Красный король в Хогвартсе

       Церемония взвешивания палочек была, на взгляд Суо Микото, бесполезной тратой времени. Ради неё пришлось пропустить завтрак и встать намного раньше, чем обычно. Итог? Микото одаривал всех своим кошмарным настроением. И щедро раздавал тумаки особо назойливым личностям.       Да, парню снова пришлось отбиваться от своих сокурсников. Не поймите превратно, против драк он нечего не имел: это помогало выпустить пар. Но Турнир сильно поломал привычный ритм жизни парня. Ладно, вернёмся к происходящему сейчас.       Микото оказался в комнате с пятью судьями, тремя другими чемпионами, мистером Олливандером, журналисткой с жуткими салатовыми когтями и её фотографом. Он стоял в стороне, чтобы избежать хищного взгляда этой женщины, и намеревался игнорировать её на протяжении всего времени. Именно она написала статью, в которой рассуждала о том, как он оказался на Турнире, и даже упомянула в своих размышлениях «его» мать и отца.       Сириус, помнится, почти сорвался со своего места, чтобы перегрызть Рите Скитер горло (да, фамильное безумие Блэков прогрессирует, и да, Сири остался в Хогвартсе), но Суо остановил его.       — Я хотел бы поприветствовать вас всех на церемонии взвешивания палочек. Здесь ваши палочки будут проверены и испытаны нашим постоянным экспертом, мистером Олливандером, — начал пожилой мужчина и указал на седого мастера, — чтобы убедиться, что они находятся в достаточно рабочем состоянии. После этого вас попросят сделать несколько фотографий и, возможно, даже дать небольшое интервью мисс Скитер, которая будет комментировать ход турнира. Без лишних слов, мистер Олливандер?       Дальше к Олливандеру вызвали Флёр, затем Виктора Крама и Седрика. Палочку каждого участника пожилой мастер сначала внимательно осматривал, ища малейшие изъяны, определял материал и кастовал простейшие заклинания. Хоть процедура не заняла много времени, она, казалось, растянулась на часы.       — И, наконец, мистер Поттер, — позвали парня. Король встрепенулся (успел задремать, несчастный засоня), вынул свою палочку из кобуры и протянул её волшебнику. Несколько мгновений Микото наблюдал за тем, как тот осматривал его палочку, даже поднёс её к уху, после чего в уголках стариковского рта появилось подобие ухмылки. — Я очень хорошо её помню, — прошептал Олливандер. — Вам было достаточно сложно подобрать партнёршу. Она хорошо служит вам, мистер Поттер? — спросил мужчина. Он взмахнул палочкой, и из последней вырвалась стайка огненных птиц.       Микото кивнул, забрал свой инструмент и вернулся на свое место.       — На этом церемония завершена. Можете быть свободны, объявил Дамблдор, но его тут же перебила та самая блондинка с ядовито-салатовыми ногтями и пером.       — По-огодите-погодите, директор! — воскликнула она, выхватывая, казалось бы, из воздуха свиток пергамента. — А как же снимки?       — Ах да, совсем забыл, — сокрушённо ответили ей. — Простите стариковскую память!       Итак, Рита Скитер получила карт-бланш на сбор материала для своих статей. В течение следующих пятнадцати минут Суо и другие чемпионы занимали различные позиции в комнате, чтобы фотограф сделал «самые удачные» колдофото для творчества журналистки. Когда процесс закончился, все вздохнули с облегчением, совершенно позабыв о предстоящих Кругах Ада. А вот они про участников помнили.       Микото, освободившись, направился к двери, но на полпути был цепко схвачен за локоть той самой женщиной. Оттащен к противоположной стене. Зажат в углу.             — Куда же вы, мистер Поттер? — проговорила женщина с хищной улыбкой. — Задержитесь. Вы интересны нашим читателям, очень интересны, и я просто обязана взять у вас интервью.       Несопротивляющуюся тушку Короля сопроводили в другое помещение, бывшее, очевидно, чуланчиком для мётел. Когда-то. Сейчас это была тёмная, пустая и полусырая комнатка. Как галантный кавалер, которым он никогда не являлся, Суо запустил под потолок несколько огненных птичек, давших достаточно света. И только.       Журналистка громко хихикнула.       — Так-так. Завоёвываем расположение дамы, мальчик? — она освободила кусочек пергамента. — Ну-с, приступим. Что же побудило тебя стать участником Турнира?       — Я не собирался участвовать в нем.       