Крылатая тьма

      Ее звали Ханни. Именно это имя сорвалось с губ озадаченного юноши, когда его знакомая целенаправленно села за наш столик. Девушка полностью оправдывала свое имя: у нее были длинные золотистые волосы, светло-карие глаза и кожа приятного оттенка топленого молока. Даже ее футболка была с блеском и слегка искрилась в свете многочисленных ламп кафе. А ее голос был нежный и тягучий, словно тонкая струйка ароматного меда. - Привет, Лэйс. Прошу прощения, если помешала, - сказала она.       Я была уверена, что она сделала это нарочно, точно также, как и я оказалась в булочной неслучайно. Все дело в том, что Ханни увидела рядом с Лэйсом меня, хоть я и не могла конкурировать с ее ухоженной внешностью. Но девушки, которые испытывают симпатию к одному и тому же юноше, всегда с легкостью могут распознать своих конкуренток. Я знала, что сейчас она испытывает ревность, но вместе с тем ее снедает любопытство. - Ханни, это Тенебрис, моя школьная подруга, - поспешил представить нас друг другу Лэйс. – Тенебрис, это Ханни, моя одногруппница. Мы вместе изучаем все те скучные вещи, о которых я тебе только что рассказывал.       Он старался пояснить ей, что между нами нет ничего такого, и это неприятно царапнуло меня. А когда она медленно и с пониманием кивнула, я еще больше разозлилась. В этот момент у меня в голове словно что-то щелкнуло. Теперь я была готова слушаться Эос и спать на коврике у двери Лэйса, если это хоть немного заденет эту девушку, сияющую как горшок с медом. - Не все эти вещи скучные, - тем временем заметила она, многозначительно покосившись на юношу. – Есть и интересные, которые нравятся нам обоим.       Ханни всем своим видом показывала, что у нее с Лэйсом гораздо больше общего. И она была права. Однако это совсем не значило, что я сдамся. Ох как жаль, что я даже не помню, на кого я учусь. Впрочем, это неважно. Придется идти ва-банк. - А я сейчас учусь на медицинском. Порой бывает и скучно, и сложно, однако, если понимать, ради чего ты это делаешь, то становится легче. Лечим мы, конечно, не фасады зданий и памятники, но зато иногда можем спасти человеческую жизнь.       Лэйс не удержался и фыркнул от смеха, хоть это сравнение и могло показаться грубым. Он не уличил меня во лжи. Значит, либо я и вправду училась в медицинском, либо его попросту не волновали такие мелочи. Ханни вздернула подбородок и слегка прищурилась. Едва заметный жест для юноши, но для девушки – эффектное объявление войны. Я невозмутимо посмотрела ей в глаза. Мне нечего терять, Ханни. Я проиграла в тот момент, когда моя душа вылетела из тела. - Идем, Лэйс, - сказала я, вставая. – Мне нужно с тобой кое о чем поговорить. - А как же я? – вздернула брови недовольная Ханни, поворачиваясь к юноше. – Я, вообще-то, принесла тебе конспекты. - Ну так отдай их, - отрезала я. – Мы торопимся.       Испепелив меня взглядом, она сунула руку в свою кожаную сумочку с пушистым брелком и достала пару тетрадей, пестревших разноцветными закладками. Ханни положила их на стол, а затем ушла. Ее спина выглядела сердитой и обиженной. Но я знала, что она так просто не отступится.       Лэйс созерцал эту сцену с растерянным видом и даже не успел ничего сказать. Я мысленно усмехнулась: не привык к популярности, а? В моей голове продолжала крутиться рискованная, но весьма интересная мысль, которую я озвучила, когда мы вышли из кафе. - Дело в том, что мне бы не помешала твоя помощь, - сказала я, стараясь говорить как можно более спокойным и искренним тоном. – У меня сейчас в жизни все и правда не так радужно как хотелось бы. Проблемы и с учебой, и с жизнью. А еще мне, можно так сказать, негде жить. И я подумала – могу я пожить у тебя?       