вдох-выдох

      Чувство было отвратительным. Из-за всего: запах улиц, кораблей из набережной, рабочих. Ощущение себя странно: ему понравилось то, что случилось с Акутагавой? Да, наверное. А тигру? Он радовался свободе.              В любом случае, чувства были слишком странными — нужно было разобраться, а спихивать все на то, что внутренний зверь «начал гулять», очень не хотелось. Это казалось каким-то аморальным. Очень не хотелось потом принимать тот факт, что тигр может овладеть Накаджимой в какое-то время. Нет, парень слишком долго проработал в агентстве, чтобы так легко отдавать управление своей силой. Это смешно, стыдно.              Ацуши свернул, спустя минут двадцать, в общежитие и дал себе обещание не мозолить себе голову случаем с Рюноске. По крайней мере, до того момента, как не разберется со своими особенностями. Это было бы разумно. Что бы они там не сделали с Акутагавой, это никого ни к чему не принуждает. Накаджима хотел действовать, как взрослый человек (хотя бы отдаленно на него похожий).              «Не знаю, насколько по-взрослому было соглашаться на это… Черт с ним, что было, то было». Парень поднял взгляд на окно в их апартаменты. Свет горел, значит, соседка дома.              Посмотрев на свет из окна, он вспомнил, что утром захотел купить персиков. Что ж, самое время. Супермаркеты работают, как бы сильно не было лень к ним плестись.              Дома Кека готовила ужин. Запах карри приятно бродил по их маленькой комнате, детектив впервые за день порадовался своей «поломке» с нюхом. Ацуши стянул с плеч подтяжки, оставляя их болтаться по бокам, они и так за весь день успевали ужасно натирать.              Девушка сверкнула глазами, когда детектив поставил на стол пакет с фруктами — само собой, персики, еще решил взять по пути бананы и яблоки. Кека молча кивнула ему с улыбкой, не произнося вербально благодарность, и стала набирать еду по тарелкам.              Они не разговаривали, лишь поедали ужин. Тишина не нагнетала, наоборот — с девочкой и в таком спокойствии было очень комфортно, не хотелось прятаться по углам. Он был благодарен ей, что периодически она не мучила его расспросами о том, где он был и тому подобное. Она не лезла в его душу, лишь интересовалась как у него дела и все ли с ним в порядке. Когда Ацуши пошел мыть за ними тарелки, соседка решила с ним заговорить:              — У тебя все хорошо?              — Да, думаю… а что? — тигр вытер руки полотенцем, поворачиваясь корпусом к девушке. Подтяжки все также безвольно висели вдоль туловища, а ремень-хвост таскался по земле.              — Ты немного странно вел себя: слишком дергался от простых вещей и запахов, раньше такого не было. Что-то случилось?              — А-а… Вы достаточно наблюдательны, Изуми-чан, — Накаджима легонько усмехнулся. Ну, конечно, ведь он имеет дело с Кекой, она достаточно умна и внимательна. А еще заботлива, раз поинтересовалась. — Немного проблемы со способностью — тигр просто бесится. Завтра пойду к Йосано-сан, хочу узнать, что происходит. А у тебя как дела на работе?              — Ты хотел от меня это скрыть? — девушка проигнорировала вопрос и накинула халат поверх вещей — дома она надевала розовую футболку и темные спортивные штаны. В ее голосе не звучало ни упрека, ни угрозы, а лишь любопытство.              — Почему? Нет. Я просто сам не понимал, что происходит.              — Просто ты ответил, что изначально все в норме, поэтому мне так показалось, наверное. — Тихо дополнила Изуми, распуская волосы из хвостиков. — Ты не обязан мне отчитываться, это было любопытство.              Периодически Ацуши удивлялся тому, какие стойкие и взрослые выражения могут слетать с губ этой девушки, отчего Накаджима начинал стыдиться своей жизненной неопытности. Ей в прошлом пришлось нелегко, что объясняло ее поведение, но каждый раз, когда она радовалась или улыбалась чему-то, в сердце тигра тепло щемило.              — Думаю, я бы тебе рассказал, после того, как разобрался с проблемой. — Девушка кивнула и развернулась к своему футону, чтобы поднять телефон. — Кстати, и… спасибо за ужин. Я очень ценю твою помощь.              Щеки тигра немного залились румянцем после произнесенных слов, уголки губ дернулись вверху сами по себе. Девушка снова повернулась к нему, с немного приподнятыми от удивления бровями, и неловко улыбнулась.              — И тебе, за… — она кивнула в сторону стола, где стояли купленные фрукты, — это. И что рассказываешь о себе.              Ацуши лишь моргнул и тоже наклонил подбородок в согласии. Приятно такое слышать. Эта замечательная девушка стала ему хорошей подругой и союзницей, что только радовало. А живые эмоции на ее лице приносили легкий восторг.              