Микото задержал взгляд на салатовом пере. Оно записало фразу явно более длинную, чем всё, что сказали оба волшебника. Рита щёлкнул пальцами.       — Не обращай на перо внимания, Гарри. Почему ты решил бросить в Кубок своё имя?       — Я не бросал свое имя в Кубок. Мне никто не верит? И вы? — Журналистка кивнула. — Пусть.       — Что ты чувствуешь перед состязаниями? Взволнован? Нервничаешь?       — Мне всё равно, Рита.       — В прошлом несколько чемпионов погибло. Ты об этом подумал?       — Земля им пухом.       — Ты помнишь своих родителей?       — Не думаю, что это относится к турниру.       Женщина словно не заметила утратившего все эмоции голоса оппонента. Зря.       — Как тебе кажется, они бы обрадовались, узнай, что их сын — участник Турнира Трех Волшебников? Гордились бы тобой? Беспокоились? Или это им не понравилось бы?       Микото зажёг на пальце крохотный язычок пламени, тут же привлёкший внимание Скитер.       — Вы, кажется, меня не поняли, мисс Скитер. Я сказал, что это не относится к Турниру.       — Но читателям ведь хочется…       — Мне плевать, и я тебя предупреждаю. Ещё раз я увижу в твоей статье имена моих, — он выделил голосом, — родителей, и в тот же час. Ты. Умрёшь. Всего хорошего, — Микото склонил голову, вышел за дверь и щёлкнул пальцами. До него донёсся испуганный вскрик.

***

      — Мистер Поттер, это уже восьмой раз за месяц! Как вы вообще до меня дошли? — обеспокоенно проговорила мадам Помфри, встречая парня в своих владениях.       — В этом нет моей вины, — ответил Суо. — Просто ребятам, кажется, нечем больше заняться.       Медсестра вздохнула и принялась обрабатывать раны парня, их было не так уж и много. Разбитая голова, пара порезов и сбитые костяшки; в бытность свою Королём он бы даже не обратил на это внимания. Сейчас приходилось ходить на поклон к этой милой женщине — героям не пристало сверкать синяками.       Хотите узнать, что происходит? Нет? Не проблема, сейчас расскажу. С того момента, когда Микото стал четвёртым чемпионом, прошёл месяц. М-е-с-я-ц. И на протяжение всего времени парень словесно и физически сражался со своим собственным факультетом, всякий раз выходя победителем из неравного боя один против нескольких. Иногда очень потрёпанным победителем.       Эта драка вообще вышла за рамки «приличий». Недоумки, четыре грифа и пять хаффов, накинулись на Микото в Большом Зале, на глазах у всех, подгадав минутку, когда учителей не будет рядом. Сначала, конечно, в ход пошли оскорбления (для приличия). Но такие выражения, как «Паразит на славе Седрика» и «Обманщик», «Шрамоголовый» его совсем не выводили из себя. Честно, гопота из Шизуме имела куда более грязные и изобретательные языки. И то не всегда срабатывало. После этого здешние ругательства казались неумелым лепетом годовалого ребёнка. К чести или бесчестью волшебничков, они это довольно быстро поняли и приступили к более активным действиям.       Седрик пытался угомонить своих драчунов, но безуспешно. Только сам чуть не пострадал.       Хотел помочь и Крам. Несколько дурмстрангцев решили присоединиться к драке, чтобы всё было по-честному, но их остановило решительное «Не лезть!» от черноволосого парня, отвешивавшего неугомонным крепких тумаков и без всякой магии (а то, что у волшебников на месте синяков возникали ожоги — просто обман зрения. Вам показалось). Так что изнывавшие от бездействия южане присоединились к устроившим тотализатор рыжим близнецам и активно делали ставки.       Выйдя победителем и из этой драки, Микото был встречен уважительным кивком болгарина (а также виноватым взглядом Диггори и сочувствующим Флёр). И полным отсутствием в Зале учителей.       А ведь и правда, куда смотрели директор и преподы, когда целых тридцать дней ученики их школы совершали нападения, порой очень подлые? В сторону. На потолок. На прекрасный в именно эту минуту пейзаж. Микото подозревал, что не все поверили его твёрдому «нет» и решили не мешать своим ученикам. Дескать, пусть поставят зарвавшегося мальчишку на место. Да, по-детски. Да, достойно максимум «зелёных». А почему бы и нет?       