They're mine!

— Хорошо, давай сначала, — Юнги строго смотрел на младшего альфу, который, сидя на диване, уже около двадцати минут пытается запомнить наставления своего хёна. — Угу, — мальчик кивнул, — Садиться надо за третью парту среднего ряда, ведь это лучший вариант. Засписывать всё, что говорит учитель, даже если не понимаю — дома смогу разобраться. — Молодец, дальше. — Быть вежливым с учителями, даже если они мне очень сильно не нравятся… Спать на большой перемене, а не на уроках, — Минхёк немного запнулся, пытаясь вспомнить последнее правило. — Когда кто-то тебя… — А! Когда кто-то меня обижает, то говорить тебе или папе. — Умница, запомнил, — мужчина наконец улыбнулся и потрепал мальчика по волосам, — Всё, а теперь смотрим мультики. — У меня складывается ощущение, будто ты Минхёка не к школе, а к концлагерю готовишь, — сказал Чимин, сидя за столом и что-то рисуя на бумаге, — Он ведь только в первый класс пойдёт. — Такое никогда лишним не будет, да Минхёк-и? — ребёнок кивнул, — Завтра каникулы начинаются. Эти две недели пройдут быстро, а надо ещё многое рассказать…       Да, после признания Юнги прошла уже неделя и начались каникулы. За это время ничего особо не изменилось, только общие семейные вайбы стали появляться немного чаще. Например, когда начальство Мина вновь попросило его приехать на полчаса раньше обычного, то, несмотря на то, что Паки могли поспать ещё немного времени, все проснулись и стали собираться. Минхёк носился по всему дому, в поисках сумки для ноутбука, которая каким-то хером чудом оказалась за шторой в гостиной, Юнги готовил на всех завтрак, а Чимин прибирался в квартире. После они вместе позавтракали, и отправили старшего альфу на работу. Или когда альфочка сказал про свадьбу. Тогда все, кроме ребёнка, неожидали такого вопроса, но через секундую паузу засмеялись от того, насколько серьёзен был малыш. Конечно, потом омега объяснил мальчику, что пока, мягко говоря, рано задавать подобные вопросы, на что Минхёк тихо выдохнул, что-то бурча себе под нос.       Вот и сейчас самый младший был причиной очередной семейной сценки. Когда Пак-старший вернулся за работу над рисунком, а альфа стал искать на телевизоре канал с мультфильмами, мальчик выдал гениальную мысль. — Пап, если ты продолжишь ругать хёна, то я уйду к нему на диван спать, — в этот момент все находящиеся в квартире уловили нотку озорства в интонации ребёнка. — Да, Чимин-а, заберу я у тебя ребёнка твоего, — откладывая пульт в сторону, сказал Мин. — Ну ладно, зато я буду спать один на большой кровати, — парень с улыбкой посмотрел на альф. — А здесь телевизор больше, — возразил малыш, одновременно с Юнги вставая с дивана. — Но у меня ванна ближе, — старший Пак повторил за ними действие. — Зато мы друг друга обнимать будем, а ты подушку, — после такого заявления от Мина, омега побежал в сторону альф, а те вместе оббежали диван и оказались возле кухонного стола.       Когда Чимин ринулся к ним, они побежали в сторону комнат и забежали в спальню. Юнги подхватил смеющегося Минхёка на руки и остановился на середине комнаты. Пак-старший показался в проёме двери, взявшись за косяк, а альфочка спрыгнул с рук хёна и, сложив руки на груди, в момент сделал строгое лицо. Мальчик повернулся в сторону старшего альфы. — Хён, омежек нельзя одних оставлять, поэтому я меняю приритеты, — юный альфа резко развернулся и побежал в сторону родителя, вызывая у него смех. — Айщ, как жестоко, — Юнги положил руку на сердце, — Я ведь уже старый, зачем ты так со мной? — наигранно произнёс тот. — Ты всего на два года старше меня, хён, — всё ещё улыбающийся Чимин подошёл к мужчине, держа на руках сына. — Точно, тогда и папа тоже старый, — восторженно сказал мальчик, будто это было чем-то неизведанным по сей день, от чего родитель уставился на ребёнка, а Мин низко засмеялся. — Минхёк-и… — омега ущипнул сына за щёку, — Я вовсе не старый, также как и Юнги. — Если ты так говоришь, то хорошо, но если хён скажет не так… — Я так не скажу, — поднимая руки вверх, в отступительном жесте, сказал Мин, на которого угрожающим взглядом смотрел родитель…

