Миссия K.A.I

      Путешествие по пустой беспросветной зоне космоса длилось почти месяц. Ни один объект здесь не отражал света Солнца и не источал собственного, не встречалось планет и даже астероидов. За это время им встретилась только одна дрейфующая колония, убегавшая от преследования. Её обитатели согласились продать немного еды и кислорода. Чен отыскал несколько полезных штук среди барахла и даже выкупил ящик, в котором кошка не будет испытывать таких сильных нагрузок в случае опасности, только его надо было сначала починить.       Зато ему было чем заняться всё это время. Кошка здорово развлекала своим присутствием. Она почти предала Ифаня, не слезая с рук Мина, но вскоре привыкла и к Чену, заинтересовано обнюхивала его инструменты и купленный на барахолке ящик.       Иногда по ночам, когда Кай дежурил за пультом управления, он приглашал Чена и расспрашивал его о проекте, о жизни на его станции. Сегодня разговор зашёл о профессоре Мёне. Они стояли у стены с голограммой и картой космоса, пока Кай что-то там искал, Чен просто изучал карту и отвечал на его вопросы.       – Ты говорил, ему столько же лет, сколько Ифаню.       – Я не уверен точно, но они вместе ещё застали Землю, оба – биороиды и оба работали с твоим дедом. Именно твой дед создал технологию биороидов, кстати.       – Это я знаю. И я злился на него, что он не сделал этого для себя и матери.       – У него просто не было ресурсов и материалов.       – Ифань сказал как-то, что назвал кошку в честь важного для него человека. Но это точно не мой дед и никто из тех, кого я знал. Я бы предположил, что в честь твоего профессора, но его зовут не так.       – Его полное имя Ким Чунмён.       – Чун Мён… Мисс Чу. Что ж, если включить фантазию…       – Правда считаешь, что полковник Ву назвал животное в честь профессора? Но зачем?       – Раз они были знакомы, может и друзьями были? Или кем-то ближе?       – Ближе? – не понял Чен, нахмурившись.       Кай повернулся к нему и сделал шаг навстречу, остановившись в нескольких сантиметрах от его лица.       – Ближе, – прозвучало только одно слово. У Чена ноги вдруг стали ватными, а голова закружилась. Что это вообще такое?! Он, наверное, заболел. Или у него аллергия на капитана?       – Допустим, я понял, – инженер постарался взять себя в руки и переключил внимание на карту. – Даже если так, мы узнаем это, когда прилетим на станцию. Полковник не собирался лететь с нами, так совпало. Но теперь то они точно встретятся, вот и посмотрим.       Кай только кивнул и ухмыльнулся, не ответив.       Несколько дней спустя Чен закончил ремонтировать гравитационный ящик для кошки. Теперь устройство работало должным образом, в нём функционировала система микроклимата и подачи кислорода. Кошка доверчиво позволила посадить себя внутрь, обернула хвост вокруг лап и спокойно улеглась на дно ящика.       – Вот и хорошо, – улыбнулся Чен, наблюдая за её реакцией. – Надо закрыть его и включить, посмотрим, как она себя почувствует.       Рядом в этот момент находились только Кай и Сюмин, Ифань сослался на сонливость и скрылся в спальном отсеке. Чен присел на корточки, набрал комбинацию символов на панели ящика и запустил программы, ящик герметично закрылся, заурчала система жизнеобеспечения, внутрь впрыснулся кислород. Кошка подняла голову и навострила уши, но быстро успокоилась и снова легла.       Чен стал подниматься на ноги, когда его вдруг толкнули и он буквально упал в объятья капитана.       – Ой, прости, не рассчитал, – хитро ухмыльнулся Сюмин, присаживаясь перед кошкой, и словно потерял к ним интерес.       Руки Кая лежали на его талии, пришлось обнять, чтобы инженер не упал и не ударился головой. Теперь Кай чувствовал его тепло через костюм, макушка парня щекотала ухо. Чен повернулся в его руках, не понимая, что происходит. Сейчас он снова ощущал себя больным: кружилась голова, а в местах, где его касались большие руки капитана, кожа горела даже сквозь одежду.       – Кхм, – первым пришел в себя капитан, отстранил от себя инженера и направился к пульту управления, по пути пнув Мина в ботинок. Сюмин хрюкнул и засмеялся, наблюдая за ним взглядом.       – Зачем ты меня толкнул?       – Случайно, говорю же.       – Что-то не похоже.       Мин посмотрел ему в глаза и улыбнулся заговорчески:       – Мы все знаем, что вы с капитаном нравитесь друг другу. Так чего время терять?       – О чём это ты?! – Чен отрицательно покачал головой и отвернулся к ящику со своими инструментами.       – Действительно. О чём это я? Показалось, наверное, – с усмешкой произнес Сюмин, отключил гравитационный ящик и открыл, чтобы кошка могла выйти в любой момент.       Чену было неловко находиться рядом с ним, но на корабле особо не спрячешься, а рядом с капитаном было ещё более неловко. Поэтому остаток дня он провёл в спальном отсеке, обсуждая с Ифанем проект K.A.I.