Аристократически бледная морда Малфоя в самом начале потасовки лучилась довольством, а сам он «величественно» взирал на происходящее с высоты своего роста плюс скамьи за столом Слизерина. Лицо вынужденного находиться подле него Теодора Нотта было полной эмоциональной противоположностью. Да, Драко не был всеобщим любимчиком, хоть и носил прозвище «серебряный принц». Нотт так и вовсе не терпел хамского отношения белобрысого красавца к себе и некоторым другим ребятам. (И нет, это не он давил улыбку, когда в Малфоя полетел кубок с алого стола, заливая остатками сока накрахмаленную рубашку. И не он тихо радовался, когда понял, что Гарри Поттер, с удовольствием раздающий увесистые горячие оплеухи всем желающим, в его сторону даже не смотрит).       В тот же вечер Малфой, Крэбб, Гойл и Паркинсон отправились в больничное крыло. Парни с травмами разной степени тяжести, а Панси с блюющим проклятием; оно угодило в неё, когда девушка начала оскорблять Поттера. Теодор ещё в прошлом году решил, что связываться с изменившимся брюнетом себе дороже (он видел заживавшие на учениках ожоги), но в этот день, когда на его глазах девятеро крепких хаффов пушинками отлетели к дверям, он окончательно утвердился в своём решении сохранять с Гарри Поттером нейтралитет как минимум. Факультет Слизерина начинал потихоньку признавать силу и позиции Микото, хоть тот об этом и не знал.       Гринграсс, Дэвис и Забини с опасливым интересом наблюдали за потасовкой. «Возмутительным попустительством со стороны учителей», — как выразилась Трейси. С красного факультета никто не вмешивался, молча наблюдая за избиением «своего» же. Хотя был ли он теперь своим?       Но в состояние, подобное тихой панике, троицу слизеринцев привел факт того, что вечно хмурый, нелюдимый темноволосый гриф одолел всех, хоть и выглядел так, будто на него напали дикие звери. Дафна увидела улыбку парня, кровожадную и предвкушающую, так гармонировавшую с полыхавшими алым огнём глазами. Он словно играл с ними?       — Кто-нибудь ещё хочет присоединиться к веселью? — спросил черноволосый. Не увидев энтузиазма в глазах окружающих, он чуть сник. — Если нет, я к мадам Помфри. Сообщу, чтоб ждала «гостей».       По залу пронеслось несколько нервных смешков вслед уходящему парню. Он это считал весельем? Столы подпалены, покрыты трещинами. Кто где валяются ученики. Выбиты зубы, вывихнуты челюсти. Сломаны кости, иные раздроблены. Именно эту картину маслом и кровью увидели подошедшие через несколько минут профессора. Стебль схватилась за сердце, глядя на то месиво, в которое превратились её ненаглядные воспитанники. Профессор МакГонагалл удержала себя в руках, но её побледневшее лицо и хищно раздувающиеся крылья носа говорили сами за себя. Кошка была в ярости. Однако на заданное обманчиво спокойным голосом «Кто это сделал?» все промолчали. Очень захотелось жить.       Тем временем мадам Помфри заканчивала обработку «царапин», полученных Микото. Начав, как полагается, с головы, она смазала заживляющим зельем почти всё его тело, кроме рук. Костяшки пальцев все равно скоро, как предчувствовал парень, будут сбиты вновь, поэтому их он просто обеззаразил и забинтовал.       — Я закончила, мистер Поттер, — устало сказала медсестра, откладывая горшочек со снадобьем и тампон. В её глазах уже давно поселилось смирение со всем, что происходит в школе. — Сколько кроватей мне готовить?       — Девять. Спасибо, что подлатали. До свидания.       Покинув медпункт, парень решил отправиться в Тайную Комнату. Испытание было запланировано на завтра. Сириус рассказал, тайно, разумеется, что участникам придётся сразиться с драконами. Спасибо большое. Теперь у Микото появилась цель — выяснить, чьё пламя сильнее.       Он шёл в подземелье Салазара Слизерина, чтобы подумать. В бою парень обычно полагался на интуицию и опыт, импровизировал. Однако дракон — не человек, которого легко прочитать. Мифическая ящерица, которая выдыхает пламя, и которую побеждали, отрубив голову. Всё. На этом довольно скромные познания Микото в области магической зоологии заканчивались. Он закурил, попутно поражаясь отсутствию гуляющих пар. Комендантского часа ещё не было.       — Курить вредно, мистер Поттер, — равнодушно прозвучал девичий голос. Суо даже поворачиваться не пришлось, чтобы узнать персону, пекущуюся о его здоровье.       — Делать замечания тоже, Гринграсс. — Он всё же обренулся.       