Миссия K.A.I

      – Быстро, спрячьтесь в подсобке и ни звука. Кто бы это ни был, ваше присутствие здесь опасно.       Компания из четырех немаленьких человек с трудом нашла, где укрыться в тесной подсобке, наполненной хламом, а доктор открыл шлюзовую дверь и впустил незваных гостей. Ими оказались космические копы, приписанные к жилой станции REKT.       – Вот уж не ожидал, – всплеснул руками старик, устраивая суету на столе, – вы приболели, раз наведались ко мне?       – Нам поступила информация, что вы занимаетесь запрещённым лечением и продаёте инъекции для биороидов, – ответил один из копов, остальные четверо молча осматривали помещение.       – Глупости какие. Сами подумайте, откуда в моём скромном жилище ресурсы для подобных манипуляций?! Я лишь помогаю бедным, кто не может позволить себе лечение на станции, а они меня за это кормят и помогают, чем могут.       Копы разбрелись по комнате, трогая и перебирая всё подряд, старик ворчал и причитал, что они сейчас поломают ему инструменты или разобьют что-нибудь, но мужчины не обращали на него внимания, пока один из них не нашёл шприц. Вынув поршень, он поместил в шприц лакмусовую бумажку и она тут же окрасилась в бирюзовый. Старик зажмурился, а начальник отряда резюмировал не предвещавшим ничего хорошего голосом:       – Инъекции, значит. Вы солгали полиции. Согласно п. 113 ч. 5 положения межгалактического правительства за занятие незаконной деятельностью и создание запрещённого вещества вы приговариваетесь к немедленной…       Дверь подсобки резко открылась и оттуда вскочил Чен со словами «дедуля, я не могу найти…», но, увидев копов, тут же замолчал и во все глаза уставился на них.       – Назовите себя, – потребовал от него начальник отряда.       – Чен, я внук этого дедушки, – ошарашенно затараторил инженер. – В гости приехал, давно не виделись, а дедушка уже старенький и поэтому…       – Замолчите, – остановил поток его слов коп. – В гости, значит? На том корабле, что пришвартован на третьем причале?       – Конечно, не пешком же через космос, – Чен старался выглядеть как можно беспечнее.       – Космолёт, на котором вы прибыли, разыскивается межгалактической полицией, как корабль преступников.       – Ужас какой! Серьезно?! Я понятия не имел, только неделю назад его купил и первым делом к дедушке вот, он же старый и совсем один живёт.       – Прекратите шум! Вы пройдете с нами для разбирательства. У кого вы купили космолёт? Этот человек будет немедленно казнён, – коп указал на старого доктора.       – Мой дедушка?! Вы с ума сошли?! Давайте вам такое скажут про вашу семью прямо в лицо!? Уверен, вы не согласитесь!       – Это не обсуждается, – отрезал коп и направил на старика бластер, Чен резко толкнул старика в сторону и пригнулся. Разряд пришелся в металлический стол и потух с глухим грохотом.       Пока бластер перезаряжался, из подсобки, словно комета, вылетел Сюмин, размахивая кинжалом, который где-то откопал, за ним появился Кай и одновременным ударом двух кулаков вырубил двоих из пяти копов. За их спинами показался Ифань. Коп, стоявший дальше всех, опустил себе на глаза устройство для сканирования и удивлённо ахнул «биороид». Он успел нажать какую-то кнопку на встроенном в рукав форменной куртки дисплее перед тем, как Кай припечатал его к стене.       – Стой, не убивай! – выкрикнул Чен и рванул к ним.       – Что вы сейчас сделали? Покажите! – он ухватился за рукав копа, что-то нажимал, открывал файлы и, наконец, разочарованно вздохнул. Кай вырубил копа одним ударом и вопросительно посмотрел на него.       – Они знают. Он успел отправить сообщение. В его базе данных Ифань значился как человек, но теперь они знают, что он биороид.       – Это плохо, – прохрипел с пола старый доктор. – Если они знают, его заберут на станцию и скорее всего уничтожат, а материалы заберут на вторичное использование. И твой отель, Ву. Они уничтожат его.       – Отель то за что?! – возмутился Кай.       – Раз им владел биороид, который обманывал правительство, значит это место преступное и опасное, от него ни одного болта не оставят, – объяснил старик.       – Но как же вы?! – Чен приземлился рядом с ним на колени и помог старику сесть.       – Ты молодец, мальчик, хорошо придумал с нашим родством, – старик похлопал его по руке. – Но вам лучше поторопиться. Раз сообщение отправлено, они будут здесь в течении пары часов. Вам нужно уходить.       – Мы заберём вас с собой! – воскликнул Чен.       – Нет уж. Я слишком стар для путешествий, мне уже недолго осталось. И я правда занимался незаконной деятельностью, пора ответить за свои преступления. К тому же, без своего дома я бесполезен. Бегите, заберите ту штуку, вдруг вам голограмма ещё понадобится. Возьмите всё, что кажется полезным. Ифань, прости, но тебе и вправду придется поискать другого доктора.       Ифань опустился перед ним на колени, пожал руку, что-то сказал на ухо, и старик прямо засветился от радости.       – Это было бы прекрасно. Я буду молиться, чтобы вам удалось, – старик перевёл взгляд на капитана. – Постарайся, Кай. Это лучшее, что можно сделать.       Чен заметил, как на широких скулах заходили желваки, как напрягся взгляд, но не понимал, почему капитан так остро реагирует.       Попрощавшись с доктором, компания собрала несколько вещей на его станции и перенесла в свой космолёт. Кай завёл двигатели и выстроил навигатор на область пустоты.       – Стой! – Ифань появился за его спиной. – Мисс Чу. Я не улечу без неё.       – Ифань, ну в самом деле.       – Нет, или с ней или просто оставь меня в отеле.       – Да твою ж … – выругался капитан и поменял настройки. – Только пулей!       – Давай быстрее уже рули, – нервничал хозяин отеля. В поле их зрения пока не показывалось никаких кораблей, а значит, время оставалось. Ифань сам метнулся на станцию, усадил кошку в специально созданную для неё переноску, взял все запасы корма и тащил это добро по коридору, когда по радиосвязи раздался голос Кая:       – Быстрее, у главного входа названные гости. Иди через черный.       Ифань закрыл шлем на скафандре, накинул переноску на плечо и свернул в тупик. В боковой стене его отеля имелась дверь для таких единичных случаев. Если открыть её, станция разгерметизируется, зато можно сбежать.       Нажав нужную комбинацию кода, мужчина пнул створку магнитным ботинком, она отлетела в пространство, его тут же потащило наружу, но на пути уже стоял космолёт Кая. Он отстыковался от отеля при первых признаках опасности и сейчас был готов ловить своего ценного пассажира. Ифань подпустил немного воздуха, чтобы задать себе верное направление, перехватил лямку сумки с кошкой и приготовился к жёсткому приземлению. Шлюзовой отсек корабля раскрылся, его втянуло внутрь, и шлюз закрылся. Автоматика запустила санобработку, затем закачала кислород, и только потом открылся соседний отсек.       Первым к ним подбежал Сюмин.       – Как там моя девочка?! Дайте её сюда. Он схватил сумку с кошкой, открыл её и выпустил животное. Кошка шаталась, словно пьяная, жалобно мяукала и вращала испуганными глазами. Сюмин взял её на руки, погладил, приговаривая:       – Всё хорошо, всё уже закончилось, любовь моя. Скоро тебе полегчает.       Ифаню помогал Чен, они стащили скафандр и закрепили его на стене отсека, а затем прошли внутрь. Кай уже запустил двигатели, и они на полной скорости уходили от погони. Но космолёт в принципе был быстрее тяжеловесного рейдера полиции, им даже отстреливаться не пришлось.       Ифань сквозь небольшой иллюминатор тоскливо смотрел на удаляющуюся станцию, в которой прожил много лет и без которой себя уже не представлял. Полицейские конечно спаслись, хотя разгерметизация и доставила им хлопот. Но вот сама станция теперь будет разобрана на детали и разрушена. Он тяжело вздохнул.       – Ну что ж, теперь надо запасы пополнить и можно в путь, – резюмировал Сюмин, усаживаясь на кресло второго пилота с кошкой в руках.       – Заглянем к моим друзьям – пиратам, они поделятся. А ты высматривай дрейфующих, могут попасться по пути, – ответил ему Кай, косясь на печального Ифаня.       Так и поступили: забив до отказа кислородный отсек, набрав продуктов длительного хранения и допустимый максимум воды, команда из четырех людей и одного животного направила корабль в космическую пустоту.

