Accidentally Happy

Отношения Йоэля и Алекси наладились не сразу. В первое время после этого разговора по квартире всё ещё частенько проносились крики в духе «Да как же ты уже достал!», «Прекрати на меня орать!» и «Если тебе что-то не нравится, тебя тут никто не держит!» И кто бы мог подумать, что отношения молодой пары может спасти… их маленькая дочка. Всё же, даже когда кажется, что ребёнок ещё слишком мал, чтобы что-то понимать, на самом деле он в полной мере осознаёт всё, что происходит вокруг него. Малышка Николь в первое время никак не реагировала на ссоры родителей. Она продолжала заниматься своими делами — спать или играть — когда Йоэль и Алекси начинали ругаться из-за очередной мелочи. Но чуть позже она поняла, что может влиять на своих отцов и отчасти даже ими управлять. Как только парни начинали ругаться, она внимательно к ним прислушивалась, выжидала несколько минут, пока они всё друг другу выскажут, а потом начинала громко плакать. Плакать навзрыд, крича на всю квартиру, хотя ей ничего не было нужно. — Придурок, блять, лагерный. Напугал ребёнка, — сразу же рвался в комнату дочки Алекси. — Вообще-то ты тут громче всех орёшь, — ответил Йоэль, обгоняя парня и поднимая дочку на руки. Та продолжала плакать. Каунисвеси подставил бутылочку со смесью к маленьким розовым губкам, но девочка отворачивалась от неё, продолжая плакать. Хокка смахивал слёзки с её по-детски пухленьких щёчек и положил свою тёплую ладонь на животик, думая, что малышку мучают колики. Алекс попытался дать ей пустышку, но она сразу же её выплюнула, не успокаиваясь: — Может, памперс поменять? — предположил он. — Нет, не надо, — ответил старший, проверяя подгузник. — Что же с ней такое? — заволновался омега, — Потрогай лоб, может, температура? Йоэль коснулся губами лба малышки: — Нет, температуры нет. — Может, зубки болят? — продолжал гадать Алекси, ведь Николь ещё не умеет говорить и не может сказать, что её беспокоит. Хокка аккуратно залез пальцем в ротик дочки: — Вроде дёсна не опухшие. Не должно. — Глаза не трёт, значит спать не хочет, — рассуждал младший. — Может, просто испугалась? — предположил альфа. — Мы и громче орали, она тогда даже не проснулась, — отбросил этот вариант он, — Да и она прям на концертах за кулисами спала. Её громкими звуками не напугаешь. — Что с тобой, солнышко? — жалобно спросил Йоэль дочку, которая всё ещё продолжала плакать. Алекси протянул руки, чтобы Хокка отдал ему дочку. Тот аккуратно положил малышку в руки парня и встал сзади, обнимая его и ладонями касаясь дочки: — Может, ей внимания от нас мало? — Не думаю. Мы постоянно с ней, — Николь не успокаивалась, — Да и она у нас не требовательная в этом плане, ты знаешь. — Ну а что тогда? — разочарованно спросил Йоэль. — Я не знаю, — ответил Каунисвеси, покачивая дочку. Старший вздохнул: — Прости, что накричал на тебя. — И ты меня прости, — ответил Алекси, — Я какой-то нервный сегодня. Хокка наклонился и поцеловал парня в губы. В этот момент лежащая на руках омеги Николь, только что громко плачущая, начинала заливисто смеяться в голос и размахивать ручками. — Ах ты маленькая хитрюга! — усмехнулся Йоэль. Парни переглянулись, а девочка продолжала смеяться. — Это она типа помирить нас хотела? — предположил Алекс. — Нет, ты посмотри на неё, а, — старший засмеялся вместе с малышкой, — Ну ты и жопа! — Вся в тебя, — тоже усмехнувшись, Каунисвеси положил её обратно в кровать и начал укачивать, ведь по времени Нике уже пора спать. — Смотри-ка, маленькая, а всё понимает, — Йоэль сидел рядом. — Она не понимает, она чувствует, — шёпотом сказал омега, надеясь, что девочка побыстрее уснёт. Уложив её, он сел к возлюбленному на колени и прижался к его груди: — Я так устал ругаться. Хочу, чтобы всё было как раньше. — Ничего, это скоро пройдёт, солнышко. Главное, не забывать друг про друга, — Хокка поглаживал его по спине. — Йори, ты любишь меня? — совсем разочарованно спросил младший, утыкаясь в шею возлюбленного и уже не сдерживая слёзы. — Больше жизни, Маси, — и он не врал. Он готов был терпеть любые ссоры и крики, ведь он знал, что в конце концов они будут счастливы вместе. — И я тебя, — прошептал Алекси, — Больше всего на свете. Ещё немного понежившись в объятиях друг друга, они пошли ужинать, а после отправились в спальню — мириться дальше.