Посреди озаряемого неверным светом факелов каменного коридора стояла, подобно императрице, Дафна. Она была одна, и её голубые глаза словно бы сканировали Суо. Оглядев парня с ног до головы, девушка плавно двинулась в его сторону, доставая палочку и направляя на сбитые костяшки.       — Я, конечно, ценю твою заботу, — протянул Микото, — но не нужно. Возможно, через пару минут они будут такими же.       — Ты действительно думаешь, что к тебе ещё полезут драться? — с сомнением спросила блондинка: ей казалось, что после драки в Большем Зале храбрецов значительно поубавится.       — Все может быть, — парень как-то отстранённо рассматривал зажившие руки. Дафна пару мгновений молчала, а затем прыснула.       — Бедная мадам Помфри, сколько ты уже отправил к ней студентов за этот месяц?       — Много. Я не считал. Поначалу это было даже весело, — брюнет приподнял уголок рта, — но сейчас начинает надоедать. Думаю, я их скоро начну убивать.       — Кого?       — Этих идиотов.       — А потом уедешь отдыхать. Тёмный холодный замок и множество гостеприимных слуг обеспечат незабываемое времяпрепровождение.       — Спасибо за беспокойство. Думаю, Патронус мне поможет, — просто ответил парень.       — Патронус? — глаза Гринграсс распахнулись в изумлении. Микото поморщился.       «Вот же ляпнул. Теперь не отцепится».       — Ладно-ладно, не поможет. Отберут палку и всё такое… — Он постарался завершить эту беседу, свернувшую немного не туда. Провальная попытка. Слизеринка подняла палочку. Он вспомнил, что девушек, вроде бы, не бьёт, и примирительно поднял руки.       — Пошли.       Неподалёку располагалось незапертое, но давно пустовавшее помещение.       Суо встал в середине заброшенного класса и закрыл глаза. Воспоминания проносились подобно быстро листаемым фотографиям. Оп! Микото выхватил одно из них и резко взмахнул палочкой. Крупный, сияющий серебром лев медленно прошёлся над головами подростков, демонстрируя упругие бока и роскошную гриву. Дафна удивлённой распахнула глаза, когда сверкающее создание ткнулось ей в ладонь мордой. «Тепло».       Лев исчез и в классе снова стало темно. Слизеринка перевела взгляд на короля, который стоял как ни в чем не бывало.       — Мерлин, но как? Как давно ты научился? — Гринграсс слышала, что чары «Патронуса» очень мощные и не каждый может их осилить, но то, с какой лёгкостью её ровесник вызвал призрачного защитника… поражало.       — На третьем курсе, когда тут сновали дементоры. — Микото дёрнул плечом, вспоминая ту мерзость, которая ломилась в его купе.       Слизеринка помолчала, тоже вспоминая тот год. Их, учеников, в замке не меньше трёх сотен, а попробовать защититься от пожирателей душ пришло в голову только одному. Прекрасно. Просто замечательно.       — Это…       — Невозможно? — договорил за девушку Микото.       — Да, Поттер, это невозможно. Невероятно, — ответила Дафна. — Из всех нас только у тебя заработали мозги. Невероятно.       — Как видишь, всё получилось. Не с первого, конечно, раза…       — Об этом кто-то еще знает? — перебила Микото девушка. Тот недовольно скосил глаза. Её светлые волосы растрепались, а на щеках от волнения появился румянец. Кто бы мог подумать… Сама Ледяная Королева волнуется за его безопасность и покой. Он сцепил кисти рук на затылке и потянулся.       — Если брать школу, то знаешь только ты. Не люблю хвастаться.       «Наверное. Неа. Просто лень».       — Ах, надо же, какая честь, — съязвила слизеринка.       — Цени.       Дафна хотела ещё что-то сказать, но, скастовав «Темпус», охнула и спешно стала приводить себя в порядок.       — Поздно. Спасибо за вечер, однако мне не следует здесь находиться.       Микото вздохнул. Всего пара взмахов палочкой, и перед ним — прежняя ледяная леди. Какая жалость.       — Провести?       — Не нужно, но спасибо. Доброй ночи, Поттер. — Гринграсс развернулась и выпорхнула из класса.       — Ночи.       Микото вызвал Добби-домовика и с его помощью перенёсся в Тайную Комнату. Перед первым испытанием следовало выспаться, не то он забудет и про особую, скорей всего, защитную одежду, которую прислал крёстный, и про Турнир.       Перед глазами встала Дафна, восторженно наблюдавшая за его львом. Что ж. Завтра он сделает всё, чтобы самому быть причиной такого восторга.              