🛸

      Ночью снова не спалось. Чен проворочался несколько часов, но безуспешно. Сев на кушетке, он протёр глаза и пригладил отросшие за время путешествия волосы, которые теперь касались плеч. На корабле было тихо, даже кошка спала, он тихонько покинул спальный отсек и направился к навигатору.       Согласно заданным координатам, уже через день-два они должны найти скопление ледяных астероидов, а значит, их миссия почти выполнена. Чен подумал о возвращении на родную станцию и надеялся ощутить радость, но почему-то было немного грустно. Когда всё закончится, люди, ставшие ему близкими за последние два месяца, покинут его. А ведь у них почти сформировалась хорошая команда!       Зато начнется новый важный период по возрождению планеты и ему просто некогда будет скучать.       – Хочешь сбить маршрут? – раздался за спиной строгий голос капитана. Чен вздрогнул и резко повернулся к нему лицом.       – Нет, конечно, я просто смотрел, сколько нам осталось до цели.       Кай молча подошёл к нему, поднял руку и пригладил вьющиеся волосы парня.       – Я снова напоминаю тебе кота? – спросил Чен, отгоняя ощущение неловкости. – Глядя на мисс Чу, искренне не понимаю, чем.       – Улыбкой. Она у тебя похожа на кошачью.       – Улыбкой? – Чен неосознанно прикоснулся к своим губам и заметил, что взгляд Кая проследил за его пальцами, а кадык нервно дрогнул. Кай взял его за руку и отстранил её от лица, а затем тяжело вздохнул.       – Не могу так больше. Как объяснить тебе, что ты мне нравишься?       – Нравлюсь тебе? Я? – хотя Чен уже слышал такое предположение от Сюмина и даже размышлял над этим, но он и мысли не допускал, что может кому-то понравиться.       Кай положил руку ему на затылок, притянул к себе и поцеловал. Чен задрожал всем телом, вцепился руками в его плечи, чтобы оттолкнуть, но язык Кая уже ворвался в его рот и отключил разум. Чен провалился в ощущения, которых никогда раньше не испытывал, он вообще не мог связно думать. Умелые губы капитана неторопливо изучали его губы, язык огладил нёбо и подразнил его язык, отчего парня словно током прошибло. Вторая рука капитана вовремя обхватила его за талию, прижала к мощному торсу и погладила по спине от лопаток до поясницы. Горячие губы Кая отстранились первыми, и его губы обдало прохладным воздухом. Капитан смотрел на него, улыбаясь.       – Тебя когда-нибудь целовали?       – Н..нет. Это плохо?       – Нет, вовсе нет. Это даже хорошо.       – Я не понимаю, чего ты от меня хочешь, – признался Чен, медленно приходя в себя.       – Я сам себя не понимаю. Кроме того, что ты мне нравишься. И я не знаю, что с этим делать.       В тишине корабля раздалось заинтересованное «мяу», и молодые люди резко отпрянули друг от друга. Чен не знал, куда себя деть, а Кай просто спрятал руки в карманы. Вряд ли кошка осудила бы их, но кто-то другой мог проснуться, а они оба и так были слишком смущены.       – Мы ещё поговорим об этом. Позже, – решил капитан и уселся в кресло пилота, надеясь, что волнение не слишком отражается на его лице. Чена ноги не держали, поэтому он вернулся в спальный отсек и рухнул на свою койку. Где-то в темноте засмеялся во сне Сюмин.       Кай уставился взглядом в безвоздушное пространство за окном. Поначалу Чен казался ему милым и наивным человеком, которым легко манипулировать или обмануть. Но на поверку оказался умным и талантливым. Он мог починить практически всё, отлично анализировал, быстро соображал и не боялся быть откровенным. А ещё оказался на редкость очаровательным.       