Я покосилась на юношу. Он выглядел удивленным, но не так что бы слишком. Видимо, вид у меня был и вправду грустный и подавленный. - Я пока живу у своей подруги, да и с учебой разобраться надо. Но мне правда нужна… перемена обстановки, чтобы собраться с мыслями. Чтобы найти себя.       Ах как причудливо в моих словах переплелись правда и ложь! Мне было стыдно, но в то же время грустно. И наверное поэтому Лэйс сказал… - Конечно.       Я посмотрела на него недоверчиво, а он продолжал. - Некоторое время назад и мне требовалось то же самое. Я понимаю, как ты себя ощущаешь: опустошенной, оторванной от мира, погруженной в себя и свои проблемы. В такое время и правда нужна какая-то смена окружения, а еще – человек, которому ты сможешь выговориться. - И для тебя этим человеком была Ханни? – недовольно спросила я. - Ханни? При чем тут она? – искренне удивился юноша. – Моей утешительницей стала работа. Тяжелый труд дни напролет. Чем я только не занимался – и грузчиком был, и охранником, и листовки раздавал. Это выматывает. И не оставляет время на тяжелые мысли.       Я поморщилась. Он что, предлагает мне пойти работать грузчицей? Загонять себя и надрываться весь день? Вот уж обойдусь. Тем временем мы дошли до булочный, и я снова увидела Мию – девушку с прелестными пухлыми щеками, которая укоризненно смотрела на Лэйса, бросившего ее в разгар рабочего дня. - Но вообще-то и Ханни мне здорово помогла, - вдруг сказал Лэйс. – Без ее поддержки я бы только измотал себя бесконечной работой, да и все.       Я обиженно прикусила губу. А как же я? Ведь мы были друзьями, и он мог бы обратиться ко мне за поддержкой. Если, конечно, на тот момент я еще была жива… - Поэтому я буду рад помочь тебе, - беспечно закончил Лэйс и улыбнулся. – Можешь приходить с вещами в любое время. Я скину тебе смс-кой свой адрес. Дай мне свой номер. - Я буквально недавно сломала телефон, - торопливо буркнула я. - Прямо полоса неудач, - усмехнулся он.       Лэйс записал свой адрес и номер на салфетке булочной, а затем помахал мне рукой и торопливо натянул коричневый фартук, сопровождаемый насмешливым взглядом Мию. Ему нужно было работать, поэтому на сегодня наше общение, как он думал, закончилось. Я ушла, вернее, я сделала вид, что ушла. Но тут же, в ангельском облике, вернулась и села за свободный столик – невидимая и неосязаемая для других людей. Подперев рукой щеку, я принялась наблюдать за тем, как Лэйс и Мию проворно двигались за прилавком, обслуживая посетителей. Они понимали друг друга с полуслова, и меня вновь кольнула ревность. Но я тут же постаралась отбросить эти мысли, тем более что девушке Лэйс был явно неинтересен: на безымянном пальце ее руки красовалось тоненькое серебристое кольцо.       Ханни – вот кто действительно был моей соперницей. Кажется, что Лэйс совсем не замечает, какие чувства испытывает к нему эта девушка, которая сияет на солнце словно золотая монета. Очевидно, что она не отступит, пока не добьется своего. Но она не добьется, ведь теперь в жизнь юноши вмешалась я…       Ханни заглянула в булочную около полудня и сразу по-хозяйски села за столик у окна, заказав кофе и ореховую булочку с кленовым сиропом. Прищурив золотистые глаза, она также как и я наблюдала за Лэйсом, ожидая окончания его смены. Наконец юноша скрылся в подсобке, и вернулся уже без передника и с сумкой с книгами в руках. Они отправились на учебу, а я, безнадежно ревнуя, вслед за ними.       Университет Лэйса был расположен в пяти остановках от его дома. Достаточно удобно, если ехать к нему не в час пик. Большое белое здание, выполненное в стиле безнадежно устаревшего барокко было облеплено строительными лесами и защитной пленкой. Я хихикнула, подумав о том, что реставраторы могут практиковаться прямо на месте обучения. А еще здесь были длинные коридоры с высокими потолками и деревянным паркетом, шаги по которому звучали неестественно громко, аудитории-амфитеатры с рассохшимися и исписанными столами и множество других причудливых вещей, от которых у меня захватило дух.       