***

      «Клац. Клац. Клац».       Микото поморщился от жуткого эха, разносившегося по коридорам. Сириус в ультимативной форме велел надеть какие-то жутко древние, но очень хорошо сохранившиеся чешуйчатые доспехи. Сделанные из кожи существа с мудрёным названием, они плотно прилегали к телу и почти ничего не весили. Микото на пробу постарался нагреть их своим пламенем — чёрные чешуи остались ледяными. В таких и против дракона выйти можно; главное, вовремя накинуть глубокий капюшон. И где только такое чудо раздобыли?       Успев съесть только половину завтрака, Суо заметил профессора МакГонагалл, стремительно направлявшуюся к нему. Он отложил приборы и встал, приветствуя своего декана.       — Мистер Поттер, чемпионы уже ушли. Следуйте за мной к месту первого испытания.       Юноша кивнул и покинул Большой Зал; профессор почти бежала по коридорам, не заботясь проверить, поспевает ли за ней ученик. Микото поспевал. Женщина вывела его из замка и направилась к опушке леса, к купе деревьев. За ней обнаружился загон, перед которым поставили фиолетовую палатку, оказавшуюся еще и входом в него. Профессор МакГонагалл повернулась к своему ученику.       — Удачи вам, мистер Поттер. Не опозорьте свой факультет и школу. Постарайтесь обойтись без тяжёлых травм, — сказала она неожиданно мягко. — Конечно, здесь дежурят авроры и колдомедики, но постарайтесь. Вы в порядке?       — Да.       — Войдёте сюда к другим чемпионам, — она указала на палатку, откуда доносились приглушённые голоса. — Мистер Бэгмен объяснит правила.       — Спасибо. — поблагодарил профессора Микото и зашел в палатку чемпионов.       В углу на низком деревянном стуле сидела Флер Делакур. Бледная, на лбу капельки пота. Куда делся обычный самоуверенный вид! Виктор Крам еще сильнее хмурится — похоже, нервничает. Седрик ходит из угла в угол.       — Привет, Гарри! — радостно воскликнул Бэгмен. — Входи, входи! Чувствуй себя как дома!       Бэгмен был одет в старую мантию с черно-желтыми, как у осы, полосками. Толстый, веселый, он выглядел карикатурой в окружении бледных, напряженных чемпионов.       — Итак, все в сборе. И я сейчас сообщу вам, что делать! — бодро заявил Бэгмен. — Когда зрители соберутся, я открою вот эту сумку. — Он поднял небольшой мешочек из красного шелка и потряс им. — В ней копии тех, с кем вам предстоит сразиться. Все они разные. Каждый по очереди опустит руку и достанет, кого ему послала судьба. Ваша задача — завладеть золотым яйцом.       «Завладеть яйцом? Серьезно?» — разочаровано подумал Суо.       — Итак, Флёр Делакур, будьте добры. — произнес Бэгмэн, предлагая засунуть руку в мешок.       Девушка аккуратно засунула руку мешок, и вынула оттуда крошечную точную модель валлийского зеленого с биркой номер два на шее. Флер не выказала ни малейшего удивления, скорее осознанную обреченность.       Вторым выбирал Крам. Ему выпал китайский огненный шар с номером три. Крам не моргнул и глазом, просто смотрел под ноги.       Седрик же, вытащил сине-серого шведского тупорылого под номером один и кажется побледнел еще сильнее.       Микото выбирал последним, сунув руку в мешочек он достал венгерскую хвосторогу, номер четыре.       «Как обычно, я самый удачливый. Самый большой дракон конечно же достанется избранному.»       — Ну вот! — сказал Бэгмен. — С этими драконами вам предстоит встретиться. На шее у дракона номер очереди. Все ясно? Тогда вынужден вас оставить, я сегодня еще и комментатор. Мистер Диггори, по свистку первый войдете в загон, ясно?       Чемпионы кивнули и сели на свои места, спустя пару минут раздался свисток. Седрик сглотнул и вышел, послышались овации зрителей. Тем временем, Флёр и Крам сидели и опустили головы в пол.       Выдохнув Микото решил закурить, делать все равно было нечего, а ждать парню еще долго. Француженка и Болгарин смотрели на парня удивленно, не удивительно, в отличии от них не нервничал.       — Ты нервничаешь? — осторожно спросил Крам.       — Нет.       — Хороший план? — продолжил Крам.       — Не совсем, я просто покажу на что способен.       Кивнув самому себе, Крам больше не задавал вопросов.       Спустя пятнадцать минут оглушительный рев возвестил, что Седрик перехитрил дракона и схватил золотое яйцо.       — Превосходно! — кричал Бэгмен. — Молодец! А сейчас оценки судей!              Но результат не назвал. Наверное, судьи показали оценки только трибунам. Вновь раздался свисток.       — Осталось трое! — провозгласил Бэгмен. — Мисс Делакур, прошу!       Флер дрожала с головы до ног, у Суо даже шевельнулось внутри сострадание. Она покинула палатку с высоко поднятой головой, сжимая в руке палочку.       Послышались овации и Бэгмен начал комментировать действия девушки, Микото не слушал. Три минуты, и взрыв аплодисментов. Значит, Флер тоже справилась. Показывают оценки, тишина… очередная овация… и третий свисток.       — Мистер Крам, ваш выход! — объявил Бэгмен.       Закурив еще, король стал ждать своей очереди. Он знал что будет делать, последний месяц он убил на тренировки со своим огнем. Создание существ из огня, создание огненного аватара и другие разрушительные приемы.       Сегодня не повезло не королю, сегодня не повезло именно дракону. Парень не собирался убивать животное, все будет зависеть от ситуации. Выкурив сигарету, Суо стал ждать своей очереди.       Аплодисменты сотрясли морозный воздух, как будто разбилось огромное зеркало. Крам завершил раунд, настала очередь Микото.       Раздался свисток и брюнет поднялся. Выйдя из палатки парень сразу увидел с чем ему придется столкнуться. В другом конце загона, как огромная курица на яйцах, восседала хвосторога. Крылья полураскрыты, свирепые желтые глазки уставились на злоумышленника. Громадный чешуйчатый хвост, как у ящера, и весь в пиках, бьет по промерзлой земле, оставляя глубокие, метровой длины следы. Тридцати метровая машина для убийств.       Улыбнувшись, Суо стал отпускать свою силу, его глаза начали светиться красным, а огонь бурлил за спиной. Он медленно шел в сторону дракона, который начал ощущать его силу и срывался уничтожиться наглеца который посмел замахнуться на кладку.       Цепь, на которую был привязан дракон не выдержала, и разлетелась на части, тем самым знаменуя о ярости и силе рептилии. Животное выпустило поток пламени из пасти в парня, который стоял как ни в чем не бывало.       Не долго думая, Микото ответил на атаку животного таким же потоком пламени. Два огненных потока пытались подавить друг друга, обдавая жаром всю арену и зрителей на трибунах которые с ужасом наблюдали за происходящим.       Спустя секунды пламя дракона стало слабеть и существо начало сдавать позиции. Король же только набирал обороты, он собирался показать дракону его место и их разницу в силе.       Дракон понимая что проигрывает отошел в другую сторону, чтобы спасти свою шкуру. Но как только он ушел с линии первой атаки, в него летел огненный снаряд который обещал приговорить дракона если ни к вечному сну, то к нокауту так точно.       Снаряд летел довольно быстро, но существо успевает взлететь и снаряд попадает в скалу не оставляя от последней нечего, взрыв был огромным, казалось что ударная волна разнесет трибуны в щепки, но те на удивление выдержали. Зрители и профессора что увидели это были ужасе, а Суо лишь кровожадно улыбался.       Создав себе с помощью огня крылья за спиной, он полетел на дракона осыпая его огненными серпами и шарами. Дракон же в свою очередь пытался попасть по Микото своим дыханием, но из-за разницы в скорости терпел неудачу.       «Пора заканчивать.» Подумал про себя Суо.       Оказавшись перед драконом король начал заряжать новый снаряд, рептилия же потеряв его из виду стала судорожно озираться по сторонам, но было поздно. Снаряд попал чётко меж крыльев, и дракон начал падать.       Упав, существо даже не принимало попытки подняться. Урон от удара Микото был колоссальным. Дракон тяжело дышал, увидел что парень идет к его кладке он начал реветь.       