***

             — На самом деле, в этом нет ничего особенного, Ацуши, — Йосано медленно протерла глаза после жалоб тигра, а затем, прикрываясь, зевнула, — у многих эсперов со способностью зверя такое происходило.              — Ох, это… радует. Но я все равно не понял, что это было, — Накаджима немного совестно наклонил голову перед собой. Он и правда не разобрался, что происходит. Но Акико выглядела спокойно, хоть и уставши, что подбадривало. «Когда в последний раз она хорошо спала?».              — Есть теория, которую сложно подтвердить экспериментальным путем, но она мне кажется более-менее верной. Она связана со стрессом и реакцией организма (вместе со способностью) на освобождение от него. Сейчас объясню, — Йосано слегка улыбнулась в ответ на непонимающее выражение лица тигра, отчего тот смутился. Она продолжила, откинувшись на спинку стула.              — Внутренний зверь не является отдельной личностью, он — способность, часть тебя. Собственно, очень малый процент того, что он имеет какие-то конкретные нужды. Думаю, он скорее похож… на твое подсознание. Через него могут проявляться именно твои желания, интерпретированные под тигра, что не обязательно может казаться чем-то логичным — ведь мы имеем дело с подсознанием человека, а там кладезь всего ненормального. Что-то уже случалось с повышенным обоняние у тебя вчера? Какие-то конкретные случаи, когда, как сказать… твой зверь был доволен или подталкивал тебя к странным вещам?              — Ну… что-то вроде того, — Ацуши достаточно красноречиво покраснел, хотя и пытался это скрыть за челкой, на что Йосано снова усмехнулась, без злобы.              — Не хочешь — не говори. Мне кажется, что таким образом твой внутренний зверь радуется свободе. И тут мы возвращаемся к началу (стресс и действия после него). Ты достаточно долго подвергался… жизни в приюте, не самой легкой. И вот, тебя не донимают уже где-то два года. Скорее всего, в первую очередь это ты спокойно выдохнул и начал понемногу отпускать прошлое. Твой тигр просто… начал «дышать», в соответствии с тобой, но немного по-своему. Хотя, слово «по-своему» неуместно, ведь я уже говорила, что этот зверь — ты сам, твоя часть личности. Теперь стало понятнее? — Акико улыбнулась, все еще лежа на спинке мягкого стула.              — Да-а, вроде бы… это немного объясняет. Но почему именно сейчас? В смысле, в это время года? Именно тот день? Год?              — Без понятия. Может, ты посчитал тот день недели самым для себя успешным. Ну, или, к примеру, это время года является для тебя любимым. Причин полно, некие ты и сам можешь не понимать. Это не самое важное в ситуации. Ведь мы себя на сто процентов никогда не узнаем.              Ацуши выдохнул с разочарованием — этот ответ ему не так понравился, как прошлый, но радует, что это была не ключевая часть информации.              — А есть еще какие-то альтернативные версии происходящего?              — Хм… да, есть одна. Но она… для экстремалов, по моему собственному и не предвзятому суждению. — Йосано слегка нахмурилась и сжала губы, а последнюю фразу чуть ли не прошипела. — Эта… теория твердит о том, что у людей с животными способностями может быть что-то на подобии периода размножения и подчинению инстинктам.              Накаджима нахмурился — действительно, звучит… совсем не по-человечески.              — Почему вы считаете, что это не может быть правдой? — тигр слегка сжался, ибо боялся реакции Акико — не зря ведь она упомянула, что эта версия ей не нравится. Но, на удивление, она спокойно продолжила, без насмешек или угрожающего сверканья глаз:              — Потому что она полностью отменяет развитие человека как вида — люди обдумывают свои поступки, контролируют себя, что не позволяет нам просто пойти и делать, что вздумается — нас останавливает мораль, закон, личные установки, родители — что и кто угодно, в конце концов. Эти вещи могут быть навязаны нам другими людьми, более влиятельными для нас. Но это не отменяет право выбора. К примеру, Дазай больше не в мафии, а ты не пошел мстить за свои обиды, хотя вполне мог нести разрушения.              