вдох-выдох

      Быть владельцем способности одного из членов семейства кошачьих имело свой плюс: как минимум, основные отличия зверя лунного света, такие как регенерация и перевоплощения в тигра. А минус — стереотипное отношения к котам в обществе, а в частности, в кругу его коллег. Многих в агентстве и не волновало, что парень к тем самым пушистым так-то и не относится; их не волновало, что перед ними человек с хищником внутри. Многие воспринимали Ацуши как самого милого котика, который иногда кусается в полезных целях.              И Накаджиму это злило — сначала появлялось легкое раздражение, когда Йосано-сан начинала поглаживать голову тигра своими изящными пальцами со словами: «Ты уши потерял кошачьи, Ацуши». И конкретное агрессивное непонимание этого всего цирка, когда Дазай от скуки, будучи в офисе с Накаджимой наедине, сначала пристально разглядывать ученика, что младший усердно игнорировал, а потом просто:              — Шу-шу-шу… — этот шепот так сильно разрезал тишину, что Ацуши дернулся. Хотя, скорее у него уже просто злость бурлила от всех этих «невинных» насмешек. Сначала Йосано-сан со своими почесываниями, Наоми с расспросами о том, способен ли Накаджима мурлыкать, а теперь… это?              «Я знал, что Осаму-сан с особенностями, но чтобы и он прогнулся под этот общественный ажиотаж…».              Ацуши, не помня себя, резко поднялся, взял какой-то документ на своем рабочем месте, скрутив в трубочку, и потопал уверенным шагом к разлегшемуся на своих локтях поверх стола Дазаю. И просто… стукнул его этой скомканной оберткой. Прямо по густым и темным прядям.              Оба застыли в одну секунду, чуть ли не с одинаковыми выражениями лиц: Дазай, удивленный от непредсказуемости поведения кохая, а Ацуши — с перекошенным от страха, перед ответственностью за свой поступок, лицом. Осаму раза два подряд моргнул и нервно усмехнулся.              — Надо же, работает. Ты чуть ли не сразу подбежал! — наставник вернулся в свою привычную среду поведения и легонько засмеялся, все еще любуясь испуганным Накаджимой.              — А-а… Пх, — Ацуши фыркнул и нахмурился, так же быстро возвращаясь к своей работе за компьютером. Дазай продолжал легонько посмеиваться и потирать место атаки. Хотя удар не болел совсем, оставляя за собой фантомные прикосновения.              — Между прочим, коты очень ценят свое личное пространство. И не любят, когда его нарушают… — в дополнении проскрипел зубами Ацуши, чем просто ответил, последнюю фразу. Злость спадала, а чувство вины давало о себе знать, из-за чего тигр прикусил нижнюю губу. И чтобы разрушить это гнетущее ощущение внутри, неловко пробормотал: — Извиняться не буду…              — Очень рад, что ты так яро оберегаешь свое личное пространство. Истинный кот… — смешок Осаму сбавлял обороты, но было видно, что старший не держит зла. И продолжил, под очередной недовольный аккомпанемент Накаджимы:              — Да ладно тебе, не дуйся! Сам, между прочим, подтвердил свою принадлежность к пушистым, уточняя о своих границах. Так что, ты сдался групповому давлению, — Ацуши буквально слышал, как Дазай улыбался голосом, и поморщился, — но кто я такой, чтобы винить тебя в таком? Есть исследования, на которых подтверждается склонность к конформизму у людей в социуме, так что…              Остального Накаджима уже не слышал, так как смылся из офиса, пока Дазай не захотел повеситься на его тигрином хвосте.              