Дракон собравшись силами, выпустил огонь из своей пасти. Увидев это, Король отпрыгнул от кладки и начал создавать новый огненный залп. Снаряд четко попал в пасть дракону, разрывая его голову на ошметки тем самым убивая его.       Все зрители, даже профессора были бледными от такого зрелища, кого-то вырвало, кто-то потерял сознание, а парень тем временем спокойно подходил к кладке с яйцами.       Взяв золотое яйцо, король ознаменовал конец своего раунда и стал ждать вердикта. Его позвали в медицинскую палату на осмотр, медсестра посмотрела на парня который был целым, и принялась заниматься Седриком которому сильно досталось.       Все три чемпиона смотрели на короля с опаской, его глаза все еще были красными и от него веяло силой. Сев на свободный стул, Микото стал ждать вердикта судей. Судьи оценивали все по десяти бальной шкале, всего можно было набрать пятьдесят балов.       — Леди и Джентельмены, — раздался голос Бэгмена несколько мгновений спустя. — Посовещавшись мы решили какие балы мы выставим Мистеру Поттеру. Его балы следующие.       Микото смотрел, как Дамблдор начал с оценки десять, а Бэгмен последовал его примеру. Мадам Максим так же поставила десять, как и Барти Крауч, а Каркаров поставил ему шесть, к отвращению всех, кто был свидетелем его испытания, включая судей.        — Однако, на мистера Поттера будет наложен штраф, за убийство дракона, о сумме штрафа вам сообщат позже. — произнес Бэгмен. — А теперь, всем чемпионам нужно вернуться в шатер для дальнейших инструкций.       Все чемпионы включая короля, пошли в шатер в котором были судьи и сам Людо, никто не стал тянуть время и сразу сказали все как есть.       — Вы все молодцы, — обратился к ним Бэгмен. — Теперь ваша следующая подсказка — то самое яйцо, которое вы извлекли. Второе задание состоится 24 февраля. До этого времени у вас есть время, чтобы разгадать свою подсказку. Ещё раз поздравляю вас всех.       Выслушав речь Бэгмена, Микото пошел прочь из палатки, ему хотелось отдохнуть и поесть. Закурив, парень пошел в сторону замка, как вдруг его окликнули. Это были Сириус и Дамболдор, которые шли в его сторону.       И если Блэк выглядел довольным, то директор был задумчивым. И Микото подозревал что сейчас старик начнет доставать его вопросами.       — Сириус, профессор Дамблдор. — кивнул Суо.       — Это было великолепно, поздравляю с первым местом. — с улыбкой произнес Блэк. — Но с убийством дракона мне кажется ты переборщил.       — Так получилось, я не хотел его убивать, но в последний момент действовал на рефлексах. — оправдался Суо.       — Гарри как давно ты владеешь пиромантией? — задал вопрос пожилой мужчина.       — С начала третьего курса. — соврал парень. — В один из дней я просто загорелся, но огонь не причинял мне вред, и с того дня я начал развивать этот дар.       — Я понял тебя мой мальчик, — произнес старик все еще находясь в задумчивом состоянии — если понадобится помощь с твой даром, то можешь обратится ко мне.       — Я учту это профессор, а теперь могу пойти отдохнуть? — спросил король. — Тут где-то Скитер бегает, не хотелось бы на нее напороться.       — О, конечно иди Гарри. — со смехом сказал директор.       — И да, Сириус, не убей Скитер если увидишь, а то я в гости завтра хочу зайти. — с улыбкой сказал парень.       — Убить не убью, но поговорить мне с ней нужно. — хмуро протянул мужчина.       — Директор, сходите пожалуйста с ним, — попросил Микото. — мне не хочется что бы он в Азкабан загремел, из-за того что Скитер его выведет из себя.       — Конечно Гарри. — с весельем в глазах сказал Дамболдор. — Оставь это мне, можешь идти отдыхать.       Придя в замок, Микото ловил на себе взгляды. Кто-то смотрел со страхом, кто-то с интересом, а кто-то с уважением. Пройдя всех учеников, Суо пошел в сторону Тайной комнаты что бы отдохнуть, до ужина было еще пара часов по этому можно было и поспать, а там дальше можно будет и с яйцом повозится.