Накаджима слегка поморщился. Он и не задумывался, что было бы, сверни он на другой путь. Подобрала бы его раньше мафия или сам выбрал ее — не так уж важно. Он здесь, в кабинете Агентства, пытается разобраться со своей коллегой в проблеме способности. Тигр как-то не думал, что его нахождение на этой работе является залогом его собственных желаний (а еще помощи Дазая, само собой). Младший считал, что он просто плыл по течению жизни, получив все незаслуженно. Но если взглянуть на его жизнь под предлогами выбора и силы воли, то становилось как-то… приятно, от осознания собственной внутренней силы. Даже гордость начинала понемногу пробиваться наружу.              Акико продолжила:              — Как по мне, люди, которые поддерживают «теорию инстинктов» у их животных способностей, людьми считаться и не могут. Как бы это радикально не звучало. У нас нет инстинктов, только рефлексы. Сам по себе инстинкт является готовой программой жизни — как питаться, как бегать, как размножаться. Обладали бы мы ими — не переживали на счет того, что будет завтра, наш организм сделал бы все сам.              — А… почему Вам не нравится эта теория? Ну, в смысле, я понимаю, к чему вы клоните, — Ацуши замахал руками перед собой и занервничал, — просто хотелось бы услышать Ваше мнение.              Йосано с легкой улыбкой осмотрела его, наклонив голову набок.              — Потому что люди оправдывают свои аморальные поступки инстинктами их способностей, которая та и не имеет, вместе с ее владельцем. Куча убийств, изнасилований, насилия от эсперов, которые они оправдывают своим внутренним зверем. Напомню, что первая теория гласит о том, что желания способности это крик души самого человека, ведь они связаны.              — Я Вас понял, Йосано-сан… и, правда, звучит жутко и нелогично. — Детективу эта версия не симпатизировала — жутко было осознавать, что твой человеческий разум может резко взяться под контроль тигром с хищными порывами.              — Рада слышать, Ацуши, — Акико слегка приподняла уголки губ, а затем как-то грустно вздохнула, — просто печально осознавать, что мужчины у власти и в исследовательском круге оправдывают свою жестокость и отсутствие эмпатии животными порывами способности (хотя, в некоторых случаях для таких заявлений от парней и наличие внутреннего зверя не нужно). Тошно от этого. Но, как говорила, эти гипотезы практически невозможно доказать или опровергнуть — способность не материальна, чтобы ее исследовать, и не отдельна от хозяина. По крайней мере, я говорю о эсперах с дарованием зверей. «Снежный Демон» Кеки немного не подходит под эту категорию, но даже он подчиняется хозяйке, что только может подтверждать первую теорию. В общем, я не обладаю психологическим или психотерапевтическим образованием, чтобы судить об этом на профессиональном уровне.              — Как по мне, Вы вполне образованы в этой сфере… — Йосано слегка усмехнулась, а Ацуши продолжил:              — А долго это будет длиться? Ну, улучшение обоняния и тому подобное. Есть временные рамки?              — Не думаю, что долго, но все индивидуально. Это не смертельно, если тебе прямо не мешает жить. Но, исходя из исследований, эсперы просто за какой-то период времени возвращали себе контроль над способностью, и такое их донимало все меньше и меньше. Думаю, это не циклично, а зависит от твоего душевного состояния. Если будет нужна помощь, обращайся.              — Да-а… Спасибо большое, Йосано-сан. — Ацуши слегка поклонился с улыбкой. Акико скопировала его движения, и парень спросил с малым волнением:              — Вам принести чай или кофе? Мне кажется, Вы устали…              Специалистка снова усмехнулась, в этот раз немного удивленно.              — Почему нет, раз предлагаешь, буду рада. И можешь стащить у Рампо печенья, он их прячет в верхнем ящике на кухне, над микроволновкой. Нет, тебе ничего за это не будет, он все равно на задании. Да и Эдогава слишком любит котов, чтобы тебя потом донимать.              Накаджима в очередной раз закатил глаза, улыбаясь безвредно. Такие шутки уже не бесили, а немного забавляли.              