Кай и сам не понял, когда стал думать о нём чаще обычного, а после приключений в дрейфующей колонии и вовсе стал о нём мечтать. Сначала он ругал себя за такой интерес, ведь этот человек просто нанял его для работы, они из разных миров, у них разные ценности в жизни. Но чем больше он узнавал инженера, тем сильнее влюблялся. Он млел от звука его голоса, замирал при виде его улыбки и мечтал оказаться на месте кошки, когда аккуратные пальчики инженера гладили её.       Сюмин стал дразнить его и сперва Кай злился, но потом признал, что напарник прав. У него возникли чувства, и отрицать их уже просто бессмысленно. В конце концов, Каю никогда прежде не хотелось быть с кем-то дольше нескольких дней. Он не рисковал ради другого человека более необходимого, но за Чена мог бы и под бластер подставиться. Это было прям внезапным открытием.       Скоро его работа закончится, и Чен вернётся на свою станцию, чтобы помочь людям обрести новый дом. Готов ли Кай отпустить его и больше никогда не увидеть?

📡

      Ледяные астероиды появились на их радаре уже к вечеру следующего дня. Они представляли собой комок сферической формы, состоящий из шипов и отростков разной длины, торчащих во все стороны.       – Я был прав, – проговорил Чен, когда вся команда корабля прилипла к широкому лобовому стеклу. – Они не могли сами собраться в это. Какая-то сила притянула их друг к другу. Возможно, профессор Ким использовал ту же гравитационную схему, что и при создании планеты.       – Но как мы пробьёмся внутрь? – задумался Мин. – Если там нет оставленного для этой цели прохода, то наш корабль просто не пройдет. И я почему-то уверен, что проект K.A.I. немножечко больше, чем наш космолёт.       Выслушав их, Кай материализовался на своём кресле, активировал систему лазеров и пальнул по ледяному кольцу. Ледяные шипы безмолвно отделились от общей массы и медленно поплыли в пустоту.       – Ты что творишь?! – шикнул на него Сюмин. – Повредить можешь!       – А как ты предлагаешь его оттуда достать?       – Я ещё не придумал, – ответил Сюмин, рассматривая скопление.       Кай приподнял одну бровь и снова дёрнул за рычаг. Второй луч беззвучно полетел к астероидам, вызвав разрушение ещё одного сектора. В безвоздушном пространстве не имелось кислорода, поэтому не проходил совершенно никакой звук, и не могло произойти взрыва. Осколки отделялись от астероидов молча и медленно, дробясь на небольшие фракции, что позволяло рассмотреть образовывающуюся дыру. Кай пальнул ещё несколько раз, прежде, чем показалось нечто, похожее на проход.       Тогда он завёл двигатель и направил космолёт внутрь. Поначалу проход выглядел даже излишне широким, но чем дальше, тем уже он становился и, наконец, они решили, что уже не пройдут. Сюмин хотел сдавать назад, но его остановил Ифань.       – Смотрите. Это уже не астероид. Мы упёрлись в стенку.       Все присмотрелись и увидели, что перед ними действительно была металлическая стена, покрытая льдом.       – Надо достать скафандры. Мин, отстыкуй спасательный шлюп, если что, на нём вернёмся. Мы пойдём вдвоём с Ченом, если всё получится, свяжемся с вами или вернёмся.       Сюмин отстыковал от космолёта небольшое устройство, напоминавшее лодку с куполом, вмещавшую двоих. Как только капитан и инженер покинули борт корабля, Ифань тяжело осел на пол. Сюмин бросился к нему.       – Тебе плохо? Что барахлит?       – Нормально. Главное, чтобы они попали внутрь, потом я уже буду не нужен.       – Глупости.       – Мин, я знаю, ты очень любишь Мисс Чу, поэтому уверен, она будет в порядке с тобой.       – Ифань, ты меня пугаешь.       – Ты же знаешь, я не вечен, – Ифань посмотрел ему в глаза и улыбнулся.       – Нет. Не смей, слышишь?! Мы вместе прилетим на станцию Чена и там тебя вылечат. Что хоть беспокоит то?       – Сердце. Оно давно сбоит. Я думал попросить дока поменять, но, как видишь, не успел.       – Продержись немного, скоро всё порешаем. На станции тебе помогут.       – Там меня разберут на запчасти, ведь я был одним из тех, по чьей вине пропал проект K.A.I.       – Мы с капитаном что-нибудь придумаем, ты только держись, ладно?       – Я постараюсь. Пойду посплю, после сна лучше становится.       – Так вот почему ты так много спишь в последнее время? – Сюмин сам уложил его на кушетку и стал с напряжением ждать сообщений со шлюпа. Ифань никогда не жаловался на своё состояние. Как выяснилось, он его даже скрывал. Если искусственное сердце начало барахлить, значит выработало свой ресурс и подлежит замене. Оно может остановиться в любой момент и тут уже Чен не поможет, нужны биоинженеры, аппараты жизнеобеспечения и новое сердце. Он не стал ничего сообщать на шлюп, надеясь только, что они успеют спасти полковника.       Шлюп двигался вдоль стены так долго, что казалось, ей нет конца, но вот появился просвет и что-то, напоминавшее причал. Кай замедлил движение шлюпа, осторожно пристыковался к причалу и открыл купол.       – Ну, давай рискнём. Если тут ещё что-нибудь работает.       Чен только кивнул, но осознал, что его кивок в скафандре попросту не заметен, и подтвердил по радиосвязи. Причал вёл к шлюзовому отсеку, куда можно было пристыковать их космолёт. На двери имелся код и считывающее устройство. Чен попробовал несколько вариантов, которые запомнил из записей, но они не подходили. Тогда Кай ввёл несколько цифр. Шлюз активировался и открылся.       – Что ты ввёл?       – Дату своего рождения.       – Значит, он поменял код, когда спрятал эту штуку.       Внутри было темно и холодно. Парни передвигались медленно, стояла полная тишина. Трудно было понять, что и где здесь находится. Чен вдруг вспомнил о фонарике на шлеме и в кармане штанов комбинезона, и включил их.       – Я знаю, где мы. Иди за мной. Он уверенно ориентировался по чертежам в своей голове, пока не привёл их к пульту управления. Здесь тоже было темно, но при свете фонаря инженер нашел нужное устройство и повернулся к капитану.       – Нужно снять перчатку и приложить руку.       – Я ж её потеряю, – Кай испуганно посмотрел на левую руку.       – Нет. Корабль был законсервирован, здесь даже есть кислород, просто очень холодно. Сначала мы запустим его, а потом прогреем.       Кай сомневался, но других вариантов у них не было, поэтому он открутил перчатку скафандра и приложил руку к прямоугольному датчику, на который указал Чен.       Несколько секунд ничего не происходило, а потом засветились кнопки и блоки на пульте управления, что-то заурчало, загремели стены, корабль вздрогнул и повсюду начали появляться огни. Датчик под рукой нагрелся, и чип внутри тоже немного потеплел, но больно не было.       – Могу уже убрать руку? – Кай волновался, как бы ему руку не обожгло.       – Думаю, да, – Чен завороженно наблюдал, как просыпался огромный корабль, почти полвека проведший во льдах. Внутренние помещения здесь были многочисленны и обширны, повсюду виднелись лестницы, экраны, вспомогательные аппараты, лифты. Ему не терпелось осмотреть здесь всё.       – Смотри, одна кнопка не перестает мигать, словно заело, – прервал его фантазии Кай.       – Так нажми её, – посоветовал ему Чен, ухмыльнувшись. Кай сделал это и одёрнул руку, потому что кнопка втянулась внутрь, а вместо нее выдвинулась прямоугольная голографическая панель, на которой появилось изображение его деда. Через пару секунду изображение стало двигаться, он понял, что это видео.       «Я очень надеюсь, что ты, Кай, сумел добраться и именно ты видишь это сообщение. Я так хотел сделать что-то важное. Я всю жизнь мечтал об этом изобретении и вначале даже не помышлял, что у меня получится.       