И, конечно же, здесь было очень много самых разнообразных студентов: афроамериканцы и корейцы из программ по обмену, зубрилы с кипами листков в руках, легкомысленные красотки в коротких клетчатых юбках, накачанные спортсмены, задумчивые одиночки, веселые компании. Все они ходили, переговаривались, листали учебники, что-то жевали, скучали на лекциях, яростно исписывали страницы толстых тетрадей и учились, учились, учились. Все они были настолько живыми, сияющими, подвижными, что я невольно почувствовала зависть и ноющую в груди тоску по моей настоящей жизни.       У Ханни и Лэйса тоже была своя компания. У девушки было несколько подруг, но только одна из них – азиатка с густо напудренным лицом – сопровождала ее постоянно. У Лэйса тоже были два приятеля: высокий и худой неформал с неприятным змеиным взглядом и задумчивый блондин, вечно погруженный в изучение своего телефона. Мне было непонятно, почему, имея других друзей, Ханни и Лэйс продолжают пересекаться чаще, чем мне этого хотелось бы. В большинстве случаев, конечно, эти встречи провоцировала девушка, однако и Лэйс частенько проявлял инициативу, подсаживаясь к Ханни в полупустой аудитории, отчего на ее щеках всегда появлялся довольный румянец. Когда они сидели так, что-то обсуждая и непроизвольно соприкасаясь плечами, я безумно ревновала. И не только я. Райна, так звали напудренную подругу девушки, тоже бросала на Лэйса недовольные взгляды. - Когда тебе уже надоест за ним таскаться? – вытаскивая пудреницу, поинтересовалась как-то азиатка, когда они с подругой вышли в туалет. - Я уже говорила: это не обсуждается, - отрезала Ханни, критически осматривая свое лицо в зеркале. - Ты уже невесть сколько ждешь, чтобы он обратил на тебя внимание. Пора бы уже дать шанс кому-то другому, - фыркнула Райна.       Она уверенным движением провела пуховкой по скулам и захлопнула пудреницу изящным движением. Безусловно, она также как и Ханни тщательно следила за своей внешностью. - Нужно уметь ждать, - загадочно отозвалась Ханни и тоже отвернулась от зеркала.       Мне ничего не было известно о планах этой слишком красивой девушки, однако я точно знала: Лэйс – не какой-нибудь там трофей, и он достанется лишь той девушке, которую выберет сам. На минутку я представила его рядом с собой и тут же с грустью покачала головой. Нет, пока я остаюсь ангелом – это сложновато.       Я не беспокоила Лэйса целую неделю, каждый день следуя за ним на учебу, где с тоской и раздражением наблюдала за слишком живой, веселой и такой далекой для меня студенческой жизнью и ненавязчивыми попытками Ханни сблизиться с Лэйсом. К его чести, он стоически воспринимал ее намеки, а может и в самом деле не замечал их. Хотя, конечно, если юноша не замечает предложений разделить один сэндвич, просьб одолжить свою футболку на занятие физкультурой, приглашений на завуалированные свидания в кафе, то он явно полный болван.       Я не знала во сколько именно лет моя грешная душа покинула мое тело, но некоторые из студентов вполне могли быть моими ровесниками. И глядя на то, как они весело и беззаботно проводят время и наслаждаются жизнью так, будто она бесконечна, я ощутила острую потребность в том же самом.       Я хотела дожить свою жизнь.       Поэтому однажды днем я взяла и сделала то, что Эос, к которой я все это время не наведывалась, явно бы не одобрила. Я приняла материальную форму, решив оставаться в ней так долго, сколько смогу, и пошла навстречу Лэйсу, который должен был уже возвращаться с пар. Я знала, что Ханни неизменно сопровождает его, однако совсем не страшилась этого. Золотой девушке придется подвинуться и даже более того. Интересно, какое лицо будет у нее, когда она узнает, что Лэйс разрешил пожить у него? Я ухмыльнулась. Думать об этом было очень приятно.