***

Утром Алекси проснулся с сильнейшим жаром в теле. Он уже знал, чтó это — первая после беременности течка. В интернете он читал, что она проходит безумно болезненно, зато все последующие становятся менее мучительными. Хокка ещё спал, и у омеги было время продумать, куда деть дочку на ближайшие четыре дня. Его родители в отпуске во Франции, а родители Йоэля далеко в Оулу. Он написал Нико: — Ник, привет. У меня течка начинается. Родители не смогут посидеть с дочкой. Что делать? Ответ Мойланена не заставил себя ждать: — Я сегодня свободен, сегодня могу я, — все они знали, что девочка не боится никого из парней и не испугается, если останется с ними без родителей, — Напиши Вилме по поводу завтра. Алекси ответил короткое «Ок» и начал писать сообщение Вилме: — Привет. Нам срочно нужна помощь с дочкой. У меня течка. Сегодня с ней посидит Нико, а завтра и ещё два дня я не знаю, с кем её оставить. Мои родители во Франции, родители Йоэля в Оулу. — Привет, — ответила девушка, — Я со вчерашнего дня в отпуске. Завтра утром заберу малышку у Нико и посижу с ней, пока вы не освободитесь, — к ней маленькая Николь тоже уже привыкла. — Спасибо огромное, — ответил он, уже еле разглядывая буквы в телефоне. Быстро ответив Мойланену, чтобы тот забрал дочку, Алекси пошёл в душ. Тем временем уже проснулся Йоэль. Его разбудил запах малины, с каждой секундой всё сильнее раздававшийся в комнате. Каунисвеси объяснил ему, с кем будет дочка, и ушёл в ванную. Хокка, пока ещё обладавший здравым рассудком, собрал все необходимые для Николь вещи в сумку, поставил её в коридор, одел девочку и стал ждать Нико.

***

— Привет, братан, — Мойланен зашёл в квартиру, — Как Алекси? — Он пока в душе, чтобы я раньше времени не накинулся, — он пожал руку друга в ответ на приветствие. Тот заметил почерневшие зрачки Хокка, капли пота у линии роста волос и заметно выпирающий орган. Йоэль передал ему дочку и сумку с вещами: — Спасибо большое. — Да не за что, — с улыбкой ответил Нико, — Удачи вам! Может, хоть отношения наладятся немного. — Спасибо, — ответил тот хриплым голосом, — Я тебе из окна машину открою, кресло возьмёшь. — Окей. Давайте, я пойду, не буду вас отвлекать, — сказал рэпер, кладя Николь в коляску, а сумку — в сетку внизу. Йоэль дождался, когда Мойланен спустится к машине, открыл ему дверь, тот взял кресло и махнул рукой, давая знак, что можно закрывать. Хокка нажал на кнопку на ключах, кинул их на тумбочку и побежал к ванной: — Выходи, они уехали, — прорычал он в дверь, уже чувствуя, как дурманящая малина растапливает его мозг. Замок щёлкнул, дверь распахнулась, и из ванной комнаты вышел Алекси. Абсолютно без одежды.