***

      Прошла половина каникул. Всё это время Чимин брал с собой в библиотеку Минхёка, а когда альфа работал дома, то ребёнок был с ним. Младший Пак активно готовился к школе, с чем ему помогали старшие. На работе у папы альфочка очень много читал, а иногда занимался математикой. С Юнги же, в основном, он учил корейский и старший помогал ему прописывать буквы, что в дальнейшем ему сильно пригодилось, но говорить об этом пока рано.       Давайте немного отвлечёмся от темы учёбы и обратим наше внимание на Чимина. Парень в последнее время был достаточно загружен. Помимо занятий с сыном и работы, он готовился к собеседованию на должность архитектора в компании, которую помог найти Юнги. К встрече с возможными работодателями нужно было предоставить портфолио с проектами, а так как омега не делал их с момента окончания университета, ему пришлось много работать над их разработкой. Сначала нужно было сделать небольшой эскиз на листе а4, затем всё рассчитать, а только потом переносить всё на бумагу нужного формата. Это занимало много времени, из-за чего вместо разговоров с добрым охранником во время перерывов в работе, Пак делал чертежи. Иногда он настолько сосредотачивался на проектировке, что забывал где находится и работал, не отвлекаясь, по несколько часов. Обычно, в такие моменты Чимин возвращался в реальный мир, только когда Минхёк просил помочь с каким-то заданием, а если альфочка оставался с Мином, то парень мог сидеть за чертежами до конца рабочего дня, из-за чего частенько получал от администратора, но всё равно продолжал работать над проектом. Он действительно хотел получить работу в этой компании и тщательно продумывал каждую, казалось бы, не важную деталь. Когда омега приходил домой, то старался отвлечься от всех расчётов и уделить внимание сыну и своему будущему мужу, но это давалось ему с трудом, поэтому Чимин укладывал сына спать, а после вновь возвращался к чертежам. Один раз родитель так долго всё расписывал, что получил выговор уже от Юнги, ведь альфа проснулся от звонка будильника, а Пак всё ещё не ложился. Парень пытался убедить мужчину в том, что он не устал, хоть это ни на каплю не было правдиво, но Мин был неприклонен и заставил омегу поспать хотя бы пятнадцать минут. В итоге Чимин мгновенно уснул в гостиной на диване, а альфа начал собираться на работу.       Сейчас омега вновь не спит, работая над расчётами с уже, наверное, пятой кружкой кофе, хоть и не является большим любителем этого напитка, но он его, можно сказать, спасает. Пак смог немного отдохнуть во время выходных, но завтра, а точнее уже сегодня, ему предстоит снова идти на работу. До собеседования осталось три дня и парень почти всё закончил, ведь ему нужно только последний проект доделать и собрать все в портфолио, поэтому Чимин решил выполнить это как можно быстрее, чтобы после наконец выспаться. Перед тем как перейти к чертежу, родитель решил немного размяться и встал из-за стола. Подняв руки вверх, он потянулся и начал неспеша массировать шею и плечи, а после наклонился назад. Омега ещё немного поразминался и устало обвёл взглядом гостиную, что стала для него уже привычной. Там, укутавшись в одеяло, спал Юнги, на журнальном столе стоял ноутбук и были разбросаны фломастеры, которые Минхёк забыл убрать, а возле него сидел небольшой плюшевый заяц. Его альфочка посадил туда, чтобы он «охранял Юнги-хёна от монстров под диваном». Когда старший альфа спросил как под диван залезут монстры, то ребёнок сказал, что они плоские. Вспоминая это, Чимин заскучал по сыну и решил проверить как он.       Родитель тихо прошёл в комнату и увидел своего ребёнка, обнявшего подушку. Омега подошёл к кровати и сел на пол. Он положил одну руку на матрас и облокотился головой о неё. Пак смотрел на расслабленное лицо мальчика и поглаживал его ногу, накрытую одеялом, пока тот тихо сопел. Родитель рассматривал родное личико сына, благодаря весь мир за то, что именно у него есть такой прекрасный ребёнок, которого он безумно любит и клянётся воспитать из него достойного альфу.       Омега поцеловал альфочку в лоб и хотел вернуться к работе, но неудачно двинулся, когда вставал с пола, и натолкнулся на угол тумбочки. Парень проехался спиной о довольно острый край, тревожа только начавшие заживать раны. От неожиданной боли Чимин накрыл свой рот рукой, чтобы не разбудить малыша возгласом. Пак-старший уже аккуратней встал и направился в ванну. В ванной, когда омега снял с себя домашнюю кофту, он увидел, что случайно задел самую проблемную рану между лопаток. Это место очень долго заживало и иногда болело, а сейчас кровоточило, из-за чего его нужно было обработать. Родитель взял аптечку и, достав всё нужное, начал обеззараживать рану, при этом через плечо смотря в зеркало. Чимин привык делать это сам и ему не составляло особого труда дотянуться до нужного места, но сейчас это было нéсколько неудобно, ведь после нескольких часов сидения в одной позе мышцы устают, а если учесть, что так продолжалось почти неделю, то это было двойным минусом. Спустя нескольких минут мучений, у омеги всё-же получилось