Accidentally Happy

Утром Алекси чувствовал себя очень плохо. Ему было настолько тяжело, что он даже не мог поднять руку или голову, а спина болела настолько, что он не то, чтобы не мог встать с кровати, он не мог даже повернуться. — Йори, очень больно, — простонал младший. Йоэль сразу же обнял его, прижимая к себе и поглаживая по пояснице. — Я сейчас позвоню врачу, лежи, — он поцеловал парня в щёку и, отстранившись, взял телефон. — Здравствуйте, Йоэль, слушаю, — послышался знакомый голос на другом конце. Девушка уже хорошо их знала. — Здравствуйте. У нас тут такая ситуация, у Алекси очень сильно болит поясница, он ни встать, ни повернуться не может, — взволнованно проговорил он. — Скоро родит, — кратко ответила врач. — Да мы это знаем. Но пока схваток нет, можно чем-то боль облегчить? Мне его жалко, — он грустно смотрел на мучающегося омегу, желая помочь. — Даже если он выпьет обезболивающее, ему не поможет. Терпеть до родов. Какой по счёт день боли мучают? — спросила она. — Третий. Но до этого было не так сильно, — ответил Хокка. — Дольше суток не продержится. Можете собираться в роддом. — Мы готовы, если что, — сказал альфа, — Спасибо. Я так полагаю, ждите, — грустно усмехнулся он. — Ждём, — ответила врач и положила трубку. Йоэль подошёл к кровати и лёг рядом с младшим, обнимая его и поглаживая по сильно ноющему месту: — Потерпи, осталось совсем немного. Как схватки начнутся, поедем в роддом, — он успокаивал любимого, как мог, зная, что ему очень больно и тяжело. Животик опустился уже совсем низко, Алекси трудно было выполнять даже самые элементарные действия. — Помоги до ванной дойти, пожалуйста, — Хокка встал и начал аккуратно поднимать парня, помогая встать с кровати. Омега чуть ли не плакал от боли. — Держись, держись, малыш. Я с тобой, — они дошли до ванной, Йоэль остался в коридоре. Через минуту из-за двери послышался голос: — Блять, пробка отошла, — Алекси заметил слизистые выделения на нижнем белье и сразу переоделся, закидывая испачканные боксеры в стирку и стараясь стойко вынести всю боль. — Всё, пиздец, рожаешь, — альфа сам не верил в происходящее. Неужели эти почти десять месяцев так быстро пролетели и скоро появится на свет их малышка? Неужели они смогли пройти через всё вместе? Он был счастлив, но в то же время сильно волновался и даже немного боялся — настаёт самый ответственный момент. — Может, пора ехать? — спросил младший, выходя из ванной. — Врач сказала, что нужно выезжать, когда начнутся схватки, — ответил ему Йоэль, — Ты можешь пока сходить в душ, подготовиться, отдохнуть, поспать. Тебе всё-таки тяжело будет, — он снова проводил омегу на кровать, укрывая своими крепкими объятиями. — Уснёшь тут, блять, — фыркнул Маттсон и стал поглаживать животик, — Дочь, а давай ты не будешь делать папе так больно? Может, ты как-нибудь аккуратненько, осторожненько, а? — обратился он к малышке. Хокка тоже положил свою ладонь на живот: — Мне кажется, она не может по-другому, — сказал он, — Потерпи немного. Скоро у нас с тобой будет настоящая семья, — Йоэль поцеловал возлюбленного в губы, отвлекая того от боли нежностью и лаской. После Хокка пошёл приготовить поесть, а Алекси искал в интернете информацию о родах, о самом процессе, о том, что нужно делать и как себя вести, о том, что будет потом. Ему позвонил Йоонас: — Да, Йоон? — Алекс, привет. Как дела? — Привет. Держусь, а у тебя? — измученным голосом ответил Каунисвеси. — Я-то отлично. А ты там