***

             — Погоди, мне кажется, мы немного не с того начали сотрудничество и знакомство… — Ацуши, кажись, совсем потерял голос после вымолвленных слов.              Акутагава лениво на него обернулся, немного приподнимая брови. В любой иной ситуации, Накаджима бы подумал, что смотрят на него едва ли не с превосходством и насмешкой, но синяки под глазами Рюноске и стойкий запах кофе, от него исходящий, заставлял невольно сочувствовать.              Прошло дней тринадцать с инцидента, тигр не считал, больше не сотрудничали до этого дня. Странно было сейчас стоять с этой темой перед напарником, да и спустя такое количество времени. Но упорства младшему не занимать. И терпения.              — Да ну? С чего вдруг такие мысли?              Накаджима еще больше скукожился под чужим взглядом, но упорно не отступал.              — Мне кажется, нам есть что обсудить.              — И что предлагаешь? С чего мне это должно быть интересным? — мафиози окончательно развернулся корпусом в сторону тигра, сложив руки на груди. Ацуши очень хотелось настучать тому по голове и выказать все свое недовольство ни сколько за произошедшую между ними ситуацию, сколько за реакцию самого Акутагавы на нее — он вел себя, как обычно, никак не выдавал признаков логики в данных обстоятельствах и не горел желанием что-то обсуждать. Это и заставило детектива взять исход в свои руки, хоть и неимоверно трясущиеся до этого от волнения. Если уж Рюноске думал, что тигр будет играть по его правилам и усердно игнорировать в ответ, то ошибся.              Все же, у всех есть выбор, а Накаджима выбрал не плыть по течению.              Ацуши проигнорировал колкости в ответе, лишь выдохнул для подпитки терпения.              — Я хотел пригласить тебя на ужин. Отдохнуть и поговорить.              Акутагава снова удивленно вскинул брови вверх, наклоняя голову набок. Рюноске огляделся по округе, затем осмотрел самого тигра, снизу вверх. Накаджима все еще готов был провалиться под землю, но взгляд упрямо не отводил. Проиграть мафиози в эти негласные «гляделки» хотелось в последнюю очередь.              — В округе нет людей, если ты об этом. Я бы почувствовал. — Накаджима сложил руки за спиной, отдаленно напоминая джентльмена на балу. Они снова стояли после задания в каком-то заброшенном районе.              — Пытаюсь понять, точно ли это ты по своей воле произнес, или же это какие-то тупые шутки из вашего рабочего цирка. Возможно, стоящие тебе жизни. — Рюноске усердно не подходил к парню, медленно его осматривая. Голос был ровным и спокойным, не придерешься.              — Нет, это не имеет ничего общего с тем, что ты назвал. Это мое предложение и ничье больше. — Ацуши начинал уже медленно закипать от этой ситуации. Тигр сам ему, черт подери, пошел на встречу, а он еще и язвит? Невыносимый.              — Я напишу тебе вечером. — Выдал, спустя пару секунд молчания, Акутагава и скрылся в темени пространства между домами. Солнце уже заходило, что только позволяло ему потеряться во мраке.              Тигр выдохнул — и от злости, и от облегчения. Сердце начало стучать быстрее, отбиваясь где-то в глотке странный ритм. Полноценного ответа Ацуши не получил, но этого было достаточно хоть немного предполагать, что теперь Рюноске может согласиться на чужие правила игры. Хотя, представить мафиози, подчиняющегося чужому раскладу ведения событий, было сложно, практически невозможно.              Даже если тот и согласится, то явно внесет свои лепты в этот спектакль. Но об этом думать рано, нужно расслабиться и возвращаться домой, Кека явно заждалась. Он обещал с ней посмотреть фильм после работы.              Откуда у Акутагавы номер Накаджимы, последний решил не спрашивать.