Accidentally Happy

Йоэль сразу же схватил его на руки, сжимая талию, и вцепился в его губы грубым требовательным поцелуем, направляясь в сторону спальни. — Йори, — тяжело дышал младший в рот альфы, — Пожалуйста, быстрее, — Хокка бросил его на кровать и навис сверху, сразу же раздвигая ноги парня в стороны: — Ты серьёзно думаешь, что у меня есть силы тянуть время? — он опустил ладонь к промежности возлюбленного — влажно и горячо. Смазка так и норовила вытечь из дырочки, пачкая нежные молочные бёдра Алекси, — Да я тебя даже растягивать не буду, — Йоэль сжал зубами кожу на его шее. Омега уже сходил с ума. Низ живота сводило, ноги немели, тело не слушалось. Хотелось кричать и плакать, умолять своего альфу взять его. Он сжимал маленькими пальчиками его широкие плечи, вдыхал его запах и просто отдавался, позволяя делать с собой всё, что угодно. Хокка еле нашёл в себе остатки сознания, чтобы взять презерватив. Подставив головку члена к истекающей смазкой дырочке, он резко толкнулся вперёд, длинными сильными руками обхватывая младшего вокруг всего тела и вжимая его в себя. Алекси уткнулся в его плечо, вскрикивая и сжимая крепкую спину. Альфа шептал ему на ухо: — Давай, давай, кричи, мой маленький. Громче, — он знал, что парню не больно, и все его стоны и всхлипы исключительно от удовольствия. Между их телами не было ни сантиметра, они прижимались друг к другу, будто в последний раз, наслаждались теплом и запахом друг друга. Алекси не чувствовал под собой кровати, его окутывало одеяло из любимых рук, он плавился и растворялся в них, забывая обо всём: — Глубже, пожалуйста, — ему было мало. Хотелось больше, так, чтобы полностью ощущать своего мужчину внутри себя, чтобы дыхание перехватывало от его напора и проникновений, чтобы сердце пропускало удары и почти останавливалось от сладких поцелуев и объятий сильных рук. Хокка вбивался в него, прижимая к себе до покрасневшей кожи и побелевших пальцев, кусал его шею и плечи, запускал пальцы в волосы и страстно оттягивал их, шепча самые грязные слова и самые пошлые признания. Член проходился по самым чувствительным точкам, заставляя Алекси орать от удовольствия, плакать, смазывая слезинки о шею возлюбленного, и тяжело дышать. — Маси, я абсолютно себя не контролирую, — в какой-то момент прорычал Йоэль, ускоряясь до максимума и терзая зубами нежную кожу на шее и плечах до кровоподтёков. — Не сдерживайся! — закричал в ответ младший. Слёзы ручьями текли по его щекам, в теле не было никаких сил, оно абсолютно не слушало помутневший разум. Если бы Хокка сейчас отпустил руки, кажется, Алекс бы просто провалился в бесконечную бездну. Каждую клеточку организма прошибают электрические разряды, и он изливается, пачкая свой живот и торс своего мужчины с громким криком: — Йоо… Йори… — Каунисвеси провёл ногтями по спине Йоэля, оставляя розовые царапины. От такого жеста альфу обдало жаром, и он стал вбиваться в беззащитное, обмякшее тело со всей своей немаленький силы, прижимая ладонями к кровати за грудную клетку, и тоже с рыком кончил, вытаскивая член. Парень аккуратно снял презерватив и, найдя крупицы оставшихся сил, встал и выкинул его, возвращаясь в постель к возлюбленному. — Ты как? — он потянулся к тумбочке за влажными салфетками, чтобы вытереть жидкость с их животов. — Чувствую себя самым счастливым человеком в мире, — ответил Алекси, устало улыбаясь. Йоэль протянул ему руку, помогая встать и одеться, и они вдвоём пошли перекусить, а потом по очереди пошли в душ, ведь скоро течка снова атакует омегу.

***

Хокка ушёл в ванную, а Алекс начал прибираться на кухне. Поставив последнюю тарелку в посудомойку, он почувствовал, как тело наливается жаром. — Бляяять, — протянул он, чувствуя, как живот снова начинает тянуть вниз. Парень сел на стул, пытаясь отвлечься на телефон, но боль и жар только нарастали, а мозг уже переставал соображать, в глазах плыли все буквы. Все мысли только об альфе, о его обнажённом теле, о его члене внутри, о его поцелуях и укусах в шею. Отложив телефон, он облокотился на стол, тихонько хныкая, но всё ещё терпеливо ожидая Йоэля из душа.