за что держишься? Что-то случилось? — заволновался гитарист. — Порко, я рожу сегодня-завтра, о чём ты, — он хныкнул от того, что помимо боли, которая хоть и стала чуть тише, но всё равно не прошла, его ещё и пихнула под ребро дочка. — Ты рожаешь? Уже? — переполошился Йоонас. —Пока нет, но всё к тому идёт. Скоро начнутся схватки. Поясница жутко болит, еле терплю. И пробка отошла, — жаловался Маттсон. — Йоэль рядом? — Порко знал, что если Хокка рядом с Алекси, бояться нечего. — Конечно, как всегда, — омега успокоил его этой фразой. — Держись. Потерпи немного. Мы очень рады за вас, что у вас появится малышка. Постарайся ради неё и ради Йоэля. Он очень любит её и ждёт, — Йоонас вспомнил, как иногда в вокалисте просыпалась сентиментальность и чувствительность, и он чуть ли не плакал на плече Порко о том, как он любит Алекси и их ребёнка, как его переполняют эмоции, и что он готов на всё ради них, в то время как Каунисвеси, ничего не подозревая, сводил трек, периодически поглаживая свой, на тот момент ещё небольшой, животик. — Я надеюсь, всё будет в порядке. И что она меня недолго будет мучать, — он усмехнулся через боль. Становилось немного легче, она утихала, но поясница всё ещё сильно ныла. — Мы все мысленно с тобой. Нико должен был попросить Йоэля держать нас в курсе по возможности, — поддержал друга гитарист. — Да, он постарается. Да и я тоже, если буду в состоянии выйти на связь. — Если что, мы всегда поможем, чем сможем, не стесняйтесь потревожить нас или что-то вроде этого, хорошо? — попросил Йоонас. — Ладно, — улыбнулся Алекси. — Давай, лёгких родов тебе, — сказал Порко и сбросил вызов. На самом деле он сильно волновался за Каунисвеси, как и все остальные участники группы и крю. Вся команда переживала за парня и за его роды, а ещё за их будущую дочку. Йоэль принёс поднос со спагетти и нежным куриным стейком. — Тебе не получше? — спросил он. — Немного, — Алекси начал кушать, — Спасибо. Щас поем, и надо будет в душ сходить, — Хокка кивнул и решил перепроверить, всё ли они собрали в роддом, ведь когда начнутся схватки, будет совершенно не до этого. Затем он решил подготовить ноутбук и всё к нему прилагающееся, потому что Каунисвеси хотел сводить трек после родов, пока восстанавливается. Он также не забыл про зарядку и наушники. — Вроде немного успокаивается, — сказал Алекси, отодвигая пустую тарелку, и взял в руки кружку с зелёным чаем. — Я рад, что тебе получше, — Йоэль поцеловал его в макушку, садясь рядом, обнимая и поглаживая животик. — Чувствую, что это затишье перед бурей, — омега слегка засмеялся. — Ну а куда деваться, котёнок? Рожать всё равно придётся. Не будешь же ты вечно с огромным животом ходить, — Хокка успокаивал младшего поцелуями в шею, — Нужно просто немного потерпеть, и всё будет хорошо. Я буду рядом и помогу тебе, чем смогу. — Я так люблю тебя, — сказал Каунисвеси, ложась головой на грудь возлюбленного, — Не знаю, что бы я без тебя делал. — И я люблю тебя, моё счастье, — их губы сплелись в чувственном поцелуе, а руки старшего поглаживали большой и круглый животик. — Ладно, я пойду в душ, — сказал Алекси. Он даже смог самостоятельно встать. — Приходи на студию потом, я там буду, — сказал Хокка, — Если тебя нужно будет проводить, напиши, — он знал, что Каунисвеси берет с собой телефон даже в душ. — Хорошо, — младший ушёл в ванную, а Йоэль направился в студию писать новую гитарную партию и искать красивые звучания для будущих хитов.