***

             Младший детектив, как ни странно, является человеком. Тигр — способность, сам он — гребанный человек. Поэтому, последнее, о чем он думал, являлось гормональные всплески огромной кошки в периоды какой-то активности. А точнее — ну вообще не думал. Ибо, как уже упоминалось — он человек, с сознанием и способностью обдумывать свои поступки. У людей нет инстинктов, что позволяет проводить моральную оценку своих действий.              Но, почему-то, внутренний тигр, решил по-другому. Видимо, самому ему было скучно ощущать свои животные порывы (да и зачем они вообще чертовой способности?!), что он решил вовлечь в них Накаджиму. Ну, а что — тигр не может прогуливаться землями, как его владелец, и является частью молодого паренька, надо же как-то решать задачу.              Поэтому, замечательным весенним утром Ацуши очнулся, чувствую в разы лучше запахи, вкусы. Причем, не активируя способности. Тигр подумал, что ему что-то снилось такое — вследствие чего внутренний зверь потревожился и включил свой радар — а после поплелся в ванную, беря все нужные принадлежности с чистой одеждой.              Подозрения стали зарождаться, когда тигр сплюнул в легком отвращении привычную зубную пасту с ментолом.              «Она всегда была такой противной и, о Боже, ядовитой?!». Ацуши быстро окончил процесс умывания и полез в душ. Похожие штуки повторились и с гелем для тела. И всегда персик настолько приятно пах? Накаджима определенно стоит забежать за ними после работы в магазин. Кека как раз их любит.              Ситуация на улице… ухудшилась. Почему некоторые люди последний раз мылись в роддоме, а другие — так приятно излучают аромат? Со стороны Ацуши напоминал не социализированного человека, который вылез в толпу из пещеры, что, в принципе, было не далеко от правды — в таком состоянии он вышел на улицу впервые. Кека нервно оглядывалась на него, не особо сыпля вопросами, считая это неэтичным.              Но потом, когда Накаджима обнюхивал свои пальцы, решила эту условность нарушить:              — Ты ходил в душ утром, если ты об этом, я видела, как ты носился туда-обратно, — девочка прищурилась, с интересом наклоняя в бок голову, осматривая смущенного парня.              — А, ну да… Точно, спасибо, — Ацуши напряженно улыбнулся с прикрытыми глазами, пытаясь излучать спокойствие, чему Кека, естественно, не верила. И просто решила не мучить его расспросами.              

***

             — В каком смысле… Акутагава?              — Очень рад, что ты запомнил имя своего напарника, шкет, а теперь приступай к чтению и, еще важнее, к выполнению задания, — Куникида поправил очки, всучивая папку в руки Ацуши, — тебе Дазай должен был рассказать, что это дело с мафиози вы выполняете вместе.              — А-а, да… точно, — поморщился, отойдя от Доппо, тигр, переворачивая папку в разные стороны. Конечно, Осаму ни черта ему не сообщил. Сто процентов пытался вывести Куникиду из себя таким поступком, после чего путей последствий становилось аж два: Доппо сам рассказывает тигру о его сотрудничестве и Дазаю не стоит напрягать свои голосовые связки лишний раз; Куникида узнаéт, что Осаму не выполняет свое поручение, и носится за последним по всему городу. И оба варианта — бесценны, как ответил бы наставник.              Накаджима поискал в офисе Кеку, с чем ему радостно помогла его «новая» способность, вычислив девочку в толпе по аромату духов с гортензией. Младший поморщился и, игнорируя свое обоняние, пошел к ней благодаря (не бушующему, подобно нюху) зрению.              — И давно Агентство заключило акт о ненападении с Мафией? — спросил тихо парень, упираясь о стол.              — В смысле? А-а, ты об этом… Дазай не сказал? — и, получив чуть ли не несчастное выражение лица, продолжила: — Директор одобрил конкретно ваш с Акутагавой дуэт для определенных миссий.              — Видимо, Дазай-сан его достаточно убедил в этом… — тигр героически сдержался и не ляпнул, что «Осаму, скорее всего, вынес директору мозг для этого согласия».              — Да, можно и так сказать.              Накаджима открыл документ, пробегая глазами по тексту, а потом подробнее вчитываясь. Девочка рядом с ним спокойно стояла и равномерно дышала. Спустя минут пять, от нее послышался достаточно непривычный звук, на что Ацуши удивленно обернулся. Она усмехнулась, а после тихонько засмеялась:              — Когда читаешь и становишься недоволен чем-то, то морщишься, как кот.              Накаджима в удивлении легонько приоткрыл рот и застыл. Точно, как же он мог забыть о коллективном «буллинге». К счастью, стадия злости уже завершилась, и медленно наступало принятие. Он не думал, что начал бы тогда агрессивно отвечать девочке, но что-то бы точно съязвил, не в состоянии попросить ее так больше не шутить. А сейчас Ацуши привычно выдохнул, хмыкнул и улыбнулся, глядя перед собой.              

***

             — Нам сюда, — перебил приветствие тигра Акутагава и развернулся в противоположную сторону, уверенно туда шагая. Накаджима, закатив глаза, поплелся следом. Иногда, для сохранения своего ментального равновесия, лучше всего отдать руководство Рюноске, чтобы он управлял заданием.              Нюх утихомирился, а точнее, Ацуши просто перестал так ярко на него реагировать. Но чувства спокойствия не было. Накаджима уже мысленно негодовал, что будет ощущать вдвойне запах крови, если устроят перестрелку контрабандисты, пота и подобных человеческих радостей, так как шли они по не самому приличному району.              «Лишь бы не стошнило, только не при Акутагаве…». Тигр поморщился и встряхнул головой, на что обратил внимание Рюноске, в непонимании хмурясь.              