нормально обработать рану йодом, что было весьма неприятно, и оставалось самое тяжёлое — ровно наклеить пластырь. С этим у него и раньше были проблемы, а сейчас это казалось вовсе невозможным. Достав большой пластырь из упаковки, парень попытался его наклеить, но с первой попытки это не вышло. Вторая, третья и четвёртая тоже была неудачной. Когда это уже стало раздражать омегу, то он услышал тихие шагие и скрип позади. Через зеркало парень увидел как дверь в ванну открывается и в неё заходит Юнги с сонным видом и бардаком на голове. Было видно, что мужчина только что проснулся и вообще не понимает происходящего, смотря на младшего, который резко повернулся к нему и прикрыл тело кофтой. Пак от неожиданности уронил аптечку, из-за чего её содержимое оказалось на полу, а Мин отвёл взгляд в сторону, чтобы не смущать родителя. — Юнги? — Чимин быстро натянул кофту, — Что ты… Почему ты проснулся? — шёпотом спросил он. — В туалет захотел. А ты, как я понимаю, опять не спал? — альфа повернулся к брюнету, когда тот надел одежду. — Да, но я собирался ложиться, — ага, конечно, — Просто нужно было кое-что сделать. — Ты поранился? — Что? — парень неловко посмеялся, — Я не… Со мной всё хорошо. Юнги поднял бровь вверх, смотря на рассыпаные лекарства на полу. — Ты уверен? За тобой зеркало, так что я видел твои, — мужчина не знал какие слова подобрать, — Ты понял. Хоть я пять минут назад сопел в подушку, но понять, что ты ушибся я могу. — Всё хорошо, я сам справлюсь, только лекарства соберу, — Чимин резко опустился вниз и начал подбирать медикаменты, но альфа остановился его. — Стой, у тебя рана кровит, — взволновано сказал Юнги, заметив алые пятна на толстовке родителя, и приподнял младшего за локти, — Не переживай. Я не буду тебя лапать, только всё обработаю, — сказал старший и взялся за край кофты омеги, — Можно? — он через зеркало посмотрел на Пака и дождался одобрения, а только после поднял одежду.       На самом деле, Чимин всегда носил закрытую одежду у Мина, чтобы тот не видел всех отметин на его теле, которые оставил после себя господин Со. Парень даже во время мытья посуды старался не закатывать рукава толстовок, а сейчас он стоит с открытой спиной, исполасованной шрамами, и жутко стесняется. Нет, он не стесняется своего тела, а наоборот, считает, что у него очень даже хорошая фигура, он стесняется только шрамов. Они не являются частью тела омеги, их просто оставил на нём один плохой человек и теперь эти шрамы будут с Чимином всегда. От них очень трудно избавиться, если вообще возможно. Именно поэтому Пак надеется, что Юнги действительно только обработает рану, а не будет рассматривать его.       И в правду, старший лишь бережно приложил вату с йодом к нужному месту, а также к нескольким небольшим царапинам, и после наклеил пластырь. — Не больно? — спросил мужчина, когда разглаживал клейкую повязку. — Немного, но я уже привык, — омега развернулся к Мину лицом. — Это не то к чему нужно привыкать, — Юнги прислонился лбом к лбу младшего, — Ты опять не спал. — Угу, — Пак прикрыл глаза. — Чимин-и, ты на ходу засыпаешь, — на ухо проговорил ему старший и аккуратно взяв за щёчки, посмотрел в его карие глаза. — Не правда, я полон сил, — очень тихо и неразборчиво прошептал омега, понимая, что ему необходима ещё одна кружка кофе. — Ты совсем врать не умеешь. — Хён, не будь занудой. Я ведь не просто так бодрствую, — Чимин обнял альфу за талию и облокотился на него, как на подушку, — Я работаю вообще-то. — Знаю, но это не значит, что нужно гробить здоровье, — сказал тот и погладил младшего по волосам, — Пойдём спать, нам через три часа на работу. Только сначала кофту переодень. — А что с ней не так? — подняв голову, спросил Пак. — С ней всё так, только она немного испачкана в крови, — омега посмотрел в зеркало и заметил пятно, — Я дам тебе свою футболку. — Может лучше кофту? — Если тебе так будет комфортнее, то кофту. Но я хочу чтобы ты знал, что шрамы не делают тебя некрасивым. Они ведь есть почти у всех, только у тебя их чуть больше, — Юнги взял Пака за руки, — У меня, например на ухе есть шрам. Я об дверь долбанулся, пришлось операцию делать, — он тихо посмеялся. — Знаешь, хён, я наверное надену футболку, но только если ты кое-что сделаешь. — Что именно? — Поспи сегодня с нами. Хотя бы несколько часов, но с нами, — родитель сжал руки старшего. — Конечно посплю.       И вот так Юнги впервые спал с Паками. Так как юный альфа спал посередине, то пришлось лечь вокруг него. Чимин, как обычно, лёг и обнял сына, но при этом положил голову на руку Мина, который обнимал и омегу и альфочку…