📡

      – Не спится, – Чен мягко приземлился в кресло Сюмина рядом с капитаном, сосредоточенно созерцавшим пустоту за окном. Остальные уже спали, но Кай не мог перестать думать.       – Типа того.       – Думаешь, погоня нас не выследит?       – Мы оторвались, а в этот сектор они не сунутся, у них запасов нет.       – И то верно.       – Зачем ты пришёл?       – Тоже заснуть не могу. Думаю.       – Надеюсь, не про нас с Сюмином? – ухмыльнулся капитан.       – Ваша личная жизнь – не моё дело.       – Личная... Мы просто друзья, уже много лет. Ты видел, как он сражается? Он не раз спасал мою жизнь. Я за него тоже свою отдам, если понадобится. Так что мы просто хорошая команда.       – Тогда почему вы себя ведёте, как будто…       – Как будто что? – Кай перегнулся через подлокотник и приблизил к нему лицо.       – Ну, странно, – Чен вдруг смутился, хотя не было от чего. Сам же спросил.       – Остановимся пока на этом, – ухмыльнулся капитан и поудобнее устроился в своём кресле.       – Почему тебе не интересна мечта деда? Ты ведь не мог совсем ничего о ней не знать.       – Представь себе, мог. Я ненавидел деда и мать. А Ифань никогда мне ничего не рассказывал.       – За что ненавидел? – искреннее удивление в голосе парня заставило Кая посмотреть на него.       – Тебе, наверное, этого не понять. Я остался сиротой в 10 лет, с тех пор меня воспитывал Ифань. Раньше я считал, что дед и мать предали меня, бросили, хотя могли бы постараться выжить. Ближе к 15 мы познакомились с Сюмином и больше не расставались. Я не знал, что за проект был у деда, поэтому так разозлился, когда понял, что моё имя и есть название его проекта.       – Вообще это аббревиатура, – пояснил Чен, – три фамилии профессоров, работавших над проектом. Ким, Ан и Им.       – И всё же он дал мне такое имя, он решил мою судьбу за меня. Он вынуждает меня сейчас делать то, что я не хочу.       – А мать. Она чем тебе насолила?       – Она умерла раньше деда на год. Я злился на нее за это, думал, что у нее был шанс, а она просто не захотела. Позже узнал, что шансов не было. Ифань сделал всё возможное, но её нельзя было вылечить. А сейчас я злюсь на неё за то, что она позволила деду сделать меня частью проекта, позволила вшить в мою руку этот чип, позволила так меня назвать.       – Знаешь, если бы не твоё имя, чёрта с два я бы нашел проект. Думаю, Ифань не рассказывал тебе, потому что не мог помочь найти его и не знал, цела ли ещё планета. Он знал, что никто из команды не выжил, и знал, что найти детали будет очень трудно, да и если найти их, они не приведут к проекту. Но ты приведёшь. Ему просто нужен был кто-то вроде меня, кто принес бы нужную информацию. Я считаю, это гениально. Если опустить тот факт, что тебя вроде как вынудили.       – Считаешь деда гением?       – Просто представь, человек смог придумать устройство для создания новой планеты, вообще с нуля. Смог добиться того, чтобы заполнить это устройство образцами всевозможных форм жизни, создал уникальные реактивы, которые уже больше 100 лет никто не может повторить. Он создал для нас новый дом. Я видел эту планету собственными глазами. Она готова, понимаешь? Осталось довести её до ума. Она расположена рядом с моей станцией, и мы всегда её считали Луной. Сейчас, думая об этом, я поражаюсь, как раньше не понял разницы. Она чуть меньше Земли, но на ней хватит места всем.       – Ты сказал, что если я откажусь, человечество погибнет. Это правда?       – Да. Ресурсы станций не бесконечны, сами станции постоянно разрушаются, а контролировать рождаемость становится всё сложнее. Лет 30, максимум 50 и нам просто нечем будет дышать и питаться. Все станции находятся в примерно в одинаковом состоянии, никто не продержится дольше, даже если сохранить только одну и отдать ей все ресурсы, это всё равно закончится.       Кай почесал затылок и погрузился в размышления. Он в принципе никогда не думал о подобном, да никто и не обсуждал при нём такие темы, большинство людей вовсе не знало о проблеме. Видимо, для того, чтобы не устраивали панику. Лучше уж все погибнут внезапно и не успеют испугаться, чем будут знать, что катятся к концу, и страдать. Всеобщая паника погубит цивилизацию раньше времени.       В космосе, доступном людям, не было обнаружено другой разумной жизни. Другие планеты и их спутники оказались неподходящими для заселения, даже с учётом наличия на некоторых воды. Она имела такой состав, что и после фильтрации всё равно оставалась непригодной для питья.       Ифань хорошо его обучал, хотя мальчишкой Кай противился этому. Он знал устройство солнечной системы и ближайших галактик, знал проблемы заселения планет, хорошо изучил историю. Но повзрослев, не стал связывать свою жизнь с этим всем, как ни старался полковник его убедить. А теперь, так или иначе, ему придётся. Имеет ли он право отказаться? Может ли предать всё человечество из-за собственного страха и обиды?       – Вижу, тебе о многом нужно подумать. А я, пожалуй, попробую заснуть, – Чен поднялся и уже собирался уйти, когда Кай тоже встал рядом с ним и поднял руку, чтобы что-то сделать, но опустил её. Он стоял так близко, что Чен чувствовал запах его тела, видел отражение космоса в его бездонных глазах, ощущал его горячее дыхание. Это волновало молодого человека, такого с ним прежде не случалось, никто не вызывал у него особого интереса. А капитана он и вовсе сперва боялся и даже немного ненавидел за эгоизм. Но сегодня Кай открылся ему с новой стороны: он тоже оказался человеком со своими слабостями и страхами. Чен постарался понять его.       – Ты что-то хотел? – спросил инженер, не выдерживая напряжения между ними.       – Да. Спасибо. Я хотел сказать спасибо, что ты поделился со мной.       – Я должен был. Если захочешь, расскажу тебе подробнее про проект.       – Захочу. Но не сегодня. И правда, стоит поспать, – кадык на его горле резко скакнул вниз и вверх, Чен невольно проследил за этим движением. Руки капитана вытянулись вдоль тела, он перевел взгляд на панель управления, включил автопилот и подкорректировал настройки.       Чен не стал дожидаться, пока он закончит, и отправился на свою кушетку. Место Кая было у противоположной стены, Чен повернулся к нему спиной. Заснуть он смог не сразу, странные новые ощущения будоражили сознание и организм. Раз за разом он прокручивал их разговор, пытался проанализировать взгляды и двусмысленные фразы капитана, а потом зачем-то вспомнил про тот поцелуй на дрейфующей станции и совсем смутился. Так и не разобравшись в поведении Кая и собственных ощущениях, он всё же заснул.