***

             Выполнение миссии прошло успешнее, чем он предполагал. Ему не казалось трудным осуществление самого задания, тем более с Акутагавой — не хотелось признавать, но работал тот слажено, хоть и не был фанатом командной работы. Интересно, Рюноске сам прогнул свою гордость или же ему настучали по голове, ровно как Ацуши Дазаю.              Акутагава отдал добытые бумаги Черным Ящерицам, которые любезно встретили их после завершения миссии. Мафиози стоял рядом с коллегами, передавая им полученный клад, а тигр был поодаль, чтобы не смущать их всех. Ну, или себя.              — Фукудзава-сан получит их спустя три дня, Мори-сан решил этот вопрос. — Уединение тигра нарушила Хигучи, подошедшая к Ацуши, согнув руки за спиной. Накаджима кивнул головой и слегка улыбнулся, после чего девушка удалилась.              Отряд начал уходить толпой, только Рюноске что-то уточнял с Ичие, абсолютно не проявляя интереса к тигру.              Детектив задумался о рабочих деталях, упершись взглядом в спину Акутагавы. По носу уже били разные запахи — от зданий, улиц, подошедшей к нему тогда Хигучи и ее духов, которые Ацуши обозначил как достаточно терпимые.       А теперь по носу ударил запах инжира. Причем медленно, по нарастающей. Он был не резким, не бесящим. Приятным. Перед глазами расплылось из-за длительного созерцания одной точки, Накаджима сфокусировал взгляд и снова глядел на темный плащ напарника. Ичие удалилась вслед за своей группой, а Акутагава что-то рассматривал на своих руках, забыв о существовании тигра. Ацуши вдохнул запах сильнее, бегая глазами по округе. Первая мысль — фруктовый ларек в округе — отлетела со скоростью света. Они абсолютно не в жилом районе, дома стояли полуразрушенные, а позади них только разборки правосудия завершились. Глаза продолжили метаться по местности, пытаясь найти источник запаха. И остановились на уже привычном предмете гардероба.              «Это что, от него, что ли?». Акутагава потянулся руками вверх, лениво потягиваясь, даже как-то слишком расслабленно. Реально забыл, что тут его напарник находится? Накаджима проморгался и поморщился. Уж не думал, что будет концентрировать свой нюх на мафиози, абсолютно. Детектив продолжил шевелить ноздрями в попытке подтвердить свои догадки и медленно начал идти к спине в плаще. Звук удара ботинка об асфальт привлек внимание Рюноске, тигр лишь успел перестать его обнюхивать.              — Можешь быть свободен, ты все слышал от Хигучи. До скорого, — Акутагава произнес это своим будничным голосом и уже пошел вперед, как его затормозил вопрос.              — Ты ел инжир утром, что ли?              Тишина. Очень нагнетающая. Глаза Ацуши медленно округлились, а зрачки сузились, когда до него дошло, что именно он спросил. Он не хотел ведь! Мысли вырвались вперед и опередили владельца. Накаджима стал чувствовать свое сердцебиение в разы отчетливее, где-то в горле. Он прекрасно видел, с каким удивленным лицом повернулся к нему Рюноске. Они с тигром были не товарищами и абсолютно не обсуждали какие-то повседневные вещи, ограничиваясь взаимным рычанием в сторону друг друга по рабочему поводу. И, поэтому, такие вопросы для них были практически неприличными и интимными.              Гамма эмоций на лице Акутагавы была, на удивления, богатой — удивление, непонимание, раздражение, даже легкий испуг. И весь этот набор явно дал понять Ацуши, без словесного подтверждения своих догадок, что, к огромному сожалению, он угадал.              — Забудь. До встречи, — протараторил тигр и развернулся в другую сторону, желая как можно скорее убежать. — Эй!              Ленты охватили его вокруг талии, прижимая руки к спине, и очень неприятно сжимали. Детектив пытался ступить вперед, как они дернули его назад, и он, с глухим криком, подался к обладателю столь прекрасной способности. Очнулся он уже в метре перед нахмуренным лицом Акутагавы. Точнее, очень нахмуренным. Ацуши успел дать себе внутренний подзатыльник за свою безалаберность и испугаться Рюноске, а точнее — его красноречивого взгляда.              — Ты сейчас буквально спрашиваешь, что я ел утром, умудрился угадать и говоришь мне не обращать на это внимание? — тон голоса мафиози, подобно стали, прошелся по Ацуши. Не смотря, что вопрос был задан тихо, но устрашающе, казалось, что на тигра накричали.              Накаджима сглотнул.              «Ну, не-е-ет, только не ему это все объяснять…». Ацуши взмолился и разочаровано нахмурил брови.