***

Каунисвеси морально настраивался на роды. Он успокаивал себя, что рядом будет Йоэль, и всё пройдёт хорошо, но волнение всё равно присутствовало — ведь он не знает, как это всё проходит, для него это первый раз, даже если он перечитал все доступные в интернете статьи на эту тему. Ему стало немного легче, но ближе к вечеру боль снова начала нарастать. Пришлось снова лечь на кровать, двигаться было очень тяжело. — Маленький мой, потерпи чуть-чуть, пожалуйста, — Йоэль готов был плакать от того, как ему было жалко своего мальчика, но он не мог ему ничем помочь. Он только поглаживал его по бокам и по животику, но это больше не помогало от ежеминутно нарастающей боли. Вдруг Алекси неожиданно вскрикнул и схватился руками за бёдра и поясницу. Хокка перепугался: — Что такое, малыш? — Йор-ри… это походу схват-тки, — нервно заикнулся Каунисвеси. — Схватки? Ты уверен? — он вскочил с кровати, начиная одеваться. — Д-да. В интернете писали, что они ощущаются именно так, — первые схватки были несильными, и Алекси ещё мог их терпеть. Они были не сильнее боли при течке, про которые он уже благополучно забыл за чуть более, чем девять месяцев беременности. — Надо потихоньку собираться. Ты готов? — Хокка нервничал, но старался не подавать виду. — Я-то готов. Подожди, походу, отпустило. Может, ложные, — Каунисвеси опять лёг. — Доча, — вокалист опустился к животу омеги, — Если ты так над нами шутишь, то это не смешно. Либо сиди смирно, либо вылезай, хорошо? Тем временем перкуссионист снова мониторил сайты и читал статьи о схватках: — Если через полчаса опять начнётся, то это не ложные, и нужно ехать в роддом. Постепенно схватки будут усиливаться, промежуток между ними будет сокращаться, — передал Маттсон Йоэлю информацию, которую только что прочитал. — Пиздец, — только и смог ответить тот, — В любом случае нужно быть готовыми. Полежи пока ещё. Тебе ни в душ, откуда больше не надо точно? — переживал он. — Нет, — Алекси поудобней устроился в кроватке. — Покушать ничего не хочешь? Попить? — Ничего не хочу. Полежи со мной ещё немного, пожалуйста, — они пролежали в обнимку, нежно целуя друг друга, пока не началась следующая схватка. — Не ложные, — поделился фактом Хокка, пока младший жмурился от боли и тихонько постанывал: — Давай одеваться, поехали, — держась за поясницу, ответил он. Оба парня старались сохранять спокойствие, хотя на самом деле до ужаса нервничали. — Ничего не забыл? Телефон, ключи, деньги, зарядка, наушники? Самое необходимое? — спросил Йоэль. — Всё взял. Если уж что и забыл, то по мелочи, — ответил Каунисвеси в промежутке между схватками, когда было практически не больно. — Ничего, потом привезу, — сказал Хокка, в последний раз оглядываясь на квартиру и прокручивая в голове всё, что им нужно было взять и сделать. Они вышли из дома и заперли дверь, — Напиши парням, что мы в роддом поехали. И маме своей, — Алекси кивнул и разблокировал свой телефон. Часы показывали десятый час вечера. — А твоей надо? — сказал он, отправив сообщение «Выезжаем в роддом» своей маме и в чат группы. — Я ей сказал, что по возможности мы будем ей тоже писать, но если что, я предупредил её, чтобы она узнавала всё у твоей, — они начали садиться в машину. Йоэль закинул сумку на заднее сидение, помог Алекси сесть, захлопнул дверь, обошёл автомобиль и сел за руль, — Если у тебя есть силы, пиши. Если нет, она у твоей всё спросит, — альфа завёл машину. На улице май, поэтому тратить много времени на её прогревание не пришлось. Парни в чате ответили «Удачи!», мама написала «Я с тобой, сынок». Когда они начали подъезжать к роддому, началась следующая схватка. Она была ещё больнее, и Каунисвеси даже вскрикнул, от чего Йоэль рефлекторно положил руку ему на живот. — Потерпи, мы уже приехали, — он помог младшему выйти из машины, но получалось с трудом. Взяв в одну руку сумку, Хокка придерживал парня, помогая ему, ведь ему сейчас до ужаса больно. Они двинулись ко входу в роддом.