль, у вас всё в порядке? — послышался женский голос. — Нет, мам, не всё в порядке, — огрызнулся он в ответ. — Выходите, поговорим, — сказал уже мужской и низкий голос. Услышав Хокка-старшего, по щекам Алекси снова потекли слёзки. — Господи, солнце, не плачь, пожалуйста, — блондин старался успокоить и прижать к себе любимого как можно сильнее, — Малыш, пожалуйста, успокойся, я боюсь, что хуже будет, — Йоэль и сам уже был на нервах, боясь, что с ребёнком снова может что-то случиться. Минут через пятнадцать они вышли из ванной и вернулись на кухню. — Извините нас, пожалуйста, за такую бурную реакцию, мальчики, — начала мама, — Мы переживаем за вас, поймите. Мы хотим, чтобы у вас всё получилось. — Мам, не волнуйся, у нас всё под контролем, и всё будет хорошо, — сказал Йоэль, а Алекси всё ещё молча и тяжело вздыхал, — А вот то, что вы его, беременного, до слёз довели, я ещё долго не забуду. — Понимаете, — решился Каунисвеси, — Мы так долго скрывали это от всех не просто так. На это были причины. Да, беременность была случайной, но обстоятельства сложились так, что она чуть не убила и меня, и ребёнка. Мы несколько недель жили в сильнейшем страхе и до сих пор боимся, что что-то может пойти не так. Если вы не рады, то скажите это прямо, пожалуйста. Без дополнительных вопросов и восклицаний, — он залпом выпил стакан сока. — Боже, — ахнула мама Йоэля, а отец осушил рюмку коньяка одним махом: — Ты держись давай, хорошо? — сказал он Алексу, — Мы ждём внука, правда. Внучку тоже, если у тебя там девочка. Береги себя и ребёнка. — Стараюсь, — вздохнул Маттсон. Миссис Хокка подошла к нему и положила руку на живот: — Не толкается ещё? — Пока не чувствовал, — он чуть улыбнулся. — Давай успокаивайся, — она обняла парня. После этого они пошли смотреть старые альбомы с фотографиями, когда Йоэль и его братья ещё были маленькие. Родители делились воспоминаниями, мама рассказывала о своём опыте. Спать парни решили лечь пораньше — Алекси нужен отдых.