Но если ты видишь это, значит не всё пошло по плану. Прости, что возлагаю на тебя такую ответственность. Использовать тебя было единственным способом защитить проект и завершить его. Автоматика на этом корабле настроена до мельчайших деталей, нужен только толковый инженер, который разберётся, что к чему и будет контролировать исправность механизмов.       Я не знаю, каким ты вырос. Я бы хотел, чтобы ты пошел по моим стопам, но я и так много на тебя возложил. Если ты сам не стал толковым инженером, то найди такого. Полковник Ву поможет тебе во всём. А если ты ещё и найдешь профессора Ким Чунмёна, то за будущее этого проекта можно не переживать. Удачи, внук мой. И прости меня за всё».       Видео закончилось, экран сложился обратно в панель. Чен так расчувствовался, что потратил кислорода на дыхание в два раза больше запланированного. Лицо Кая оставалось беспристрастным, только по глазам было видно, что внутри него бушует шторм. Чен помолчал некоторое время, потом подошёл к панели управления и стал просматривать данные. Затем он отстегнул шлем и снял его.       Первый вдох внутри корабля оказался немного тяжёлым, пахло затхлостью, потому что воздух здесь стоял десятилетиями. Система кондиционирования уже прогоняет дыхательную смесь через очистку и фильтрацию, одновременно наполняя полезными растворами и увлажняя. Скоро дышать станет приятнее, но и сейчас датчики показывали подходящий для людей состав воздуха. Температура на пульте управления уже немного поднялась. Он повернулся к Каю и постучал по его шлему.       – Можешь снять.       Тот послушался и через минуту тоже дышал свободно.       – Итак, мы его нашли. Но это ведь только часть дела. Что дальше?       – Ты вообще хоть что-нибудь почувствовал, пока смотрел сообщение?       – А должен был?       – Ладно, опустим пока. Сейчас системы запускаются, происходит фильтрация и очистка воздуха и разогрев всех механизмов. Кораблю понадобится около суток, чтобы прогреть и продуть все системы, разогреть топливо до нужной температуры, а я должен проверить двигатели, мало ли, что не выдержало испытание временем. Но для начала впустим полковника и Сюмина. Они должны это увидеть.       Ифань с Мином восторженно ахали, гуляя по кораблю и рассматривая его содержимое. Ифань больше от воспоминаний, а Сюмин от искреннего восторга. Они нашли тысячи пробирок с образцами ДНК животных и рептилий, в соседнем оказались птицы. Ещё имелся отсек с насекомыми и самый большой – с семенами, спорами и корешками разнообразных растений, грибов и даже кораллов. Дальше шли морские обитатели, и их было больше, чем всех предыдущих.       – Чен, ты как-то обронил, что мы сможем создать целый океан с этим льдом.       – Тут понадобится хотя бы два океана, – заявил Кай, осматривая бесчисленные полки с герметичными пробирками.       – Этого льда хватит с запасом на две планеты. Значит, уж точно без воды не останемся. Мы так много сможем сделать! – глаза инженера восторженно блестели в неярком свете светодиодных ламп. Кай залюбовался им.       Несколько часов они изучали корабль, пока не устали. Чен вспомнил, что здесь имеются и жилые отсеки, в общей сложности здесь можно было разместить с комфортом тысячу человек. Это было предусмотрено на случай, если бы станции не выдержали. Распечатав один из них, они увидели вполне приличную комнату с четырьмя кушетками у стен, санблоком и столом.       – Предлагаю отдохнуть здесь, а потом готовить эту махину к путешествию, – сказал Чен, чувствуя себя единственным, кто хорошо знал этот корабль, хоть он и был здесь впервые.       Так и поступили. Через двое суток проект K.A.I достаточно проснулся, чтобы начать действовать.       