***

Как только Хокка открыл дверь ванной, он почувствовал свой любимый и родной сладковатый запах малины, который так резко ударил в нос, что закружилась голова. В одних боксерах и с чуть влажными волосами он примчался на кухню: — Алекси, — схватив парня со спины, Йоэль сразу поднял его на руки, прижимая к обнажённому телу. Тот захныкал, откидывая голову: — Я уже устал от этого мучения, — простонал он, обхватывая возлюбленного за шею, — Беременным было лучше. — Я рядом с тобой, котёнок, — Хокка еле сдерживался, чтобы не накинуться прямо сейчас. Уж слишком сводил с ума его омега. — Ну давай уже быстрее, мне так тяжело это терпеть, — слезинка скатилась по шее старшего. — Извини, но до спальни я не дотяну, — он уронил Алекси на стол, раздвигая его ноги и стаскивая боксеры. На секунду он отлучился, чтобы достать из ящика презерватив. В этот же момент Каунисвеси сорвал с себя футболку. Прикосновение спиной к холодной поверхности вызвало табун мурашек, побежавших по всему телу. Алекс вцепился в спину Йоэля. Тот без лишних колебаний и промедлений сразу же вошёл в него, проникая во всю длину и переходя на бешеный темп. Он вгрызался зубами в уже искалеченные засосами и метками шею и плечи, сжимал молочные бёдра, сильнее сходя с ума от стонов парня. — Ах…ааах… Йоэль… Йори… — задыхаясь, шептал Алекси, царапая спину возлюбленного. — Кричи, кричи, мне нравится, — удовольствие сильными волнами накрывало его, когда омега нежным, хриплым от стонов голосом выкрикивал его имя. Ему нравилось видеть на его глазах слёзы, выступившие от сильнейшего возбуждения и желания. Он неистово вбивался в худенькое тело, уже почти полностью ставшее таким, каким было до беременности. Хотя альфе было всё равно — его мальчик рядом, а как он выглядит, уже не так уж важно. Тем временем Каунисвеси уже терял сознание. Дышать становилось настолько тяжело, что громкие стоны становились больше похожи на хрипы. Хвататься за спину старшего не было сил, и он просто раскинулся по всему столу, доверяясь Йоэлю — он знал, что тот не даст ему упасть. Сильные ладони прижимали его к холодной поверхности, толчки внутри становились быстрее и резче. Губы Хокка метались по всему телу, целуя каждый миллиметр, до которого доставали. — Ещё… ещё… — судорожно шептал младший. — Куда ещё? Ты весь трясёшься, — прорычал ему в ухо Йоэль, продолжая в том же темпе. — Ещё! — вскрикнул Алекси в ответ, начиная плакать от нахлынувших эмоций. Хокка всё же послушал его, ускоряясь и прижимая к себе. На мгновение он стал нежным, забыв про страсть и ничего не соображающий мозг: — Тише, тише, не плачь, солнце, — альфа заметил, что мальчик совсем дрожит в его руках. Он несколько раз провёл вверх и вниз по его истекающему смазкой члену, и тот излился в его ладонь, содрогаясь и вцепляясь в спину возлюбленного короткими ногтями. Йоэль ускорился и тоже кончил, не забыв вытащить. Он снял презерватив, выкинул его и сполоснул руки. Младший был настолько без сил, что не смог даже самостоятельно слезть со стола. Хокка взял его на руки: — Ну что такое? — слёзки всё ещё скатывались по щекам мальчика. — Я так сильно тебя люблю, — ответил тот, — Мы же никогда не расстанемся? — Маси, ты что? Что за мысли? — он отнёс Алекси в спальню, положил на кровать и лёг с ним рядом. — Мне страшно. Мы так часто ругаемся, — омега прижался к любимому. — Переживём, котёнок, не волнуйся. Я не уйду и тебя не отпущу, — ответил Йоэль, поглаживая его по волосам, — Засыпай, отдыхай, — он одел парню боксеры, оделся сам, и они легли спать до следующей течки.