Сюмин рассказал остальным про состояние Ифаня против его воли. Кай собирался всё бросить и скорее отвезти его на станцию, но Чен предложил успокоиться. Он был уверен, что на станции их примут, только если подключится профессор Мён, иначе могут расстрелять без предупреждения.       – Здесь есть криоотсек. Мы можем погрузить его в гибернацию на это время и потом спокойно пробудим и вылечим. Это самый правильный вариант.       – У вас на станции часто гибернацию используют? – спросил Кай.       – По необходимости, если надо дождаться операции или в экстренных случаях, но она работает, и для Ифаня это единственный способ.       – Но его сердце и органы механические, разве они не испортятся? – подключился к обсуждению Сюмин.       – Бионику надо было изучать, – цыкнул на него Чен, наслаждаясь моментом, когда шарит в чем-то в разы лучше, чем любознательный Сюмин. – Его кожа синтетическая, она может выдерживать диапазон от +50 до -50. Что касается органов, они сделаны из пластичных материалов, приближенных к натуральным тканям человека. Обычно материалы для бионики хранят при пониженных температурах или в специальных растворах, чтобы не пересыхали. Мы закачаем ему в лёгкие кислородную жидкость, а тело поместим в чашу со специальным физраствором в состоянии геля и опустим температуру до +2°. Главное, сохранить его мозг, но в гибернации всё и так сохранится в том же состоянии, как до неё. Так что это идеально для него сейчас.       – Обещаешь, что он выдержит?       Чен ещё никогда не видел в глазах капитана столько тревоги и боли и понимал, что Ифань – последний близкий ему человек, поэтому улыбнулся и сказал:       – На станции я чиню и чаши для гибернации, так что поверь, всё будет хорошо.       Кай неуверенно кивнул.       На общем собрании Ифаню сообщили его судьбу. Сперва он сопротивлялся, но Чен пообещал, что расскажет о нём только профессору и тайно, поэтому разбудят его, когда это будет безопасно. Ифань понимал, что он в любом случае не жилец, но если перед смертью он сможет ещё раз увидеть прекрасные глаза Чунмёна, всё пережитое было не зря. Поэтому он согласился.       Решено было также, что Мин вернётся на их космолёт и поведёт его отдельно немного впереди. На проекте K.A.I не была настроена система связи, но имелся небольшой радиотелескоп. Поэтому они будут общаться по привычной радиосвязи, а при приближении к станции Сюмин отправит сообщение, записанное Ченом, чтобы их не приняли за врагов. Сам Чен будет управлять проектом и вести его вместе с Каем, потому что связь с чипом в его руке требовалась постоянно до прибытия на станцию. Позже уже они смогут решить эту проблему.       За несколько часов до отправления Кай ходил по длинным коридорам и многочисленным помещениям, заглядывал в хранилища, прикасался к сотням приборов, назначения которых пока не понимал. Он думал, что остальные спят перед вылетом, поэтому не ожидал встретить в одном из отсеков Чена.       – Ты почему не отдыхаешь? Ты же не сможешь вести эту штуковину, если устанешь.       – А ты сможешь?       – Я и не собирался.       – Кай, – Чен едва ли не впервые позвал его по имени, обычно он обращался к нему «капитан», поэтому удивленный взгляд был ожидаем. – Помнишь, мы договаривались, что когда найдем то, что мне нужно, я поделюсь с тобой. Что ты хотел бы взять отсюда? – он развел руки, указывая на масштаб находки.       – Я даже представить не мог, ЧТО мы найдем. Более того, даже когда мы открыли карту в моей руке, я не верил, что мы здесь вообще что-то найдем. Я даже в существование этого астероидного кольца не верил. Ведь карты космоса не дураки составляли, а оно больше нигде не зафиксировано.       – Так и есть, я и сам поражён. Хотя я изучал данные об этом проекте, я видел цифры, понимал его размеры, всё же оказался не готов к реальности.       – Ты наверное очень счастлив и уже предвкушаешь, как будешь принимать участие в терраформировании?       – О даа! Я с детства об этом мечтал, я просто не знал, что это возможно. Это были детские фантазии. А теперь они почти стали реальностью.       – Тогда забудь о том, что я сказал. Я ничего не буду брать отсюда, всё здесь мне не принадлежит, я лишь ключ, чтобы открыть это хранилище.       – Но это не так. Ты полноценный владелец этого всего, это – твоё наследство, ты вправе им распорядиться.       – Ты подчинишься, если я решу оставить его здесь и снова законсервировать?       – Ну… мы ведь не для этого сюда летели.       – Да расслабься. Я понимаю, что не имею никакого морального права так поступать. Всё, что здесь есть – наше будущее. И оно не должно пропасть зря. И потом, есть только одно, что я бы отсюда забрал. Но не буду.       – Почему? Что это? Скажи мне, иначе я не успокоюсь, пока не узнаю.       Кай послал ему долгий печальный взгляд и ответил:       – Ты. Я бы забрал отсюда только тебя.       Чен смущённо улыбнулся и опустил голову. Он всё ещё не понимал себя и не знал, как реагировать вот на такие вещи. Но ему однозначно было приятно, что он настолько кому-то нужен, не как специалист, инженер, подчинённый, а сам по себе, как человек.       – Я понимаю, насколько для тебя это важно, и не могу лишить тебя этого всего, – добавил Кай. – Я помогу доставить эту штуку и активировать её, сделаю всё, что нужно. Поэтому забудь мои признания, делай то, что считаешь правильным. Пойду разбужу Мина, чтобы возвращался на наш космолёт.       Чен не смог подобрать слов, чтобы ответить ему, поэтому отправился на пульт управления, чтобы начать запуск. За двое суток исходящее от корабля тепло растопило ледяную корку на его обшивке и оттолкнуло часть астероидов. Изучив инструкции, Чен понял, как вывести корабль из этого кольца.       Он открыл огромную голографическую панель с навигацией, активировал наружные видеокамеры, и на панели появилось изображение окружавших их астероидов и космоса. Это будет непросто, но профессор Ким всё предусмотрел. Да, в этом корабле нет окон для пилотов, но он был создан не для полетов в космосе, у него совершенно иное предназначение.       Руки тряслись от страха, что он сделает что-то не так, всё же это уникальные технологии, с которыми он ещё не сталкивался. Но Чен просто не имеет права подвести всех. Рука зависла на сенсорной панелью, инженер сделал несколько вдохов, никак не решаясь начать.       Кай подошёл так тихо, что Чен не услышал его и вздрогнул, когда большая рука накрыла его собственную и придавила к панели. Датчики считали чип в его руке и приветливо замигали. Панель немного нагрелась под пальцами Чена. Он поднял взгляд на капитана.       – Давай. Ты справишься, – улыбнулся ему Кай, убирая руку. Но Чен вдруг перехватил её и переплёл свои пальцы с его. Кай даже рот приоткрыл от неожиданности.       – Я пока сам себя не понимаю, поэтому мне понадобится твоя помощь, чтобы разобраться с этим позже. Ты можешь не улетать сразу, как мы справимся с проектом?       – Ты правда этого хочешь?       – Я думаю, у нас впереди много удивительного и уникального. Будет непросто, и нас ещё ждёт много неприятностей. Но и много радостей. Я бы хотел разделить это с тобой.       У Кая мурашки по коже побежали от его слов и улыбки. Удивительное уже происходило с ним прямо сейчас, и он не представлял, как сможет обходиться без этого дальше. Не сомневаясь больше, капитан улыбнулся и кивнул.       Чен улыбнулся в ответ и отдал кораблю первую команду.